Vamos

Из колонок доносится какая-то очередная популярная песня, яркие прожектора бьют неоновым светом прямо в глаза, а уровень алкоголя в крови уже давно превышает тот, что считается допустимым для нахождения за рулём. Для кого-то такой расклад событий может показаться крайне некомфортным, но для Ли Минхо эта атмосфера – настоящий рай, причём уже давно, и двигаться в такт музыке, ненамеренно (или намеренно) касаясь тел окружающих стало настолько привычно, что парень даже не задумывается об этом.  Потому что клубы – неотъемлемая часть его жизни, именно та, которая, по мнению самого Минхо, делает его живым.  После долгой недели, проведённой на изнурительной работе, которая всё никак не заканчивается, и на которой начальство ни во что тебя не ставит, Ли хотелось лишь отдаться собственным чувствам и желаниям, которые включали в себя потребление большого количества выпивки и проведение ночи в компании какого-нибудь симпатичного мальчика из клуба, заинтересованного в том же самом, желательно без каких-либо обязательств и последствий.  И не то, чтобы Минхо был каким-то очень извращённым или развязным, и поэтому регулярно ложился под незнакомцев, вовсе нет. Однако, будучи слишком вымотанным на протяжении всей рабочей недели, парню хотелось хотя бы день или два на выходных чувствовать эти будоражащие ощущения, появлявшиеся внутри от мысли, что ночью он получит не только долгожданный секс, но и порцию адреналина, идущую вкупе с тем фактом, что он делает это с кем-то, кого совсем не знает, и поэтому ему неизвестны поведение и желание партнёра и то, что тот может с ним сделать. Из этих соображений Минхо довольно часто искал себе в партнёры кого-то внешне интересного, возможно с какими-нибудь особенностями, вроде множества пирсинга, татуировок или длинных волос, а возможно и просто в интересной, запоминающейся одежде. Именно поэтому, стоит взгляду зацепиться в толпе за какую-то новую и, судя по всему, очень сексуальную фигуру, внутри тут же вспыхивает нехилый такой интерес к её обладателю. Учитывая то, какой контингент зачастую ходит в те же клубы, что и он, вполне возможно, что незнакомец также пришёл за единоразовым перепихоном, а значит был шанс, что эту ночь они проведут вместе. Не то, чтобы Ли была прям принципиальная внешность партнёра, ибо в темноте её зачастую и не сильно-то было видно, а с утра ночной любовник и вовсе терялся в его памяти, но, согласитесь, ложиться в постель с кем-то, кто в твоём вкусе, гораздо приятнее, так ведь? Умело проскальзывая сквозь множество танцующих людей, с некоторыми из которых он даже успевает обменяться парочкой слов или коснуться какой-то части их тела, Минхо, плавно покачивая бёдрами в ритме играющей музыки, подходит к стоящему за барной стойкой парню, параллельно оценивая его с более близкого расстояния. Во-первых, стоит отметить, что это уже даже не парень, а мужчина, ибо выглядит он довольно-таки взросло (хотя и сам Минхо не вот уж прям юноша – двадцать пять лет за плечами), а во-вторых, этот мужчина невероятно красив и сексуален, и это видно даже немного смазанным от алкоголя взглядом. Первое, что бросается в глаза – широкие, покатые плечи, плавными волнами мышц перетекающие в обвитые лентами вен руки. Всё это добро обтянуто тонкой тканью чёрной рубашки, верхние пуговицы которой расстёгнуты, открывая вид на большую, соблазнительную грудь. Пробираясь сквозь толпу, Минхо, кажется, успел разглядеть незнакомца со всех сторон: сбоку, сзади, спереди, и ни одна из них его не разочаровала. Мужчина был идеален, словно создан специально для него. Вернее, создан прямо по его эстетическим предпочтениям. Только вот лицо размазывалось из-за постоянно мерцающего освещения и находящегося в крови алкоголя, мешающего сфокусироваться на чём-то слишком далёком, поэтому Минхо стремился подойти как можно ближе, лишь бы получше рассмотреть его. Только на расстоянии вытянутой руки у Ли получилось разглядеть чужое точёное лицо, словно у какой-то древней скульптуры. Пухлые губы то и дело принимали форму игривой улыбки, от которой парню хотелось растечься лужей по полу. Тёмные, словно два омута, подчёркнутые лёгким макияжем глаза периодически щурились из-за мерцающего света, не такие стеклянные, как у него самого, но, тем не менее, заманчиво поблёскивающие от выпитого спиртного. И, как вишенка на торте – большой, идеально прямой нос. Такой нос, на который и сесть не было бы грехом, не без стыда подумалось Минхо. Он продолжает завороженно пялиться на мужчину ещё какое-то время, и, видимо, делает это уж слишком