Щенячьего Рождества!

Минхо просыпается благодаря будильнику, с мохнатой задницей на лице. Та мохнатая задница, кстати, спит без задних лап и даже не думает реагировать на завозившегося под ним человека. Обычно смена спального места несёт за собой сложность засыпания, но Арти явно счастливчик, раз эта распространённая проблема обошла его стороной. — И зачем я только забирал из квартиры Чона твою лежанку, если ты спал на мне? — бубнит Минхо, сталкивая Арти на подушку. По правде говоря, Чжонмён и не интересовался наличием у него желания забирать все вещи Арти с собой – те были сложены в дорожную сумку ещё до того, как он дал своё согласие на передержку эрдельтерьера. Либо хозяин знал, что Минхо согласится, либо ему было абсолютно всё равно на то, кто в итоге заберёт его питомца, лишь бы сбагрить того куда-нибудь на несколько дней. Кстати, точная цифра тех самых дней не была названа. Чон сказал коротко: «Я позвоню». — Хёнджини пишет, что они с Пуншем уже погуляли и ждут нас у них дома, — сообщает Минхо, читая пришедшее совсем недавно сообщение от Хёнджина. — Подъём, Арти, нас ждут! — Минхо похлопывает Арти по его мохнатой заднице, получая в ответ тяжёлый собачий вздох. — Это я должен вздыхать, наглая ты жопа. Минхо вздыхал ещё прошлым вечером, перед самым сном, когда, глядя на скачущего на кровати Арти, думал о том, как поедет с ним в Каннам. Была мысль позвонить Чанбину, но совестливая половина его сознания напомнила о том, что он и без того достал друга своими просьбами. Поэтому выбор пал на такси. Уйдя в ванную комнату, Минхо по привычке оставляет дверь открытой – он живёт один, кто к нему зайдёт? – и Арти с удовольствием пользуется возможностью проследовать за ним. Минхо бы выдержал наблюдение пары глаз-бусинок за процессом принятия утреннего душа, но Арти решает не смотреть молча, а хулиганить с игривым рычанием. Тот наматывает круги по скромной ванной комнате, гоняясь за своим хвостом, переворачивает ёршик, стаскивает полотенце с полотенцесушителя… Минхо реагирует на каждый грохот строгим «Арти, нет!», но толку от этого мало. Наконец, щенок успокаивается и смотрит на вылезшего из ванны Минхо так, словно не пытался устроить тут погром. — Я взял твои игрушки, — говорит Минхо, топая из ванной в основную комнату. — Смотри, мячик! — он поднимает с лежанки небольшой мяч с пищалкой и бросает тот в коридор. Арти счастливо убегает за игрушкой. — Вот и славно. Продолжая утренние процедуры, Минхо рассматривает себя в зеркале, пока чистит зубы. Стоит ли ему побриться? Он проводит ладонью по щекам и подбородку, оценивая степень колючести – щетина не так уж и ощутима, но что, если они с Хёнджином будут целоваться?.. Щёки вмиг алеют вместе с кончиками ушей. Минхо хватается пальцами за мочку уха, стараясь сбросить с глаз смущающие картинки, и всё же принимает решение… побриться. Ну мало ли и правда будут целоваться… Звонок в дверь заставляет его замереть с бритвой в руках. Вообще-то он не ждал гостей, да и в такую рань прийти может только… — Чёрт. Точнее, хозяйка квартиры. Выключив воду, Минхо срывается к двери и, заглянув в глазок, убеждается в правоте своих догадок. Женщина с, как обычно, недовольным видом ждёт, когда ей откроют дверь. Глядя на неё, Минхо невольно вспоминает Чон Чжонмёна. Кажется, эти двое могли бы сойтись характером – оба ужасно невыносимые и мерзкие. А может, хозяйка – бывшая жена Чжонмёна? Хотя та, судя по чужим словам, любит собак, раз завела эрдельтерьера и дала ему милую кличку, а эта… Глупые рассуждения заставляют его вспомнить об Арти, который прямо сейчас гоняет мяч по комнате. — Арти, ко мне! — Минхо командует шёпотом, пытаясь выглядеть собранным в глазах шкодливого щенка, хотя на самом деле внутри него разрастается паника. К счастью, Артемон не рыпается, когда Минхо его ловит и отводит в ванную комнату, приказывая сидеть там молча и ждать его. — Я обещаю, что скоро выпущу тебя. Это для нашего общего блага, поэтому умоляю, — Минхо говорит с