Partners

***

Они сделали это. Наконец-то все закончилось. Война закончилась. Но что теперь? Некоторые солдаты, в особенности те, кто провел на фронте не так много времени, рады вернуться домой и увидеть свои семьи. Но некоторые из них были бы счастливее, если бы остались здесь, не из-за ужасных событий, которые происходят на фронте каждый день, а из-за крепкой дружбы, которую они здесь завязали. В данном случае речь шла о Станиславе Качинском и Пауле Боймере. Когда-то он с небольшой группой одноклассников добровольно ушли в армию, и Станислав был для них кем-то вроде наставника на фронте. Но теперь остались только Станислав и Пауль. Все их друзья умерли, и теперь только они есть друг у друга. Кач получал письма от жены, но в последнее время, — когда война подходила к концу — они внезапно перестали приходить. Конечно, это беспокоило его, но на фронте его беспокоили скорее другие вещи. Однако война закончилась, и теперь он может вернуться домой, к своей жене. Что насчет Пауля? У него была возможность навестить свою семью во время войны, когда он был ранен. Все думали одинаково — они герои, сражающиеся за свою страну. Они понятия не имели, каково это — быть на передовой. Пауль не узнавал стихов, которые писал до того, как ушел в армию, он даже не узнавал свою комнату. Он не знал, о чем ему следует поговорить с родителями. К тому же его мать к тому времени умерла. Поэтому он решил поехать с Качем к нему домой, по крайней мере, на время, и Кач согласился. В конце концов, Пауль был для него единственным человеком, с которым он мог поговорить об этом и который понимал его. Дом Станислава был маленьким, окруженный неухоженным садом. Тропинку, ведущую к входной двери, завалило снегом. Ни следов от обуви на снегу, ни света в доме. Из трубы не валил дым. Кач вошел, окликнул жену по имени, но ответа не последовало. Пауль подождал снаружи, пока шаги Кача не стихли. Наконец молодой человек вошел и закрыл за собой дверь. Внутри было холодно. Пауль заметил, что Кач разглядывает письмо, лежащее на столе. Он взял его, внимательно просмотрел пожелтевший листок бумаги, а затем передал его Паулю, предложив ему прочитать. Они оба сели, и Пауль быстро пробежал глазами по тексту, прежде чем посмотреть на Кача, который смотрел в пол, ожидая, что же еще сорвется с губ Пауля. Его дом был пуст, и единственное, что оставила ему жена, — это письмо, о содержании которого нетрудно было догадаться. Наконец Пауль начал читать вслух. Когда он закончил, Кач встал и, ничего не сказав, ушел, оставив Пауля одного, все еще держа в руках письмо. Станислав курил на улице. — Может, так и лучше, — начал он, — я не могу представить, как вернусь к ней после всего, что я сделал, и начну все сначала. От него ушла жена. Она не могла больше ждать его, совсем одна в этом доме, каждый день ожидая письма с сообщением о смерти мужа. Она встретила человека, который отвлек ее от этих мыслей. Но, несмотря ни на что, она все равно будет любить его. — Тебе следует вернуться домой, Пауль, ты нужен своей семье. — Пауль подошел к нему ближе. — А как насчет тебя? Кто о тебе позаботится? Станислав усмехнулся. — Мне не нужно, чтобы кто-то заботился обо мне. Пауль не был глуп, он видел, как другие солдаты рассказывали ему о своей жизни, потому что потеряли надежду. И он беспокоился, что его самого близкого друга постигнет та же участь. Кач пытался скрыть это, но эта ситуация действительно повлияла на него. — Я разведу огонь в плите, — сказал Пауль, похлопав Кача по плечу и направляясь обратно. Это было довольно забавно, Станислав заботился о Пауле все эти годы, спасал его бесчисленное количество раз, а теперь, казалось, они поменялись ролями. Они нашли немного еды и приготовили ее. Был уже поздний вечер, когда в комнатах стало тепло. Они даже умылись