Рождение звезды

Какой красивый сон! Чудесные персиковые деревья, изумительная радуга и... Он! Тот, чьё имя нельзя называть, ибо Чонгука придётся откачивать! Всё казалось таким натуральным и естественным, пока лицо Тэхёна не стало исчезать всё дальше и дальше, погружая мысли во тьму и заставляя тело падать в пропасть. От резкого иллюзионного удара пришлось открыть глаза. Идеальное, слегка напуганное лицо Ким Тэхёна всё так же витало перед носом. Айдол держал Чонгука за талию, полностью обвивая рукой, где конец кисти лапал его упругую грудь, а другой шлёпал слегка по щеке парня, пытаясь его привести в чувства. В течение первой минуты после возвращения сознания Чонгук даже не понимал, где реальность, а где сон, потому что напуганный Тэхён был слишком шикарным, чтобы быть настоящим. — И часто мне тебя теперь так ловить? — нарушая тишину, неожиданно спросил Тэхён, от голоса которого у Чонгука глаза на лоб полезли! — Ты... Что? — Чонгук со страхом, но аккуратно оттолкнул от себя парня, понимая, что начал чувствовать его ладонь у себя на груди. — У тебя что, эпилепсия, красавчик? — Тэхён выглядел взволнованным и умудрялся шутить с таким невозмутимым видом. А может, он вовсе не шутил? — Н-нет... Я... Ты... — Чонгук, как это говорят в простонародье, был в ахуе... — Э... «Кто красавчик? Я красавчик? Ты на себя посмотри» — пронеслось в голове у Чонгука. — Ты что, немой? — Тэхён даже не шевельнулся. «Ну это пока что не твой.. Ой..» — мысли Чонгука заполонили его голову полностью, он уже не знал куда деть своё красное лицо, которое залилось в этот цвет палитры от одного осознания, как именно он представляет Тэхёна перед собой и в каких особо извращённых позах он бы его... Так, тихо! — Нет! Я не немой! — Чонгук аккуратно взял ладонь Тэхёна и, почти дрожа, с огромным нежеланием оттолкнул от себя, — А ты что? Извращенец? Ой, ну вырвалось, с кем не бывает... (Чонгук, ты чё блять!?!???) — Чего? — ну теперь уже знатно ахуел Тэхён, — Ты сильно ударился, когда падал? Я, между прочим, тебя спас! — Тэхён так сильно схмурил брови, что его мимика напомнила Пьеро. — И облапал, пока я спал. — Чонгук, кажется, был готов взорваться, то ли от злости на самого себя, толи от смущения, то ли от глупости, которую он сейчас морозит, ведь он был бы не против, даже если бы Тэхён взял его всухую прямо здесь, в этой божественной комнате. (Умоляю, Чонгук, помолчиииии!) Тэхён просто выпал от такой наглости, он даже не знал, что ответить, вот так и помогай этим приезжим. Да по нему видно, что он пусанский, слишком сильно выдаёт этот его сладкий диалект и татуировка чайки на ключице. Да, в принципе, он сам тоже ничего, даже на секундочку подкралась мысль, что он был бы не против его на самом деле облапать, но парень отогнал от себя эти мысли так же резко, как и ответил. — Прекрати, я не для этого тебя спас. Как тебя зовут? — Представляться Тэхён не стал. Глупо было бы. — Чонгук. — его сердце билось так сильно, что если бы кто-то зафиксировал это для Книги рекордов Гиннесса, он уверен, он был бы внесён туда на первую строку. Чонгук стоял всё так же неподвижно, как будто его любое действие напугает Тэхёна. «Зато как огрызаться, так это прям влюбит!» — пронеслось в голове, — «идиот». — Я не собирался тебя лапать, прости, просто ты так резко падаешь в обморок, и часто, что я уже переживаю. Ты дзен ловишь или что? — он усмехнулся. Не подло и ехидно, а мило. Чонгук молчал.. или уже поплыл.. (Даже автор не в курсе). — Я взял на себя ответственность, когда привёз тебя домой. Но я очень надеюсь, что ты не разыгрываешь эту сцену специально. Ты не сасэн? — Тэхён пытался как можно мягче, честно... Пытался... — Я? САСЭН? — целая смесь серо-буро-малиновых эмоций взорвалась на физиономии Чонгука. Да как он мог. — Я НЕ ПРОСИЛ ТЕБЯ МЕНЯ СЮДА ПРИВОЗИТЬ. ЭТО Я САСЭН? ЭТО ТЫ ИЗВРАЩЕНЕЦ! ЕЩЁ И КРАСИВЫЙ ТАКОЙ. И СКОЛЬКО У ТЕБЯ ЖЕРТВ БЫЛО? СКОЛЬКО ЕЩЁ НЕСЧАСТНЫХ ЛЮДЕЙ ТЫ ОБМАНУЛ СВОЕЙ АНГЕЛЬСКОЙ УЛЫБКОЙ? — Чонгук двигался точно змея, плавно и опасно, он наступал на айдола, сокрушительно обрушивая на него все свои эмоции. — ВОТ, ЗНАЧИТ, ТЫ КАКОЙ? ЗНАМЕНИТЫЙ КИМ ТЭХЁН! — его разъярённый голос сорвался почти на крик. — Подож.. Стой.. Стой... — Наступление Чонгука продолжалось, но Тэхён не успевал даже слова вставить, — Бог ты мой, на каком факультете... Ты учишься? Дай хоть слово... Сказать.. Я — Тэхён был готов оправдаться, но не успел, всё что он увидел после, он даже не ожидал. — Хватит! Где у тебя тут выход? — Чонгук развернулся в сторону двери и рванул прочь, спустя пару шагов он, конечно, испытал ладонь Тэхёна на своём