The Garden

      — Весь офис прекрасно знает о ваших отношениях. Зачем вы снова начали ездить раздельно? — оттянутый в игривом порыве бейдж выскочил из длинных пальцев и резко ударил по груди, обтянутой белоснежной тканью рубашки. Громкий возглас наполнил офис. Зажмуренный Тэхён взвился и пружинисто подпрыгнул, сразу же прижимая ладони к несчастным соскам, на что хихикнувший Сокджин лишь покачал головой, забавно фыркнув. Каждое путешествие к кулеру неподалёку от мужской уборной являлось своеобразным приключением среди офисных будней.       — Ты так заработаешь себе новый фетиш, парень, — покачнувшись на пятках, Ким толкнулся плечом, вновь ударяя ладонью взвизгнувшего Тэхёна по груди.       — Эй! — от притворной свирепости бурный смех становился громче, наполняя искрящимся весельем светлые коридоры. Подобное ребячество не одобрялось в стенах унылого офиса, но каждый из мужчин имел достаточно храбрости положить на внутренние правила внушительный ствол.       — Ты заноза в заднице, Тэхён.       — Так…       — Вновь за своё, да?       — Конечно, — возмущённо добавил мужчина. — Я твой лучший друг, который, между прочим, совершенно не в курсе почему вы, два попугайчика-неразлучника, стали приезжать в офис раздельно. Как я могу не знать этого, ты с ума сошёл!       От упоминания возлюбленного всё веселье разом исчезло, сменяясь неприятным ощущением где-то около желудка, из-за чего Сокджин даже не смел сослаться на утренний сэндвич с индейкой, прекрасно понимая истинную причину изжоги. Со злостью выдрав из держателя бумажный стаканчик, самый красивый и главный комплектатор дизайнерского бюро поставил его на подставку и ткнул нужную кнопку кулера, игнорируя боль от сильного нажатия. Маленькие ссоры бывали довольно частым явлением у парочки влюблённых, но все они обычно заканчивались тупой болью чуть ниже поясницы, здесь же прозорливый Тэхён чувствовал совершенно иную картину.       — Что произошло между вами? — крайне серьёзно изрёк он, пока чужой стакан наполнялся прохладной водой.       — Помнишь, я рассказывал тебе, что разбирал вещи во время уборки? — удручённо начал понурый Сокджин и в чувствах откинул за плечо болтающийся на длинной ленте бейдж, чтобы после опрокинуть в себя стакан с водой, словно стопку будоражащей текилы, под обеспокоенный взгляд медовых глаз. — Обычная уборка перед праздниками, сам понимаешь… И когда я добрался до одежды на верхней полке шкафа, то мне в руки упала небольшая коробочка. Сама упала прямо в руки! Лазурная коробочка, Тэхён, от Тиффани. Та бурная смесь счастливых эмоций, проносящаяся на красивом лице дизайнера одним мимолётным порывом, вынудила Кима излиться измученным стоном. Подобная реакция была понятна, как и вполне ожидаема, ведь каждый человек, состоящий в здоровых отношениях, с радостью хотел бы заполучить такую лазурную коробочку из фирменного магазинчка Тиффани, которая всегда означала лишь одно…       — Он сделает тебе предложение! — визгливым шёпотом воскликнул Тэхён, подпрыгивая, словно крольчонок, из-за чего схлопотал несколько недовольных взглядов из отдела неподалёку. — Боже! Джинни! Помолвка!       Но раздосадованный Сокджин на всю радость друга только пнул начищенным ботинком воображаемый камень.       — Ты ведь тоже прекрасно осведомлён о том, что помолвка и кольцо Тиффани — неразделимые понятия. Так было всегда, это традиция! Боги, в тот момент я испытал такое счастье, что вот-вот заплакал, если бы не… Представляешь моё лицо…       — Джинни.       — …когда я, уже продумав как именно буду мастерски показывать своё удивление перед Намджуном с его предложением, открыл наконец-то эту чёртову коробку. А там, Тэ-Тэ, ничего нет. Ничего! Никакого грёбаного намёка на кольцо!       