Прости меня

Витари Не потребовалось много времени, чтобы на территории ДеСики, заметить за собой хвост. Черный немецкий седан следовал за ним, держась на расстоянии двух машин, специально привлекая к себе внимание и давая понять, что за ним наблюдают. Наблюдатели ДеСики, должно быть, заметили Витари, узнали его и передали информацию тому, кто управлял этим районом. Витари вспомнил имя подручного Саши — кажется Джакоби. Он скорее всего куратором Рики. И, вероятно, причиной, по которой Рики оказался повешенным на мосту. Они знали, что он здесь. Но они не знали зачем. Витари свернул в тихий, узкий переулок, вдоль которого выстроились четырехэтажные дома с террасами. Седан последовал за ним, но затем замедлил ход. Витари остановил машину. Когда он вышел, с другого конца улицы выехал еще один «Мерседес», заблокировав выезд. Если бы он встретил, слоняющегося по улицам Баттальи высокопоставленного члена ДеСики, он бы тоже устроил этому идиоту «воспитательную беседу». Эта встреча, скорее всего, обещала быть кровавой. Но его не убьют. Они не настолько глупы. Из пассажирского сиденья только что подъехавшего автомобиля вышел грузный, хорошо одетый мужчина. Это был Джакоби, и подручный ДеСики не стал бы марать руки ради кого попало. — L’Angelo della Morte, — протянул Джакоби по-английски с немецким акцентом. Из машины Джакоби вышли еще двое мужчин. Автомобиль позади Витари, который следовал за ним всю дорогу, стоял с работающим двигателем, а его пассажиры оставались внутри. — Что ты делаешь, Энджел? — спросил Джакоби, остановившись в нескольких шагах от него. — Просто вышел прокатиться. — Он не хотел, чтобы эти идиоты низкого ранга знали о его связи с Сашей. На этом уровне лояльность можно было легко продать. Батталья и Джанкарло никогда не должны узнать, что он был здесь, чтобы поговорить с Сашей. Джакоби фыркнул, затем кивнул своим людям, чтобы они подошли поближе. Витари поднял руки, хотя это не имело значения. Они все знали, к чему все идет. Чьи-то руки схватили его, поставили на колени и, схватив за волосы, запрокинули его голову назад. Холодная сталь коснулась его шеи. Черт, эти парни целились прямо в яремную вену. — Эй, эй... подожди. Джакоби присел на корточки, чтобы оказаться на уровне глаз Витари. — Хочешь объяснить, почему мне не стоит тебя убивать? — Саше будет интересно услышать то, что я скажу. — Неужели? И что же ты собираешься ему сказать? — Это между ним и мной. — О? Вы теперь друзья? Ты не мог просто позвонить ему? Если вы друзья. — Мы не друзья... Удар согнул его пополам. Он захрипел, но кулак, вцепившийся в его волосы, резко дернул его вверх, и лезвие вернулось к его горлу. Он не видел тех, кто его избивал, только спокойное, хладнокровное выражение лица Джакоби, который изучал Витари, пытаясь понять, зачем тот вообще ступил на территорию ДеСики, когда они оба знали, что это была провокация. — Зачем ты здесь, мелкий ублюдок? — спросил Джакоби. Витари стиснул зубы и тяжело дышал через нос. Все это было ради Фрэнсиса. Чтобы защитить его от новых ударов, уберечь от Саши. И чтобы его не использовали как пешку в чьей-то большой игре. Джакоби вздохнул, поднялся и направился обратно к своей машине. Он щелкнул пальцами, и его люди двинулись вперед. — Подожди! Они набросились на него, и ему оставалось только упасть и принять удары. Пинали без остановки. Он свернулся калачиком и терпел. Боль была временной, всегда временной. Даже самое худшее рано или поздно пройдет. В короткой передышке он смог перевести дыхание. — Когда... начнется избиение? — прохрипел он, улыбаясь. Руки подхватили под руки, накинули мешок на голову, и, хромающего, повели в машину. Он плюхнулся на сиденье, ослепленный, в ушах стучало и изо всех сил сдерживая рвотные позывы. Кто-то сказал что-то на немецком, потом на русском. Наконец-то его везли к Саше.