запястье, был в этот момент готов остаться здесь, забыть всё и утонуть в его нежных прикосновениях, но он вырвал руку так резко, что его кольцо, которое он всегда носил на безымянном пальце, представляя что оно обручальное, просто выскользнуло из худого пальца и звонким эхом ударилось об пол. Но даже этого он не услышал. Парень выхватил свой рюкзак с кровати и пулей выбежал из комнаты, а затем и из входной двери дома. — Да Боже, какой сумасшедший, — произнёс Тэхён вслух, поднимая кольцо со своим именем, выгравированным на внутренней стороне ювелирного изделия. Странное чувство испытал Тэхён в этот момент, ему показалось, что от него оторвали какую-то часть его тела, какой-то важный орган. Он не сразу сообразил вернуть ему утерянное. Но когда всё же собрался, его и след простыл. Он выбежал на улицу, однако не встретил никого посреди безлюдного квартала. Чонгук шёл по узкой улице, злясь, то ли на самого себя, то ли на Тэхёна, со всей силой пиная подворотные камни, что они аж отлетали со свистом и, громко ударившись о бордюры частных домов, рикошетом бились о стены строений напротив. На кого он так злился? Точно можно сказать, что не на Тэхёна! Как бы ни хотел, как бы не вынуждала ситуация, он не мог. Он не мог просто взять и разлюбить человека, даже если бы узнал, что он что-то большее, чем извращенец! Он злился на ситуацию – она не должна была быть такой. Он не должен был называть его так, он не должен был проснуться у него дома, он вообще не должен был падать в обморок во время концерта, чёрт возьми!! Думая о том, как же нелепо выглядит вся история, развернувшаяся вокруг него со вчерашнего вечера, он дошёл до отеля, в котором остновился на неделю и тот, что был самым близким к стадиону. Почти летний, непривычно сухой и горячий воздух полностью отбирал силы и желание что-либо делать, а подниматься по лестнице до седьмого этажа пешком вообще не хотелось. Зайдя в лифт, он ощутил давящую духоту и, стараясь вытерпеть эти несколько минут, протянул руку, чтобы нажать на кнопку с номером этажа. Обратив внимание на свой палец, он еле сдержался, чтобы снова не свалиться.(Так, Чонгук, спокойно! Тэхёна нет рядом, чтобы снова тебя поймать!) — КОЛЬЦО!!! ГДЕ МОЁ КОЛЬЦОООО?! — Парень жадно хватал ртом недостающий воздух и в и без того душной кабине лифта. Дрожащими руками он обыскивал все свои карманы и сумку через плечо, которую ему отдал Хосок перед поездкой. Она была разноцветной и такой удобной, с нарисованным на переднем кармане смайликом солнышка, который должен был поднимать настроение брата в этой увлекательной поездке. — Да не может быть! Нигде нет! Неужели стащили? Или я уронил его там, где стоял? — Чонгук уже громко размышлял на весь лифт, забыв о недавней отдышке, — Нужно вернуться! Чёрт, нужно срочно вернуться! Как я так мог! ПРОВАЛИТЬСЯ БЫ МНЕ НА ЭТОМ МЕСТЕ! — Как только он прокричал эти слова, казалось бы, в никуда и двери лифта вот-вот должны были открыться и выпустить его на своём этаже, свет погас. Темнота. Тишина. Но не обморок. Парень стоял в остановившемся лифте, в панике, пытаясь привыкнуть к мраку. Чонгук вытащил телефон с кармана, чтобы осветить небольшое помещение, и понял, что не дозвонится сейчас даже до администратора – сеть и интернет вырубило полностью! Прошло полчаса. Если бы Чонгук страдал клаустрофобией, то Тэхён лишился бы любви всей своей жизни в ту же секунду, когда лифт остановился и вырубился свет. Но бедному парню пришлось сидеть там целых тридцать минут без возможности вдохнуть свежего воздуха и хотя бы немного успокоится от нагрянувшей тахикардии по поводу потери драгоценного для него кольца. По его ощущениям время длилось слишком медленно, будто вечность, сердце билось слишком быстро, а истерика из-за потери дорогой вещи как будто нарастала с каждой минутой. Это было не просто кольцо! Оно принадлежало Тэхёну когда-то. Года два назад Чонгук отвалил за неё почти всю свою стипендию девочке с университета, которая была на концерте и которой посчастливилось найти его на сцене после перформанса. Это кольцо стоит Чонгуку жизни, и это единственная вещь Тэхёна, которая теперь пренадлежала Чону. Иногда он даже надеялся, что лично вернёт его кумиру, если, конечно, он возьмёт его. Он без раздумий отдал бы сейчас три своих стипендии, чтобы просто заполучить его обратно. Но увы, ему придётся искать самому. До того как лифт открылся, Чонгук уже не отличал реальность от своих фантазий. Он уже полностью смирился с тем, что они с любовью всей его жизни замурованы в этом помещении и Тэхён уже вот-вот собирается его целовать, как обычно, это бывает в его любимых