Ген ALTA. Первый курс

      Чонгук любуется Тэхёном, тот взъерошенный, слегка потный, но глаза так смотрят на Чонгука, казалось бы, спокойно, но словно что-то есть еще. Эх, этот чертов укол. Но любопытно, что же такое произошло, что вызвало такую легкую искринку в его любимых зеленых глазах…        — Тэхён, что-то случилось? Мне кажется, твой укол стал отходить немного. У тебя в глазах не только безмятежное спокойствие, — спрашивает Чонгук.       — Да? Вполне возможно, так как я правда начинаю чувствовать что-то… как легкий проблеск. Ну а так, ничего не случилось, уснул ненадолго, чтобы Йоли отдохнула, — говорит Тэхён. Если бы только Чонгук знал, какой сон он сейчас смотрел. — Проходи. Наверное, я должен все-таки сказать, что ко мне заходил Ли Чану.       — Что? — резко оборачивается Чонгук. Интересно, когда это было. Студент, которого Чонгук попросил сообщать всё о Ли Чану, написал только сейчас. Непонятно. Ясно, что Ли Чану уже давно успел уйти, раз Тэхён спал и только проснулся. Почему тогда Чонгуку так поздно написали об этом?.. — Зачем? Надеюсь, ты даже ему дверь не открыл.        — Открыл, — спокойно говорит Тэхён, — но быстро закрыл. Я сказал, что разговаривать с ним не намерен. Думаю, он хотел извиниться.        — Извиниться? Как за такое можно просто извиниться? — негодует Чонгук.       — Ну… с чего-то надо, видимо, начинать. Если человек по-настоящему хочет изменить ситуацию. По факту он ничего не сделал мне. Ну как не сделал… Сделал, конечно. Но это были только намерения. Попытка. Самое страшное, что пострадала Йоли. Вот за это да, извинений мало.        — Попытка. А если бы получилось? Если бы не было бы Йоли там с тобой? То что тогда? Что бы там было? — чувствуется, что эмоции начинают кипеть у Чонгука.        — Не знаю, Чонгук. Правда, не знаю. Я помню, что мне было страшно. И противно. Мерзко, — спокойно говорит Тэхён, но при этом он принимает позу защиты, складывая руки в замок у себя на груди.        — Что он сделал? — спрашивает Чонгук.        — Чонгук, я не думаю, что хочу это обсуждать. То есть я понимаю, что я могу тебе сказать, но не уверен, что будь у меня эмоции, я хотел бы этого. Я помню свои чувства, когда вы зашли. Как ты смотрел. Мне было очень стыдно. И я ощущал себя ужасно. Но страх за Йоли перевешивал все эти чувства. И я не знаю, но мне кажется, если и вспоминать это всё, то только когда вернутся чувства. Я не хочу, чтобы я потом пожалел о том, что всё рассказал. Только если ты переживаешь, что что-то было между Чану и мной, то я могу ответить, — замолкает Тэхён, и возникает небольшая пауза. Чонгук замирает. Он и сам понимает, что этот разговор может быть только тогда, когда Тэхён вернется в свое нормальное состояние. Иначе это все-таки нечестно. Вот так пользоваться ситуацией, когда Тэхёну безразлично, что он говорит, так как эмоций он не ощущает.        — Ты знаешь, Чонгук, хоть мы вообще ничего друг другу не обещали, да и у нас разговора-то такого даже не было… И мы не встречаемся, да и вообще… боже, я представляю, как бы я сейчас краснел и смущался, если бы всё это говорил будучи с чувствами… Ну так вот, хоть это и так, но мы оба понимаем, что между нами… что-то происходит, давай это так назовём. И я не посмел бы. Понимаешь? Даже если мне бы нравился Ли Чану. Я бы не посмел, так как это было бы уже сродни измене. Ну, потому что я ни разу по факту не оттолкнул тебя. То есть я принимал все твои… действия по отношению ко мне… Да, так, наверное, это можно сказать. И начать что-то с другим, отвечая тебе, — это было бы предательством. Я не такой человек. Я… ты… мы с тобой…        — Тшшш, тихо, не надо, — подходит Чонгук и кладет руку на рот Тэхёну. — Не надо, я понял. И согласен, этот разговор должен быть, когда твои чувства вернутся. Иначе это нечестно. И ты потом пожалеешь. Я не хочу этого. Но я очень хочу знать, что сделал тебе Ли Чану. Сделал ли что-то? — продолжил Чонгук. — Только это. Обо всем остальном мы будем с тобой говорить, когда вернутся чувства, — смотрит в зеленые глаза Чонгук.        — Он ничего мне не сделал. Хотел. Да. Но не сделал. Я сопротивлялся. И пытался дать отпор. То есть я давал отпор. Но он сильнее меня. Он прижал к бортику в бассейне. Мы были в воде. Хотел поцеловать. Он прижал и держал меня за талию, потом здесь, — Тэхён показывает на верхнюю часть левого бедра. — Я оттолкнул. Сильно оттолкнул. Локтем ударил, когда он руками держал талию и бедро. Хотел вылезти из бассейна. Но он за ноги схватил меня и потащил снова в воду. Видимо, тогда я ударился ртом о борт бассейна и разбил губу. В этот момент Йоли подбежала и начала увеличиваться. Там и Хэви, гиена Чану, тоже прибежала. И началось вот это всё безумие с питомцами. Я в итоге вылез из бассейна, Чану тоже стал вылезать, но Йоли его скинула сразу же. И схватила Хэви, швырнула его в воду. И тут вы все пришли. Вот как всё было, — тихим голосом заканчивает свой рассказ Тэхён.             Чонгук стоит слишком близко, и Тэхён помнит свой сон. Но сейчас он ничего не чувствует. Хотя ему очень интересно, есть ли запах, именно тот запах из сна. Имбирь. Он его, вроде, тоже как-то чувствовал, когда близко приближался к Чонгуку. И сейчас хочет… просто узнать… такой же этот аромат, как во сне? Вроде, он может. Да? Чонгук же говорил, что будет делать шаги. Тэхён тоже вроде как сказал. Хотя бы самому себе. Но, вроде, и Чонгуку тоже. Что будет. Тоже. Пробовать. Пауза затянулась, и они стоят достаточно близко друг к другу.        Действие происходит в одну и ту же секунду. Чонгук делает шаг назад. Тэхён делает небольшой шаг вперед. Чонгук замирает. От одного только понимания, что Тэхён сам сделал этот шаг, парень покрывается мурашками, а сердце пропускает один удар. Чёрт. Никогда. Ни от кого. Чонгука так не штырило. Чтобы замирало дыхание. Чтоб хотелось дотронуться и сжать, обнять, еще раз сжать, опять обнять и не выпускать из своих рук. Чонгук смотрит в зеленые глаза и шепчет: — Делай то, что ты хотел сделать.        — Я хотел кое-что проверить. Попробовать, — так же шёпотом отвечает Тэхён, протягивает руки, кладет их на талию к Чонгуку и подходит вплотную. Приближается носом к шее, вдыхает… Да… запах имбиря… Вкусно. Делает усилие над собой и отходит, сделав шаг назад. Он без чувств. И это не честно — так поступать с Чонгуком.        Чонгук чуть не умер. Сердце не билось, Чонгук не дышал. Он замер и всеми клетками своего тела, всеми атомами своей души чувствовал этот момент и записывал его себе в память, чтобы прокручивать его потом в своей голове миллион раз.        — Ты знаешь, что от тебя пахнет имбирём? — спрашивает Тэхён. — Я хотел проверить. Мне как-то раз послышался этот запах от тебя. И я хотел проверить. Кажется или нет.        — А от тебя пахнет зеленым яблоком. Очень нежно. Легкий аромат яблока, — говорит Чонгук.        — Да? Не знал, что я пахну яблоком. Я от себя сам не чувствую никакого запаха.        — Я от себя тоже. Мне Чимин еще говорил, что я пахну имбирем. Не то чтобы он так нежно нюхал меня, как ты сейчас, — улыбается Чонгук, — но мы никогда не задумывались, почему так. Чимин пахнет дождем. Ну… как я чувствую.        — Не знаю. Я не подходил так прям близко к Чимину, чтобы чувствовать его запах. И к другим тоже. Твой я чувствую, если к шее наклонюсь, практически дотрагиваясь до нее.        — Я тоже. Абсолютно так же. Интересно. Надо спросить у ребят, как у них. Правда, интересно, но я действительно никогда не интересовался, почему так.        — Все соберемся, надо будет спросить, чувствует ли кто-нибудь из них, у кого какой запах.        — Да, любопытно. Если к тебе не придут, то на ужине точно увидимся. Нюхать мы там вряд ли будем друг друга. Но хотя бы обсудим. У тебя, кстати, здесь вкусно пахнет. Апельсином.        — Да… я тут пробовал кое-что. Вот, смотри. Тэтэ эта конструкция не понравилась, но я пока другого не придумал ничего.        — Хеххх, ну да, громоздко выглядит. Что это? — спрашивает Чонгук, когда они с Тэхёном подходят к кухонному столу. — Ты пытался погреть масло на пару? Поэтому здесь такой вкусный аромат в доме?        — Да. И в этом моя идея. Только вот как бы мне сделать такую подставку-конструкцию… Хотел к куратору сходить. Он маг. Маги меняют пространство и создают разные формы. Может, он подсказал бы что-то или помог бы сделать такую штуку.        — Давай завтра вместе сходим. Или можешь подойти к нему на ланче, хотя, наверное, это не очень. Он придёт передохнуть и поесть. Посмотрим завтра.        — Да, посмотрим. Мне надо садиться реферат писать по Руноведению. Хотел в библиотеку сходить, — говорит Тэхён.        — Пойдем вместе. Я тоже возьму книги, у нас одинаковая, наверное, тема. Потом я тебя обратно провожу до дома. И не спорь, пожалуйста, ладно? Я боюсь тебя одного оставлять на территории, — говорит Чонгук.        — Почему-то мне кажется, что если и могло что-то случится плохое, то оно уже случилось. Уверен, Ли Чану не сделает больше ничего, — говорит Тэхён.        — Не будем испытывать судьбу. Осталось полтора месяца потерпеть, и он уберется отсюда, — отвечает Чонгук, — а пока лучше не будь один на территории, какой бы она безопасной не казалась. Просто подумай о том, что есть люди, которым ты не безразличен, и они о тебе беспокоятся. Я, например, — с улыбкой смотрит Чонгук.        Тэхён, конечно, согласился. Как тут спорить. Они решили не ехать на креслах, а прогуляться пешком по Кедровой линии до основной территории первой ступени. Взяли в библиотеке все книги, списались с парнями и пошли все вместе на обед в столовую. К Тэхёну после не идут, домашнего задания у всех много, все расходятся по домам. Чимин провожает Кима до дома, так как он живет на соседней линии: Кипарисовая, пятьдесят пять.

