Паршивец

Имя: Пак Чимин Возраст: 25 лет. Родился и вырос в Пусане. В простой семье, имеющей небольшой бизнес. Родители были убиты в собственном доме во время ограбления, пока парень был в школе. Ему было всего четырнадцать лет. Опеку никто из мерзких жадных родственничков не взял, из-за чего он попал в детский дом. В пятнадцать его усыновила странная семья, из которой он пропал спустя полгода, судя по официальному заявлению в полицию. В восемнадцать был выкуплен из подпольного борделя, где находился после похищения, Ким Намджуном. Так и оказался в клане. — Да уж, жизнь парня поимела, — выдыхая сигаретный дым, говорит сам с собой. Юнги изучает досье на ищейку, внимательно просматривая то, что смог найти. Подозрения насчёт парня никуда не делись, а только усилились, когда Чимин в очередной раз пришёл в его кабинет, молча наблюдая за тем, как он работает. Для чего? Чимин был хладнокровным на заданиях, это и понятно: после того, как с ним обошлась судьба, тот вряд ли позволит снова загнать себя в ловушку. Он пахал за десятерых и идеально управлялся с холодным оружием. Кажется, нездоровая любовь к острым колющим предметам появилась после борделя. Мин видел на открытых участках кожи шрамы от порезов. Так же Чимин первоклассно управлялся и с огнестрельным оружием. Он быстро поднялся от обычной шестерки, до профессиональной ищейки. Все семь лет его наставником и лучшим другом был Намджун, с которым вот уже три года они работают в команде, считаясь самыми приближенными к семье. Юнги долго обдумывал все, что повторно изучил о парне. Мысль о том, что Чимин — предатель, отсеялась. Но вот та, что тот мог быть неизвестным айтишником, голову никак не покидала. Однажды Пак сидел на его диване, придя в очередной раз поболтать, и что-то печатал в телефоне. Спустя десять минут пришло сообщение от Тэхена, что паршивец прислал инфу о тайном складе «тигров», и это только увеличило подозрения. «Осталось найти доказательства», думает Юнги, туша сигарету.

***

— Что такое, Тэ? — спрашивает Чонгук, сидя напротив за столиком одного из их ресторанов. Он заметил, что Тэхен получил сообщение, и его лицо стало раздраженным, а брови нахмурились. Они приехали сюда несколько часов назад, чтобы сверить отчетность и вывести часть денег, решив после перекусить. — Найдена очередная крыса, — отвечает Ким, отодвигая телефон. — Как же они меня заебали. Чего, сука, им не хватает? — устало трет виски, прикрывая глаза. — Ты поедешь в «Рай»? — Да. — Инфа от паршивца? — Да. — Он все еще присылает тебе домашнюю порнуху? — не унимается Чонгук. — Да, — все так же отстраненно. Кажется, Тэхену нужно обезболивающее, потому что башка начинает раскалываться. — Понятно, — Чонгук отводит задумчивый взгляд в окно. — Ты очень доверяешь ему, — не вопрос, утверждение. Тэхен смотрит на младшего, пытаясь уловить его настроение. — Это потому что хочешь его трахнуть или за ценную информацию, что он тебе дает? — Чонгук возвращает взгляд на Тэхена, который молча за ним наблюдал, сложив руки на столе. — То, что я хочу его трахнуть, никак не относится к моему доверию, Гук, — спустя минуту отвечает Ким. — Я сплю со многими, но это не значит, что я им доверяю. Он ни разу не солгал мне и спас жизнь два месяца назад, когда изменил наш маршрут. Он будет очень полезен, если выйдет из тени. — Я тоже хочу быть полезным, — Чонгук заглядывает в карие глаза, пытаясь найти понимание. — Эта тема закрыта. Ты работаешь с легалкой, — отрезает Ким, видя, как обиженно младший закусывает губу, и в глазах появляется раздражение. — Благодаря тебе открываются два новых ресторана, а ты в деле чуть больше полугода, почему ты считаешь, что не полезен клану? — Ты доверяешь