долго, ибо в какой-то момент тот сам переводит на него глаза, отрываясь от какого-то, видимо, не шибко-то и важного диалога с сидящим рядом юношей. Он смотрит на него в ответ, всем своим взглядом как бы спрашивая, чего это Минхо на него тут глазеет и не нужна ли ему помощь. Минхо же бесстрашный, поэтому ещё через пару минут таких гляделок, как только у него наконец поднимается язык, выпаливает: — Красавчик, не хочешь поразвлечься? В голове самого Ли это звучит невероятно сексуально, и в его фантазиях этот волшебный незнакомец тут же тает от подобного подката и его природной очаровательности, с радостью готовясь прыгнуть с ним в постель, хотя в реальности он просто одаривает Минхо ещё более недоумённым взглядом, комично выгибая бровь. Для парня это не проблема и он повторяет свои слова вновь, но ответа снова не получает, как и в третий раз, и его это начинает раздражать. — Ты что… — бурчит он, сводя брови к переносице и подходя даже ближе к мужчине, смотря тому прямо в глаза. — по-корейски не понимаешь? — Que? И правда, не понимает. Вот только до Минхо это доходит не сразу, и он думает, что у этого красавчика просто какие-то проблемы с речью. — Чё? Какое «ке»? — Perdóneme, no hablo coreano. — мужчина произносит уже более длинное предложение, и тогда то Ли догоняет, что напротив него стоит, видимо, иностранец, не знающий корейского. А также, что у этого иностранца очень горячий голос, от которого по позвоночнику невольно пробегаются мурашки. — Ты, это… блять, да как же… — Минхо постукивает себя пальцем по лбу, пытаясь вспомнить хоть какие-то слова на хоть каком-то языке, кроме корейского. — Ю спик… инглиш?  — в прямом и переносном смысле ломая себе язык, пытается спросить он, глядя на заметно озадаченного его стараниями мужчину. В ответ тот отрицательно мотает головой из стороны в сторону, вынуждая Ли вздохнуть так, словно он уже смертельно устал от объяснений, хотя подошёл он к незнакомцу минут пять назад.  — Español? — произносит мужчина, немного криво улыбаясь. Значения этого слова Минхо не знает, но подозревает, что это язык, на котором тот говорит, и, видимо, единственный, который понимает. — Сы-пэ-и-нэ? — вновь пытается тот, по слогам проговаривая что-то на корейском, и парню приходится немного поломать голову, чтобы допереть, что тот говорит слово «испанский». — Бля… — бурчит Минхо, ибо его собственные знания испанского ограничиваются словами «тако» и «маракасы», и то, даже их он, скорее всего, произносит не очень правильно. (И которые, для справки, вообще-то являются частями мексиканской культуры, и с Испанией не вот чтобы прям связаны)  Буквально за мгновение до того, как Ли успевает наконец додуматься до открытия переводчика, мужчина сам проявляет инициативу, отставив свой напиток в сторону и развернувшись к нему полностью, до этого стоя боком и опираясь на барную стойку. Перехватив руку Минхо, которой тот ранее почесывал голову в глубоких раздумьях, тот помещает её на собственную грудь, довольно улыбаясь. — Christopher. — произносит он, позволяя Минхо наконец узнать своё имя, и тому оно ужасно нравится. Чем-то оно прямо идеально подходит его новому знакомому, и Ли хочется проговорить его вслух несколько раз, прокатить по языку, чтобы распробовать, однако он, подхватив настрой Криса, берёт его ладонь в свою и кладёт на свою грудь, поверх сетчатой кофты. — Минхо. — отвечает он, а сам думает, что просто обязан заполучить этого сексуального испанца хотя бы на одну ночь, и плевать, на какие жертвы и извороты ему придётся пойти. Уже во время продумывая плана по завоеванию Криса, Минхо неожиданно хватают за руку и тащат куда-то подальше от танцпола, вынуждая последовать за мужчиной в сторону вип-комнат, которые в этом клубе можно было арендовать за определённую сумму, чтобы уединиться с кем-то, кто пришёлся вам по душе, или просто отдохнуть от громкой музыки и яркого света. Сам Минхо подобными услугами не пользовался, ибо тратить деньги на аренду, когда его квартира находится буквально в пяти минутах ходьбы от клуба, казалось ему максимально бесполезной идеей. Разве что, когда кто-то из его партнёров платил за комнату, он мог провести ночь и там, но такое случалось довольно редко. — Чё, богатенький? — ухмыляется Ли, после чего сразу же мысленно шлёпает себя рукой по лицу, ибо говорить подобные колкости Крису не имело просто никакого смысла из-за того, что тот их просто не понял бы. Тем не менее, тот прыскает, то ли с интонации, то ли с лица Минхо, и того это, в любом случае, устраивает. Мужчина ведёт его в одну из