романтических дорамах. Он даже не против, если этот знаменитый извращенец возьмёт его сейчас за задницу. (Чонгук, ты чё? Не позорь меня! :|) Нет, вообще не против. Но двери раскрылись, и ребёнок подземелья наконец-то увидел свет, и сверх всех его проблем и невозможно сильной головной боли стремительно посыпались множество извинений от администратора и директора заведения. Пытаясь выдавить одобрительную улыбку и, кивая головой во все три измерения, Чонгук пулей вылетел из адского места и оказался около двери своей комнаты. Спустя час прохладного душа и приятного ощущения на себе новой сухой одежды, парень вышел на поиски. Когда он замкнул дверь и повернулся, перед его носом снова оказались те злосчастные железные врата ада. «Ну нет! Второй раз тебе меня не запереть!» — Не успел он подумать, как ноги оказались быстрее и сами полетели вниз по этажам. *** Пустой, гулкими шагами отражающий тишину, грязный KSPO DOME. Ещё двадцать часов назад здесь гремел «Point of no return» — лучший концерт в жизни Чонгука. Теперь скамейки напоминают окаменевшие волны, а сцена, с которой Ким Тэхён улыбался тысячам, превратилась в груду мониторов и перепутанных кабелей. Но Чонгуку не до архитектурных метафор. Он на коленях у центрального прохода шарил по растоптанной траве, в надежде найти искомое. Горло сжато, дышал только носом, чтобы не всхлипывать. Ещё пара секунд его нервов и он заплачет. Кольцо. Серебряное, с тонкой гравировкой внутри: «Тэхён», которую Чонгук заказал у мастера после долгих раздумий. Оно соскользнуло с пальца либо когда его толкнули в давке, либо когда... Тэхён нёс его в расслабленном бессознательном состоянии за кулисы. Он уже обыскал всю парковку, парк и сиденья. Остался стадион. — Пожалуйста, — это был отчаянный шёпот, словно кольцо может отозваться. — Пожалуйста, будь здесь. *** //За час до этого.// На проходной его встретил охранник с лицом человека, который за ночь выгнал уже пятерых пьяных фанатов. — Парень, стадион закрыт. — Я знаю, я прошу всего пять минут. Я потерял… — Чонгук замялся. Сказать «кольцо» звучало слишком незначительно для этих стен. — Личную вещь. На концерте. В ряду у сцены. Я готов заплатить. — Не могу. Техника безопасности. Приходите завтра в администрацию. — НО, АДЖОССИИ! Завтра его найдут уборщики и выкинут! Охранник пожал плечами. Чонгук попробовал сложить руки в умоляющей позе — это сработало бы в любовной дораме, но не здесь. Его просто оттеснили за турникет. Тогда он сделал глупость. Обогнул стадион с южной стороны, где строители забыли закрепить лист фанеры на временном заборе. Пролез, порвав джинсы об арматуру. Перебежал внутренний двор, где пахло мочой и старым попкорном. И через служебный вход, который тоже забыли закрыть, оказался внутри. Пульс колотился так, что Чонгуку казалось — охрана его услышит только из-за биения сердца. Он ползал по рядам сорок минут. Нашёл три забытых телефона (нет, не его), две заколки, монету, дохлую батарейку. И ни следа от кольца. От отчаяния он начал снимать чехлы с кресел — а вдруг закатилось под ткань? Но ведь он тут даже не ходил, каким образом это могло произойти? Ему всё равно! Всё, что важно — кольцо! Именно в этот момент зажёгся верхний свет. — Стоять! Руки за голову! Пять охранников. Один в форме. Судя по нашивкам — вызвали, пока он был в акустическом аду собственной паники. — Я… я просто ищу… — прошептал Чонгук. Его схватили за локоть, вывернули руку. Больно, но терпимо. Хуже — когда надели наручники. Холодный металл обжёг запястья, и в этот момент Чонгук понял, как глупо всё выглядит со стороны: парень в разорванной одежде, в грязи, ползающий по пустому стадиону. Измену объяснить легче! «Наркоман», — подумает полицейский. «Сумасшедший сталкер», — решит охранник. А Чонгуку плевать. Его вывели через центральный вход — парадный, где днём фанаты с плакатами ждали кумира. Теперь там стояла полицейская машина с мигалкой. — Садись. Чонгук сел. Спиной к холодной перегородке. На запястьях — красные следы. В груди — пустота. На глазах — слёзы! А в сердце — всё ещё надежда! *** Он не должен был здесь быть. Концерт закончился, он должен был сидеть у себя дома, пить чай и просматривать фан-арты. Но он вспомнил лицо Чонгука. То самое — в гостиной комнате его дома, когда парень, моргая после обморока, вдруг выпалил: «Извращенец!» — и тут же испугался собственной смелости. Тэхён не мог уснуть, хотя обычно днём, на следующий день после концерта, вырубался как щенок. Что-то в этом мальчике из Пусана было… другим. Не «звезда, дай автограф» и не «ой, я вас люблю, я вас хочу». (Ошибаешься, Тэхён, ха-ха-ха! Очень