хуй пойми кому, Тэхен, но не мне. Я хочу помогать там, где вы в опасности. Я хочу быть рядом. Неужели вы, блять, не видите, что я больше не тот маленький мальчик? — он не выдерживает, повышая голос. — Угомонись, Гук, — стальным голосом говорит Ким. — Я решаю, где ты будешь работать и за что отвечать. Я обещал Юнги, что ты всегда будешь в безопасности, и я сдержу свое слово, — Чонгук не сдерживает смеха. — В безопасности? О какой безопасности будет идти речь, если с вами, с тобой что-то случится? Я лучше умру рядом с вами, чем, блять, буду в «безопасности», — показывает кавычки пальцами. — На меня мало нападали? Я могу защитить и себя, и тебя, — выделяя последнее, говорит Чонгук. — Да, не убью, но вырубить в состоянии. Что за хуйню ты несешь, Тэ? — Чонгук замечает, как темнеют глаза Тэхена. — Сбавь обороты, — рычит Тэхен, заставляя младшего сжаться и заткнуться. — И не забывай с кем ты разговариваешь. Я сказал, ты работаешь с легалкой. Точка! — Тэхен поднимается из-за стола. — Никогда больше не смей так со мной разговаривать, если мы не наедине. Я в первую очередь Глава твоего клана, даже Юнги себе такого не позволяет вне особняка, а он мой хён. Тэхен покидает ресторан, садясь в ожидающую его машину. Он ненавидит ругаться с кем-то из семьи, а тем более с Чонгуком. А в последний месяц они будто бы еще больше сблизились, чаще находясь вместе. Из-за открытия сразу двух новых ресторанов, их объединили дела, да и сам Чонгук стал будто бы больше тянуться. Все чаще предлагал провести вечер вместе за приставкой (да-да, они тоже бывают простыми парнями), постоянно напрашивался поехать на собрание кланов, тех, с которыми было установлено некое перемирие, и Тэхен брал. Почему нет? Он — часть семьи, и другие должны видеть его участие. Чонгук и раньше посещал собрания, еще со старшим Мином (он же в семье, и его якобы вводили в курс дел клана), но это было еще до отъезда. В общем, постоянно тёрся где-то рядом с ним. А то, что недавно произошло, абсолютно не дает покоя и так загруженной голове. Тэхен закуривает в салоне, уходя в воспоминания.

flashback

Две недели назад…

После очередного удачного сбыта японцам, Тэхен, Чонгук, Юнги и Хосок заехали в клуб, что размещался на территории клана. Расположились, как и всегда, на втором этаже в VIP-зоне. Вокруг них танцевали полуголые девушки и парни, которых предоставило заведение. На столе нескончаемо чертились дорожки из кокаина, а бокалы никогда не оставались пустыми. На бедрах Тэхена вертелся какой-то сладкий мальчик-стриптизёр, который был готов опуститься и отсосать в любую минуту. Ким наслаждался, обводя взглядом комнату, что потонула в грехе. Глаза наткнулись на Чонгука, у которого на бедрах так же восседала миниатюрная длинноволосая брюнетка. Младший развязно и страстно целовал девушку, привычно наматывая волосы на кулак, вжимая ее в себя за задницу, а Тэхен не мог отвести взгляда от этой развратной картины. Его тело ласкали умелые руки паренька, шею мокро вылизывали, но член прострелило от Чонгука, который открыл свои черные обдолбаные глаза, и они столкнулись взглядами. Тэхена будто током ударило. Чонгук оторвался от губ стриптизерши и сделал то, отчего низ живота Кима мгновенно скрутило острым возбуждением. Чонгук обхватил губами свой указательный и средний палец и начал их мокро сосать, не отводя взгляда от Тэхена, который, кажется, умер в эту секунду. Даже на расстоянии Тэхен видел обилие слюны и то, как старательно сосет свои пальцы младший, глядя ему прямо в глаза, и нихуя не понимал, что здесь происходит. Тэхену было плевать на парня, что сидел сверху, его внимание полностью поглотил Чонгук. Он несколько минут будто испытывал выдержку