нажимом, — посиди немного тихо. И не устрой здесь случайно погром! Арти, склонив голову к плечу, смотрит на Минхо с интересом. У него, как и полагается собакам, умные глаза, но Минхо уверен, что он сейчас ни черта не понимает. Но спасибо, что не гавкает в ответ. Тем временем хозяйка квартиры всё продолжает звонить в дверь. Минхо даже думает, что стоит притвориться, что дома никого нет, но вовремя понимает: этим только сделает хуже. Он делает глубокий вдох и, прикрыв глаза, выдыхает, открывая женщине дверь. — Почему так долго открывал? — вместо приветствия. — И вам доброе утро, госпожа Сон. Я собирался побриться, вода шумела, вот и не сразу услышал звонок. Сон Джихён, недоверчиво бросив на Минхо взгляд из-под прищура, только понимающе кивает головой и делает шаг вперёд, заходя в квартиру. Если эта женщина решит пройти дальше, то обязательно увидит принадлежащие Арти вещи, и тогда Минхо конец. В его интересах сделать так, чтобы она ушла поскорее, поэтому без страха спрашивает: — А зачем вы пришли? — А я не могу прийти в квартиру, которую сдаю? — она выгибает бровь. Вообще-то, хочется сказать, без предупреждения не можете. Это ведь, как минимум, невоспитанно. Благо дело, Минхо добился победы, когда уговаривал Джихён на смену кода замочной двери при своём заселении. Если бы та продолжала стоять на своём, то сейчас у неё была бы возможность заходить в квартиру даже без звонка в дверь. — Можете, конечно. Но вы заходили не так давно, думаю, я бы не успел что-то натворить за этот промежуток времени. Всего лишь успел притащить в квартиру собаку, несмотря на все строгие запреты хозяйки. Но это так, мелочи. — Вообще, я приехала к Ким Хёнджу из соседней квартиры. К тебе зашла, чтобы поздороваться. — Здравствуйте! — отвечает ей Минхо, на что Джихён только закатывает глаза. Она последний раз окидывает Минхо беглым взглядом и, цокнув языком, разворачивается, вероятно, чтобы уйти. Однако её заставляет остановиться неожиданное «гав», раздавшееся у неё за спиной. — Что это было? Округливший в панике глаза Минхо пытается придумать хоть что-то, чтобы отвести любые подозрения от Сон Джихён. В голову не приходит ничего лучше, кроме как притвориться чихающим. Поэтому он громко чихает. — Чихаю просто, извините. Не то чтобы это было точь-в-точь похоже на тявканье Арти, да и женщина смотрит на Минхо в неверии, как на идиота, однако, стоит отдать должное, она больше вопросов не задаёт. В стенах квартиры звучит новое «гав», и Минхо опять чихает для вида. — Да что ж такое, — он бьёт кулаком по закрытой двери ванной комнаты. — Заболеваю, видимо. Джихён, выгнув бровь в вопросе, бросает взгляд на дверь ванной, переводит тот на Минхо и снова устало вздыхает. Кажется, она всё-таки считает Минхо настоящим идиотом, но пусть так, чем задаёт кучу вопросов, на которые он точно не сможет ответить. — А это что? — её взгляд падает на пол, и Минхо, проследив за ним, натыкается на мяч-пищалку, с которым гонялся Арти. Он тяжело сглатывает, неуверенно поднимая тот с пола. — Это… — мячик перекатывается в ладони, пока Минхо активно думает над оправданием. — Это теннисный мяч, я иногда играю… — Но он даже не похож на теннисный. — Разве? — Минхо строит удивлённый вид, хотя и дураку понятно, что схожести между этой игрушкой и спортивным мячом совсем нет. — Ну и чёрт с ним. Мяч оказывается брошенным через плечо. К счастью, тот даже не пискнул. К ещё большему счастью, Арти тоже больше не пищит. — Ладно, выздоравливай. — Спасибо, госпожа Сон. Всего доброго! Женщина в очередной раз закатывает глаза, а Минхо только глупо машет рукой на прощание, растянув губы в улыбке. Но та быстро спадает с лица, когда дверь за хозяйкой закрывается. Господи, чуть не помер… Минхо грозно распахивает дверь в ванную комнату и встречает взгляд счастливого Арти. — Из-за тебя она теперь думает, что я больной, причём на голову, — заявляет, но Арти в ответ только тявкает. Впрочем, что он мог сделать ещё? — Ладно, пакостник, давай собираться.

