Неприступная крепость

      Феликс всегда считал себя красивым и привлекательным омегой. Многие альфы бегали за ним, звали на свидания, предлагали встречаться, да и не только. Так было с периода средней школы, и продолжалось уже в университете. Он никогда не думал о большой любви, что вскружит ему голову, а он отдастся человеку целиком и полностью. Все альфы, которые у него были, долго не задерживались, ведь Феликс не видел в них надобности после нескольких месяцев регулярных встреч. Так было и до сих пор, пока у них в университете не появился новый преподаватель.       Хван Хёнджин, двадцать девять лет отроду, высокий брюнет с длинными волосами, что всегда собирал хвост на затылке или небрежный пучок, вне зависимости от ситуации. Ещё ни один человек в универе не видел его с распущенными волосами. Он был строгим преподавателем, никому не давал поблажек, не выбирал себе любимчиков и не ставил автоматы, как хорошо бы вы не учились. Многие пытались найти к нему подход, но ничего не получалось.       Феликс же считал иначе. Как только Хван прошёл мимо него впервые в коридоре, омега решил, что сделает всё, чтобы этот альфа был его, и не важно, хочет он того или нет. Феликса не волновало, что Хёнджин не обращает на омег внимания, что всё время строили ему глазки, стараясь привлечь его внимание, дарили подарки, которые потом оказывались либо в помойке, либо не приняты. Но, если Феликс решил, значит, так оно и будет.       Неприступную крепость под именем Хван Хёнджин Феликс решил взять до начала нового семестра, а это практически через два месяца, так что время поджимало.       — У тебя ничего не выйдет, — смеялся Джисон, что смотрел на хмурую мордашку друга, после очередного провала.       — Я ещё не подходил к делу серьёзно, только прощупываю почву, — серьёзно сказал Феликс, отпивая шоколадное молоко.       — Ты пришёл в сетчатой футболке и обтягивающих штанах. На тебя пускали слюни все альфы и беты универа, но Хван даже глаза на тебя не поднял, — подколол друга Сынмин.       — Вы в меня не верите? — скривился омега. Ему не очень нравилось, что друзья в нём сомневаются.       — В тебя-то мы верим, мы не верим, что Хван вообще обратит хоть на кого-то внимание. Он ведь как ханжа.       — Не говори о нём так, — надулся омега. Хёнджин далеко не был ханжой. Его стиль в одежде походил больше для клубов, нежели для работы в университете.       — Такое чувство, что он только видит перед собой свою работу.       — Я добьюсь его, так и знайте, — чётко сказал Феликс, поднимаясь из-за стола.       — А ты случаем не влюбился? — усмехнулся Джисон.       — Нет, — кинул через плечо омега, направляясь к выходу из столовой.

***

      Почти месяц Феликс потратил впустую. Все его проверенные приёмы не срабатывали, сколько бы он ни старался. Он приходил в универ в очень вызывающих нарядах, из-за чего каждый раз получал замечания от руководства; садился за первую парту, чтобы хоть как-то обратить на себя внимание; специально неправильно отвечал на заданные ему вопросы, скатился в успеваемости, хоть и был хорошистом, надеясь на то, что его оставят после занятий один на один, но лишь получал больше домашней работы. Поджидал Хвана после занятий возле выхода, но тот проходил мимо, не обращая на омегу никакого внимания, даже если его звали. Руки опускались, и хотелось признать своё поражение самому Хван Хёнджину, и пожать ему руку за столь сильную выдержку.       — Может у него есть омега, поэтому ты ему не интересен, — предположил Сынмин, переодеваясь после физкультуры.       — От него не пахнет омегой, — грустно проговорил Феликс, натягивая чёрную юбку и поправляя сетчатые колготки. — Я прижимался к нему в очереди в столовой, почувствовал только его природный запах.       — А может у него бета, — щёлкнул пальцами Джисон. — Или он вообще по альфам.       — Да нет у него никого, — омега закрыл шкаф со всей силы, садясь на скамейку и натягивая чёрные высокие гольфы. — Я уже не знаю, что делать.       — Скажи, ты хочешь только переспать с ним или чтобы у вас было что-то серьёзное? — интересуется Ким, смотря на подавленного друга.       — Если честно, я уже ничего не хочу, — закидывая сумку на плечо, сказал Феликс и направился в туалет.       Пробыв в уборной практически весь перерыв, Феликс поправил на себе одежду, и направился на следующую пару. Омега всегда был своенравным и не слушал ничьи мнения и советы. Захотел - пришёл в шортах и топе, захотел - в юбке и прозрачной блузке. Мог и вообще прийти с пробкой в заднице, чтобы не было слишком скучно на нудных парах.       Вот и сейчас, очередная игрушка медленно вибрировала в нём, посылая приятные волны по всему телу. Только была одна небольшая проблема: Феликс потерял пульт от этой самой игрушки. Он вытряхнул всю сумку, но там ничего не было, сбегал в раздевалку, но заветного пульта там тоже не оказалось. Дела обстояли очень плохо.       — Чего такой грустный? — заметил его расстроенное состояние Джисон и сел рядом, закидывая руку ему на плечо. Сынмин расположился напротив, положив голову на сложенные руки.       — Сейчас ведь пара у твоего любимого Хвана, а ты нос повесил, — усмехнулся Ким.       — Мне не до этого, — фыркнул омега и сморщил лицо от приятных ощущений.       — Что-то случилось? — спросил Джисон с подозрением смотря на друга. — Ты же всегда ждал пары Хёнджина, чтобы лишний раз попускать на него слюни.       — Я потерял пульт от игрушки, а она до сих пор работает, — прошептал омега, чтобы их никто не слышал.       — Ты опять припёрся с вибратором в заднице? — засмеялся Сынмин, понимая всю суть комичной ситуации.       — Не с вибратором, а с пробкой, — исправил его Феликс. — И не ори так, мне хватает проблем с одним недоступным альфой.       — Сути не меняет.       — Вытащи её, в чём проблема, — не понимал Джисон.       — Чтобы она в сумке просто так работала? Лучше уж пускай мне удовольствие доставляет.       — Тогда сиди и не жалуйся.       — Денег жалко, хорошая ведь игрушка, — надул губки омега и улыбнулся, стоило Хёнджину появиться в аудитории. По телу сразу пробежала приятная дрожь не только от игрушки, но и от того, что Феликс наконец-то увидел альфу.       Хван как всегда был хорош. Чёрные брюки с тонким ремнём, которые так кстати облегали его подтянутые бёдра, светлая рубашка, которая виднелась из-под чёрного свитера с закатанными рукавами, открывая вид на шикарные руки с ярко выделяющимися венами. Феликс поднял взгляд выше и обомлел: сегодня Хван впервые распустил свои волосы, которые слегка касались плеч и надел очки. Омега возбудился ещё сильнее, а смазка стала активнее выделяться. Поёрзав немного на стуле, Феликс уселся так, чтобы игрушка попадала точно по чувствительному комку нервов, откидываясь на спинку стула. Пришлось закусить нижнюю губу, чтобы не застонать в голос.       Время тянулось очень медленно. Феликс буквально представлял, как Хван сжимает этими самыми руками его талию, а он отдаётся ему на этой самой парте. Он готов был прямо сейчас наплевать на всё, встать и оседлать эти бёдра, которыми Хёнджин опирается о стол позади себя. Член уже предательски стоял и делал ситуацию только хуже. Слушать его голос было тоже невыносимо. Он не говорил, а словно пропевал каждое слово. Этот мелодичный голос снился ему со всех влажных снах, где он шептал грязные словечки омеге на ушко, когда втрахивал в свою в кровать. В этих снах альфа что только не делал с омегой, который был согласен на всё. Каждое утро Феликс просыпался на мокрой простыне от своей смазки и со стояком.       