Главы, а после, со смачным чпоком, вынул пальцы и просунул руку под коротенькую юбку девушки, и та громко простонала, выгибаясь в пояснице. Чонгук ласкал девушку рукой, заставляя несдержанно стонать, но при этом все еще смотрел в глаза Тэхена, а потом усмехнулся и разорвал зрительный контакт, впиваясь зубами в шею девушки, заставляя стонать громче. Тэхен не первый раз видел Чонгука возбужденным, видел, как тот трахался, но таким он видел его впервые. Взгляд Чонгука был поглощающим, голодным, желающим и проникал глубоко в чёрную душу Тэхёна. Почему? Почему Чонгук смотрел так на него? Этот вопрос не покидал голову Тэхена, даже когда он остервенело трахал горло мальчишки-стриптизёра в специально отведенной комнате, но перед глазами стоял образ Чонгука, который обсасывал свои блядские пальцы. И как же Тэхен мечтал заменить эти пальцы своим членом!

the end flashback

Ким выплывает из мучающих его уже несколько недель воспоминаний только тогда, когда машина паркуется около «Рая». Пора поиграться с новой игрушкой. *** В конце августа поиски наконец-то сдвинулись с мёртвой точки. Да и в принципе дохуя чего произошло. Ищейка-блондин смог вычислить и доставить со своими людьми в особняк главу «Тигров». Чимина и его людей изрядно потрепали, пока они прорывались в тайное укрытие Главы Со. Намджун ничего не знал, да и помочь бы не смог. Он уже несколько недель был под наблюдением после тяжелого ранения, полученного в перестрелке с кланом «Драконов», которые примкнули к «Тиграм» и решили, используя эффект неожиданности, напасть на Кима, который считал их союзниками. Нападавших перебили, Тэхен получил скользящее пулевое в предплечье. В общем, ничего серьезного, а вот Намджуна еле откачали. Потому Чимин остался без поддержки лучшего друга, но все равно смог пробиться сквозь защиту, похищая главу «Тигров». Женщину долго пытали, чтобы узнать местоположение ее сына, но не зря же она была в преступном мире с рождения. Из нее ни слова не смогли вытащить, но оставили в живых, чтобы в крайнем случае сделать наживкой для Ли, который был очень привязан к матери. Паршивец так и не перестал издеваться над выдержкой Кима, присылая все больше откровенных видео. Он совершенно точно насмехался над бессилием Тэхена: на одном из фото было четко видно, что оно сделано в особняке «Змей», поскольку планировка и интерьер комнат были идентичны во всем здании, за исключением небольших деталей. Ким, конечно, и так понимал, что парень где-то рядом, но то, как умело его обводили вокруг пальца, бесило и будоражило одновременно. Тэхен готов был волосы на себе рвать. Он уже думал собрать всех своих людей, что проживали в особняке, построить их во дворе, заставить стянуть штаны и нагнуться, чтобы вычислить этого неуловимого паршивца по его ахуенно накачанной заднице с россыпью родинок, которую Ким досконально изучил и уже полгода мечтает трахнуть, но друзья, угорая над ним, все-таки отговорили от этой идеи. Он по десять раз пересмотрел каждое фото и видео, чтобы зацепиться еще хоть за что-то, но нихрена не выходило. Шепот, которым паршивец произносил его — Кима — имя, был чертовски знаком, но, блять, вспомнить владельца не получалось. Ко всему этому добавилось странное поведение Чонгука, который аккуратно, но с удивительной частотой начал заигрывать с Тэхеном. Ким велся на каждый взгляд и легко брошенную младшим фразу с двойным смыслом, видимо, подростковый интерес возрождался, и мозг начинал принимать желаемое за действительное. Проанализировав поведение Чонгука, Тэхен пришел к выводу, что тот нарочно над ним издевается, из-за отказа к приобщению к незаконным делам. Юнги, в свою очередь, постоянно наблюдал за Чимином, вот уже