·❆·❆·❆·

Подойдя к двери квартиры Хёнджина, Минхо медлит. Он поправляет волосы, расстёгивает заранее куртку, а, посмотрев вниз, на Арти, абсолютно серьёзно спрашивает: — Я хорошо выгляжу? Арти слушает внимательно, повернув голову набок, вот только ничего не отвечает. — Да уж, — выдыхает Минхо, — я и вправду больной на голову. Он поднимает руку и наконец нажимает на кнопку дверного звонка. Ждать, когда ему откроют, долго не приходится. — Привет, — Хёнджин встречает искренней улыбкой и без лишних слов впускает Минхо и Арти в квартиру. Та, кстати, огромная. Не такая огромная, как у Чон Чжонмёна, но её тоже с уверенностью можно назвать хоромами. Однако не это волнует Минхо в большей степени прямо сейчас. Его внимание приковывает кое-что другое, вернее будет сказать: кое-кто. Хёнджин, одетый в свободные штаны и серую футболку оверсайз, выглядит по-домашнему тепло. А пока собирает волосы на затылке в маленький хвост, лишает Минхо всех остатков разума и самообладания, заставляя растечься лужей прямо на коврике в коридоре. — Арти, в ванную, — по-доброму командует Хёнджин, указывая щенку на нужную дверь. Заметив застывшего с восхищённым взглядом Минхо, он бегло улыбается. — Чего застыл? Проходи. Минхо, гулко сглотнув, только согласно кивает головой. Чёрт возьми, да он по уши влюбился! — Чем хочешь заняться? — спрашивает Хёнджин, когда, закончив с Арти в ванной, проходит в гостиную и падает на большой диван. — Я предлагаю заказать чимэк и посмотреть что-нибудь. — Идеально. Курочка с пивом – то, что нужно для хорошего времяпрепровождения. Пока Хёнджин заказывает еду, Минхо ищет кино к просмотру. Так сказать, поделили обязанности. Им, правда, приходится много отвлекаться на хулиганящих Пунша и Арти, на которых почти безостановочно ругается Хёнджин. Наблюдая за всем происходящим, Минхо испытывает ранее незнакомые ему чувства, но вместе с тем и приятные. Это что-то до мурашек уютное, что-то, во что хочется завернуться, как в мягкий плед, и по собственной воле утонуть в этом тепле. Он не знал о существовании таких ощущений, но сейчас не сомневается в том, что всю жизнь в этом нуждался. — Ты нашёл что-нибудь? — спрашивает Хёнджин, откладывая собственный телефон в сторону. Он двигается к Минхо ближе и без стеснения укладывается головой на его плечо. А тот вмиг забывает, что вообще что-то искал. — Тебя, — неожиданно даже для себя выпаливает Минхо и заставляет Хёнджина, удивлённо усмехнувшись, клюнуть его губами в щёку. — Ты сегодня на романтичном? — смеётся, а Минхо только улыбается. — Мне нравится, продолжай. Но что с фильмом? Минхо возвращает взгляд телефону, на экране которого застыла обложка диснеевского мультфильма «101 далматинец». — Судьба, — заключает Хёнджин и, вскочив с дивана, протягивает Минхо руку. — Пойдём в мою комнату, а то эти двое не дадут нам нормально посмотреть. Долго ждать доставку не приходится, а потому они быстро приступают к просмотру мультфильма, который и вправду был словно подкинут судьбой. Роджер и Анита ведь познакомились благодаря озорному далматину Понго. Кстати, уход Минхо и Хёнджина не избавил их от громкой компании в виде Пунша и Арти: те улеглись на кровати вместе с ними и по-настоящему увлеклись происходящим на большом экране телевизора. Из-за этого Минхо и Хёнджин больше смеялись со своих подопечных, нежели смотрели мультфильм. И всё же это не помешало им насладиться просмотром и просто хорошо провести время вместе. Градус, пускай и незначительный, разгорячил и без того горячую кровь, позволяя Минхо стать чуть более смелым, чем обычно. Вернее сказать: таким же смелым, как и всегда вдали от Хёнджина. — Куда ты? — Минхо аккуратно обхватывает запястье Хёнджина, когда тот, собравшись уйти, поднимается с кровати. — Отнесу мусор