А мама споёт колыбельную

      — Всё готово, Стандерлин! Принимайте здорового малыша! — воскликнул мироходец, передавая девушке её ребёнка.       Зеленоволосая леди с цветами в волосах забрала своего мальчика, крепко обнимая его и со слезами на глазах посмотрела на спасителя.       — Я не знаю, как вас благодарить, герой! Спасибо, вам за спасение! Без вас бы он погиб. Что я могу сделать для вас? Просите всё, что хотите! — говорит девушка, медленно сажаясь на колени перед парнем, склонив свою голову. Она была готова к любым требованиям, но действия незнакомца только больше растрогали её.       — Я попрошу лишь одного. Используйте подаренный мною дар только в благих целях. Свет доступен только чистым людям. И я вижу, что вы его достойны. Прошу, не склоняйте свою голову, — Лололошка нежно улыбнулся, присаживаясь на одно колено и беря девушку за подбородок, поднимая её миловидное личико.       Стандерлин посмотрела в одинокую, ярко-голубую звезду вместо зрачка мироходца. Эта звезда была настоящим символом добра и героизма. Лололошка упал в их мир как снег на голову, но за столь короткий срок уже стольким людям спас жизнь и преподнёс в их мир настоящий божий дар, делясь им только с теми, кого считал достойными и в его список попала она с сыном. И в благодарность за то, что шатен спас её сына из лап похитителя, она была готова на всё!       — Я сделаю всё, что будет в моих силах! И я бы хотела… Обучать достойных пользоваться вашим даром.       — Это замечательно. Я знал, что не ошибся в тебе, — Лололошка поднялся с колен и поднял девушку с земли, посмотрев на ребёнка в чужих руках.       — Прощай, Цуро. Надеюсь, мы встретимся с тобой ещё. Буду ждать от тебя прекрасных результатов в будущем, — попрощался с младенцем мироходец и кивнул на прощание девушке, разворачиваясь и уходя своей дорогой. Этот мир большой. Стоит найти ещё людей, кому можно передать дар. Лололошка был действительно хорош с этим поручением.       Но не успел парень далеко уйти, как его сердце пропустило удар, а в голове послышался гул. Эграссель! Он его зовёт. Лололошка развернулся к старому городку лицом и тяжело вздохнул. Ему понравилось в этом мире. Тут красиво. Он явно многим вдохновился. Но пора возвращаться. Он же не сможет проигнорировать лучшего друга? Надев маску и прикрыв глаза, Лололошка сосредоточился и тут же телепортировался обратно в Архей, достаточно быстро преодолев расстояние в пустоте.       Появился он возле особняка Эграсселя и сразу снял маску, поправляя свои очки. Судя по всему, Эграсса созвал всех братьев. И безусловно, Ло был рад увидеть их всех, но в первую очередь он пытался найти эльфа.       «Друзья мои, я должен сообщить вам печальную новость. К сожалению, я проиграл. Проиграл собственному отцу из-за своей наивности и веры в лучшее. Я был слишком слеп, чтобы заметить, что родного мне человека больше не существует. Есть только его чёрная оболочка. И в целях сохранения блага во всём Архее, я принял тяжёлое для меня решение»       Лололошка как будто током ударило. Он пошатнулся и уронил маску на дорогу, которая позже исчезла, оставляя за собой жёлтые искры. Он не верил в то, что услышал. Его мир как будто рухнул перед ним прямо сейчас, оставляя за собой лишь обломки. Парень посмотрел на особняк эльфов, видя, что врата уже были запечатаны. Эграссель продолжал им что-то говорить, используя магию, но голубоглазый толком ничего не слушал, из-за сильного потрясения.       «Но к тебе Лололошка у меня особенная просьба. Не дай ни за что отцу выйти ни в коем случае! Я рассчитываю на тебя», — говорит заботливый голос в голове голубой звёздочки. А после этого тишина. Лололошка падает на колени смотря растерянно сквозь врата, будто мог через них разглядеть своего друга. Но нет. Не мог.       На плечи мироходца опускается лёгкая рука девушки, и та так же аккуратно садится за его спиной, крепко обнимая и прижимаясь щекой к его спине.       — Мне жаль, Ло, — тихо бурчит эльфийка, сама готовая заплакать от новости Эграсселя. Она чувствовала, как плохо парню. И пусть поддерживать людей было не в её характере, но Лололошка этого заслуживал. Он единственный человек, который не раздражал её. В целом она даже могла понять, почему Эграссель выбрал в лучшие друзья человека.