несколько месяцев. Пак очень сдружился с Чонгуком, они проводили много времени вместе, а, соответственно, и вместе с Тэхеном, так как младший пиявкой прилип к Киму. Вечерами, когда выпадала возможность провести вечера вместе в гостиной, там появлялся и Чимин, который пристально, исподтишка, смотрел на Тэхена, пока думал, что этого никто не видит. И кидал нечитаемые взгляды на Чонгука. Что это? Ревность? Юнги хмурил брови и много думал. Он помнит, что Тэхен еще подростком был заинтересован в младшем, Ким поделился с ним первым, когда пытался принять, что его влечет к собственному полу. Сейчас между Тэхеном и Гуком появилось непонятное напряжение, и, видимо, Чимин тоже это заметил. Только, какой смысл ревновать Тэхена к Чонгуку — не понятно. Проблема, что заставила Тэхена отступиться еще в 16 лет, никуда не делась: Тэхен — гей, Чонгук — натурал, и это известно всем, в том числе и Паку. Юнги, в принципе, плевать, кто с кем спит, ему просто необходимо вычислить неизвестного, чтобы наконец-то спокойно спать самому. Видимо, Чимин почувствовал, что за ним наблюдают, и перевел взгляд на Юнги. Когда их глаза столкнулись, что-то непонятное проскользнуло на дне зрачков блондина, и его глаза вновь очень странно забегали. Блять, ну не может это все ему мерещиться. Ищейка точно в чем-то замешан! Как он нашел Главу «Тигров», которую выслеживали не один месяц? Он, конечно, профи, Юнги даже отрицать этого не будет, но все его поведение кричит, что паршивцем является Пак. Мин, конечно, влез и в телефон, и в комп, что стоит в комнате ищейки, однако — пусто, но у того может быть что-то скрытое от глаз. Последнее событие августа было еще интереснее. В какой-то день Тэхену было в падлу ехать в бордель, и он вызвал шлюху в особняк. Пока он имел парнишку в колено-локтевой в собственной спальне, наслаждаясь громкими стонами, его телефон зазвонил. Метнув взгляд на экран, Ким немного впал в ступор, потому что на экране высветилась надпись «неизвестный номер», и он готов был голову на отсечение дать, что это звонит его личная головная боль. Не переставая трахать парнишку, он поднимает трубку и тяжело дыша говорит: — Какая честь. — О, я знал, что ты будешь рад поболтать со мной, даже пока твой член занят, — голос был изменен специальной программой, Ким уверен. А то, что паршивец знает, чем он сейчас занят, его даже не удивляет. — Мне впервые удастся тебе что-то ответить, конечно бы я не упустил такую возможность, — по-прежнему не отрываясь от вызванного мальчика, говорит Тэхен. — Твой мальчик так сладко стонет, но я бы стонал еще громче, — говорит голос. — Так выйди из тени, детка. Я уверен, что ты очень близко ко мне, а значит знаешь, как сильно я хочу тебя найти. — О да, я знаю, как бесишься ты и твой хакер, – мягко посмеялся голос. — И мне до безумия нравятся эти игры. Только ты не понял, Ким, я не хочу быть твоим очередным мальчиком для траха, я хочу тебя себе. — Детка, ты много просишь, учитывая, что я даже не знаю, кто ты, — Тэхен сбавляет амплитуду толчков, все-таки говорить и держать быстрый темп — нихуя не удобно. — Я не привык кому-то принадлежать. — Ты даже не представляешь, насколько хорошо знаешь меня, — все еще посмеиваясь говорит голос. — Ты просто не замечаешь очевидного. — Я ведь рано или поздно вычислю тебя, — медленно толкаясь в парня. — Ты не сможешь этого сделать, пока я тебе этого не позволю, — голос замолкает на несколько секунд, будто прислушиваясь. — Трахай нормально, Тэхен, — властное указание, — я хочу слышать, как ты умеешь доставлять удовольствие. — Ты дрочишь на это? — усмехается, ускоряя толчки. — Еще нет, но сейчас начну, а еще во мне много смазки и вибропробка. Чтобы ты знал — я