***

       Чонгук заходит в общежитие №2, поднимается на второй этаж. Он одет в бежевые спортивные штаны и черную футболку. Лента университета на штанине, высокие черные кроссовки дополняют образ. Проводит рукой по волосам, опускает руки вниз, сжимает их в кулаки. Как же его раздражает. Хочется сразу вмазать, а не разговаривать. Но нельзя.       Вот интересующая его комната. Комната сорок четыре. Стучит в дверь, ждёт недолго. Открывает Ли Чану.        — О, кто ко мне пришел. Защитничек? Только когда ты был нужен, рядом тебя не оказалось. Что надо? — Ли Чану одет в бежевые шорты и синюю футболку. Расслабленно стоит у двери и с ухмылкой смотрит на Чонгука.        — Это я хотел спросить. Что надо? Что лезешь к нему? Подарки даришь, потом синяки ставишь, — спрашивает Чонгук.        — Так что тебя больше бесит? Что дарю подарки, а он принимает? Или синяки? — все так же ухмыляется Ли Чану.        — Выйдешь? Или будешь так стоять? Прятаться за чарами комнаты. Боишься? — спрашивает Чонгук.        — Не боюсь. Но и проблем себе не хочу.        — Надеюсь, в Восточном тебе понравится. Может, там оставят.        — Надейся. Как бы то ни было, учиться я всё равно буду здесь.        — Главное, чтобы ты руки свои держал при себе.        — А то что?        — Ты же не хочешь себе открытого врага в лице меня, а, Чану? Очень в этом сомневаюсь. Поэтому не лезь. Забудь о нем.        — Хмммм… Думаешь, испугал? Мне плевать на тебя.        — А мне вот нет. И я за тобой смотрю. Запомни это, — говорит Чонгук, еще раз окидывает Ли Чану взглядом, разворачивается и уходит. Мысленно он кипит, конечно. Как же он его раздражает и злит. Не были бы в универе, уж Чонгук смог бы его усмирить. Но здесь… Штрафов не хочется. Или, не дай бог, так же отправят куда-то. А ему нельзя, здесь Тэхён. Чонгук его не оставит. Здесь. Да и вообще где-либо без себя. В июне каникулы, он уже думает, что делать. И как быть. Может, уговорить родителей и купить квартиру в Эсфене? Или на месяц снять себе жилье здесь? До июня еще полтора месяца, есть время подумать.

***

      Начало недели пролетает быстро, и вот уже четверг. 3 пара 8.45—9.45 Руноведение 4 пара 11.15—13.00 Руноведение 6 пара 15.00—16.00 🔗 Психология Магии Рас 7 пара 16.15—17.45 Энчантинг 10 пара 23.00—01.00 Зельеварение        Лично Тэхёну нравится этот день. Он очень любит Руноведение. Ему интересно, и он с удовольствием учит руны и их значения. Психология Магии Рас тоже, в целом, неплохой предмет. А то, что он общий, делает его еще лучше, значит, они соберутся с парнями и будут вместе сидеть. Хоть они и не болтают между собой, но почему-то такие пары все равно воспринимаются по-другому, и Тэхён их любит. Энчантинг для Кима тоже, считай, родной предмет. Там проходят, как можно усилить или ослабить то или иное свойство растения. Ну и Зельеварение, хоть оно десятой парой, но ведь многие снадобья и зелья и можно варить только в полночь. Вот и стоит предмет в такое время. Но этот день не очень любят Хосок и Юнги. Из-за Зельеварения как раз-таки. У них с этим предметом не особо складываются отношения, особенно у Хосока. Но это ощущается только самими ребятами, потому что все их оценки отличные. Учат все вовремя и в срок, но они, конечно, не одни такие. У какой-то части студентов в учебе здесь так же все отлично. Что покажет Эстафета — вот вопрос, поэтому сейчас все занимаются еще усердней.        — Магия рас. Что ж, начнем сегодня с того, что приоткрою вам небольшую тайну. Вы сейчас еще люди без проявившегося гена. И у вас зрение людей. С вас сняли первый блок, он небольшой, вы сейчас видите питомцев. У всех. Вы видите кобольдов. И можете еще видеть некоторых магических существ. Есть блоки, которые отвечают за «видимость». Их несколько. Например, видимость самой расы. Я, как и все остальные представители рас с геном ALTA, для вас такой же человек, как и вы, как и все остальные жители Ильтеры. Но. Расы на то и расы, что у каждой есть своя особенность. И она не выражается только цветом