Неожиданно вибрация усилилась, отчего Феликс вынырнул из своих мечтаний, озираясь по сторонам. Он понял одно: кто-то нашёл его пульт и сейчас решил позабавиться, зная, что где-то страдает один омега. Но в аудитории никто себя не выдавал. Все что-то сосредоточенно писали в своих тетрадях, а Хёнджин заполнял журнал. Очевидно альфа дал всем какое-то задание, которое Феликс даже не услышал из-за того, что находился далеко в своих фантазиях.       Вибрация опять увеличилась и омега решил наплевать на всё, прикрыл глаза, представляя, как Хёнджин своими изящными пальцами играется с его дырочкой. Сжав через юбку свой член, Феликс зажмурился, стараясь не стонать. Мучительная вибрация так и била по заветной точке, от чего хотелось поскорее кончить, но видать кто-то решил сыграть злую шутку, регулируя скорость от большей к меньшей и наоборот.       Вибрация резко включилась на максимум, от чего Феликс не сдержал громкий стон, запрокидывая голову и упираясь во что-то тёплое. Кое-как открыв глаза, он возбуждённым взглядом увидел похотливые глаза, что смотрели на него с хищным оскалом. По телу пробежала приятная дрожь от взгляда, что был устремлён на него. И омеге было глубоко плевать, что его поймали на непристойностях во время занятий.       — А я всё думал, когда же ты не выдержишь, — проговорил преподаватель, показывая в руках такой ненавистный сейчас пульт.       — Он всё это время был у Вас, — проскулил омега от сверхсильной стимуляции. — З…зачем Вам… это?       — Мне было интересно, сколько ты продержишься.       Оглядевшись по сторонам, Феликс заметил, что в кабинете уже никого не было. Они с Хёнджином были одни. Находясь в своих мыслях, омега не замечал ничего вокруг. Скорее всего, уже давно прозвенел звонок и все пошли на перемену, или же, Хван отпустил всех пораньше. Но, судя по тому, что в коридоре было тихо, второй вариант был правильным.       Хёнджин убавил скорость на минимум, видя, как омега начал легче дышать. Пустой листок с непонятными рисунками уже давно был мятым от того как Феликс его сжимал. Хван увидел на нём своё имя с сердечками вокруг и хмыкнул.       — Ааах… — простонал омега, когда снова включилась максимальная скорость. — Выыы… садиииист…       — Тебе же нравится, — прошептал преподаватель на ушко. Слыша этот шёпот, Феликс потёк ещё сильнее. — Под стулом уже целая лужа твоей смазки. Ты течёшь как шлюшка передо мной.       — Это… это Вы виноваты…       — Да? — усмехнулся Хван, продолжая играть со скоростями, а второй рукой зарылся в блондинистые волосы. — А кто пришёл в универ с пробкой в заднице? Ты ведь не первый раз приходишь с игрушками на мои занятия?       Хёнджин хищно улыбнулся, смотря на страдающего омегу, что очень хотел кончить. Хотелось немного подразнить его за те представления, что он тут устраивал продолжительное время.       — Не слышу? Кто пришёл?       — Я…       — Ты так сильно хочешь меня?       — Даа, мистер Хван…       Хёнджин ловко поднял Феликса, который даже не сопротивлялся, откинул стул в сторону и положил его грудью на стол. Омега проскулил, удобнее устраиваясь. Альфа провёл руками по спине младшего, перемещая их на бёдра, слегка сжимая их, а затем задрал юбку. Ему предстала очень потрясающая картина.       — Ты у меня ещё и без белья, — облизнулся Хван, видя как смазка стекает по молочным бёдрам. Звонкий шлепок разнёсся по всему кабинету, вырывая стон из уст омеги. Феликс содрогался от каждого прикосновения. Сейчас мужчина, что снился практически каждую ночь был рядом. И не важно, что будет потом.       — Вы меня в упор не замечаете, — проскулил Феликс, плавясь от сильных рук, которые снились ему только во снах. — Хотя бы так я представлял Вас.       — Ты не представляешь, Феликс, каких трудов мне стоило не завалить тебя на первой же горизонтальной поверхности, — прошептал альфа на ушко омеги, слегка прикусывая его.       — Так почему же ты тогда так долго сопротивлялся?       — Мы уже перешли на «ты»? — ухмыльнулся Хёнджин, проводя языком по задней части шеи. Альфа чувствовал как младшего трясёт под ним. Он слишком долго ждал этого.       — Ответь… пожалуйста…       — Хотел проверить на какие уловки ты ещё пойдёшь, чтобы соблазнить меня.       — Я хотел уже сдаться, ведь ты вообще меня не замечал.       Хёнджин надавил на игрушку сильнее, отчего Феликс вскрикнул, а на пол скатилось ещё больше его смазки. Альфа сорвал рубашку омеги, откидывая её в сторону, начиная покрывать поцелуями спину младшего на которой тоже были веснушки. Когда-нибудь Хёнджин обязательно их все пересчитает, а пока он доставит удовольствие этому неугомонному мальчишке. Феликс шарил руками по столу, непроизвольно скидывая ненужные сейчас предметы, плавясь под чужим телом, что вжимало его в стол. Омега даже представить себе не мог, что в ближайшем будущем все его сны окажутся явью.       — Я так сильно хочу тебя, что не могу сдерживать своего зверя, — прорычал на ушко Хёнджин, прижимаясь своим пахом к попке омеги. Блондин почувствовал внушительных размеров член, что сейчас упирался в него. — Но также я не хочу причинить тебе боль, чтобы потом ты не возненавидел меня.       — Так не сдерживайся, — поскулил Ли, потираясь попкой о чужой пах. Альфа сильнее зарычал, несколько раз толкаясь. — Я так долго ждал этого. И я точно не буду тебя ненавидеть.       — Постараюсь тебя не разочаровать.       Хёнджин перевернул Феликса на спину, скидывая оставшиеся предметы со стола и впился в его губы страстным поцелуем. Омега плавился под этими действиями, не успевая отвечать альфе, что сейчас терзал его губы, не жалея его. Хван целовал с напором, исследуя языком рот омеги, посасывал ненавистный, но такой желанный язычок, что каждый раз хотелось откусить, когда Ли облизывал им свои губы.       — Ты такой вкусный, омега, — прорычал Хёнджин, спускаясь поцелуями на шею. — Так и хочется присвоить тебя себе.       — Я не против этого, мистер Хван, — Феликс прижимал его ближе к себе, боясь, что это очередной его сон. — Я не хочу просыпаться.       — Ты не спишь, малыш. Это всё реальность, — прошептал альфа, смотря в затуманенные глаза омеги.       — Реальность…       Поцелуи не прекращались, отчего Феликс забывал, где и с кем он вообще находится. Чужой язык игрался с его чувствительными сосками, а руки накрыли уже давно колом стоящий член, слегка сжимая его. Хёнджин водил рукой по разгорячённой плоти, игрался с головкой. Стимуляция была такой сильной, что омега не успел ничего сказать, как в одну секунду он напрягся, а затем кончил, расслабляясь на столе. Хёнджин видя, как кончает омега, хищно улыбнулся, слизал его сперму с живота, а затем поцеловал.       — Но, мы на этом не заканчиваем, — оскалился он, расстегивая ремень.       Хёнджин опускается на колени, разрывая сетчатые колготки, закидывая ноги омеги себе на плечи, а затем достаёт игрушку из Феликса, откладывая её на стол, что был позади него. Перед глазами предстоит розовый вход, что слегка не закрывается, а из него вытекает такая сладкая смазка, наполняя кабинет ярким ароматом. Недолго думая, альфа присасывается к ней, слыша протяжный стон сверху. Он проталкивает язык глубоко в дырочку омеги, облизывая его изнутри. По подбородку стекает смазка, скатываясь ему под рубашку, смешиваясь с его природным запахом. Омега мечется по столу, не зная, куда деть свои руки. Его стоны наверняка уже слышат во всём универе, но ему настолько плевать, что он не сдерживаясь стонет ещё громче. Альфа отрывается от него с громким чмоком, облизываясь и проталкивая в омегу два пальца, начиная ими двигать.       — Мне так трудно от тебя оторваться.       — Присвой же меня себе, — скулит омега, цепляясь за мускулистые плечи.       — Ты и так мой, омега.       