готов для тебя каждый день, все полгода. — Паршивец, — с придыханием говорит Ким и чувствует, как от этих слов начали приближаться отголоски оргазма. — Мне нравится, как ты меня называешь, — рвано выдыхая произносит неизвестный. — А еще мне нравится жесткий секс и большой член. Ты идеально в это вписываешься, но я слишком собственник, чтобы делиться. Позволь мальчику кончить, он так старательно стонет для тебя. Тэхен беспрекословно выполняет сказанное, его заводит дикость происходящего, поэтому, зажав телефон между ухом и плечом, он поднимает рыжеволосого парнишку, обвивая его грудь рукой, а другой принимается дрочить средних размеров член. От двойной стимуляции парень извивается в его руках, а стоны становятся более жалобные и громкие. — Вот так, молодец. Представь, что на его месте я, Тэхен, представь, что вместо всех тех дилдо, что ты видел в моей коллекции, меня трахаешь именно ты. Я бы с удовольствием принимал каждый твой грубый толчок. Я бы насаживался сам, чтобы получить тебя глубже. Тэхен рычит в трубку от этого разговора, он чувствует, что осталось совсем немного. — Когда я найду тебя, ты долго не сможешь сесть, — говорит Тэхен под стоны шлюхи. — Под тобой я готов кончать даже насухую, но сейчас я хочу закончить вместе с тобой. Давай, заставь меня излиться от ваших оргазменных стонов, — тяжело дыша говорит парень на той стороне. Судя по этому голосу, он тоже уже на грани. — Ты доиграешься, паршивец, — после этих слов он совершает жесткие глубокие толчки и кончает в презерватив, не сдержав громкого стона, ощущая рукой сперму парня, который содрогается и вскрикивает. А в трубке он слышит стон и протяжное «Тэхеееен». Ким валится на кровать, пытаясь восстановить дыхание, и слышит, как тяжело дышит его собеседник. — Нравится кончать с моим именем на губах? — Нравишься ты. — Может, мы перестанем уже играть в кошки мышки? — спрашивает Ким, наблюдая, как собирает свои вещи трахнутый им паренек. Всех предупреждают сразу: отработал, собрался, уехал. — Ты ведь понимаешь, насколько я близко? — отдышавшись спрашивает расслабленный голос. — Да. — Неужели, даже мыслей нет, кем я могу быть? — Абсолютно никаких, — говорит Тэхен, начиная озвучивать свои догадки, которые обдумывал тысячу раз, пока есть шанс выговориться. — Из ищеек я знаю с десяток геев, но с кем-то я уже спал, и они не ты, а другие не подходят телосложением, исходя из того, что я мог у тебя разглядеть. Скорее всего, ты не афишируешь свою ориентацию, либо трахались мы очень давно, — усмехается, слыша такую же усмешку с другой стороны. — Кто-то из киллеров или бойцов? Не думаю. Ты ахуенный хакер, а они вряд ли этим занимаются. Кто-то, кто занимается легалкой? Тоже вряд ли, они не настолько ко мне приближены, а все, кто находятся ниже ступенью, не живут в особняке. Ты точно не из охраны, потому что их комнаты на первом этаже, время обхода еще не наступило, а значит знать и слышать, чем я занимаюсь сейчас, они не могли. Ты сам мог проходить мимо и услышать, но вряд ли я обнаружу это на камерах, ты бы их уже подчистил, раз решил позвонить. Поэтому, я пока в тупике, — Тэхен слышит, как смеется его собеседник. — Мне очень нравится твоя логическая цепочка. Почему я не могу быть кем-то из верхушки, Тэхен? — заговорщически спрашивает голос. — Не смеши, детка, — Киму действительно смешно с этого предположения, этот парень намерено сбивает его. — Они — семья. Да и кто? Бисексуал Юнги, который хочет свернуть тебе шею? Хо, который натуральней натурального? Или такой же гетеро Гук? Даже если убрать их сексуальные предпочтения — не тот типаж, — заканчивает Тэхен под тихий смех своего мучителя. — А ты действительно в тупике, горячий парень. Но