***

      После этого история дружбы Эграсселя и Лололошки поставила точку в конце книги, где ещё оставалось множество пустых страниц. Такого не должно было произойти. Они столько всего не сделали! Эта точка морально убивала парня. Он был готов пробить себе сердце ножом, чтобы больше никогда не чувствовать этой душевной боли.       Лололошка вздохнул и подошёл к краю обрыва на скале, осматривая некогда родные земли. Он не верил, что на сей раз прощается с Археем ни на пару сотен или даже тысяч лет, а возможно даже навсегда. Он был готов ждать вечность подходящего момента, чтобы вернуться и как-то в сознании не особо-то и укладывалось что другого раза больше не будет.       — Я уверен, мы ещё когда-нибудь встретимся. Я буду правда скучать по всем вам. Надеюсь, пересечёмся ещё в других мирах или реальностях, — сказал Лололошка, поворачиваясь спиной к обрыву и лицом к своей семье.       Туилин слабо улыбнулась парню, затем прикрыла глаза и исчезла, а за ней по одному стали уходить и другие.       — Чувак, навести как-нибудь Мурфадон. Очень классный мир, думаю, тебе понравится. Выпьем, вспомним золотые годы, — говорит Вальдхар.       — Обязательно! — мироходец помахал последнему брату рукой, прежде чем тот исчез, а затем тяжело вздохнул и расправил руки в стороны, вновь развернувшись к Архею. Грудная клетка парня сразу засветилась, а он нахмурился от жгучей боли. Такое заклинание потребует много сил.       Неспеша тело парня стали пробивать лёгкие удары тока, а из носа неожиданно потекла кровь, пачкая его прекрасный и любимый шарф. Небо тут же озарила вечная ночь, пугая местных жителей своим необычным явлением, а парень почти не мог сделать глубокий вдох от этого. Лололошка, задыхаясь, сделал шаг вперёд подступая к самому обрыву. Чтобы успеть пересечь завесу, ему нужен был разгон.       — Прощай, Эграсса, — бурчит Лололошка, падая вниз, давая свободному падению забрать его. Сердце уже было готово разорваться вместе с искрой от такой нагрузки, но Лололошка обещал, что не позволит отцу сбежать.       И почти у самой земли ОМП сработал, спасая Лололошку от смерти и просто телепортирует того в пустоту прежде, чем завеса окончательно закрылась. Инерция просто снесла несчастного мироходца, кубарем его откинув как можно дальше от родного мира, отчего даже его очки соскочили, улетая в неизвестном направлении. Обещание было выполнено и теперь можно было расслабиться. Правда от такой нагрузки на организм, шатен стал терять сознание. Последнее, что он увидел, как мимо него пролетали разные миры и где-то вдали, уже еле как виднелся Архей. Его родной дом. — Бедный мальчишка. Откуда ты тут взялся? — Я не помню… — Не помнишь? А где твой дом, знаешь? — Нет, не помню… — Господи, ты будто с неба упал, как падающая звезда! А что ты помнишь о себе? — … — Ничего? — Я помню только своё имя. Меня зовут Лололошка.

