Феникс в клетке

      Утро вступало в свои права неохотно. Дом немного ожил. Чую разбудила суета за дверьми его комнаты. Кто-то тихо и быстро перемещался по дому, даже несколько пугало это, но в его комнату никто не заходил.       Феникс сел в кровати и потянулся, трепеща крыльями. Встав на мягкий и тёплый ковёр, парень подошёл к окну и открыл его. Вид действительно прекрасный, Кенджи не соврал. Солнце так красиво освещало ближайший раскидистый лес, что так и манил исследовать его закутки тропинок. Чуя посмотрел немного в сторону. Там были видны ворота и каменистая дорожка внутри территории дома. Просто и со вкусом. Правда, спокойно разглядывать ровные кустарники роз под окнами не давала одна мысль. Он здесь не рабочая сила, не украшение,.. тогда что? Игрушка на ночь или кто-то иной? Парень ушёл в свои мысли. Может, стоит спуститься вниз?.. Или кого-то ждать? И зачем?..       В один момент дверь тихо приоткрывается и в комнату заглядывает Кенджи.       — Ой, прости, я думал, ты ещё спишь, — сказал парень, виновато хихикнув, смотря на парня, сидящего на подоконнике. — Можно зайти? — спрашивает он, выпрямляясь в полный рост.       Накахара кивает, всё так же смотря в окно. Для него жизнь всё так же не имеет значения, даже если он теперь в роскошном особняке и имеет полную свободу. Он наблюдает за ветром, что играется с травой, за летающими птицами. Он бы тоже так мог, наверное, если бы были силы и желание.       — Как спалось? — рядом с фениксом на подоконник садится юноша, тоже теперь смотря в окно.       — Как никогда лучше, — старший расправляет одно крыло, позволяя ветру трепетать перья. — Ты же не здесь живёшь, верно? Так как долго ты будешь возиться со мной?       — Мы с Одой приехали как раз перед Вашим с Дазаем приездом, и задержимся тут на пару дней, — пожал плечами блондин. — На большее время мы не можем, всё же, у нас хозяйство небольшое имеется. Тем более, мне не составляет труда хотя бы как-то поддержать тебя сейчас, когда ты попал в незнакомую обстановку.       — Обстановка, — Чуя посмотрел на Кенджи, — знакомая. Ситуация — нет. Я ничего не хочу и мне ничего не приказали делать,.. а ты?       — А что я? — решил уточнить Миядзава, удивлённо посмотрев на рыжеволосого.       — Почему ты тут? Выдать мне приказ моего хозяина?.. — спросил старший.       — Нет, просто хотел пообщаться, — пожал плечами парень, хихикнув.       — Пообщаться?.. — парень посмотрел на свои колени, задумавшись ненадолго. — Ты сказал про хозяйство,.. тебе приказали за ним ухаживать? — спросил он, вновь подняв глаза на собеседника.       — Нет, я сам предложил это Оде, — пожал плечами блондин. — Теперь у меня есть постоянный доход с продаж молока. И ещё у меня есть много друзей среди слуг Сакуноске. Они такие хорошие! — крылья феникса затрепетали.       — А твой жар?.. — чуть тише спросил Чуя, смотря на Кенджи. — Как ты его вернул?..       — Ода меня когда-то спас от прошлого хозяина, что выкупил меня совсем маленьким. Полностью обстоятельств моего спасения я не знаю, но проблем я ему не доставил,.. — сказал весело феникс, улыбнувшись, — со временем я просто начал жить спокойно рядом с ним... даже не заметил, как крылья вновь стали светиться.       — Даже так бывает, — полушёпотом сказал Накахара, смотря на свои колени. — Я ничего не хочу, — продолжил он чуть громче, — и мне ничего не приказали. Исход, где меня убивают и вешают мои крылья как трофей, более привлекательный, чем тот, где я сейчас нахожусь.       С одной стороны хотелось просто исчезнуть. С другой... есть шанс на новую жизнь. На свободу. Но феникс даже не знает как ею пользоваться. Какой прок она имеет для того, кто не знает ей цену? Как же всё сложно...       — Говоришь как мазохист,.. или садохист,.. короче, я в этом не разбираюсь, но ты говоришь как тот, кто любит себе боль причинять, — фыркнул юноша.       — Разве?.. — спросил рыжеволосый, наклонив голову, смотря на собеседника вновь.       Желание умереть — это противоположность желания получить боль. Феникс хочет избавиться от боли, что преследует его всю жизнь и только смерть может даровать спокойствие его душе.       — Есть такое, как минимум, для меня, — пожал плечами Миядзава, после чего положил на согнутые и прижатые к груди колени голову. Блондин посмотрел на старшего несколько задумчиво. — Думаю, Ода был прав, когда сравнивал тебя с Дазаем, — сказал он. Накахара удивлённо распахнул глаза и пару раз быстро моргнул, как бы стараясь прогнать наваждение. Правда, это было не оно и феникс расслабил лицо вновь.       — Если бы ты мне рассказал больше, я был бы благодарен, — сказал Чуя.       — Если Осаму будет готов рассказать, он расскажет тебе сам, — сказал Кенджи. — Я о его прошлом ничего не знаю, кроме того, что Ода как-то то ли спас, то ли просто помог Дазаю. Просто я вижу, что у Вас с ним взгляд похожий... не видящий смысл жизни.       — Тогда почему он всё ещё жив? — рыжеволосый смотрит на собеседника, положив голову на колени. Значит, для чего-то Осаму живёт всё же.       — А ты? — спросил в ответ младший, после чего встал на пол и подошёл ко второму со стороны крыльев. — Я уже сказал тебе, я ничего не знаю о Дазае, я с ним не общался и не общаюсь, — он начал медленно гладить бордово-серые перья одного крыла, — но я знаю, что даже если сейчас выхода не видно, когда-нибудь, он появится, — сказал юноша, расправив рядом с чужим крылом своё, будто показывая их разницу, либо просто сравнивая ради интереса.       — Сначала не было возможности, — Накахара прижал свои крылья к себе, — сейчас духу не хватит. Не думаю что меня можно спасти. Я не знаю другой жизни, другого пути. Купил бы меня не Дазай, а.. Кто-нибудь ещё, моя жизнь бы не изменилась. Меня спасать - себе проблемы. Нельзя спасти того, кто не хочет быть спасённым.       — Нельзя же жить внутри клетки всю жизнь, каждой птице нужно выбираться на волю,.. — сказал блондин, положив руку на чужое плечо. — И мне всё же кажется, что какая-то причина жить у тебя есть, просто ты либо её не признаёшь как причину, либо не говоришь. В любом случае, я тебя не заставляю её озвучивать. Пошли со мной, покажу владения Дазая, раз мне выдали такую роль, — парень стал птицей и сел на карниз.       Чуя выдохнул и закатил глаза, принимая форму птицы и становясь рядом с Кенджи. Кто-то любит философствовать явно. Нет у него никакой причины жить. И даже если она есть, что это меняет?       — Если что, я редко летаю. Поэтому от всяких пируэтов я откажусь. И потом сразу кушать. Полёт энергии много отнимает, — Накахара посмотрел на младшего. Такой счастливый.       — Хорошо, — хихикнул он.       Миядзава взмахнул крыльями и начал плавно спускаться вниз, к кустарникам. Рыжеволосый так давно не летал. Подставляя крылья ветру, он кажется впервые что-то делал без безразличия. В груди появилось какое-то странное чувство. То-ли горечь или ещё что-то. Это свобода? Летать без кольца на ноге и без верёвки, что следит, чтобы он далеко не улетел.       Младший крикнул как птица, видимо, желая привлечь внимание идущего рядом с розами Оды. Тот оглянулся на звук и остановился. Феникс приземлился на его плечо, сразу получая поглаживание животика пальцем.       — Решили прогуляться? — спросил Сакуноске, увидев второго подлетевшего феникса.       — Показать сад, — ответил юноша.       — Делать нечего, — Чуя приземлился рядом на траву, стряхивая капельки росы с перьев. Сакуноске по-доброму усмехнулся.       — И Кенджи предложил тебе показать владения Осаму, я угадал? — спросил он, сев на корточки и подставляя второй птице руку. Феникс сел на руку и его подняли.       — Что-то вроде, перед тем как Вы уедите. Самому как-то нет интереса это осматривать, — сказал он, пожав крыльями будто плечами.       — Сколько тебе лет, Чуя? — спросил Ода, пересаживая вторую птицу себе на свободное плечо.       — Двадцать один, — ответил феникс, устраиваясь поудобнее на плече. — В этом году должно быть двадцать два.       — Одногодка Осаму, получается, — басисто усмехнулся шатен.       Накахара несколько удивился этому факту. Они с Осаму одногодки, находящиеся на столь разных социальных уровнях. И всё из-за того, что он феникс, а шатен — человек?       Мужчина неторопливо шёл вдоль кустарников, что вели в небольшую оранжерею, пригнувшись в дверном проёме, чтобы птицы не ударились о деревянный косяк. Там у цветов встретилась милая служанка, что поливала цветы у входа. Заметив Оду, девушка чуть наклонилась. Сакуноске кивнул в ответ и пошёл дальше. Множество ароматов красивых цветов, свежесть из-за автоматических разбрызгивателей. Красиво, если не сказать волшебно. Теплица была невероятной.       Кажется, Чуя впервые видел что-то настолько прекрасное. Правда, мысли частично были "не здесь". Если действительно он страдал, испытывал столько боли и душевных терзаний только из-за факта, что у него есть крылья,.. тогда почему он родился фениксом?.. Мама как-то рассказывала, что если ты родился фениксом, значит, так нужно было. Тогда для чего?..       — Видимо, Осаму серьёзно расширил разнообразие цветов, раньше тут их было намного меньше, — сказал Ода, невесомо касаясь лепестков какого-то цветка.       Накахара не особо вслушивался в чужие слова, погрязнув в своих мыслях. Для первых хозяев он был не большим, чем рабочая сила, хотя и некоторые давние работники у тех людей рассказывали, что сейчас тут работают их дети. Возможно,.. если бы хозяин не скончался от болезни, Чуя бы превратился из простого работника в рабочую силу, способную повлиять на рождение новых работников. От таких мыслей скручивает желудок.       — Ода, а когда будет готов завтрак? — спросил Кенджи так задорно, что старший феникс невольно переключился на его голос. Такой задорный и весёлый, что становится даже завидно.       — Можно пойти на кухню и поинтересоваться у Дазая, — сказал Сакуноске, разворачиваясь к выходу, — по моим ощущениям, он даже спать не ложился, а всё на кухне сидел.       "На кухне сидел? Вместо сна? Когда есть такие роскошные кровати?.. Это по этой причине его называли "чудны́м"?" — Чуя мысленно закатил глаза, — "так глупо. Не спать ночью на таких кроватях просто упущение! Чем Дазай вообще занимался ночью, раз не спал?.."       Компания вышла из оранжереи.       — Чуя, нужно одеться, — сказал Миядзава, привлекая внимание второго феникса. Накахара в ответ кивает. — Мы скоро придём, — сказал младший и взлетел. Второй феникс взлетел за ним.       Птицы сели на подоконник и забрались в комнату, где оставили одежду. Они быстро оделись и вышли в коридор, а после спустились по лестнице вниз. Кенджи вел второго на кухню. Вчера они сидели, как лучше выразиться будет, в столовой. А теперь они действительно пошли на кухню, где не переставали шуметь повара. Парни зашли туда и на них никто даже внимания не обратил. Только одна девушка, что, видимо, носит еду между кухней и столовой, взглянула на них, но, в целом, ничего не сделала более, вновь возвращаясь к общей суете.       — Мне кажется, завтра точно будет происходить что-то,.. — прокомментировал Миядзава, смотря на лежащего на одном из столов Дазая. Под его рукой была какая-то книга, которую аккуратно взял блондин, рассматривая. — Крепись, — он посмотрел на Чую, — завтра или даже сегодня вечером приедут гости...       — А если быть точнее, новые невестки, — сказал Ода ласково поглаживая волнистые волосы шатена.       — Почему ты так думаешь? — спросил Кенджи, смотря то на Сакуноске, то на суету, то в книгу рецептов.       — Мне Осаму вчера рассказал об этом. Всё же, будем честны, он об этом даже узнал только по приезде уже вместе с Чуей сюда, — ответил мужчина, — поэтому я и предположил, что он ночь провёл здесь. Правда,.. — он оглядел то, что подготавливали повара, — сомневаюсь, что это для них.       — Почему сомневаешься? — спросил младший.       — Уже не важно, — покачал головой Ода, посмотрев на Накахару.       — Невестки?.. — спросил Накахара тихо. Голубые глаза смотрели на Осаму.       — Да, уже не первый год это продолжается, — сказал Ода. — Всё же, богатый человек с хорошими связями,.. неудивительно, что его этим достают.       Среди хаоса он спал за одним из столов и выглядел несколько бледно и вымотано. Хотя, бледность это скорее особенность кожи, но всё таки... шоколадные волосы были растрёпаны и Дазай определённо спал среди этого хаоса, не смотря на шум. Чуя сел рядом с ним. Ода, наоборот, убрал руку с мягких волос и отошёл от парня, чтобы не мешать фениксу. Недолго думая, Накахара садится на скамейку рядом с шатеном, не замечая милой улыбки Сакуноске. Феникс, недолго думая, накрыл Осаму крылом с головой, как бы закрывая и защищая от суматохи и шума вокруг. Аппетитные запахи заставляли глотать слюну.       — Он, получается, не сам это запланировал? — спросил парень, смотря на Оду и Кенджи.       — Ему эти невесты и даром не сдались, — махнул рукой Сакуноске.       — Тогда почему он просто "нет" не скажет? — спросил Чуя. Люди странные. Иметь столько денег, чтобы купить феникса, но не имеет столько, чтобы откупиться от навязчивых невест?       — Он говорил,.. репутацию извечного холостяка себе этим заработал, — ответил Ода.       — Они все его любят что-ли? — рыжеволосый наклонил голову в бок, не понимая.       — Любят? Смешно, — начал шатен. — Может, пару девушек и действительно любят его хотя,.. — он замолчал на пару мгновений, а после продолжил, — при его внешности, нужно говорить о паре сотен девушек, но не суть. Думаю, тут скорее вопрос выгоды, чем любви.       Феникс посмотрел на Осаму. Он красив, это факт. Даже голубоглазый может для себя отметить его красоту. В этот момент Дазай зевнул и сел ровно. Чуя не успел среагировать, в итоге, шатен уткнулся макушкой в чувствительную, мягкую, внутреннюю сторону крыльев. Накахара от этого вздрогнул и слегка резко поднял крыло, позже прижав его к себе.       — Доброе утро, — усмехнулся Сакуноске, смотря на сонного парня.       — Во-первых, ко мне едут не свататься, а предлагать аренду на ночь, — сказал проснувшийся кареглазый, после чего вновь зевнул. — А во-вторых, я просил Чую сюда не пускать, — фыркнул он, смотря на Кенджи и Оду.       — Ой, простите, я забыл, — виновато почесав затылок, сказал Миядзава.       — Весь сюрприз испортили, — фыркнул Осаму, уже явно проснувшись до конца. — Ладно,.. раз так, — теперь он посмотрел на Чую и улыбнулся, — с днём рождения, Чуя, — сказал парень. — Я хотел банкет для тебя сделать, но, видимо, не получилось сюрприза, — хихикнул он.       Накахара, кажется, на секунду выпадает из реальности. Его день рождения? Сегодня?..       Руки и крылья опускаются, он вновь осматривает кухню. Сегодня его день рождения. Он совсем об этом забыл. Парень понимает что сейчас заплачет, хоть и старается сдержаться. Феникс утирает собирающиеся слезы рукой, прячет себя в коконе из крыльев. Чем он это заслужил..?       — Ей, ты чего это? — не ожидая такой реакции, взволнованно спросил Дазай, аккуратно положив руку на бордово-серые перья.       — Я-я... в порядке, — голос дрожит и ломается, из кокона слышатся всхлипы. Он такой слабый, расплакался из-за такой мелочи.       — Чуя, — Осаму встал на пол и встал за спиной феникса, после чего аккуратно приобнял его перистый кокон, хихикнув, — всё хорошо, я же не говорю, что с тобой что-то не в порядке.       