я точно есть среди тех, кого мы сейчас обсуждали. — Ты не упростил задачу. Там около двух сотен человек, а то, что ты из особняка, я знал и так, — цокает Тэхен. — Скажу так, ты слишком невнимателен к деталям, Тэхен, и я сейчас не про свои игры, а про тех, кто вокруг тебя. Видимо, ты ахуеешь сильнее, чем я думал, когда узнаешь меня. — Значит все-таки узнаю? — улыбается Тэхен. — Зачем это тебе? — Ты знаешь, паршивец. — Знаю. И мое эго определенно тешит, что самый жестокий и красивый мужчина хочет именно меня, но я уже говорил, мне нужен ты, а не только секс с тобой, — голос замолкает на полминуты, будто бы обдумывая что-то. — Я влюблен в тебя, Ким Тэхен. Уже очень-очень давно, — слова парня вызывают вздох удивления, но что-то ответить ему не дают. — Я звонил не просто поболтать, — переводит тему парень, — я знаю следующий шаг Ли. И все, что дальше следует, оказывается очень серьезным: если бы паршивец его не предупредил — это грозило бы войной с японскими партнерами, так как ублюдок Ли планировал покушение на Сайто, а исполнителями планировалось выставить именно «Змей». Сука. Это уже выходит за рамки внутренней вражды, это действительно борьба на выживание! И, видимо, Ли не мог подобраться самостоятельно, поэтому решил избавиться от Кима чужими руками, ввязывая «Змей» в войну с Якудза. Парень рассказывает весь план «Тигров», а после бросает трубку с коротким «Удачи». Звонок завершается, оставляя ахуевающего Тэхена переваривать все, что он только что услышал. Голова разрывается от полученной информации. Он в первую очередь должен думать о клане, но слова о влюбленности парня почему-то глубоко засели в голове. С того дня он не получал ни одного сообщения и уж тем более звонка вот уже полтора месяца. Ким смог успешно обойти ловушку, что для него приготовили. Никто из японских партнеров не пострадал, а авторитет Тэхена перед Якудза наоборот возрос. Все те, кто был пойман в планируемой подставе, были жестоко наказаны, а их изуродованные тела были выброшены прямо у ворот особняка «Тигров». Те на какое-то время затихли, не было ни попыток нападения, ни крысы не подавали о себе знаков, хотя Ким уверен: такие в клане еще имеются. Дела шли отлично, поставки оружия и производство наркотиков велись по запланированному графику и так же по графику сбывались, принося все больше зеленых бумажек в казну. Поводов для переживания у Тэхена не было, хотя он прекрасно понимал, что Ли не отступится, тот определенно что-то выкинет, но в данный момент Тэхена волнует лишь то, куда пропал его паршивец и почему. Незаметно для себя, он привык к тому ощущению предвкушения от каждого сообщения с неизвестного номера, от игр, что устраивал парень. Ким понимает, что тот талантлив в IT, умен и очень горяч. Он не испытывает к нему чего-то глубокого, но, определенно, заинтересован в этом парне и, видимо, даже …привязался? Спустя еще месяц, ближе к концу ноября, после особенно успешной сделки, благодаря которой клан вышел на китайский рынок, Юнги возвращался в свой кабинет вымотанным и уставшим. В гостиной разворачивается любимая Мином грязная атмосфера. Быстрей бы попасть в душ, выйти к клану и занюхать. Ему, сука, просто необходимо расслабиться. Привычно вводя код, он открывает дверь и замирает в дверях. За его компом сидит неизвестная фигура в светлой толстовке, капюшон которой накинут на голову, фигура открывает папку за папкой на рабочем столе, явно что-то выискивая. Бессмертный, блять. Юнги наводит пистолет, что удачно был с ним после вылазки, на фигуру и щелкает выключателем. Свет в кабинете загорается, а фигура замирает. — А теперь держи руки так, чтобы я их видел, и медленно поворачивайся, — спокойно говорит