Всплеснув руками, расстроенный до самой глубины души комплектатор на мгновение вцепился в свои прекрасные волосы и безжалостно взлохматил их, а после ударил ладонями по щекам, застонав. Он всё ещё не мог понять причину такого поступка возлюбленного, а если это являлось лишь шуткой, то невероятно злой.       — Подожди-подожди, — сжав переносицу, нахмуренный дизайнер вскинул на лучшего друга ладонь, призывая убавить свой пыл. Несколько минут раздумий позволили мыслям осесть, слетая после с языка вполне разумными догадками произошедшего. — Может, твой Намджун просто перепрятал кольцо? Он не тот человек, который будет приносить в дом пустые коробки.       — Ты ведь знаешь, он настолько прямолинейный без намёка на романтику, что как-то иначе прятать для него кольцо совершенно бессмысленно.       — А как же счета? Мы можем посмотреть, когда именно Намджун покупал кольцо. Чеки, выписки.       — Ничего нет! Ни в единой выписке по карте! — в звонком голосе Сокджина слышались чёткие нотки разочарования. — Тэ-Тэ, я всё проверил, ничего нет, слышишь? А я ни черта не понимаю, какого тут происходит… Мы столько лет вместе, а я не заслуживаю предложения, это всё глупая шутка?! Да я… Я…       Положив большие ладони на угловатые плечи, сосредоточенный дизайнер хорошенько встряхнул лучшего друга, прижимаясь к его пушистой чёлке своим лбом. Не самый лучший ракурс, чтобы заглядывать в родные глаза, но Тэхёна это ничуть не смущало, как и недовольные взгляды позади.       — Ты говорил с ним? — уже тише поинтересовася он.       — Да, — короткий вздох наполнил крошечное пространство между мужчинами. — Я всё тогда убрал на свои места и эту дурацкую коробку, а после у нас с Намджуном был разговор, точнее… Мне пришлось извернуться, чтобы не говорить прямо, отдалённо касаться вопросами кольца, но это не возымело никакого эффекта. Всякий раз он выглядел таким удивлённым.       — Он ведь совсем плохой актёр.       — Вот именно, Тэхён.       Прикрыв в раздумьях трепещущие веки, дизайнер ощутил на шее привычное прикосновение, заставляющее прильнуть ближе.       — Но ничего, — заговорческий шёпот будоражил, и Ким не мог не поддаться искушению, ведь лукавство бесов, водящих хороводы в родных чайных глазах напротив, было заразительнее, чем ноябрьская простуда. — У меня есть одна идея, которая точно покажет этому болвану Джунни, что он упускает, оставляя меня без предложения.       Взбудораженный предстоящей затеей Тэхён хихикнул, увлекая лучшего друга в крепкие объятия.       — Мы приклеем к рулю его машины отличный ствол! — источающий яркий энтузиазм дизайнер почти что вибрировал, перебирая идеи. — Будет знать, как позволять тебе ездить на общественном транспорте, а потом…       — У нас одна машина, малыш. Я не хочу ездить с членом на руле, но с кольцом на пальце.       — Мы мож—       — Тихо, — узловатые пальцы смяли ягодные губы, призывая притихнуть. — У меня есть идея куда лучше, мне нужен только ты и твой молодой человек…       Ухо, обрамлённое локонами, заалело на самом кончике от вкрадчивого шёпота, вызывающего приятный табун мурашек под хлопком рубашки. Сосредоточенно кивая на каждое слово, улыбающийся Тэхён уже предвкушал будущую Рождественскую вечеринку, как и жаркий пересказ случившегося для своего любимого парня из смежного отдела. Ким был готов поклясться, Сокси будет в восторге от услышанного!       Едва Сокджин, сияя гордой улыбкой, отстранился, как сразу же налетел спиной на вышедшего из уборной взъерошенного Чимина, который хорошенько напугал своим появлением ойкнувшего комплектатора.       — Там пиццу привезли, — счастливо прощебетал Пак и, подскакивая от радости, направился мимо удивлённой парочки, чьё изумление теперь было направлено на румяного виновника скрипа двери уборной.       — Юнги?       — Если вы оба не поторопитесь, то останетесь без обеда, — деловито изрёк невозмутимый Мин, коснувшись большим пальцем уголков истерзанных губ и смахнув с себя невидимые пылинки, словно бы это не он моментом ранее получал не только свежий отчёт, но и порцию ласки.       Гениальный, как скромно считал Сокджин, план должен был сработать безукоризненно. Зная своего дорогого возлюбленного, комплектатор оставался уверен в его реакции на маленькую шалость. Стоило лишь придерживаться холодного образа ещё несколько дней, оставаясь гордо спать на неудобном диване в общей квартире, а также отказываться от совместных поездок в пользу общественного транспорта. Это удручало, но Сокджин всегда шёл к своей цели по головам, даже если для этого требовалось наступить на горло всем удобствам. Колючая обида ещё плескалась в глубине души, но нежной любви было куда больше, и если бы только Намджун поманил нерадивого возлюбленного пальцем, то тот непременно бы кинулся в объятия, позабыв про всех и вся.       Талантливый Ким мог похвастаться отличными актёрскими навыками, поэтому он, демонстративно прихорашиваясь перед возлюбленным одним пятничным вечером, успешно игнорировал сладкие словечки в свой адрес, как все робкие прикосновения, за которые Намджун хоть и с толикой игривости, но упорно получал по своим красивым рукам. Всю долгую неделю обескураженный происходящим менеджер никак не мог отыскать причину надутых бантиком пухлых губ любимого, как и его нарочитой отстранённости. Всё было действительно идеально, но сейчас же мужчина попросту терялся, походя на опечаленного щенка, лишившегося хозяйской ласки из-за обгрызанного тапка.       А наблюдать за облачённым в новенький образ роскошным возлюбленным, красующимся у большого зеркала в пушистых тапочках, и вовсе казалось настоящей мукой. Тоскливый Намджун изнывал, преданно крутясь под ногами и смотря так невероятно нежно, из-за чего на мгновение Сокджин почувствовал себя тем ещё Дьяволом, бессовестным и таким чертовски красивым, под стать одному прекрасному мужчине с драконьими глазами, наполненных чистой любовью. Сжалившись, до одури влюблённый комплектатор всё же благодушно позволил своему будущему супругу совместную поездку до офиса, где уже вовсю собирались шумные любители отдохнуть. Конечно, ненавистные коридоры, глупые кулеры и целая россыпь напоминаний о работе выводили из себя, чего нельзя было сказать о другой части бюро, отведённой для отдыха от надоедливых рабочих будней. Полумрак с примесью музыки соблазнял, как и широкоплечая фигура в непозволительной близости от трепещущего Сокджина, волнительно наматывающего на узловатые пальцы кончики узкого шарфа, обнимающего чистую шею. То, как прекрасно облегала тонкая ткань чёрного пуловера его мужчину, сводило с ума, медленно, но верно наполняя мысли сладостными отголосками давней близости. Целая неделя иногда ощущалась как несколько лет.       Ступая в ногу с возлюбленным, порозовевший от зарождающегося возбуждения Ким лихорадочно пытался сопоставить выстроенный план с реальностью, пока Рождественская вечеринка явно набирала обороты. Приятная музыка ласкала слух, а горло щекотали собой крохотные пузырьки игристого вина, пока уютный полумрак зала окутывал, словно бы мягкий плед одним дождливым вечером. Напряжённые плечи опустились, и комплектатор наконец-то шумно выдохнул, выхватывая с подноса ещё один бокал. Немного храбрости не помешало бы. Несмотря на то, что обеспокоенный Намджун, отслеживающий нервное состояние своей пары, благородно исчез в тени и дружеских беседах, чтобы больше не действовать на натянутые нервы, тело Сокджина охватил озноб от щекочущего предвкушения, из-за чего он вздрогнул и вручил в родные руки лучшего друга кончик тонкого шарфа, напоминая себе собачонку на дорогом поводке.       