ошибаешься! Он тебя пздц как хочет!) А живым. Грубым. Настоящим. И когда Чимин, прошедший к другу с очередной грудой СМИ-сплетен и новых журналов, выпалил: «Тэ, прикинь, в KSPO проник какой-то сасэн сегодня, охрана ждёт полицию», — Тэхён не думал. Он просто взял ключи от машины. Без водителя. Без менеджера. Он рванул туда. Он не знал – он чувствовал! Ким припарковался у служебного въезда за несколько секунд до того, как Чонгука вывели. Тэхён смотрел как будто фильм из своей машины: сначала выходит рука в наручниках, потом взлохмаченный затылок, а затем и этот взгляд — испуганный, но не сломленный. Чонгук не плакал, но слёзы текли, и это было видно даже за тонированным стеклом его дорого автомобиля. Тэхён сжал губы так, что они побелели, задержал дыхание и просто приклеился к этому чёртову сиденью. Полицейский толкнул Чонгука в спину, тот споткнулся, но не упал — выпрямился, вздёрнул подбородок. Гордый даже в наручниках. Тэхёну почему-то хотелось выйти и накричать на копа: «Убери руки!». Но он молчал. Смотрел, как Чонгука запихивают в полицейский кузов, как хлопает дверь, как машина с мигалкой отъезжает к выезду. Не в силах оставить всё как есть Тэхён завёл двигатель. — Поезжай за ними, — К его удивлению, он сказал это вслух. И улыбнулся, вспомнив, кто он — впервые за этот длинный, фальшивый день. *** Чонгук сидел на деревянной скамье в коридоре. Протокол уже составили: «Незаконное проникновение, мелкое хулиганство». Отпустят под подписку о невыезде, но мать в Пусане будет кричать в трубку и собирать в портфель весь свой адвокатский характер и отца прихватит, и это хуже любых наручников. Главное, чтобы Хосок и Юнги не подорвались к нему в Сеул, во время их выпускных экзаменов, Чонгук себе этого никогда потом не простит. — Чон Чонгук, выходи! — Голос охранника заставил его выйти из сонного состояния. По правде говоря, он сильно устал сегодня и готов был уснуть даже на этой грязной шконке за решёткой напротив. Он поднял голову и с удивлением посмотрел на старого мужчину перед собой, возрастом напоминавшего его дедушку. В его взгляде читалось недоумение и вопрос: «Разве не будет лишения не несколько суток или хотя бы штрафа?» Он-то ко всему этому уже был готов, ещё в машине, когда ехал сюда. — Что? Куда мне идти? – Он правда не понимал. — Выходи, парень. Можешь идти домой. Спокойной ночи. — Охранник буквально вытолкал его из полицейского участка. — И на будущее: больше так не делай! «Вот это поворот! Они что меня просто так отпустили?» — пронеслось в голове у Чонгука. Он даже было обрадовался, что не будет платить штраф, мама и брат не узнают, и никому, кроме себя, он хлопот не доставил, пока не увидел припаркованный дорогой автомобиль перед полицейским участком и его, Ким, мать вашу, Тэхёна, собственной персоной, облокотившегося на чёрный глянцевый капот своей малышки. «Ясно, значит, не просто так!» мысль не заставила себя долго ждать. — Опять ты? — Чонгук не сдвинулся с места, — зачем ты сюда приехал? Тэхён закатил глаза так далеко, что Чону почудился Неджи Хьюга, стоящий перед ним. Эта мысль заставила его улыбнуться. Представив, что его имеет Тэхён в костюме аниме персонажа, он покраснел и отвёл взгляд. (Чонгук, давай только не обморок опять?) — Слушай, — начал Ким, — я что, трахнул твою девушку? «ЧТО?» ему послышалось? «ЧТООО?» это был ахуй. И без того большие глаза Чонгука стали размером с кулак. — Нет! Что ты несёшь? — Конечно же, его голос дрожал. — Тогда почему ты притворяешься моим фанатом, потом оскорбляешь меня, а сейчас... — Тэхён оттолкнулся от капота и пошёл к Чонгуку навстречу, — сейчас снова язвишь мне? — Я.. — Он застыл. «Чёрт, действительно было грубо. Уже который раз. После такого он вряд ли захочет со мной говорить!» — Мысли путались в голове, и от них она начинала болеть ещё сильнее. — Прости. Тэхён понимал, что перегнул палку, ждал, что этот нежный ребёнок, стоящий сейчас перед ним, заставит его ещё улыбнуться, но совсем не ожидал извинений. И что теперь делать? Почему хочется подойти и обнять его? Но он не мог себе этого позволить! Его счастье, если здесь вообще не окажется сейчас скрытых папарацци, а HYBE завтра не разорвёт с ним контракт, который из-за Богома и так держится на ниточке! Тэхён принял извинения. По глазам было видно, что принял. Но он ничего не сказал, лишь слегка улыбнулся и, развернувшись на каблуках, зашагал в сторону своего спорткара, чтобы в следующую секунду открыть дверь с пассажирской стороны. Подняв голову, он кивнул Чонгуку, приглашая сесть. — Давай подвезу? — Тэхён сам от себя не ожидал, что так легко предложит