***

      Лололошка открыл глаза, посмотрев на потолок. Его голова ужасно пульсировала и болела, как будто его не плохо так огрели чем-то твёрдым по затылку. Пару минут мироходец даже не понимал, где находится, пока воспоминания вчерашнего дня не ударили в голову с новой силой.       — О, наконец-то ты проснулся. Чувак, уже обед! Ты шестнадцать часов спал! — фыркнул Ричард, подходя к Лололошке. Из-за долгого сна парня им пришлось отложить все планы, которые они ещё вечером запланировали с Диланом. Было очень скучно ждать Ло, но автоматон решил, что будить его не стоит. Раз столько спит, значит был очень уставшим. «Главное, что дышит», — как выразился Дилан.       — Так много… — бурчит под нос Лололошка, потирая голову. И что это было? Просто сон или воспоминание? Он реально таким образом делал эту завесу?       — Мда уж… Ну ладно, иди умывайся, завтракай. Вернее обедай. Думаю, ты точно достаточно отдохнул. Пойдёшь с нами по загородной местности гулять, — усмехнулся брюнет, уходя к стойке с едой. А вот самого автоматона на горизонте не наблюдалось. Наверное, сидит в какой-нибудь комнате и кодит. Чем ещё программисту заниматься по жизни?       Парень проводил друга взглядом и потёр голову, пытаясь убрать остатки сна. Чувствовал он себя как полноценный овощ.       Лололошка более-менее помнит строение дома, потому ванную комнату нашёл быстро. Холодная вода действительно помогла ему взбодриться и проснуться окончательно. Пока они тут у них с Джоном есть шанс отдохнуть и хоть немного расслабиться.       — Первые… — бурчит шатен, смотря в зеркало, рассматривая свои глаза. Как будто они были чужими или какие-то не такими. Он не мог объяснить, что именно с ними не так. Вроде всё как обычно. Тёмные с отливом синего цвета. Но при этом будто чего-то не хватало.       — Что первые? — спросил Дилан с усмешкой. Лололошка вздрогнул и перевёл взгляд на автоматона, смотря на него через зеркало. Столько лет прошло по меркам этого мира, а тот и вовсе не изменился.       — Забей, — пробубнил под нос шатен и вытер полотенцем своё лицо, обернувшись к Дилану и подошёл к нему. Программист, не услышал слов Ло, лишь хмыкнул на это, направляясь на кухню.       — Ты всё ещё не готов рассказать? — спросил Дилан. Но мироходец лишь молча покачал головой.       — Ты снова какой-то… тихий, — фыркнул Дилан. Эта замкнутость Лололошки вызывала в нём дрожь, напоминая о тех временах, когда на острове парень постоянно подходил и донимал его своим молчанием, по итогу заставляя разговаривать самого Дилана. Лололошка был отстойным собеседником, но хорошим слушателем. Чем внаглую пользовался Карл, вечно скидывая своё нытьё и багаж знаний о растениях на Лололошку. Потому что знал, что тот будет слушать и кивать как болванчик.       Дилан тут же встряхнул головой, отгоняя мысли о своих соседях по общежитию. Это давно в прошлом. Они всё равно давно мертвы.       — О ты тоже вышел поесть? — усмехнулся Ричард, когда увидел, что с Лололошкой на кухню пришёл так же задрот.       — Конечно, обед от своего личного повара я не пропущу.       — Да иди ты, — фыркнул брюнет, ударяя друга в плечо.       Лололошке было приятно видеть эту картину. Никаких заражённых трупов на улице, еда в достатке, не надо спарки добывать, а его близкие люди были рядом и подкалывали друг друга. Что в прошлый раз, что в этот, мироходец всё время ощущает, что реальность Джона ему роднее его собственной. Он уже не раз это подмечал, но каждый раз вздрагивал от своих мыслей, понимая, что звучит это эгоистично, особенно когда в его мире его друзья сейчас выживают из-за его же ошибки. Он не знает точно, почему завеса не удержала отца, и догадывается, что это мог бы объяснить ему Харрис, да вот только Лололошка не желает этого знать. По крайней мере, не сейчас.       — Держи, ты, наверное, очень голоден, — улыбнулся Ричард, поставив перед мироходцем тарелку с горячем супом. Это отвлекло парня от своих мыслей и кивнув брюнету в знак благодарности, он начал есть, как и Дилан, который обратил внимание на немоту Лололошки, но никак это не прокомментировал.       — Где Солус? — спросил программист, переводя взгляд на блогера, который вместо полноценного обеда предпочёл просто съесть банан.       — Уехал куда-то. Он ничего не сказал. Но я подозреваю, что к злому гению! — усмехнулся громко брюнет, откусив кусочек от фрукта.       