горячей водой, и это было потрясающе. Это было нереально. Они вернулись, свободные. Они могут идти и делать все, что захотят. — Здесь только одна двуспальная кровать, — сказал Кач, наблюдая, как Пауль надевает пижаму, которую он ему одолжил. — Я могу поспать где-нибудь в другом месте. — Я не собираюсь позволять тебе спать где-нибудь в другом месте, после всего, через что мы прошли, мы оба, наконец, заслужили теплую и мягкую постель. — Пауль кивнул. Когда они наконец улеглись в постель, укрывшись теплыми одеялами, то долго не могли заснуть. Пауль в течение часа менял позу каждые пять минут, а Кач неподвижно лежал на спине, погруженный в свои мысли. Наконец Пауль остановился и тоже лег на спину, он был первым, кто заговорил. — Ты спишь, Кач? — прошептал он. Кач вздохнул. — Даже если бы я спал, ты все равно разбудил бы меня, потому что ты ворочаешься. В комнате было темно, становилось холодно. — Что ты делаешь? — спросил мужчина, почувствовав прикосновение молодого человека. Но было слишком поздно, Пауль уже удобно устроился на теплом теле Кача. — Если это сработало на фронте, то должно сработать и здесь. — Пауль имел в виду множество ситуаций, когда он не мог заснуть нигде, кроме как в объятиях Кача. — Тебе было удобно, но мне всегда было трудно дышать. — Пауль тут же поднял голову: — Ты никогда не говорил мне об этом! — А что я должен был сделать? — Кач посмотрел на Пауля. — Оттолкнуть тебя? Пауль выглядел разочарованным. — Значит, ты всегда делал это для меня, хотя тебе это и не нравилось? Кач обвил руками тело Пауля, прижимая его к себе. — Мне это нравилось, всегда нравилось. И мне было все равно, потому что я знал, что тебе так лучше. Пауль посмотрел в глаза Станислава, он не был уверен, где грань между по-настоящему крепкой дружбой и чем-то большим, чего двое мужчин не должны были делать вместе. — Это правда, Кач? — наконец спросил он то, о чем долгое время не решался спросить. Кач выглядел так, словно не понимал, что у Пауля на уме. — Что ты имеешь в виду? — Я знаю, что это неправильно, когда двое мужчин находятся слишком близко друг к другу… Станислав на мгновение растерялся, но потом понял, что Пауль имел в виду. — А, ты про… Пауль продолжал пристально наблюдать за Станиславом, ожидая его ответа, он даже не осознавал, что задерживает дыхание, пока чуть не задохнулся. — Это неправильно только в том случае, если кто-то этого не хочет, — ответил Кач и погладил Пауля по щеке дрожащей рукой. Пауль некоторое время думал об этом, пытаясь переварить новую информацию, Кач сказал, что все в порядке, но дома его учили, что такая любовь — это неправильно. Спустя мгновение, показавшееся Качу вечностью, Пауль лег рядом с ним и повернулся к нему спиной. Станислав тщетно ждал, что Пауль сделает что-то еще, но этого так и не произошло. Следующее утро было тихим. Во время войны их не волновало, насколько они сблизились, это казалось им естественным, почти у всех там были близкие отношения друг с другом. Однако война закончилась, и теперь они вдвоем живут в доме, где раньше жил Станислав со своей женой. Они нашли немного спиртного и начали выпивать, им потребовалось некоторое время, чтобы хотя бы немного опьянеть. Кач старался избегать разговоров о войне и спросил Пауля о его жизни до того, как он ушел в армию. Через некоторое время Пауль начал говорить свободно и даже смеялся на какие-то забавные темы, в то время как Кач не мог отвести от Пауля глаз. — …и тогда я оказался в первых рядах, — этой фразой Пауль закончил свой рассказ, и в комнате снова воцарилась тишина. Пауль не ожидал, что Кач что-то скажет, он знал, что Кач слушал его все это время. — Я принесу нам что-нибудь поесть, — Кач встал, схватил свое пальто, но прежде чем он успел уйти, Пауль быстро встал и захлопнул дверь перед Качем. Его