Феликс поднялся, притягивая к себе Хвана, снова целуя. Блондин запустил руки под свитер, стараясь его стянуть, но запутался. Хёнджин только усмехнулся в губы младшего, оторвался от него и снял свитер вместе с рубашкой, видя как омега рассматривает его голую грудь. Руки непроизвольно потянулись к кубикам пресса, слегка царапая его ноготками.       Хёнджин приспустил штаны с нижним бельём, обхватывая свой член, что уже сочится предэякулятом. Собрав побольше смазки с дырочки омеги, альфа размазал её по своему члену, пристраиваясь между ног Феликса. Феликс смотрит на него с полным доверием, слегка улыбаясь, ожидая проникновения, откидываясь обратно на стол. Хван не заставляет себя долго ждать, входя в такое долгожданное нутро. Стеночки податливо расходятся, ведь игрушка сделала своё дело на все сто процентов. Феликс протяжно стонет, когда чувствует, что альфа вошёл полностью и протяжно выдыхает, беря большую ладонь и скрепляя их в замок. Наконец-то он чувствует эту наполненность о которой так долго мечтал. Хёнджин целует его, начиная двигаться в теле омеги. Каждый звонкий стон, что вырывается из этих прекрасных губ, альфа ловит своими. Он не устанет целовать Феликса. Его губы только созданы для него.       Звонкие шлепки двух разгорячённых тел разносятся по всему кабинету. С каждым разом Хёнджин всё глубже входит в омегу, оставляя на его шее ещё больше ярких отметин, что расцветают с каждой секундой всё больше и больше. Феликс громко стонет, когда член попадает по чувствительному комку нервов. Оргазм приближается с каждой секундой всё быстрее, а Хёнджин только ускоряется. Феликс даже не мог открыть глаз, настолько ему было хорошо сейчас. Омега зарывается руками в чёрные как смоль волосы, оттягивая их, слыша громкое рычание. Он давно хотел пропустить эти шелковистые волосы сквозь пальцы. Представлял, какого чувствовать это. Реальность намного лучше его представлений.       Хёнджин делает ещё несколько быстрых толчков, практически не выходя, и кончает внутрь омеги, сразу же выходя, чтобы не сцепиться. Он поднимает игрушку с пола, что до сих пор вибрировала, вставляет в растраханную дырочку и сразу же выключает её. Феликс даже толком ничего не понял. Он всё ещё пребывает в послеоргазменном состоянии, не чувствуя как нежно Хёнджин поглаживает его по бедру, оставляя невесомые поцелуи на плечах.       — Ты как? — спрашивает альфа, вытирая мокрые дорожки слёз с лица Феликса.       — Замечательно, — хрипит омега счастливо улыбаясь. — Ты лучший мужчина в моей жизни.       — А бывали и хуже? — усмехнулся Хван.       — О да, — посмеялся Ли, приподнимаясь на локтях. — Что это? — почувствовав игрушку в себе, он посмотрел озадаченно на старшего.       — Это для того, чтобы, когда я вечером пришёл к тебе, моя сперма всё ещё была в тебе, — хищно улыбнулся он, целуя парня в губы. — И только попробуй её вытащить.       — А если я залечу?       — Я буду только рад, — улыбнулся альфа, утягивая омегу в свои объятия.       — Ты придёшь вечером? — спрашивает омега, смотря большими глазами на старшего, что счастливо улыбается.       — Куда же я денусь от тебя, — шепчет Хван, целуя в носик. — Теперь ты мой.       — И что мы будем делать дальше? — утыкаясь ему в грудь, спрашивает Феликс.       — Жить, — коротко отвечает альфа, целуя омегу в макушку. — Я тебя никому не отдам.       — А как же твоя работа?       — Мне плевать. Уволюсь и всё.       — Но ты ведь любишь свою работу, — возмутился омега, зная как Хёнджин ответственно подходит к своей профессии.       — В нашем городе полно университетов, а ты у меня один, — улыбается Хёнджин, видя ответную улыбку.       — А я ведь просто хотел с тобой переспать, — признаётся омега, снова утопая в любимых объятиях.       — Но получил гораздо больше этого, не находишь?       — Теперь мы вместе?       — Мы одно целое, Феликс.