Лололошка слегка нахмурился. Джон не плохой человек, как они о нём отзываются. За время совместного путешествия Харрис, конечно, сильно раздражал его, ведя себя как самовлюблённый и эгоистичный придурок. Но он явно не плохой человек. Иначе его бы самого уже не было. Джон прикрывал и спасал его как мог. Жаль Дилан и Ричард этого не видели и навряд ли смогут понять его позицию защиты Джона.       — Ох, зачем ему это? Снова хочет услышать, что он просто железка? Глупо надеется, что сам Джон Дейви Харрис скажет что-то лестное и извинится, — вздохнул программист.       Ричард кивнул, и на этом их разговор закончился. Лололошка сидел в своих мыслях и не замечал косых взглядов в свою сторону. А вот Ричард и Дилан чувствовали себя неловко. Они знали о друг друге всё и не нуждались в разговоре, чтобы чувствовать себя хорошо, а о Лололошке они знали слишком мало. Их распирало от нетерпения поговорить, погулять, повеселиться как в старые добрые. Но энтузиазмом со стороны бывшего эколога даже не пахло. Поэтому обед прошёл в гробовом молчании.       — Хах, ну что? Пойдём развеемся? — спросил блогер, когда его друзья опустошили тарелки.       — Да, пойдём. Тут рядом поле хорошее есть. Думаю, тебе понравится, Ло. Ты его не видел в прошлый раз!       Парни тут же вскочили со своих мест и пошли к выходу, чем удивили Лололошку. Ему показалось, что этим двоим было некомфортно дома, и они уже не могли дождаться, когда выйдут. И ладно ещё такая спешка от Ричарда, но от Дилана он такого не ожидал.       Парень спокойно встал и подошёл к друзьям, выходя за ними следом.       — Мда, эта штука в небе меня пугает. Ты знаешь, что это? — спросил Ричард у Лололошки, решаясь начать диалог. Мироходец поднял голову и увидел ту самую трещину в небе, которая мало того, что угрожающи выглядела, так ещё и когда солнце было за ней, небо окрашивалось в жутко кровавый цвет. Сам Ло этого не видел, зато видели местные жители, пока он и Джон были в больнице.       — Не знаю точно. Оно появилось тогда же, когда мы с Джоном упали?       — Ага, две падающие звёздочки. Красиво вы летели, пока с асфальтом не столкнулись. Был сильный толчок и громкий звук. Весь мир содрогнулся, наверное! Думали, что конец света. Если бы люди не узнали Джона, то все бы уже готовились к смерти. А так это выглядело как очередная его безумная идея, — пояснил Ричард. Дилан удивлённо взглянул на брюнета. Он так убито спал, что не чувствовал и не слышал вообще ничего. Удивительно, что простой спам телефона его разбудил.       — Когда мы запрыгнули в реальность Джона, всё было нормально, а потом из искусственного схождения следом за нами вылетела магия Отца. Но что это конкретно, я не знаю, — хмыкнул шатен, пожав плечами.       — Отец? О, Ло, ты вспомнил свою семью? — обрадовался Ричард. Жаль, что не на долго. Синеглазый мгновенно отрицательно покачал головой.       — Мы не родственники. Это лишь закрепившийся позывной очень плохого человека, — хмыкнул Лололошка, уводя взгляд в сторону и разглядывая поле, к которому они наконец-то вышли.       — Оу, прости. Видно, что этот человек сильно тебе навредил, — вздохнул Ричард, идя по протоптанной тропинке и рассматривая пролетающих мимо бабочек. Мироходец опустил голову, ничего не сказав. Он почти угас в руках отца. Ещё бы немного — и он бы навсегда оказался запертым в Архее. В каком-то смысле Отец посадил бы его на домашний арест.       Парни шли друг за другом, так как тропинка была на самом деле узкой. Первый шёл Ричард, затем Лололошка, а замыкал эту шеренгу Дилан, который не отрывал взгляда от голубого шарфа, болтавшегося за спиной Лололошки. Он ничего не понимал. По словам Ло, для него с момента их встречи прошло всего полгода. Но за это время тот так изменился. И ладно бы, если бы внешне изменился! Длинные волосы, шрам на щеке, странная одежда — всё это его не смущало. Да и никак это парня не портило!       Но чувство было ужасным. Это вроде всё тот же Лололошка, а вроде и не он. Не такой энергичный, не такой любопытный. В воспоминаниях Дилана его сосед даже после кошмаров не был настолько… помятым.       Программист всё понимал. Эти полгода Ло явно дались тяжело. И Дилан хотел знать всё. Абсолютно каждую секунду его приключений! Что случилось в новом мире? Что стало с реальностью этого маленького мироходца? Что за отец? Где его друзья? Вопросов было слишком много, отчего автоматон начал медленно перегреваться. Голова кипела от такого огромного количества мыслей.       Ему надо узнать правду. Любыми способами.