План заключался в простой ревности, которая всякий раз хорошенько встряхивала интеллигентного и сдержанного Намджуна, что чертовски возбуждало, стоило пронизывающему взгляду вонзиться в трепещущего комплектатора, готового рухнуть на колени без единого возражения. Горячий менеджер имел в своём распоряжении слишком много власти, но, совершенно не осознавая этого, он пользовался такой привилегией неосознанно, не имея под этим никакого умысла. Так произошло и сейчас, а пылающий румянцем Сокджин поддавался, теряясь в маленьком мире из одного-единственного человека.       Так удачно усугублял сложившиеся обстоятельства человек, стоящий рядом с нахмуренным Намджуном для лёгкой беседы, который то и дело игриво подмигивал парочке в центре зала, выдавая себя с головой. Заигрывающие друг с другом лучшие друзья, так мило щебечущие между собой, всегда являлись для улыбчивого Сокси чем-то само собой разумеющимся, вместе с их необходимой тактильностью, сладкими словечками и нежной любовью. Испытывать ревность к подобным вещам мужчина считал абсолютной глупостью, ведь эти двое всегда были неразделимы, но сейчас Хосок старательно вкладывал всего себя в роль недовольного происходящим человека.       Погрязнув в собственных мыслях, хмурый Намджун легко оказался без труда пойманным на такую очевидную приманку, а все сказанные Чоном возмущения успешно находили отклик в гудящей голове. Несмотря на бушующие чувства за грудиной этим вечером, Ким ценил и уважал лучшего друга своего возлюбленного, не находя в их тесной связи и толику проблемы. Но теперь, смотря на то, как эти двое попугайчиков-неразлучников мило заигрывали друг с другом в стороне, пока тонкий шарф из раза в раз обхватывал длинную шею крепче из-за усиливающегося натяжения…       — Тише, приятель! — охнувший Сокси осторожно забрал полупустой стаканчик с газировкой из длинных пальцев друга, которые грозились хорошенько смять несчастную вещицу в кулаке. — Это ты из-за них так? Брось, всё дело в шампанском. Перебесятся и успокоятся, всегда так.       Бурный поток крови шумел за барабанными перепонками, а Намджун не мог перестать сжимать челюсти, прекрасно понимая, что всю неделю он не смел одарить любимое лицо даже невесомым поцелуем, пока двое наглецов в нескольких метрах от него прямо сейчас весело хихикали, оставляя на тёплой кожи друг друга следы от фруктового бальзама для губ.       Ещё хуже ноющей душе становилось от осознания того, что уже долгие дни в кармане брюк ютилось золотое кольцо, которое Намджун традиционно приобрёл за наличные из секретной коробки шоколадных конфет и в спешке спрятал его от любопытного носа возлюбленного, так и не имея ни единой возможности перепрятать то после. Лазурная коробочка осталась совершенно позабыта, а все мысли затмевала одна проблема, к решению которой менеджер никак не мог прийти. Мужчина прекрасно осознавал свою не особо романтичную натуру, когда Джинни же являлся полной его противоположностью, идеально уживающимся с розовыми грозами. И это подталкивало на одно очень решительное действие, а именно…       Самое романтичное предложение руки и сердца, которое только существовало на этом Свете. Драгоценный Джинни всецело этого заслуживал. Только вот достойные идеи никак не желали приходить в светлую голову даже после долгих часов поиска вдохновения, всё казалось для Намджуна совершенно не тем, не таким, недостаточным. А венчало тоску обиженное состояние возлюбленного, то и дело отворачивающего свой очаровательный нос.       