подобное своему фанату когда-нибудь, но его сердце ещё днём, кажется, приняло решение на активацию данного действия. «Чонгук! Если ты сейчас не согласишься – Юнги и Хосок тебя по стенке размажут!» (Да, именно так, Чонгук! А я добавлю!) — Хорош-шо! — Ну он пытался не дрожать в голосе, но не вышло... Они ехали в тишине. Тэхён уточнил точный пункт назначения, однако беседы у них не вышло. Его собеседник так сладко уснул, что парню не хотелось его будить. Айдол лишь изредка поворачивал голову в его сторону, чтобы умилиться от его внешнего вида и лёгких подрагиваний веками. Дорога составляла около двух часов, поэтому Ким тихо включил свой любимый джаз и, кажется, впервые за семь лет своей карьеры, он по-настоящему почувствовал спокойствие на душе. По приезде к отелю Тэхён больше всего переживал за папарацци, которые знают номера его машины. Его глаза быстро забегали по всем ближайшим кустам и бордюрам, в попытке найти камеру Dispatch, но всё было подозрительно тихим. В течение десяти минут он пытался успокоить в себе начинающуюся паническую атаку, а когда стало легче, он вдруг вспомнил, что чуть не забыл вернуть Чонгуку его кольцо. За стеклом мерцали вывески, редкие прохожие прятались от ночного ветра, а внутри салона стояла почти нереальная тишина — только тихое урчание двигателя и ровное дыхание Чонгука рядом. Тэхён бросил взгляд в сторону пассажирского сиденья и едва заметно замер. Чонгук спал, слегка отвернув голову к окну. Волосы падали ему на глаза, ремень безопасности пересекал грудь, а на лице оставалось то самое расслабленное выражение, которого Тэхён за предыдущий день знакомства у него не видел. Не как у шумного фаната, который пару раз случайно пересекался с ним. Не как у человека, который смотрел на него слишком восторженно. Сейчас Чонгук выглядел… просто настоящим. Тэхён сглотнул и отвёл взгляд, но через секунду снова посмотрел на него. «Почему я вообще так на него смотрю?..». Они виделись всего два раза. Этого было недостаточно для чего-то подобного. Недостаточно, чтобы сердце странно сжималось каждый раз, когда Чонгук улыбался. Недостаточно, чтобы сейчас, сидя в полутёмной машине, Тэхён чувствовал внутри что-то слишком тёплое и беспокойное одновременно. Он тихо выдохнул и потянулся к ремню безопасности Чонгука, решив сначала аккуратно расстегнуть его, чтобы потом разбудить. Но стоило ему наклониться ближе, как всё внутри будто резко сбилось. Слишком близко. Он видел длинные ресницы Чонгука почти вплотную. Тёплое дыхание касалось его пальцев. От него пахло чем-то сладким и едва уловимо — дождём после улицы. И почему-то именно в этот момент Тэхён почувствовал такую волну эмоций, что на секунду просто застыл. Не восхищение. Не жалость. И точно не обычную симпатию. Что-то намного глубже и опаснее. У него даже дыхание стало тише, словно он боялся разрушить этот момент. Тэхён медленно расстегнул ремень, но руку не убрал сразу. Его взгляд задержался на лице Чонгука ещё на пару секунд, и внутри всё болезненно потеплело. — Милашка… — почти беззвучно сорвалось с губ раньше, чем он успел подумать. Он тут же коротко усмехнулся самому себе и осторожно коснулся плеча парня. — Чонгук… просыпайся, — тихо позвал он. — Мы приехали. Чонгук недовольно нахмурился во сне, а потом медленно открыл глаза. Несколько секунд он смотрел на Тэхёна совершенно растерянно, слишком близко, слишком сонно… а затем резко выпрямился. — Я… уснул?.. — хрипло пробормотал он. — Немного. — Тэхён не смог сдержать мягкой улыбки. — Ты сегодня устал. И Чонгук, ещё не до конца проснувшийся, смущённо отвёл взгляд, даже не замечая, что Тэхён всё это время продолжал смотреть на него слишком внимательно. Он уже собирался открыть дверь машины, когда голос Тэхёна остановил его. — Подожди. — Парень потянулся к карману куртки и через секунду протянул руку вперёд. На его ладони лежало кольцо. То самое кольцо Чонгука с именем кумира на внутренней стороне, из-за которого он был готов сегодня отправиться в тюрьму и даже попрощаться с жизнью. — Ты вчера уронил его у меня дома. На мгновение Чон просто застыл, будто не верил глазам. — Боже… — выдохнул он почти шёпотом и резко забрал кольцо, сжимая его в пальцах так осторожно, словно это была самая ценная и хрупкая для него вещь в мире. — Я весь день его искал… — На его лице появилась настолько искренняя радость, что Тэхён невольно улыбнулся. Но уже через секунду Чонгук словно опомнился. Улыбка дёрнулась, он отвёл взгляд и нервно усмехнулся. — Погоди... Так это из-за него ты сегодня полез на стадион, тебя задержала полиция, и ты чуть не испортил своё будущее? — Это