на кухню. — Я помогу тебе позже. Минхо удаётся утянуть Хёнджина обратно на кровать, теперь оказываясь к нему даже ближе, чем было во время просмотра мультфильма. Тот, убрав мешающий локон за ухо, позволяет Минхо приобнять себя за талию. — От тебя вкусно пахнет, — всё те же мандарин и корица. — Что это? — Это шампунь, хён, — смеётся Хёнджин. Его явно забавляет лёгкая опьянённость Минхо. — Что ты делаешь? — спрашивает, когда Минхо прижимает его к себе, утыкаясь носом в копну светлых волос. — Обнимаюсь с тобой, — без лишних рассуждений отвечает Минхо. — Так, значит, ключом к твоей тактильности является пиво? — Хёнджин приподнимается на локтях. Тот в ответ только довольно угукает. — Отныне ты будешь пить пиво только в моей компании. Минхо невольно улыбается, наблюдая за тем, как смеётся Хёнджин. У того порозовевшие щёки и блестят глаза. Приоткрытые пухлые губы, обрамляющие ровные ряды зубов, выглядят слишком маняще, чтобы не заострить на них особенное влияние. Минхо теряет контроль над собственным взглядом и мыслями, которые так и просят прикоснуться к этим губам своими. Он этому желанию и не сопротивляется, утягивая Хёнджина в поцелуй. Подобного у них ещё не было; из-за него становится по-настоящему жарко. Минхо не стесняется провести языком по кромке зубов, мазнуть им же по нижней губе, которую после удаётся втянуть и аккуратно укусить, вызывая у Хёнджина шумный выдох. Но это не похотливый поцелуй. В нём нет излишней страсти или разнузданности, напротив – он полон нежности и мягкости, ведь именно так Минхо сминает Хёнджиновы губы, пока тот растягивает их в еле ощутимой улыбке. И кто бы мог подумать, что им придётся оторваться друг от друга из-за мокрого носа настойчивого эрдельтерьера, который касается щеки Минхо. Вслед за носом кожи касается и юркий язык, что вызывает у Минхо недовольный стон, а у Хёнджина – новую волну смеха. — Он тебя ревнует, — заключает Хёнджин. — Сто процентов понимания, ноль – осуждения. Но мне придётся к этому привыкнуть. Поднявшись с Минхо, Хёнджин принимается собирать пакеты и контейнеры. А Минхо, наблюдая за ним, пытается понять, как именно ему сказать о том, что привыкать не придётся, ведь в один момент им с Арти придётся попрощаться.

·❆·❆·❆·

Утро двадцать четвёртого начинается со звонка телефона. Минхо отвечает на вызов, даже не взглянув на экран. — Алло? — Доброе утро, — мужской голос звучит бодренько. Минхо не сразу понимает, кому тот принадлежит. — Кто это? — У тебя не записан мой номер? Хотя это уже и не так важно. Чон Чжонмён, — говорит. — А, да, извините, господин Чон. Минхо отталкивает от себя спящего Арти, чтобы оторваться от подушки и сесть на кровати. — Приезжай с Арти как можно раньше. Лишних вопросов не задавай. Жду, — звонок завершён. Коротко и ясно. Хотя, если честно, ничего не ясно. Смотря на погасший экран смартфона, Минхо пытается понять, не во сне ли он сейчас, и приходит к выводу, что всё это происходит наяву. Чжонмён просил не задавать лишних вопросов, хотя Минхо и не успел бы, даже если бы попытался. Однако было бы интересно узнать, за каким чёртом ему нужно ехать в Каннам, да ещё и в восемь утра. Неужели Чжонмён соскучился по своему питомцу и теперь попросит вернуть Арти обратно? Это мало похоже на правду, но других вариантов у Минхо нет. На выходе из дома он всё же нарушает требование не задавать вопросов и звонит Чону, чтобы спросить, нужно ли приносить с собой вещи Арти. «Как хочешь», – бросает тот в ответ, и ситуация становится ещё более непонятной. По приезде к Чжонмёну домой Минхо даже не приходится вводить код от двери, потому что хозяин квартиры словно ждал его, без устали глядя в глазок. — Проходи, проходи, — говорит Чжонмён, подгоняя Минхо, которому приходится буквально тащить за собой