И теперь, сам того не осознавая, уверенным шагом хмурый менеджер направился прямиком к сладкой парочке, позабыв про весь чёртов мир, он забрал из рук изумлённого Тэхёна кончик тонкого шарфа, чтобы после переплести пальцы с явно возмущённым Сокджином, раздувающего в наигранном негодовании ноздри. Несмотря на предательский румянец и дрогнувший уголок губ, комплектатор отстранился, гордо отвернувшись вновь к лучшему другу.       — Тэхён, ты видел, что здесь происходит? Я нахожусь в шоке, — в чувствах выпалил мужчина, всплеснув руками, совсем упуская то, как ловко узловатые пальцы на мгновение оказались вновь в родном тепле. — Самое главное, без разрешения! А если я не хочу? Может, мне вообще это не нужно!       Хмыкнувший комплектатор расправил плечи и рассерженно выдохнул, откинув назойливый локон с глаз. Но яркий отблеск, взявшийся из ниоткуда, показался ещё более раздражающим, вынудив со всем негодованием воззриться на свои растопыренные пальцы.       — Какого чёрта… — только и вымолвил изумлённый Сокджин, неверяще воззрившись на своего личного хитрого лиса.       Тонкий безымянный палец действительно теперь обнимало собой золотое кольцо от Тиффани, так идеально подходящее, словно бы всегда находилось именно здесь. Воздух распирал лёгкие и громкий вскрик застрял где-то под кадыком, из-за чего ошарашенный Тэхён даже всерьёз забеспокоился о здоровье лучшего друга, наблюдая за его стремительно сменяющимися эмоциями.       — Да-да! Да, конечно же! — звонко воскликнул осчастливленный Сокджин, вынуждая многочисленных сотрудников бюро обернуться, для которых происходящее так и оставалось загадкой, как и причина того, почему шумная парочка кинулась прочь, почти расталкивая локтями подвыпивших коллег.       Новый визг раздался раскатом грома, когда ещё одна счастливая парочка взвилась, бросившись в объятия друг друга, а сияющий Тэхён и вовсе не подозревал о своей личной лазурной коробочке, которая ожидала его между колючих свитеров на верхней полке.       — И ты скрывал от меня свою затею всё это время? — искрясь счастливым смехом Сокджин, крепко сжимая тёплую ладонь в своей, изо всех сил пытался поспеть за быстрыми шагами улыбающегося возлюбленного, спешащего прочь из душного офиса. — Целую неделю или больше? Джунни!       — Вообще-то, — важно сказал Намджун, толкая плечом стеклянную дверь. — Всё должно было быть куда романтичнее. Может, нам стоит повторить? Тебе нужно только показать искреннее удивление. Мы пригласим друзей, сделаем красивые фотографии для нашего альбома, мы…       — Нет, — без единого сомнения сразу же мягко отозвался румяный комплектатор, чьи тёмные лисьи глаза мерцали солёной пеленой от переполняющего душу счастья. Как же чертовски сильно он любил своего прекрасного будущего мужа. — Нет, этот день для меня стал самым лучшим за всю жизнь.       — А как же день нашего знакомства? Первый поцелуй?       — Ах, всё!       Пассажирская дверь чёрного автомобиля приглашающе распахнулась, одаривая витающего в облаках Сокджина отголосками нот кожаной отделки с тёмными прожилками сладковатого парфюма. Вновь опуститься на своё законное место оказалось невероятно приятно, как и укутаться в родное тепло по самую макушку. Стоило двигателю наполнить салон мерным звучанием, разнежанный чувствами Намджун, одаривший мягкую щёку будущего супруга нежным поцелуем, расцвёл любовной улыбкой, а после аккуратно помогая защёлкнуть ремень безопасности. На всём Свете не существовало двух более счастливых душ, чем те, которые не могли насытиться друг другом даже после стольких лет тёплой любви, сотканной из самых счастливых мгновений. Всю дорогу до семейного гнёздышка, поглядывая на помолвочное кольцо, переливающееся в желтоватом свете уличных фонарей, разомлевший Сокджин никак не мог поверить собственному счастью, с жаром заверив золотые звёзды, что он больше никогда не позволить своему супругу засыпать в одиночестве.