***

      Тем временем у лаборатории Джона уже давным-давно стоял розовый кабриолет. Вот только его хозяин выходить не спешил. Сайман нервно постукивал пальцами по рулю, обдумывая всё, что произошло и может произойти. Его обижало, что Джон даже не попытался с ним связаться. Хотя на что он надеется? Они уже давно не друзья. Наверное, ему тяжело выбросить как слова о не живой жестянке, так и слова «это было для друга», которые передал ему Лололошка после своих видений. Ведь это означало, что Джону не на столько уж и всё равно.       — Тебе особое приглашение надо?       Солус тут же вырвался из своих мыслей и перевёл взгляд в сторону лаборатории. В дверном проёме стоял Джон. Всё те же глупые очки, нахальная усмешка, белая одежда. Покоцанный разве что, и пару кристаллов из того торчало.       Вздохнув, мужчина поправил излюбленную шляпу и вышел из своей машины, проходя с гордо поднятой головой мимо учёного, заходя в помещение. Дверь тут же захлопнулась за его спиной.       — Так и будешь молчать? Или ты ждёшь чего-то?       — А ты не догадываешься? — фыркнул любитель розового.       — Понятия не имею, что тебе надо, — усмехнулся Харрис, поправляя свои очки и проходит к компьютеру, сажаясь за стол и взял в руки документы с результатами анализов.       — Никакого чувства такта. Мог бы и извиниться за те слова в подвале дома.       — Если тебя эти слова задевают, то это только твои проблемы. Ни один адекватный человек не будет подстраиваться под рамки того, что ты желаешь слышать. А настоящий друг всегда укажет на твои лучшие качества и твои недостатки. Что, собственно, я и сделал. Пойми же, Солус. На правду нельзя обижаться, — чуть ли не промурлыкал Джон, даже не посмотрев в сторону мужчины.       — Может, поэтому у тебя никогда не было и не будет друзей? — фыркнул Саймон. Глаз Джона дёрнулся, и он сжал бумагу чуть сильнее, помяв её. — Ты настолько одинок, что создал весь этот остров, только чтобы жить в своей сказке. Создал подходящие для себя условия, подходящих для себя друзей. В то время как Лололошка смог со всеми найти общий язык и подружиться, хотя никто и не подходит под его предпочтения. Тебе не кажется, что ты проигрываешь своей же копии?       Джон тихо цыкнул, снимая очки и кладя их на стол вместе с бумагами, разворачиваясь к Солусу и холодно глядя на него, несмотря на теплый розовый цвет радужки от болезни. Это удивило шляпника, но он и бровью не повёл, понимая, что Джон просто пытается задавить его своей аурой и авторитетом.       — Мне не нужны друзья. Иначе я бы так легко тебя не отпустил. К тому же, не сравнивай мою работу со сказками. Даже если в твоих словах есть доля правды, сублимация — это хорошо. Я просто отдыхал от внешнего мира, занимаясь своим любимым делом. А что я люблю? Правильно, учиться! В отличие от некоторых, — шикнул Джон, сложив пальцы в замок.       — Это скорее был эскапизм, Джон. Мне правда жаль тебя.       — Обойдусь без твоих сожалений, старик. Ты лучше скажи, зачем пришёл, — фыркнул учёный, вновь отвернувшись от автоматона. Саймон тяжело вздохнул. Всё тот же Джон Дейви Харрис, холодный, наглый и, пользующийся своим умом, эгоист.       — Просто пришёл узнать, как дела…       — О! С этого и надо было начинать! — весело ответил шатен, — ужасно!       Шикнул Джон, резко сменив тон. Как будто у него было биполярное расстройство.       — Тело болит, с заданием мы не справились, Лололошка в депрессии, лаборатория вся в пыли, опозорился перед кучей людей, заразил всю параллельную реальность. А знаешь, что хуже всего?! — воскликнул Харрис, резко вскочив с кресла, — я узнал, что все мои успехи в учёбе бессмысленные! Я никогда не стану первым и столь могущественным как Лололошка, у меня никогда не будет нужной мне силы! И я никогда не смогу больше вернуть Сашу!       Крикнул Джон, смахнув со стола все документы и пробирки на пол, тяжело задышав, так как высказал это всё на одном дыхании. Саймон не смел на этот психоз сказать ни слова. Несмотря на то, что они только что дискуссировали и на душе был неприятный осадок, как-то воспользоваться ситуацией и съязвить он не хотел. Потому что это был не только больной срыв. Наверное, это был в принципе первый нервный срыв в жизни Джона после потери сестры.       