Арти. Тот ни в какую не хотел заходить. — Надолго я тебя не задержу. Разговор есть. — Хорошо, я вас слушаю. — В общем, я подумал над твоими словами, — начинает Чон. — Ты спрашивал, зачем я заводил щенка, если он мне только мешает. И ведь ты прав. Минхо не понимает, к чему клонит Чон, но тот безусловно придумал что-то, чем в открытую гордится. — Я пришёл к выводу, что должен отдать собаку кому-то другому… — Что? — …поэтому сегодня же отправлю Артемона в приют. Чжонмён выглядит довольным. Он уверенно тянет руку к Минхо, чтобы забрать у того поводок, будто это решение обсуждению не подлежит. Да оно и не должно обсуждаться с Минхо, ведь это совсем его не касается. Однако какой нормальный человек спокойно отнесётся к желанию сдать животное в приют? Вот и Минхо уводит руку за спину, не позволяя Чжонмёну взять поводок. — Господин Чон, это неправильно. Чем он заслужил жизнь в приюте? — Брось, Минхо, животные нормально живут в приютах. Их кормят, поят, с ними гуляют, — пусто усмехнувшись, Чжонмён снова предпринимает попытку забрать у Минхо поводок. — Но это приют, господин Чон! — А это – моя собака, Ли Минхо! — Чжонмён теперь чуть более настойчив. — Отдавай поводок. Чон смотрит на Минхо требовательно. Больше не тянет руки, а только демонстративно сжимает ладонь, в очередной раз показывая, что уже всё решил. — Может быть, хотя бы поищете ему хозяина самостоятельно? «Отдам в добрые руки», – таких объявлений полно в интернете, господин Чон. Чжонмён раздражённо вздыхает. — Мне некогда этим заниматься. — Но… — Я уже всё решил. Отдай мне собаку. Минхо в растерянности смотрит по сторонам, оттягивая время. Вдруг сможет придумать что-то ещё? Вдруг сможет переубедить? Звонкое «гав» заставляет его посмотреть вниз. Арти наблюдает за ним с интересом, высунув розовый язык, пока у Минхо в груди больно сжимается сердце. Хотелось бы ему найти в этих глазах-бусинах решение, однако они полны лишь искренней добротой и безусловным доверием, которое Минхо вот-вот подорвёт. Прикрыв глаза, он тяжело выдыхает. — Прости… — только и может вымолвить Минхо, отдавая Чжонмёну поводок. Чжонмёну приходится дёрнуть поводок, чтобы сдвинуть Арти с места. — Я отправил тебе сегодня оставшуюся сумму, — сообщает он, а Минхо только молчаливо кивает головой. — Тогда спасибо за работу. Можешь идти. Сунув руки в карманы дутой куртки, Минхо разворачивается, чтобы уйти. Арти, до этого сидящий спокойно, подрывается к двери с лаем, но Минхо не находит в себе сил, чтобы взглянуть на щенка напоследок. Он сильно жмурится, открывая дверь, и, переступив порог, громко ею хлопает, тут же прижимаясь спиной к холодной поверхности. Минхо слышит лай и скрежет когтей, которыми Арти царапает дверь изнутри. Слышит и отборный мат, с которым щенка от двери оттаскивают. Сердце в груди бешено колотится, с болью говоря о том, что Минхо поступил неправильно. И когда он успел полюбить собак?

·❆·❆·❆·

— Ли Минхо дурак! Ли Минхо дурак! — горлопанит Моцарт, бегая по жёрдочке от одного конца клетки к другому. Чанбин с него смеётся, а Минхо, обычно спорящий с попугаем, в этот раз молчит. Всё потому, что попугай прав – Минхо дурак. Лёжа на кровати друга, Минхо пялится в стену напротив, в которую бестолково пуляет теннисным мячом. Мяч отскакивает, возвращаясь Минхо в ладонь, но было бы куда эффективнее, отскочи он тому в лоб. Возможно, мозги бы встали на место. — Значит, этот важный перец теперь сбагрит своего пёселя в собачий приют? Это жестоко. Что он за человек такой? — рассуждает Чанбин, играя в шутер на компьютере. — Чёрт, а где патроны? Я же видел их… Минхо только вздыхает. Он сжимает мяч в руке крепче, вкладывая всю злость, что бурлит в крови, и кидает тот в сторону, случайно попадая по клетке тут же вскрикнувшего