был вопрос, да, но как вопрос это не прозвучало. На лице Тэхёна появились страх и злость, неясно на кого, на этого упрямого юношу или на самого себя... — Это, наверное, прозвучит странно… — пробормотал Чонгук. — Просто… я не хотел выглядеть как какой-то одержимый фанатик. Но это кольцо дорогое для меня. — Настолько дорогое, что ты буквально рисковал жизнью? — О, да. Это была злость. И злился он на себя. Объяснить почему он не мог. (Зато ;) я могу!) Просто внутри всё горело. Чонгук замолчал на секунду и тихо добавил: — Да, и я полез бы туда снова и рисковал бы жизнью опять, если бы мне пришлось вернуться в прошлое, заранее зная о последствиях. — Он не дал вставить Тэхёну ни слова и быстро продолжил. — Спасибо тебе. Правда. Не только за кольцо. — Он крепче сжал его в ладони и посмотрел на айдола так открыто, что у того внутри снова всё странно сжалось. — Спасибо за то, что мне вообще выпал шанс встретить тебя. Я… даже не должен был быть сегодня здесь. — В смысле? — Тэхён слегка нахмурился. Чонгук коротко рассмеялся себе под нос. — Мне, вообще-то завтра сдавать выпускные экзамены. Ну… уже сегодня, наверное. — Что? — Тэхён повернулся к нему полностью. — Тогда почему ты был на концерте? Чонгук пожал плечами, будто ответ был очевиден. — Потому что это мог быть мой единственный шанс исполнить мечту. В машине повисла тишина. — Я сбежал, — признался Чонгук уже тише. — Просто взял и уехал. Родители убьют меня, когда узнают. — Он усмехнулся, но в глазах всё равно светилось что-то счастливое и упрямое одновременно. — И знаешь… я вообще не жалею. Тэхён смотрел на него молча. Каждое слово почему-то оседало внутри слишком глубоко. — Завтра я возвращаюсь в Пусан, — продолжил Чонгук. — Это мой родной город. Так что… скорее всего, мы больше не увидимся. — Эта фраза ударила неожиданно сильно. Тэхён даже не сразу понял почему. Чонгук наконец надел кольцо обратно на палец и улыбнулся, устало, но по-настоящему счастливо. — Спасибо за всё, Ким Тэхён. Если у тебя когда-нибудь останется тысячу фанатов, один из них точно буду я, если останется сто, один из них также буду я. Если у тебя когда-нибудь будет только один фанат, это буду я – Чон Чонгук. Спасибо, что уже на протяжении стольких лет, чувствую внутри себя безмерную теплоту и любовь к твоему творчеству. Ты самый лучший кумир, о котором фанат может только мечтать. — После этого он открыл дверь машины. Ночной воздух сразу ворвался внутрь вместе с шумом улицы. Чонгук выбрался наружу, ещё раз поклонился ему через открытое окно и направился к входу в отель. Тэхён проводил его взглядом до самых дверей. Пока Чонгук не исчез внутри. И даже после этого не смог завести машину сразу. Руки лежали на руле неподвижно, а в голове бесконечно крутились обрывки чужих фраз: «Это мог быть мой единственный шанс исполнить мечту», «Скорее всего, мы больше не увидимся». Почему-то от этих слов становилось тяжело. Будто что-то удерживало его здесь. Будто если он сейчас уедет — закончится что-то важное, чему он даже не успел дать имя. Тэхён медленно откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза. Это было неправильно. Он почти не знает этого парня. Обычный фанат. Случайная встреча. Ничего особенного. Тогда почему мысль, что завтра Чонгук уедет в Пусан, ощущалась почти болезненно? Тэхён просидел возле отеля ещё несколько минут, глядя на светящиеся окна верхних этажей, словно пытался понять, в каком из них сейчас находится Чонгук. А потом всё же тяжело выдохнул, завёл двигатель и медленно уехал в ночь, ощущая странную пустоту, оставшуюся внутри после того, как фигура Чонгука скрылась за дверями отеля. *** Дверь номера тихо закрылась за спиной Чонгука, и только тогда он, наконец, позволил себе выдохнуть. Весь вечер казался каким-то нереальным: воспоминания о вчерашнем концерте, дом Тэхёна, это потерянное кольцо, полицейский участок и то, что Тэхён приехал за ним и решил проблему в участке. Чонгук медленно прислонился спиной к двери и закрыл лицо ладонями, пытаясь осознать, что всё это действительно произошло с ним, а не приснилось. — Я реально разговаривал с ним и сидел вместе в его машине… — пробормотал он в пустоту комнаты. На губах сама собой появилась усталая улыбка. Он кое-как стянул с себя куртку, бросил рюкзак возле кровати и рухнул поверх покрывала, даже не переодеваясь. Тело ломило от усталости после дороги и сегодняшних приключений на стадионе и его последствий, а голова всё ещё была переполнена эмоциями. Перед глазами снова всплывал Тэхён — его тихий голос, внимательный взгляд и то, как осторожно он держал в ладони потерянное кольцо. От