JDН потёр лицо и сделал глубокий вдох. Ему было стыдно, что только что он говорил, что никто ему не нужен, а как представилась возможность высказаться, он вывалил сразу всё. Ещё и тому, от кого отрёкся.       — А также, возможно, теперь и наша реальность в беде, — сказал Джон, посмотрев уставшим взглядом на мужчину, у которого даже мурашки пробежали по спине. Только сейчас Солус заметил синики под глазами учёного, для которого внешность и здоровье всегда были на втором месте после развития и обучения. Он также заметил, как тот шатался и медленно двигался.       — Что ты имеешь в виду? — спросил потеряно автоматон.       — Ты видишь, что со мной стало? — спросил Джон, схватившись за один из кристаллов, который рос прямо из его плеча, и сломал его, принося руке сильную боль. — Я заражён, Саймон. Там, где мы были, развитие в мире остановилось на века. Люди, животные, птицы, другие расы и существа просто превращались в глупых зомби, атакующих даже близких. Они чувствуют ужасный голод, который затемняет их сознание. Конечно, такими становятся не все. Не знаю по какой причине, но скорее всего главный вирус с нами просто играет. Поэтому я остался собой. Мы знаем как сделать лекарство, но проблема в том, что все нужные ингредиенты остались там, где нам нельзя было задержаться. Иначе я бы погиб, а Лололошка остался в вечном заточении. Поэтому мы здесь, в безопасности. Я должен найти ингредиенты заместители, а Лололошка должен восстановить свою вспышку. Но когда мы сюда перемещались, в нашу реальность успела пройти частица заразы. Думаю, ты видел, что стало с небом.       — Видел, ты можешь объяснить это явление? — спрашивает тихо Саймон, взяв из рук учёного кристалл, рассматривая его. Знакомый камень.       — Пока что нет. С таким я ещё не сталкивался. Могу предположить, что зараза просто шлёпнулась об барьер нашего мира, расколов его, вместо того чтобы плавно пройти, как делают это мироходцы. А радужное свечение — не больше, чем преломление света или реакция магии. В любом случае, если барьер треснул, то, скорее всего, и зараза проскочила. И да, я бы не советовал людям загорать. Теперь солнечное излучение намного сильнее, ибо барьер — это часть атмосферы, и она повреждена, — усмехнулся нервно Джон, зачёсывая волосы назад, — без тебя знаю, что это наша вина.       — Я молчал, — фыркнул Солус, хотя в голове обвинил Джона, что из-за их перемещения сюда походу и их реальность подвергнется опасному заражению. Для автоматонов это, возможно, не будет проблемой, но судя по словам Джона, заболеть может любое живое существо.       — Ты слишком громко молчишь. Просто оставь меня, и так дел выше крыши. Я разгребу проблему, которую сам же создал. Поверь, мне не страшно взять ответственность, — хмыкнул розовоглазый, присев на корточки и стал подбирать бумагу, которую сам же и смахнул.       Солус покачал головой и стал помогать убираться учёному. Похоже ситуация куда сложнее, чем он думал. Оба мироходца явно везут на своих плечах слишком большие горы проблем. Их тощие тельца могут и не выдержать.       На какое-то время зеленоглазый оставался в лаборатории, помогая Джону как в старые добрые времена, внимательно читая документы и информацию, которую Харрис вбивал в компьютер. Когда стемнело, Саймон уже собирался уходить, оставляя мироходца за работой. Тот сам отказался ехать с ним домой, чтобы отдохнуть и поспать в Схождении.       — Есть ещё кое-что, — неожиданно сказал Джон, щёлкая мышкой и смотря без интереса в слишком яркий в полумраке экран.       — Куда уж хуже? И что ещё ты мне недосказал?       — Ты… Не мог бы привести сюда Лололошку?       — Прямо сейчас? Уже же поздно.       — Я просто понял, что молчать больше не могу. Есть очень тяжёлая для Ло информация. Лучше её сказать сейчас, чем потом Лололошка узнает её в ситуации, когда нужно реагировать.       Саймон хмыкнул и кивнул на это. Ему даже жаль этих близнецов. Ни одному, ни второму покоя нет. Потому он соглашается, несмотря на то что уже устал и хотел спать. Главное на дороге быть внимательным.