какаду. Сложив руки за голову и прикрыв глаза, он отдаётся воспоминаниям о том, как за похожим мячом бегал Арти. Эрдельтерьер не обучен команде «принеси», а потому Минхо приходилось гоняться за ним по квартире, чтобы отобрать игрушку. За бездомным псом, который когда-то давно испортил ему свидание со знакомой девчонкой, он, помнится, тоже гонялся. Однако тогда это вызывало лишь раздражение, а вот с Арти он по-настоящему веселился. Артемон успел стать другом, а Минхо так безобразно с ним поступил. Только сейчас понимает: он был обязан сделать или сказать что-то ещё, чтобы переубедить Чжонмёна. Пообещать, например, проводить с Арти больше времени, чтобы тот не мешал работе. Или самостоятельно искать желающего взять щенка в свои добрые руки. Или, может, самому стать теми добрыми руками. Да, было бы сложно воевать с хозяйкой, возможно даже пришлось бы найти другую квартиру и съехать. Зато Арти остался бы с человеком, к которому уже успел привыкнуть. Которого успел полюбить. Минхо – человек, он со всем справится, если хорошенько постараться и пораскинуть мозгами. А что делать Арти, который в попытках поймать собственный хвост поскальзывается на льду, несмотря на свои четыре лапы? Он ведь как ребёнок, которому необходима забота и внимание. — Может, мне забрать его себе? — Минхо задаётся вопросом вслух. — Кого? — Арти, — Минхо садится на кровати и переводит взгляд на погружённого в игру Чанбина. — Я могу забрать Арти себе. — Ага, а что хозяйке квартиры скажешь? На самом деле, разговор с Сон Джихён не кажется таким страшным, если сравнивать его с разговором с Хёнджином. Почему-то только сейчас Минхо вспоминает о том, что он так и не рассказал парню правду. Вчера не смог – слишком закружился в собственных чувствах, – а потому себе же пообещал признаться во всём сегодня. Признание выйдет ужасным, если вдобавок ко всему Минхо ещё и скажет, что позволил настоящему хозяину Арти сдать того в приют. Ему не то что прощения не будет – Хёнджин его просто убьёт. — Она, может, даже и не поймёт. А если поймёт, то молча съеду. — А деньги на содержание собаки где возьмёшь? Тоже вопрос хороший, но сейчас не время об этом думать. — Найду нормальную работу. Кафедра физики искала лаборанта, — вспоминает Минхо. — Короче, придумаю что-нибудь. — Ну тогда можно и себе его взять. Пёсель к тебе уже привязался, наверное. Минхо, ещё немного подумав, вскакивает с кровати и уверенно заявляет: — Да, всё, я забираю его себе. Он крутит головой в поисках своего телефона, который находит на подушках, и рвётся позвонить Чжонмёну. Тот отвечает на звонок не сразу, а лишь с третьей попытки. — Господин Чон? — Да, — судя по шуму, Чжонмён сейчас в дороге. — Где вы? — Еду в ветеринарную клинику доктора Бана. Им можно сдать собаку, как в приют. Минхо сбрасывает без лишних объяснений. Нет смысла останавливать Чона, ведь тот, вероятно, даже слушать не станет – будет лучше и быстрее, если Минхо сам приедет в клинику. Ехать до неё не так долго, Минхо знает, ведь именно там практикует Хёнджин. — Чанбин, — зовёт Минхо, но тот не откликается. Тогда он подходит к другу и звучно хлопает его по плечу, заставляя вздрогнуть. — Ты что, бешеный? — Отвези меня в ветклинику, где Хёнджин работает. — Решился на прививку от бешенства? Минхо решает промолчать, сейчас ему не до язвительности. Он бегло натягивает толстовку через голову, лично выключает компьютер друга, несмотря на чужие возмущения, перед выходом из комнаты толкает клетку Моцарта, чтоб тому неповадно было – всё делает очень быстро, чтобы не упустить Чжонмёна. Но уже в коридоре, ныряя в кроссовки, ему приходится затормозить: телефон оповещает о входящем вызове. Он ожидал увидеть звонок от кого угодно, но только не от хозяйки квартиры. — А ей-то что нужно?..