Мин, держа неизвестного на прицеле. — Лишнее движение, и в твоей смелой, но безмозглой голове будет дыра. Фигура тяжело выдыхает, выпрямляется в спине, поднимая руки на уровне головы, и поворачивается. И Юнги даже не удивлен, когда сталкивается с растерянными глазами ищейки. — У тебя десять секунд, Пак. — Юнги-хён, — шепчет Чимин, тяжело сглатывая. — Не рад меня видеть? Видимо, время ты не рассчитал, — хмыкает Мин, указывая рукой с оружием на свой комп. Он опускает пистолет, подходя вплотную к блондину. — Ты предатель? — зло спрашивает Мин. — Что? — глаза Чимина расширяются от вопроса. — Нет, нет, Юнги-хён. Я бы никогда… — Значит, я все-таки был прав. Это ты! — нависая над парнем утверждает Юнги. — О чем ты, хён? — потерянно спрашивает Чимин. — Я все понимаю, возможно, ты запал на Главу, ну или мечтаешь снова попрыгать на его члене, привлекая к себе внимание, но…. — договорить Юнги не дает сильный толчок в грудь. От неожиданности он немного теряется и чуть не падает, отшатываясь от злого, вскочившего на ноги Чимина. — Что ты сказал?! — шипит Чимин, глаза которого выражали ярость, ему плевать, что он позволил себе лишнего по отношению к вышестоящему. — Я не прав? — взяв себя в руки, грозно направился в сторону парня Юнги. — Твои долгие взгляды на Тэхена, то как ты быстро оказался в новой точке при сделке с японцами, твоя волшебная поимка Со Ён. Ты часто на шаг впереди, Пак. Ревность, с которой ты смотришь на Гука, и то, что ты взломал мой кабинет, — подходя вплотную к ищейке, что тяжело дышит, не скрывая злости. — Одного не понимаю, что ты, блять, искал в моем компе, паршивец?! — Юнги отходит на шаг от Чимина, который молча смотрит на него и хлопает растерянными глазами, а потом лицо ищейки будто бы озаряет понимание. Самые приближенные знали об этом информаторе и как называет его Глава. — Ты действительно думаешь, что я неизвестный информатор, который соблазняет Главу? — с какой-то горькой усмешкой спрашивает Чимин. — Ты трахался с ним пару лет назад. Скажи, ты влюбился или просто хочешь, чтобы тебя снова качественно поимели? После того раза Тэхен никогда не смотрел на тебя, как на парня, и ты решил искусно привлечь его внимание, не так ли? — спокойно озвучивает свои мысли Юнги, а в следующую секунду в его скулу прилетает тяжелый удар, от которого голова резко разворачивается в сторону. — Ты придурок, Мин Юнги. Слепой придурок, — кричит Чимин. — Если я спал с Кимом тысячу лет назад, это не значит, что ты имеешь право выставлять меня шлюхой, голодной до члена! — Юнги молча слушает взорвавшегося Чимина, скула горит, как и внутренности от злости, но почему-то он не перебивает и не убивает обнаглевшую ищейку. — Я уважаю Главу, но никогда не имел на него видов. Мне плевать на него как на мужчину. — Зачем ты трешься рядом со мной? Зачем спрашивал тонкости IT-программирования? Как взломал кабинет? Что искал в компьютере? — забрасывает вопросами Юнги, убрав руки в карманы брюк, наблюдая за взъерошенным Паком. Он не обращает внимания на саднящую боль в скуле — мелочи. Важно все остальное. — Да потому что мне нравишься ты, придурок, — вываливает давно скрытую правду. — Я не информатор, о котором ты говоришь. Трусь я рядом с тобой, потому что хочу быть ближе, и это твое, блять, внимание я привлекал, интересуясь твоей работой. Код от двери я просто подсмотрел, а в компе… — Чимин замолкает, пытаясь отдышаться, — да, я кое-что искал, но я не предатель, у меня есть объяснение. — Я слушаю, — Юнги удивлен признанием Чимина, но не акцентирует на этом внимания, его волнует, почему ищейка полез в его святыню. — Я… — Пак замирает на секунду, делая тяжелый выдох, — Я, кажется, знаю, кто такой паршивец.