этих воспоминаний внутри всё теплело настолько сильно, что становилось почти больно. Чонгук хотел ещё хоть немного подумать об этом, но усталость оказалась сильнее. Уже через несколько минут он спал так крепко, будто отключился. Утром его разбудил солнечный свет, пробивающийся сквозь щель между шторами. Несколько секунд Чонгук просто лежал неподвижно, сонно глядя в потолок, пока воспоминания о вчерашнем вечере медленно возвращались в голову. И когда вернулись — он резко сел на кровати. — Это был не сон… — Он невольно коснулся кольца на пальце и тихо рассмеялся себе под нос. До вечернего рейса в Пусан оставалось ещё много времени. Слишком много, чтобы просто сидеть в номере и ждать. Чонгук лениво потянулся, поднялся с кровати и начал собирать вещи обратно в рюкзак. Пара футболок, зарядка, документы, наушники — всё отправлялось внутрь в полусонном беспорядке. А потом его взгляд зацепился за яркую брошюру, лежавшую на прикроватной тумбе. Перед глазами пронеслись флешбэки, как какой-то студент, раздавая афишу, сунул ему в руки эту бумагу с красивой рекламой прямо по приезде на вокзал. Сеульский океанариум «SEA LIFE COEX». Он взял её в руки, и на секунду завис, рассматривая фотографии огромных аквариумов, светящихся туннелей и людей в образе русалок, плавающих прямо под водой среди скатов и рыб. Глаза Чонгука тут же загорелись почти по-детски. Это была ещё одна вещь, о которой он давно мечтал. Раз уж он всё равно уже сбежал в Сеул, прогулял экзамены и перевернул свою жизнь вверх ногами ради концерта… почему бы не исполнить ещё одну маленькую мечту перед возвращением домой? — Ладно, — пробормотал он сам себе. — Один раз живём. Юнги и Хосок обзавидуются... Возможно. Быстро закинув рюкзак на плечо, Чонгук ещё раз глянул на брошюру, будто проверяя адрес, а затем машинально положил её на кровать рядом с подушкой. И тут же забыл о ней. Через минуту дверь номера захлопнулась, а сам Чонгук уже спускался, совершенно не замечая, что яркая афиша с океанариумом так и осталась лежать в пустом номере. *** Дом встретил Тэхёна привычной тишиной. Обычно после концертов и долгих дней он радовался ей — мог, наконец, снять маску, расслабиться, остаться один или пригласить Чимина на вечерние посиделки. Но сегодня эта тишина почему-то давила. Тэхён бросил ключи на тумбу, медленно снял куртку и устало провёл ладонью по лицу. Перед глазами тут же возник Чонгук: сонный в машине, счастливо сжимающий кольцо в ладони, смущённо признающийся, что сбежал с экзаменов ради концерта. Тэхён тяжело выдохнул и упал на диван. «Да что со мной такое..?!» — Пронеслось в голове. Он пытался убедить себя, что это просто эмоции после тяжёлого дня. Обычная жалость. Симпатия. Интерес. Но чем сильнее он пытался всё рационализировать, тем хуже становилось. Потому что внутри это ощущалось совсем иначе. Он думал о Чонгуке слишком много, непозволительно много, и это пугало. Тэхён прекрасно понимал, кем Чонгук является. Фанатом. Парнем, который смотрел на него с восхищением много лет. Между ними изначально существовала граница, которую нельзя было пересекать. Так было правильно. Так должно быть. Тогда почему каждый раз, когда Тэхён закрывал глаза, он вспоминал не давку фанатов на концерте, не сцену и не музыку… А именно Чонгука? Его взгляд. Его голос. То, как он сказал: «Это мог быть мой единственный шанс исполнить мечту». У Тэхёна внутри всё болезненно сжималось от одной этой фразы. Он перевернулся на кровати уже, наверное, в сотый раз за ночь и раздражённо уставился в потолок. Сон не шёл вообще. Мысли путались одна хуже другой. «Ты даже толком его не знаешь». «Это неправильно». «Он просто фанат». «И вообще, он назвал тебя извращенцем!». «Может, вообще сасэн, разные же бывают...». Но где-то глубоко внутри звучало другое: «Тогда почему рядом с ним я чувствую себя так, будто впервые за двадцать пять лет действительно что-то испытываю?..». Эта мысль окончательно лишила его сна. Под утро усталость всё же победила, и Тэхён отключился буквально на пару часов. А потом прозвенел будильник. Он резко распахнул глаза и почти сразу сел на кровати, будто его ударило током. Странно, но утро действительно принесло ясность. Ночью всё казалось невозможным и запутанным, а сейчас среди сонной тишины в голове вдруг появилась простая мысль. Август. Ещё один концерт. Тэхён нахмурился, а потом резко потянулся к телефону, проверяя расписание. Да. Августовское выступление ещё не было полностью закрыто для гостей. Сердце почему-то забилось быстрее. «Я просто хочу отблагодарить его». «Просто дать ему возможность прийти нормально, а не сбегать