***

      — Ну, как бы знаешь, Лололошка. Может, Дилан и не меняется внешне, но явно становится старше! Так же, как и я. Мы все здесь уже взрослые люди. Ты так тем более. Так что почему бы нам не отдохнуть как взрослые люди за бокальчиком вина? — спросил с усмешкой блогер, всё же доставая из холодильника бутылку вина Саймона, к которой им строго запретили даже прикасаться. Да вот только что он сможет им сделать? Отчислит? Выселит? Да никуда он своего любимого ученика не выгонит. А у него, если что, есть свой дом, где его ждёт любимая девушка, которая тоже очень была бы рада встрече с Ло.       Но вопреки ожиданиям на весёлую ночь с винишком, пошлыми разговорами и играми, Лололошка отрицательно покачал головой.       — Ой, камон! Мы не виделись кучу лет! Ло, тебе понравится. Зуб даю, будет весело!       — Не нужен мне твой зуб, — фыркнул мироходец, скрестив руки на груди.       — Блин, Дилан, тут только твоё обаяние поможет! — шикнул брюнет, посмотрев на автоматона. Тот усмехнулся. Обаяние? С этим можно даже пошутить. Шатен подошёл к Лололошке, схватил того за подбородок, повернув к себе, и наклонился к парню пониже.       — Ло, тебе стоит расслабиться. Выпить и отдаться веселью! Ричард прав, мы же так давно не виделись. Ты не выпьешь ради нас? — спросил Дилан. Лололошка растерялся, слегка покраснев от близости. Почему ему не нравится эта шутка?       Ло закусил губу, посмотрев чуть ниже глаз Дилана. Как хорошо, что солнечные очки скрывают то, куда он смотрит. Иначе он бы себя на месте прикончил. Мироходец сглотнул и уже открыл рот для очередного отказа, но его прервала открывающаяся дверь. Дилан вздрогнул и тут же отстранился от друга, так же покраснев от стыда, поняв, что он сделал, а Ричард же сразу спрятал бутылку за спиной.       Саймон посмотрел на юношей с прищуром, успев заметить, как близко Дилан был к Лололошке. Он покачал головой и потёр переносицу.       — Мне надо забрать вашего друга на время. Джон хочет поговорить, — сказал шляпник.       — Серьёзно? Ага, уже вижу, как Лололошка бежит в полночь поговорить о молекулярной физике, — фыркнул Дилан, закатив глаза.       — Я поеду.       — Что? — опешил Дилан, повернувшись к другу. — Ло, уже поздно. Пусть утра ждёт, чего это ты и Саймон должны за ним бегать? Если б было что-то срочное, сам бы к тебе пришёл. Адрес он знает, — фыркнул программист.       — Нет, ты не понимаешь, Дилан. Я достаточно уже знаю Джона, чтобы понять, когда будут серьёзные разговоры, а когда шуточные. Сейчас первый случай.       — Ло, прошу, скорее всего, Джон хочет, чтобы ты что-то ему подал и принёс.       — Раз так, значит, это важно, — сказал мироходец, проходя мимо друзей и подходя к Саймону. Ричард фыркнул, уводя взгляд.       — Мы подождём тебя в комнате Дилана. Возвращайся быстрее, — сказал блогер. Лололошка кивнул ему и ушёл вместе с бородатым мужчиной, сажаясь в кабриолет сзади. Пока Солус вёз его в город, синеглазый лёг на спину и сложил руки на груди, разглядывая трещину в небе. Ветер развевал его волнистые волосы, а сама машина укачивала его. Поэтому всю оставшуюся поездку он спал.