***

Тэхен решил порадовать своих людей, которые пахали без продыху последние месяцы, и закатил шумную вечеринку на весь особняк. Алкоголь, наркотики, шлюхи, секс — все это лилось нескончаемой рекой. Шум музыки, дым от сигарет, разгоряченные под кайфом тела, двигающиеся в танце, и запах разврата от парочек, что предавались наслаждению на глазах у всех. Это было привычным делом во время таких вечеринок. Никаких правил, только наслаждение. Тэхен, в крови которого была немалая доза кокаина, в эйфории наслаждался минетом от незнакомого паренька, что стоял на коленях меж его разведенных ног. Ким сидел на диване посреди этой вакханалии, он намеренно убивался сегодня дорожками белого порошка, потому что почти три месяца тишины с неизвестного номера начинали сводить с ума. Он чувствовал себя одержимым тем, кто так искусно его мучал, но это молчание стало просто невыносимым. Тэхен начал срываться на своих людях по поводу и без, стал еще более жестоко и извращенно избавляться от врагов, внушая страх даже своим приближенным. Юнги чаще всех попадал под горячую руку, потому что так и не смог отследить паршивца. Они часто сцеплялись с Кимом в словесных перепалках. Несмотря на то, что Тэхен являлся главой, только Юнги и Хосок, как его хёны, могли остудить его пыл и приструнить, что и делал Мин. Поэтому сейчас от действия наркотика и умелого рта, что, не останавливаясь, доставлял удовольствие, в голове наконец было пусто. Спустив сперму в услужливо подставленное горло, Тэхен на ватных ногах поднимается, потрепав русые волосы в знак благодарности, и идёт на кухню, взять что-нибудь из холодильника. Шатающейся походкой Ким идет мимо своих людей, периодически пританцовывая и смеясь вместе с другими. Кое-как ввалившись на кухню, первое, за что цепляется его затуманенный взгляд — знакомая подкачанная задница с россыпью тех самых, изученных Тэхеном, родинок, что ритмично двигается. Глаза Кима в неверии начинают подниматься выше: на поясницу, где чьи-то изящные ноги обхватывают тонкую талию, на крепкую спину, на которой перекатываются мышцы от напряжения и уже виднеются глубокие кровавые царапины от ногтей. Он склонился над телом, которое под ним извивалось, и это мешало дальнейшему обзору. Тэхен смотрит и пытается понять: его настолько прибило и это — плод его воображения, или перед ним действительно тот самый, мучивший его, паршивец, что вбивается четкими резкими толчками в несдержанно стонущую девушку. Пока он несколько минут пытался осмыслить происходящее, парень, почувствовав на себе взгляд, вскидывает голову и поворачивается в его сторону, выбивая оставшийся кислород из легких Тэхена. Не прекращая трахать стонущую ищейку их клана, произносит растягивающимися в хищной усмешке губами, на которых красуется колечко пирсинга: — Хочешь присоединиться, Тэ? — хрипло и тяжело дыша. — Чонгук? — еле произносит Тэхен, все еще нихуя не понимая реальность происходящего.