искры. Когда вам снимут блок, отвечающий за полную видимость рас в мире, тогда вы увидите, как на самом деле выглядят маги, чародеи и ликаны. И какая особенность у каждой расы. Вы никогда не спутаете мага и чародея. Чародея или ликана. Ликана и мага. Их отличает не только цвет искры на руке. Искра будет интересна только количеством искр. И все. Людям же важен именно цвет искры, так как люди только так могут понять, кто перед ними. Совет при императоре периодически выносит на повестку дня закон об отмене «скрытости рас», но он никогда не набирает нужное количество голосов. Сейчас людей абсолютное большинство, и никто не хочет вносить лишний повод «необычности рас», чтобы избежать буллинга, притеснения и различных конфликтов. Все вы знаете, почему так. Но изначально этот закон появился совсем из-за другого, — начал свою лекцию профессор Психологии Магии Рас Бан Шиу. — Вернемся в то время, когда исчезли эльфы. Официально это 1530 год. Вы знаете, что массовые смерти начались именно в этот период. Но еще в это же время у всех выгорели искры. Вы помните формулу «минус три»: у каждого выгорели три искры. Возьмем ликанов. Ликаны во времена эльфов могли обращаться. И волчью сущность ликаны всегда ощущали в себе. И чем больше искр, тем сильнее ликан. И чем больше звёзд, тем сильнее это выражалось в том, как выглядит представитель этой расы. Например, у ликана с шестью искрами были волчьи уши. Считайте, что это гибрид волка и человека. Зрачки глаз — волчьи. И так далее. То есть любой по внешности знал, что перед ним ликан. Но суть в чем? Ликан, который выглядел определенным образом, в один момент этого лишился. Представьте, например, что вы сейчас облысеете. Навсегда. Хотели бы вы это скрыть? И наложить на себя иллюзию? А чисто психологически? Как бы вы себя ощущали? А так произошло разом за один год со многими жителями Ильтеры. Поэтому, чтобы хоть как-то сгладить все то, что происходило, весь магический мир наложил на себя чары иллюзии, чтобы все выглядели как люди. Но со временем, когда шли столетия, чары стали наложены в самом мире, как чары блокировки магического мира от не магического, — продолжает Бан Шиу. — Но не на все можно наложить блокировку. Магию можно увидеть. Вы видите всполохи магии. Ее цвет. Синий — ликаны, розовый — маги, фиолетовый — чародеи, зеленый — во время эльфов этот цвет принадлежал им. Чем сильнее представитель своей расы, тем ярче цвет магии, насыщеннее. Или, например, те или иные заклятия. Они требуют разных сил. Какое-то заклятие требует всполох магии, какое-то вязь магии, какое-то искры магии, какое-то лучи магии. Вам всё это предстоит учить. А еще… Есть такое понятие как запах магии. Но это проявляется не у всех. — На этом моменте звучит гонг и все отмирают, так как слушали очень внимательно, лекция была безумно интересной, так как профессор рассказывал то, что никто из ребят не знал.        — На этом наша лекция закончена. Домашнее задание придет вам уведомлением в плангиусы сегодня к вечеру, — говорит профессор.        — Профессор Бан Шиу, — спрашивает Ким Тэхён.        — Да, студент, спрашивайте.        — Что по поводу запаха магии?        — С этого мы начнем нашу следующую лекцию, — отвечает профессор Бан Шиу, — но меня радует, что вам интересен предмет.        Все выходят из аудитории, как обычно, это не быстро, пятьсот человек сразу не могут выйти из двух выходов, поэтому кто-то не торопится, а сидит еще за своими столами.        — Лекция супер, — восторженно говорит Хосок, — было безумно интересно. Я всего этого не знал.        — Вообще, у меня много вопросов! Один из них: как живут наши родители? Вот им нормально нам ничего не рассказывать? У меня родители оба ликаны. Всё это они знают. А я ничего не знаю! Как им вот так скрывать всё, пока я рос? И до сих пор молчать, не проговориться? Вот так… Как так можно? — возмущается Чимин.        — Это уже данность жизни на протяжении многих лет. А то что у нас все блокировано — видимость эта — так родители и не напрягаются. Это же автоматически… как бы. Ты просто не видишь и всё. Как, где и в чем они должны проговориться? Они знают, что ты не видишь. И не увидишь. Может, там вообще какой обет еще дается на крови. Мы вообще, оказывается, так много не знаем… Шок, — говорит Юнги. — Ладно, давайте, идем.        — Эх, Конфета, я по тебе скучать буду, — вздыхает Чимин и делает попытку обнять Юнги.        — Скучай. Кто же тебе не дает, — улыбается Юнги и легко ударяет Чимина кулаком в плечо.        — Вы слышали про запах магии? — не унимается с этим вопросом Тэхён.        — Да, я тоже обратил внимание, — соглашается Чонгук и кладет руки на талию Тэхёну, пока они выходят из своего ряда со столами. Они идут последними за всеми ребятами. Тэхён кладет свою правую руку поверх правой руки Чонгука, и тот расплывается в улыбке.        — Ванильки… вы посмотрите на них… парочка наша, — говорит с улыбкой Чимин, когда выходит с их ряда и оборачивается на всех.        — Мы не пара, — говорит Тэхён, — мы не встречаемся.        — Пока не пара. Пока не встречаемся, — поправляет Чонгук.        — Значит, ты свободен? — провоцирует Чимин с хитрющей улыбкой.        — Нет… Я занят. Всё… Ничего никому не говорить, — спокойно говорит Тэхён, — идемте на Энчантинг уже. А то опоздаем!        Чонгук продолжает улыбаться, только улыбка становится еще шире. Наклоняется к Тэхёну и тихо ему говорит: — Мне нравится твой ответ, моё яблочное солнце. Я тоже занят! Тобой! Знай это.        Юнги тянет Чонгука за руку: — Пойдем уже. Нам тоже надо торопится, опоздаем на свою пару.        — Идём, идём. Чимин, Хосок, не оставляйте Тэхёна одного, — просит Чонгук.       Ким закатывает глаза вверх: — Ничего со мной не случится.        — Ага. Мы это знаем, — говорит Юнги и мило улыбается Тэхёну.        — Пойдем, несчастье! Всё, давайте после пары в столовой увидимся, кто первый приходит, тот занимает наш стол, — говорит Чимин, обнимая Тэхёна и поворачивая в обратную сторону от Чонгука с Юнги.        — Давайте быстрее. Пошли, — переживает Хосок, — реально опоздаем ведь.

***

            В итоге ребята вбегают в последнюю минуту до гонга на Энчантинг. Садятся, быстренько достают плангиусы и учебники. На Энчантинг надо приносить несколько учебников. «Свойства трав», «Энциклопедия Флоры Ильтеры» и «Руноведение», так как этот предмет требует общих знаний по растениям, руноведению. На данном этапе так, но в дальнейшем еще понадобится учебник по Заклятиям и ритуалам.        — Хлорофитум, студенты. Поговорим сегодня об этом всем известном растении. Домашний цветок, который есть практически в каждом доме. Его сила в чем? Нам ответит Чон Хосок.        — Хлорофитум очищает воздух, повышает влажность в помещении, при этом он убивает бактерии и вирусы, — отвечает Хосок.        — Хорошо, продолжим. От каких примесей может избавить хлорофитум, Ким Тэхён?        — От ацетона, формальдегида, свинца и паров ртути, — быстро отвечает Тэхён.        — Принято. Какое еще есть интересное свойство у хлорофитума? — спрашивает профессор Энчантинга Пак Сумин.        — Хлорофитум накапливает влагу в листьях, а затем выделяет её в воздух, — отвечает Тэхён.        — Отлично. Задание. Опишите, что вы сделаете, если на свойство хлорофитума «накапливание влаги» наложить руну ᛁ Иса? И что будет, если на тоже самое свойство мы наложим руну ᛃ Йер? Начнем с руны ᛁ Иса. Что несёт эта руна? Ответит Пак Чимин.        — Иса — это лед. Руна застоя. Иса заморозит всю накопленную влагу в растении.        — Хорошо. Теперь о руне ᛃ Йер? Ли Сухо ответит.        — Йер — это урожай. Но надо приложить усилия, чтобы собрать урожай. То есть получается, что Йер усилит выделение влаги в растении. Но надо быть аккуратным в наложении руны, и в момент наложения надо стараться удержать штрихи.        — Напишите итоги действия этих рун. Жду три минуты и спрашиваю.        Пара проходит бодро, профессор спрашивает, студенты отвечают. Иногда размышления затягиваются, тогда профессор помогает направить мысли в правильное русло.