·❆·❆·❆·

Сегодня ветклиника работает неполный день, всё из-за предстоящей Рождественской ночи. Хёнджин, предвкушающий скорую встречу с Минхо (они договорились погулять без собак), заполняет карточки четвероногих пациентов, успевших поступить сегодня, и насвистывает мелодию праздничной песни, услышанной им утром в личной подборке в Спотифае. — Хёнджин, — доктор Бан отвлекает от дел, появляясь в дверном проёме кабинета с бумагами в руках. — Пак Джухон с питбулем уже пришёл, не знаешь? — Пришёл, он ждёт вас в процедурном. — Супер! Я сейчас займусь им, а ты жди некоего Чон Чжонмёна с эрдельтерьером. Он собирается отдать щенка в наш приют. Хёнджин, с горечью поджав губы, только согласно кивает головой. Он не имеет ничего против приютов, а даже наоборот поддерживает труд их создателей и старается как можно чаще помогать им материально. Однако одно дело, когда работники приютов спасают бездомных животных, помогая им найти хозяев, другое – когда уже имеющиеся нерадивые хозяева сдают в эти организации своих питомцев, и вот такое Хёнджин уже терпеть не может. Однако выбора у него нет, это его работа. Через несколько минут нуна с ресепшена сообщает о том, что Чон Чжонмён прибыл и ждёт Хёнджина в холле. Тот берёт нужные документы и, расправив хирургическую блузу на груди, направляется в холл. Гадать, кто именно из всех присутствующих является тем самым Чоном, не приходится: по нему сразу видно. — Добрый день, — начинает Хёнджин. — Чон Чжонмён, верно? — мужчина в ответ молча кивает головой. — А это у нас, значит… Хёнджин вчитывается в кличку эрдельтерьера и хмурит брови, пытаясь убедить себя в том, что это какая-то ошибка. — Да, это Артемон, — отвечает Чон. Опустив взгляд, Хёнджин натыкается тем на растерянно глядящего по сторонам шестимесячного щенка эрдельтерьера, с которым он давно знаком. Совпадения безусловно бывают, но Хёнджин уверен: это Арти, собака Минхо. — Арти, — зовёт Хёнджин, присаживаясь на корточки. — Привет, малыш! Арти, почувствовав знакомого человека, виляет хвостом и тычется мордой в подставленные ему ладони. Больше никаких сомнений, это самый настоящий Арти. Вот только где Минхо и почему какой-то Чон Чжонмён распоряжается его собакой? — Господин Чон, подождите! — кричит вбежавший в ветклинику парень, в котором Хёнджин сразу замечает Минхо. Тут уже без сомнений. Минхо запыхался, несмотря на то, что Чанбин высадил его не так далеко от ветклиники. Бежать всё равно пришлось, но он не жалеет, ведь Чжонмён, кажется, и сам пришёл недавно. Остановившись на расстоянии вытянутой руки от мужчины, Минхо склоняется и упирается ладонями в коленки, и именно это позволяет ему моментально разглядеть Хёнджина. Тот, смотря на него с нескрываемым замешательством, чешет Арти местечко за ушами и заваливает немыми вопросами, на которые Минхо всё же придётся ответить. — А ты что здесь забыл? — Чжонмён напоминает о себе, и Минхо приходится выпрямиться. — Господин Чон, не нужно никаких приютов, — уверенно заявляет Минхо. — Я забираю Арти себе. Мужчина стреляет из глаз удивлением, вскидывая брови. Вряд ли он предполагал, что Минхо пойдёт на подобное, но ему не приходится долго думать, чтобы ответить равнодушно: — Ладно, забирай, — и в который раз показать, что ему нет никакого дела до собаки. Чжонмён протягивает Минхо рулетку, которую тот незамедлительно забирает, и обращается теперь к Хёнджину: — Планы, как видите, поменялись. Всего доброго. Он уходит, не дожидаясь ответных прощаний, даже Минхо ничего напоследок не говорит. Но, наверное, он и не должен. Из всех присутствующих говорить сейчас обязан Минхо, причём с Хёнджином, который продолжает гладить Арти, больше не смотря на его новоиспечённого хозяина. — Хёнджин… — начинает Минхо, но, встретившись с чужим тяжёлым взглядом, замолкает. Дар речи потерял, как в первую их встречу, однако в этот раз из-за собственного стыда. — Я даже не знаю, как тебе всё объяснить, но я должен это сделать. Хёнджин, распрямившись, указывает рукой в сторону одного из кабинетов – приглашение на разговор, – и Минхо послушно в него плетётся. — Говори, — упав на компьютерный стул, Хёнджин стреляет внимательным взглядом. Он готов слушать, это уже хорошо. — Арти – не мой пёс. Вернее, теперь мой, но раньше моим не был, — Минхо начинает с очевидного. — Я работаю догситтером: гуляю и сижу с чужими собаками за деньги, — безобидная работа, а Минхо чувствует себя так, будто признаётся в своей принадлежности к эскорту. — Чон Чжонмён