с экзаменов». «Просто увидеть его ещё раз». На последней мысли Тэхён замер. А потом раздражённо выдохнул, понимая, что обманывает сам себя. Он действительно хотел увидеть Чонгука снова. Очень сильно. Осознание ситуации оказалось одновременно пугающим и… невероятно приятным. Тэхён даже не стал нормально собираться. Он нырнул в первую попавшуюся одежду, совсем отличающуюся от его повседневной, к которой привыкли фанаты, натянул маску, надел чёрные солнцезащитные очки, кепку, схватил ключи от машины и буквально вылетел из дома. По дороге к отелю внутри всё странно горело от нетерпения. Он сам не понимал, почему так спешит. Будто боялся опоздать. Будто если не успеет сейчас — Чонгук снова исчезнет из его жизни, оставив после себя только чувство пустоты и бессонные ночи. Тэхён влетел в холл отеля настолько быстро, что администратор за стойкой сначала даже не поняла, кто именно перед ней стоит. Он выглядел так, будто вообще не спал: растрёпанные волосы, тёмные круги под глазами и слишком напряжённый взгляд человека, который всю дорогу думал только об одном даже под очками. — Доброе утро… — растерянно начала девушка, но договорить не успела. — Мне нужен один человек, — сразу сказал Тэхён, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё буквально горело от нетерпения. — Чон Чонгук. Он остановился здесь. Девушка моментально напряглась. — Простите, но мы не можем разглашать информацию о гостях, — уже более официальным голосом произнесла она и осторожно потянулась к телефону. — Если вы не покинете ресепшен, мне придётся вызвать охрану. — Внешний вид айдола действительно пугал, когда человек понятия не имеет, кто на самом деле под маской. (Она подумала, что за Чонгуком пришли хвхыхвхвхвв) — Ай, щибаль.. Нет-нет, подождите, пожалуйста. Я не сталкер и не сумасшедший. — Тэхён тихо выругался себе под нос и быстро наклонился ближе к стойке. — Это звучит именно как слова сталкера. — Девушка посмотрела на него с очень сомнительным выражением лица. На секунду Тэхён даже потерялся, а потом неожиданно нервно рассмеялся. — Ладно, звучит ужасно, согласен. Но мне, правда очень нужно увидеть его. — Он провёл рукой по волосам и уже тише добавил, — послушайте… если вы никому не скажете, что я здесь был, я подпишу вам всё что угодно. Автограф, фото, что захотите. — Парень аккуратно спустил маску так, что она его сразу узнала. (А по голосу не поняла что ли? Пипец, блин.) — Вы сейчас пытаетесь подкупить сотрудника отеля автографом? — Девушка моргнула, явно не ожидая такого поворота. — Да, — честно признался Тэхён. — И мне совершенно не стыдно. Несколько секунд она просто смотрела на него, а потом неожиданно рассмеялась. К счастью для Тэхёна, девушка оказалась не из тех фанатов, которые готовы выложить всё в интернет ради секунды внимания. Наоборот — по её взгляду было видно, что она прекрасно понимает, насколько важны чужие личные границы и конфиденциальность. Она тихо вздохнула и наклонилась чуть ближе. — Если кто-то спросит, я вас здесь не видела. — Спасибо. Серьёзно. — Тэхён облегчённо выдохнул. Через пару минут девушка уже проводила его к нужному номеру. Сердце Тэхёна почему-то билось так быстро, будто он собирался выйти на сцену перед стадионом людей. Он постучал. Тишина. Ещё раз. Ничего. Девушка осторожно открыла дверь мастер-картой и заглянула внутрь. — Кажется, он ушёл. Тэхён почувствовал, как внутри всё резко провалилось вниз. Комната действительно была пустой. Аккуратно сложенная, но немного помятая постель, собранные вещи, ощущение спешки — будто Чонгук ушёл совсем недавно. Тэхён медленно зашёл внутрь, сам не понимая зачем. Взгляд машинально скользил по комнате в поисках хоть чего-нибудь. И вдруг зацепился за яркую брошюру, оставленную на кровати. Тэхён замер, а потом почти сразу схватил её в руки. Несколько секунд он смотрел на фотографии подводных туннелей и огромных аквариумов, после чего коротко усмехнулся. — Конечно… — тихо пробормотал он. — Это очень в его стиле. Почему-то мысль о том, как Чонгук сейчас ходит среди огромных аквариумов с совершенно детским восторгом в глазах, заставила Тэхёна улыбнуться впервые за всё утро. Но уже через секунду он снова оживился. Теперь у него была зацепка. И этого оказалось достаточно. Тэхён быстро поблагодарил девушку, оставил ей всё-таки обещанный автограф и почти бегом кинулся обратно к лифту. Через несколько минут его машина уже мчалась по улицам Сеула в сторону океанариума, а внутри у Тэхёна билось только одно навязчивое чувство: Он должен успеть найти Чонгука до того, как тот уедет обратно в Пусан. Иначе он его потеряет. Навсегда.