***

       Ужин после шестой пары — это персональный рай студента. Особенно когда знаешь, что пары на сегодня закончены, как у Юнги и Чонгука. Они и в столовую первые примчали, уже взяли себе еду и сидят за столом. Хосок, Чимин и Тэхён только заходят в столовую. У Хосока и Чимина настроение не такое радостное. У них еще не очень любимое Зельеварение впереди, в 23.00. Тэхён этот предмет любит, поэтому с его настроением все отлично. Было бы. Но без чувств он просто спокоен, хотя, по его ощущениям, он начинает ловить какие-то проблески эмоций.        Ребята сидят за столом, обсуждают этот день, перед Зельеварением надо сходить в лес и принести несколько трав.        — В лес идем вместе. Надо тренироваться вам срезать травы. А то я всегда приношу на всех, а у вас, получается, практики нет, — говорит Тэхён.       Он сейчас с удовольствием ест белый рис и салат из креветок с зеленью. На всех еще взяли большую миску с кимчи. Питомцам ребята принесли со стола для питомцев кусочки нарезанной отварной птицы, яблоко и чернику, бамбук для Ами. Арс хрустит яблоком, Голд ест мясо. Сэт и Йоли таскают ягоды черники.        — Эххх, и главное ведь не возразишь, — говорит Хосок. — Пойдем, да. Будем срезать вместе.        — Согласен. Скоро Эстафета. Нужна максимальная готовность. Тэхён, может, еще нам что покажет и попрактикует нас. Вы пойдете с нами? — спрашивает Чимин у Юнги и Чонгука.        — Да, пойду. Пусть меня тоже Тэхён поучит получше травы срезать, — отвечает Чонгук с блестящими искорками улыбки в глазах.        — Ну, я тоже пойду. Раз все идут, — говорит Юнги и цепляет палочками кимчи.        — Я рад, Юнги, что ты идешь с нами, — говорит Чимин и пристально смотрит Юнги в глаза. Тот даже растерялся на долю секунду. Где эта привычная его «Конфета»… Да и вообще… лукавость, хитрая улыбка… И, видимо, растерянный взгляд все-таки промелькнул в глазах Юнги .       — Поймал, Конфета, я тебя поймал, — хитрюще улыбается Чимин, всё так же смотря в глаза парню. А Юнги… Юнги в первый раз так же открыто смотрит в глаза Чимина… и улыбается. А вот теперь растерялся и завис Чимин.       Юнги расплылся в улыбке еще сильнее и показал пальцем на Чимина со словами: — Хаххх, я тоже тебя поймал. Тоже.        — Я даже не спорю. Поймал и держишь. Но ты заметил, что я тоже держу тебя? — спрашивает Чимин, но теперь в его голосе зазвучала нежность.        — Ешь вон, хватит задавать глупые вопросы, — улыбаясь, говорит Юнги. — Давайте сейчас по домам, реально отдохнуть хочется, успеть домашку поделать и встречаемся тогда у Тэхёна в… полдесятого, наверное, и пойдем за травами для Зельеварения.       Все соглашаются, Чимин, как обычно, едет с Тэхёном по Кедровой линии и потом, от дома Кима, идёт к себе минут пять.