нанял меня в тот день, когда мы с тобой познакомились. Ты мне так понравился тогда, а ещё подарил много внимания Арти, что я не придумал ничего лучше, чем сказать, что он мой. — Но зачем нужно было что-то выдумывать? Ты мог сразу сказать, что просто гуляешь с чужой собакой. Бесспорно мог, но Минхо понимает это только сейчас и совестливо опускает голову – ничем не отличается от Арти в моменты, когда того ругают за шалости. — Я хотел, чтобы у нас с тобой было больше общего, — признаётся, бубня себе под нос. — А я на тот момент даже собак-то не любил… В смысле… Знаешь, в детстве один бездомный пёс испортил мне пикник! Хёнджин, как ни странно, в ответ на это только смеётся, прикрыв лицо ладонями. — Я бы в любом случае продолжил знакомство с тобой, хён, — говорит он мягко. — Мой интерес к тебе не был связан с Арти. Если бы я западал на всех, кто гуляет с собаками, боюсь, меня бы назвали легкомысленным. Ты показался мне симпатичным и забавным, да ещё и предложил погулять вместе вечером – даже если бы ты не был в тот момент с Арти, я бы согласился. Минхо поднимает на Хёнджина взгляд и совсем не чувствует себя хёном, плавясь из-за мягкости и теплоты в глазах младшего. Кажется, что Хёнджин говорит очевидные вещи, о которых Минхо и сам мог догадаться в самом начале и не заваривать эту кашу. Но в прошлое не вернуться, в настоящем они, кажется, во всём разобрались, а на будущее он запомнит: никакой лжи и никакого притворства. — То есть ты не злишься на меня? — спрашивает Минхо, шагая к Хёнджину ближе. — Ещё как злюсь вообще-то! — нахмурившись, заявляет тот, но почти сразу расслабляет брови и тихо усмехается. — Но я готов тебя простить по двум причинам: первая – сейчас канун Рождества, а вторая – ты спас Арти от приюта. Я так разволновался, когда увидел его кличку в документах. Опустившись на корточки, Минхо берёт морду Арти в свои ладони и заглядывает в его глаза. — Я должен был забрать его сразу. Прости, друг, — большие пальцы поглаживают мягкую шерсть. — Всё позади, теперь ты со мной. Но не думай, что я сейчас растаю из-за твоих преданных глазёнок и начну тебе всё позволять, усёк? Минхо тычет указательным пальцем Арти в нос, и тот ловко прихватывает кожу зубами. — Ауч! Ну ты и паразит. Поднявшись с корточек, Минхо возвращает внимание Хёнджину, который всё это время с нежностью наблюдал за ним. Он подходит ближе, убирает в сторону поводок, заведомо спустив с него Арти, и присаживается перед Хёнджином, забирая его ладони в свои. — Прости, что выдумал целую историю, — просит искренне, не отводя глаз. — И так затянул с признанием. Я хотел рассказать обо всём раньше, но не находил в себе сил. Сегодняшняя ситуация показала, что времени на сокрытие правды больше нет. — Я тебя прощаю, — с улыбкой говорит Хёнджин, и Минхо облегчённо выдыхает. — Но если Арти пожалуется мне на плохое Рождество с тобой, то тебе придёт конец. Минхо усмехается, подхватывая приподнятое настроение Хёнджина, но быстро вспоминает об одном нюансе… — Неизвестно только, где мы будем справлять Рождество. Нас с тобой выселили, Арти. Буквально сегодня. Сон Джихён, которая звонила около часа назад, когда Минхо только собирался ехать сюда, сообщила неприятные новости: в клоунаду Минхо она не поверила, про собаку узнала и без шанса на пощаду выселила. Она не кричала – говорила спокойно, но так быстро и уверенно, что Минхо с ней даже толком поспорить-то не успел. Да и вряд ли бы этот спор дал свои плоды. — Так что сегодня мы с тобой не Рождество встречаем, а скитаемся в поисках жилья. Будешь своими милыми глазками кадрить арендодателей. — Считай, что он уже закадрил, — вдруг говорит Хёнджин. — Ну и ты ему помог немного. — В смысле? — Перебирайтесь ко мне, — Хёнджин пожимает плечами. — Тебе не придётся тратить время на поиски квартиры, да и нам с Пуншем будет веселее. Минхо, округливший от удивления глаза, не может поверить своим ушам. Хёнджин предлагает ему жить вместе, с ума сойти… — Мы вас точно не будем стеснять? — уточняет, а Хёнджин вместо ответа только тянет Минхо на себя, заставляя подняться и приблизиться. — Точно, — говорит, оставляя на губах Минхо кроткий поцелуй. — Я слишком влюбился в Арти. — А в меня? Улыбнувшись, Хёнджин утягивает Минхо в поцелуй, теперь уже неспешный и долгий, отвечая разом на все вопросы. Любопытный Арти наблюдает за ними лёжа, склонив голову набок. Что ж, не у всех Амуров есть лук и стрелы. Некоторые из них отличаются наличием виляющего хвоста и четырёх лап.