К чертям стереотипы

Предаваясь размышлениям, молодой господин не заметил, как в его покои постучали. Он лишь увидел, как новый гувернёр бесцеремонно ворвался в спальню, не испросив разрешения. Вару не ожидал такой дерзости, и предположение о том, что новый дворецкий снова является альфой, укрепилось в его сознании. — Как вы смеете врываться в мою спальню без разрешения? — тон был резким. Конечно, чего ещё можно было ожидать от молодого господина, известного своим своенравием и отсутствием воспитания? Ах да, забыл упомянуть, что при этом он, подобно собаке, рефлекторно принял сидячее положение. — Прошу простить меня, юный господин, вы сами пожелали меня видеть, а могли бы и подождать немного, — кланяясь в пол, новый дворецкий оказался дерзок, и его дерзость можно было черпать лопатой, все равно останется. «Будь с ним вежлив и учтив». — Агрх... — нахмурившись, юный господин прожигал дыру в гувернёре, — Ладно. Так вот ты какой оказывается, — на лицо вернулась дьявольская улыбка, а сам Вару встал, подходя к дворецкому, — соизвольте представиться своему господину, гувернёр. Господин обходил дворецкого, осматривая его со всех сторон. Это напрягло гувернёра. Так еще голос, что исходил из уст господина, был необычайно прекрасен. Смешанное чувство поглощало разум слуги. Он лишь молчал, будто не расслышал последнюю фразу. — Мда уж, зря я обрадовался, что наконец-то будет тот, с которым будет интересно, — Вару остановился напротив гувернёра. Они были одного роста, но из-за того, что Вару чуть наклонился, приподняв голову, казалось, что господин ниже, — А ты, как оказалось, дерзок только для показухи. — Non, non, Monsieur. Moi... — Только не это, чёрт, — закатив глаза, при этом выдохнув, проругался господин, — ненавижу французский, только не он! Только не говори, что ты как раз ему и будешь меня учить. — Вынужден вас огорчить, молодой господин, но именно французскому языку я буду вас обучать. — Принеси-ка мне бумагу и перо с чернилами в мой кабинет, — с этими словами юный господин вышел из спальни, направляясь в коридор. Он сейчас жутко зол, но скрывал это за ухмылкой. Проходясь по коридору, будто лебедь плывёт по воде, осанка господина была как всегда великолепна. Да чего уж таить, юный господин всегда был великолепен. Распахнув дверь и войдя в кабинет, Вару хлопнул дверью прямо перед самым носом дворецкого, из-за чего тот чуть не разлил чернила. Всего лишь капля упала на пол. Ну да ладно, черт с ней. Чуть приподняв руку, гувернёр постучал. — Да входи ты уже! — Да-да, — дворецкий зайдя в кабинет, в отличии от Вару, спокойно закрыл дверь, после чего положил на стол листок бумаги, а так же чернильницу. Зеленоволосый, в свою очередь, схватив перо, аккуратно окунув его в чернилах, дабы не забрызгаться, начал писать письмо родителям. «Дорогие родители, дорогие мои мама и папа, прошу, нет, умоляю, предоставьте мне другого гувернера. Я не желаю учить французский язык! Он мне противен! Как вы этого не понимаете? Сколько раз я просил Вас предоставить гувернёра да хоть по немецкому, но никак не по французскому. Ну поймите же вы наконец! Надеюсь, вы любите своего сыночка и поменяете ему гувернёра. Если вы его не поменяете, только Бог знает, что я сотворю». Подписав и запечатав в конверт, Вару отдал письмо гувернёру, приказав отправить его в родительский дом. — Только постой, — сказал Вару, как гувернёр открыл дверь, — как зовут тебя? — Пик, — не оборачиваясь, сказал гувернёр. — Будем знакомы, ну а теперь ступай.