***

      Темнеет, в лесу сейчас свежо и тихо. Тэхён любит такой лес. Он вообще любой любит, но в такое время он по-своему прекрасен. Щемящая нотка эмоций простреливает где-то в груди, что Тэхён даже останавливается. Чонгук, идущий рядом, замечает эту паузу и спрашивает: — Всё окей? Тэхён?       — Я что-то почувствовал. Как же это круто. Просто что-то почувствовать. А не вот это вот… равнодушное спокойствие.       — Вторая неделя заканчивается. Наверное, таких проблесков должно становиться всё больше.       — Надеюсь.       Ребята идут по лесу, им надо срезать пустырник, Тэхён знает, где он растет, и ведет всех к этому месту. Пустырник — высокое растение, его сразу видно, высота у него от пятидесяти сантиметров до двух метров. Собирают его во время цветения. Для среза нужны и листья, и бутоны, с этим проблем никогда нет, так как цветет пустырник долго, примерно месяцев пять, что по климату Ильтеры от одного зимнего месяца до другого, зима — это февраль и август.        — Вот и оно, мы пришли, — показывает на небольшую поляну Тэхён.       — Хосок, ты срезаешь не там, слишком длинный стебель делаешь. В пустырнике вся полезность в цветках и листьях, которые рядом с цветами. Режь только верхушки побегов. Все, что ниже, — бесполезно, там нет активных веществ, это уже просто трава, — подходит Тэхён к Хосоку и кладет ладонь на его предплечье.       Все тоже оборачиваются, чтобы посмотреть, и продолжают. Время идёт быстро, да и растений надо немного, поэтому все быстро справляются.       — Кстати, вы знаете о малоизвестном применении пустырника? Мне господин Мин рассказывал. Что полезны не только отвар и настойка, но и ванна. Если принять ванну с пустырником, то она снимет стресс и успокоит. Ванны с отваром трав очень полезны, и у них более мягкое воздействие, — рассказывает Тэхён. Его голос спокоен, руки срезают траву, и Чонгук в который раз подвисает, глядя на такого Тэхёна. Ким просто создан для леса. Они как один организм. Настолько «своим» Тэхён ощущается в лесу среди растений.       Пустырник срезан, и ребята идут дальше.       — Смотрите какое дерево странное, — зовет всех Чимин и направляется к одному из деревьев. Все подходят ближе, смотрят на ствол и видят, что в самом центре ствола вертикальной линией нанесены какие-то знаки.       — Что это?.. Руны? — озадаченно предполагает Юнги.       — Если и руны, то я таких не знаю, — говорит Чонгук. — У кого какие мысли?       — Может, чары чьи-то? А это вязь рун. Мы же еще так многого не проходили. Так-то мы, считай, вообще еще ничего не знаем, а учитывая, как скрыт магический мир от немагического… — говорит Чимин, почесывая затылок.       Тэхён смотрит на это дерево, на эту вязь символов, подходит, прикладывает руку, ведет по этой вязи и говорит: — Давно нанесено, смотрите: дерево уже зажившее полностью. Хотя… Может, можно нанести руны, не травмируя дерево. Но здесь как будто резали кору, ствол. Согласен с Чимином, что мы действительно многого не знаем. Точнее, ничего толком не знаем. — Сам же мысленно делает себе заметку спросить у пикси Аниеи про эти символы.       Ребята не знают, но в этот момент магический мир Ильтеры видит еще один зеленый луч в небе. Он ярче предыдущего.       — Ладно, идем… Быстро срезаем чуть-чуть ромашки, идем назад к Тэхёну, забираем магосумки с учебниками, плангиусами и стилусами, и на Зельеварение, — говорит Хосок.