Парень потрепал рыжие волосы, из-за чего Чуя вытащил голову из кокона, смотря на него. По порозовевшим щекам текут слёзы, нос изредка шмыгает, белок глаз немного покраснел, но голубые глаза остаются такими же чистыми и живыми.       — Давай покушаем, а вечером будет ещё один небольшой сюрприз, хорошо? — мило улыбнувшись, спросил Дазай.       — Разве мне можно?.. — Чуя не может сдержать слёз. Его плечи дрожат, а новые слезинки всё продолжают литься, пока голубые глаза смотрят в стол. — Я ведь даже не умею столовыми приборами пользоваться...       — Я тебя этому научу, это не такая уж и сложная наука, — мило улыбнулся парень, ласково поглаживая бордово-серые крылья руками. Это заметно расслабляло Чую, что закрыл свой нос и рот крылом, а вторым прикрывает лицо сбоку.       — Хозяин, Вы слишком много на меня тратитесь. Пожалуйста, не надо. Я снова... меня снова охватят эмоции,.. — лепетал феникс, шмыгая носом.       — Я тебе уже сказал, я Осаму, — фыркнул парень. — И не надо считать мои деньги, я достаточно зарабатываю, чтобы иметь возможность сделать небольшой банкет, — сказал он. — Тем более, что плохого в твоих эмоциях? — спросил Дазай, хихикнув.       — Ну,.. эмоции портят лицо и причиняют боль,.. — сказал Накахара.       — Уж кому эмоции и портят лицо, то только не тебе, — весело хихикнул он, аккуратно смахивая слезинку с щеки парня тыльной стороной пальца. Чуя немного напрягся от прикосновения, но касание было таким нежным и легким... он очень не скоро к этому привыкнет.       Рыжий чувствует себя неловко. Чем он заслужил такое счастье? Он должен быть хорошим украшением, а в итоге его поздравляют с днём рождения и улыбаются, гладят... Не так же должно быть. Осаму, обойдя крыло, взял парня за руки и потянул на себя, заставляя встать ровно. Только сейчас Чуя заметил их разницу в росте.       "Какой высокий... Это от того как я жил или гены..? Не, ну высокий же очень..." — подумал феникс.       Ода и Кенджи на эту сцену ничего не говорили, только смотрели с умилением. Нет, эта парочка точно друг друга стоит. Осаму хихикнул и потянул Накахару за собой в сторону столовой       — Несите первое в столовую, — сказал Дазай официанткам.       — Как скажете, господин Дазай, — поклонившись, сказали девушки почти в один голос.       Первым с кухни выбежал Кенджи. Ода пошёл за ним. За ними и пошёл Осаму с Чуей.       Чуя следовал за Дазаем, не зная что и думать. Ему немного неловко, что из-за него все так вокруг суетятся. Он сжимает губы и прижимает крылья к себе, чтобы не задеть проходящих мимо людей. Феникс старается не отставать, ускоряя шаг и смотря вниз.       "Он такой высокий. Конечно у него большой шаг,.. такое ощущение, что два моих шага — один его..." — подумал Накахара. Он заметил, что в отличие от остальных — он ходит босиком и по привычке ходит на цыпочках.       В столовой они расселись по стульям и принесли завтрак. Если бы Чуе раньше сказали, что он будет есть в компании феникса и ещё двух богатых людей, что не хотят причинить ему боль, он бы сказал, что это невозможно.       — Приятного аппетита, — сказали девушки, поставив на стол тарелки с едой, поклонились и ушли вновь на кухню.       — Давай помогу тебе немного, — хихикнул Осаму, смотря на рыжеволосого, — возьми ложку вот так, — сказал он, показывая в своей руке прибор.       Чуя неловко сидит с сжатыми губами и пытается повторить за шатеном. Не очень хорошо получается, когда не понимаешь как держать прибор. В итоге, феникс просто сжал ложку в кулаке, пряча красное лицо за другой рукой.       — У меня так плохо получается,.. — Накахара искренне не понимает как он должен держать ложку в руке. У Дазая это выглядит довольно элегантно...       — Не получается, а потом получится, — сказал Осаму, — давай помогу, — он взял руку Чуи с ложкой в свою и аккуратно расставил пальцы как надо. — Немного потренируешься и привыкнешь сам так её брать, — хихикнул шатен.       — В целом,.. я бы и птичий корм мог поесть,.. — чуть тише сказал феникс, стараясь сохранить положение пальцев, которое ему показали.       — У меня птичий корм есть только как крупы для каш, — сказал Дазай. Ода и Кенджи уже активно уплетали завтрак, смотря на происходящее.       Чуя немного хмурится. Только для каш,.. почему? Пальцы приходилось напрягать, чтобы сохранять их положение.       — А что, тебе он нравится? — спросил Осаму удивлённо, встав со своего места и, встав сзади парня, вновь взял руку феникса в свою, решив помочь ему поесть.       — Не сказал бы,.. что прям нравится, просто так привычней,.. — ответил Накахара, наблюдая за тем как его рука исчезает под чужой. Да, его пальцы короче и сама рука немного уже, но это ожидаемо. Всё таки, он долгие годы жил впроголодь.       — Не хмурься, тебе это не к лицу, — хихикнул шатен, потрепав рыжие волосы свободной рукой. Прикосновения Дазая приятны, но вряд ли феникс об этом скажет. Он лишь хмыкнул, когда его потрепали, мысленно надеясь, что второму не мешают крылья. — Давай, попробуй, — сказал Осаму, подведя ко рту второго руку с едой.       Накахара открыл рот и съел свою первую ложку. Вкусно. Тепло и очень вкусно!       — Вау! — воодушевлённо сказал парень и, проглотив, съел ещё одну ложку. — Ваша еда всегда такая вкусная? — спросил Чуя, не обращая внимания на трепет его крыльев.       — Если под "ваша" ты имеешь ввиду поваров на моей кухне, то да, — хихикнул Дазай.       Чуя берёт аккуратно ещё одну ложку в рот и опять трепещет крыльями.       — Очень вкусно! — почти курлыкнул от счастья парень.       — Рад, что нравится, — сказал Дазай и сел на своё место, чтобы парень не стоять над чужой душой.       Резко пришло осознание. Феникс замер. Он покраснел, а после заметил, что его крылья потеплели. Чуя замер от ужаса, жмурится и делает глубокий вдох. Выдыхает и открывает глаза только тогда, когда крылья окончательно остыли.       — Что-то не так? — спросил шатен, смотря на крылья, что едва заметно петеряли дымку пыли, а после вновь её вернули.       — Нет, всё отлично. Не нужно переживать, — тихо ответил Накахара, смотря в его тарелку. Если такое простое блюдо вызывает... столько эмоций, то это не безопасно. А то опять будет больно.       Все присутствующие смотрели на метания парня. Да, и так понятно, что его травма довольно серьёзно укоренилась в нём.       — Я наелся,.. спасибо, — сказал Чуя, отодвигая от себя тарелку и стараясь улыбнуться.       В этот момент живот феникса предательски громко заурчал.       — Наверное, тебе очень неудобно есть. Давай всё же помогу, — Дазай подошёл к парню со спины и взял ложку в свою руку.       — Н-нет, хозяин! Я правда не голоден! В-вам не стоит так поступать! — смущённо тараторил феникс, зажмурившись и опустив голову вниз. Единственное облегчение для него, что Дазай думает, что он не ест из-за того, что неудобно ложку держать, а не из-за других причин.       — Чуя,.. — ласково начал шатен, — я для тебя Осаму, не надо звать меня "хозяином", — сказал мягко парень.       Чуя смущённо поднимает голову и приоткрывает глаза. Он открывает рот перед ложной и вновь продолжает есть. Феникс голоден, это факт, что он не может игнорировать. Точнее, может, но с угрозой голода для себя. Парень не знает как быть. Он не может сопротивляться мягкому голосу и еде. Эта еда выглядит очень просто, но это лучшее что он ел за всю свою жизнь. Голодный желудок простит больше и больше, это так приятно быть с наполненным животом. Накахара понимает, что на глаза наворачиваются слезы от воспоминаний и отношения к нему. Крылья теплеют, его это пугает. Он не знает куда деться, не может перестать кушать, он слишком долго не ел. Чуя придвинулся слегка вперед, стараясь спрятать крылья, сложив их вниз.       — Молодец, — ласково сказал Дазай.       