сердце бешено колотилось, но он старался двигаться спокойно, положил ладони на грудь Кача и начал расстегивать пальто. Когда Станислав понял, что пытается сделать Пауль, он сжал его руки. — Нет, нет, позволь мне, — сказал молодой человек и продолжил раздевать мужчину постарше. Закончив с пальто, он помог Качу снять рубашку. Кач закрыл глаза, почувствовав, как губы Пауля на его шее медленно пробираются к его собственным губам. Он чувствовал тепло тела Пауля и ощущал его запах. Один поход в душ не смыл с их тел всех запахов одежды, но теперь появилось что-то новое. Кач был удивлен, когда Пауль взял инициативу в свои руки, но он не стал возражать, даже когда прервал поцелуй и опустился на колени перед Станиславом. Вид Пауля, стоящего на коленях перед ним в его собственном доме и расстегивающего штаны, не скоро выйдет у него из головы. Брюки Кача стащили до лодыжек, а за ними и нижнее белье. Парень начал целовать бедра Кача. После того, как Пауль намеренно избегал касаться промежности Кача, что продолжалось пару минут, он прошептал: — Прекрати так дразнить меня, Пауль, ты первый начал. — Кач схватил Пауля за волосы и потянул его за них, чтобы заставить посмотреть на себя и убедиться, что он понял, что только что сказал. Боймер покорно кивнул и, наконец, взял член Кача в руку и начал медленно поглаживать его. Тело Станислава отреагировало мгновенно, но он старался, чтобы это не было заметно Пауля. Его голова откинулась назад и ударилась о дверь позади него, он услышал, как Пауль хихикает снизу. — Открой рот, я найду ему применение получше. — Пауль сделал, как сказал Кач, и вскоре полностью взял член Кача в рот. Прошло слишком много времени с тех пор, как Кач испытывал нечто подобное, и он не хотел, чтобы это когда-нибудь заканчивалось. Пауль пытался быстро понять, что ему следует делать в этой позе, чтобы Станислав остался доволен, для него все это было в новинку, и он не хотел портить этот особенный момент. Все его тревоги улетучились, когда он услышал, как Кач сказал: «Ты молодец.» Через несколько минут Кач приказал Паулю вынуть член изо рта, так как он чувствовал, что приближается к кульминации, но Пауль не послушался, и у Кача не осталось другого выбора, кроме как кончить в его теплый рот. Станислав прислонился спиной к двери, тяжело дыша, и гладил Пауля по голове, пока тот глотал сперму. — Мне правда надо сходить в магазин, дома ничего нет. — Кач наклонился для мокрого поцелуя. Когда Кач вышел из дома, Пауль сел, улыбнулся про себя и почувствовал себя немного неловко, когда заметил собственную эрекцию в штанах. Остаток дня прошел нормально, они пообедали, потом поужинали, немного поработали по дому, Кач даже нашел какую-то работу для них обоих, а когда пришло время ложиться спать, Пауль почувствовал руку Кача на своей талии и легкие поцелуи на затылке. Он повернул голову, чтобы как следует поцеловать Кача в губы, но мужчина начал дразнить его улыбкой на лице, пока, наконец, не позволил Паулю поцеловать себя. В комнате было темно и холодно, но им было все равно, потому что их теперь полностью обнаженные тела были достаточно теплыми. С помощью масла, которое Кач принес на кухню, он смог войти в Пауля, лежавшего на боку перед Качем и нетерпеливо ждавшего его. Тело Пауля напряглось от внезапного наслаждения, Кач, не теряя ни минуты, обхватил его член пальцами и начал дрочить, в то время как он одновременно входил в него сзади. Вскоре тяжелое дыхание Пауля сменилось стонами, от которых Качу стало не по себе, он держал его член на месте, пока не почувствовал, как Пауль кончает ему в руку. Кач уткнулся лицом в шею Пауля, его грудь быстро вздымалась. — Нам нужно еще раз помыться, — прошептал Паулю на ухо Кач, когда заметил, что волосы его парня взмокли от пота, а его собственный пот стекал по спине.