Ему надо придумать как есть, чтобы никто не видел. Так будет безопаснее. Чуя старается сдержать слезы, что предательски вытекают из глаз. Он жмурится, но это не особо помогает.       — Я не голоден, — сказал резко феникс, не выдержав. Осаму отскакивает в сторону, отпустив ложку, что сразу упала обратно в тарелку. Чуя встал на ровные ноги, взял тарелку и пошёл быстрым шагом наверх.       — Думаю, его нужно оставить одного на время, — сказал спокойно Ода, смотря на несколько испугавшегося Дазая.       — Не волнуйся, я это и так понимаю, — покачал головой шатен, выдохнув. — Всё таки, он старше меня попал в подобные условия, — добавил он, посмотрев на Сакуноске с улыбкой.       — Да, ты был намного младше, — усмехнулся шатен.       Чуя в это время зашёл в свою комнату и закрыл дверь. Он зашторивает окно, после чего садится на тёплый ворсистый ковёр. Лишь бы вновь не засветились крылья. Феникс смотрит на упавшее на ковёр перо. Чёрное у основания и серо-бордовое у кончика. Парень взял перо в руку. Мягкое. Чуя аккуратно сжимает волоски с двух сторон пальцами и проводит до края волосков. На пальцах осталась какая-то тёмная грязь или пыль. Оно и логично... столько не мыться.       Накахара выдыхает и кладёт перо обратно на ковёр. Голубые глаза вновь смотрят на тарелку каши. Парень аккуратно взял её в руки и поставил на свои колени. Она не обжигает, лишь мягко согревает руки и ноги. Не обжигает как холодная вода на горящие крылья. Чую передёрнуло вновь от воспоминаний. Такое просто так не забудешь. Ощущения, будто с тебя заживо сжирают кожу, а после опаляют огнём твою плоть. Феникс поставил кашу вновь на пол. Тело дрожало. Парень обнял себя руками за плечи. Нужно успокоиться и поесть.       Чуя глубоко вдохнул и выдохнул. Он один в комнате. Закрытой комнате. Хозяин... Дазай вряд ли будет рад тому, что феникс так нормально и не поел. Он же так старается сделать комфортную обстановку, порадовать. Накахара вновь вдохнул и выдохнул, после чего упал на бок на ковёр, закрыв глаза. Нужно поесть хотя бы для Дазая. Парень немного потёрся щекой о мягкий ковёр. Он тёплый и приятный на ощупь. Кажется, всё и все в этом доме стали ковриками для Чуи,.. но зачем?..       Феникс садится на колени вновь, открыв глаза. Он взял ложку так, как учил Осаму. Парень медленно ест, чувствуя как трепещут крылья. Накахара укрыл себя мягким коконом. Так... спокойно.       Ближе к двум часам дня, в дверь Чуи постучали.       — Чуя, обед готов и ждёт тебя, идёшь? — послышался из-за двери голос Дазая.       Накахара вздрогнул от этого. Наевшись, кажется, впервые так сытно, он даже уснул. Пригрелся на кровати в коконе крыльев.       — Чуя? — вновь послышался голос Осаму из-за двери.       — Да, что такое? — спросил довольно громко феникс, встав с кровати.       — Я могу войти? — спросил парень с той стороны.       — Я... могу ответить "нет"? — спросил Чуя чуть тише.       — Что ты сказал?.. Я не услышал, — сказал из-за двери Осаму.       — У меня есть возможность сказать нет? — повторил Накахара громче.       — А почему не должно быть? — удивлённо спрашивает Дазай. — Я принесу тебе поесть к двери, заберёшь, — сказал парень.       После этого феникс слышал отдаляющиеся шаги. Чуя выдохнул. "Потому что я всего лишь питомец" — подумал он, обняв себя за плечи. Что же ему делать?.. Он должен решить эту проблему, не может же он тут вечно сидеть. Если честно, теперь он слегка боится есть. Раз еда такие эмоции вызывает, то она очень опасна, несмотря на то, что вкусная. Через пару минут Осаму вернулся.       — Если что, могу показать как есть с помощью вилки и ножа, — сказал парень после того, как постучал в дверь.       — Могу я... спросить кое-что? — Чуя прислонился к двери.       — Конечно, — ответил шатен.       — Что я сейчас буду есть?.. Как это едят? — спросил феникс.       — Печёная картошка с салатом, — ответил Осаму. — Обычно едят вилкой, либо вилкой и ножом.       — Пахнет вкусно, — рыжий приоткрыл дверь, выглядывая из-за неё. — Научишь как есть?.. — спросил он, посмотрев на Дазая.       — Конечно, для меня не сложно, — хихикнул парень, поднимая поднос с пола, куда, видимо, его сам поставил.       — Можно же есть в комнате поесть? — спросил Чуя, открывая дверь шире, как бы приглашая Осаму войти.       — Пока ты не привыкнешь к тому, чтобы есть не одному, я запрещать не собираюсь, — кивнул шатен, заходя в комнату. — Правда, может быть несколько проблематично есть в силу отсутствия стола или чего-то такого, — сказал он, осматривая комнату. — Думаю, либо на полу сесть, либо аккуратно на кровати, как тебе удобнее? — Дазай посмотрел на феникса с милой улыбкой.       — Можно на полу? — Накахара закрыл дверь.       В комнате полумрак из-за тёмных штор. Милая улыбка Дазая странно действовала. И успокаивала, и.. Хотелось от неё спрятаться, чтобы она досталась кому-то другому. Оде, например...       — Можно, — пожал плечами Дазай и сел на мягкий ковёр.       Чуя сел перед ним. Между ними поднос с едой и приборами.       — Вилку нужно держать вот так, — Осаму аккуратно взял руку феникса и, вложив в неё вилку, сделал положение руки правильным. — Потом её нужно воткнуть в кусочек еды, — шатен двигал рукой феникса, чтобы можно было лучше показать. — А после кушать, — парень подвёл руку с вилкой ближе ко рту второго и отпустил. — Не сложно, ведь так?       Во время всего этого процесса лёгкая улыбка не слезала с лица шатена. Было ощущение, что он обучает ребёнка. Будто он отец, а Накахара его маленькое чадо. Чуя не смог заставить себя заставить съесть, даже если очень хотелось. Страх показать горящие крылья был сильнее. Он положил вилку в тарелку и слабо улыбнулся.       — Простите, что Вам приходится возиться со мной,.. — Чуя с помощью ножа кое-как снимает кусок еды и старается разрезать печеную картошку. Он сжимает губы и слегка хмуриться, стараясь следить за каждым своим действием.       — Не извиняйся, — махнул рукой Осаму. — Мне это не доставляет никаких проблем, тем более, у тебя хорошо получается, — сказал Осаму. — Ладно, сам справишься, думаю, я пойду, чтобы тебя не смущать, — хихикнул он, вставая.       Чуя кивнул на слова Дазая, наблюдая за тем, как он встаёт. Хотелось сделать что-то в замен. Феникс резко встаёт, но не делает ничего больше, хоть и хочет подорваться вперёд.       — Я... могу я обнять Вас в благодарность?.. — Накахара теребит пальцами свою пижаму и мнётся, смотря в пол.       — Мне не нужна от тебя благодарность, но обнять тебя я всегда буду рад, — хихикнул Осаму, расставляя руки в стороны, смотря на второго.       Чуя неловко подходит, обнимая Дазая. Он прячет свой нос в груди шатена. Взгляд опять падает на бинты на шее. "Неужели там всё настолько плохо..?" — подумал феникс, обнимая крепче, надеясь так передать всю свою благодарность этому человеку. Осаму обнял в ответ за плечи.       — Спасибо, — прошептал Накахара.       — Пожалуйста, — сказал второй, одной рукой начав аккуратно гладить рыжие волосы.       — Вы слишком добры,.. — феникс отстраняется и садится на пол, смотря на Дазая.       — Приятного аппетита, — после этих слов шатен вышел из комнаты, закрыв дверь.       Чуя вновь остался один и начал медленно есть. Он медленно жуёт каждый кусочек, трепеща крыльями от удовольствия.       Доев всё, парень лёг на кровать и вновь завернулся в кокон крыльев. К нему никто не заходит, в доме не очень шумно и лишь с нижнего этажа слышатся приглушённые голоса. Кормят его до отвала. И это так непривычно...       Еда... слишком вкусная. Люди... слишком добрые. Происходящее слишком напоминает счастливый сон. Может, это его предсмертные галлюцинации? Может, он уже умер и всё происходящее не более чем фантазия в последние 4 секунды жизни мозга? Может ли вообще это всё быть реальностью?..