комнат, предварительно забрав ключ от неё у бармена, и у Минхо складывается такое ощущение, словно он в этом клубе не первый раз, что, для иностранца, было бы довольно странно. Отперев дверь, Крис за руку тащит его внутрь, усаживая на стоящую посередине кровать. В целом, всё как и в прошлые несколько разов, что Минхо тут был – широкая, двухспальная кровать в центре, по бокам от неё пара тумбочек, окно, выходящее на улицу, в углу дверь в небольшую ванную и недалеко от неё маленький столик с двумя бутылками воды, пультом от кондиционера и благодарственной табличкой. В комнате царит полумрак, ибо она освещается лишь светодиодными фиолетовыми лентами, но это также придаёт ей какую-то свою атмосферу. — Ну и зачем мы здесь? — бормочет Ли, ибо свои намерения переспать с Крисом он ещё никак ему не показал, и очень маловероятно, что мужчина обладает телепатией, которая помогла бы ему это понять, разве что у него всё было написано на лице. — Creo que debemos llegar a conocernos mejor. — глядя на Минхо, говорит Крис, и тут же уже не мысленно даёт себе по лицу, ибо на испанском успешность коммуникации с новым знакомым близилась к нулю процентов. Минхо это забавит, поэтому он фыркает, рукой частично прикрывая полезшую на лицо улыбку. Поняв, видимо, что словами они далеко не продвинутся, Крис решает воспользоваться языком жестов. Сначала он показывает на себя, потом на Минхо, а затем пытается изобразить рукопожатие, чем вновь веселит парня, однако мысль, похоже, донести удаётся, ибо Ли понимает, что тот хочет, чтобы они познакомились поближе. Следующие полчаса или около того они проводят за немного неловким общением руками, на которых показывают свой возраст, стараются объяснить профессию и увлечения. По итогам данного «диалога» Хо понимает, что Кристофер – двадцатишестилетний музыкальный продюсер, который больше любит собак, чем кошек, не умеет есть острое и иногда играет в игры, когда есть свободное время. Конечно, возможно, что что-то из его пантомимы Минхо интерпретировал не так, однако образ, построившийся у него в голове, ему уже невероятно нравится. Что-то особенное есть не только в самом Крисе, но и в том, как они общаются, и парня это немного даже будоражит.  Зачастую, найдя в толпе красивого мальчика, Минхо ограничивался минимальными вопросами, вроде «Есть восемнадцать?», «Сверху или снизу?», «Справка имеется?» и тому подобным, а после этого сразу уединялся с ним где-нибудь, они спали и после этого расходились, иногда даже не представившись друг другу, и Ли это вполне устраивало, однако в этот раз всё совсем наоборот. Желание самого Криса узнать друг друга кажется Минхо, ну… милым, что ли? Неспроста же он, несмотря на языковой барьер, изворачивается, сидя напротив него, чтобы спросить, какие Минхо нравятся фрукты. (Или овощи, честно говоря, жесты старшего выглядели весьма странно.) Ну и нельзя не признать, что и самому Ли по какой-то неизведанной причине хочется сблизиться с этим мужчиной.  — Minho-o-o… — зовёт его Крис, вытягивая из собственных мыслей, в которых младший утонул, размышляя, насколько странно его желание продолжить узнавать этого мужчину и дальше. Минхо несколько раз моргает, хлопая пушистыми ресницами, чем вновь смешит Криса, наблюдающего за ним. — Чего? — не поняв, почему тот смеется, хмурится парень, легко толкая Криса в плечо. Вместо ответа старший лишь весьма довольно улыбается, пальцами вновь показывая Ли какой-то жест. Переведя взгляд на его руки, Минхо невольно краснеет, когда видит, как мужчина сначала указывает на него, потом на себя, затем на кровать, а после изображает кое-что неприличное, очевидно намекая на своё желание вывести их отношения на новый уровень. Быстро выйдя из ступора, Минхо также ухмыляется, переползая с постели к Крису на колени, чтобы иметь возможность смотреть прямо ему в глаза. Медленно кладёт ладони на чужие широкие плечи, наконец чуть сжимая заинтересовавшие его ранее мышцы, тихо выдыхая от того, какие те твёрдые и сильные. Руки старшего сами находят своё место на его талии, так же немного надавливая, ощущая под собой мягкость чужого тела. — Это странно… Я тебя почти не знаю, но… очень хочу это сделать. — зачем-то с придыханием шепчет Ли, непонятно от чего немного волнуясь, несмотря на то, что обычно уверенность в своих действиях в подобные моменты в нём зашкаливала. Он знает, что Крис его не поймёт, возможно поэтому озвучивает мысли вслух, разглядывая чужие, поистине завораживающие глаза. Он указывает пальцем на губы Криса, а после на свои, и, получив в ответ кивок, наконец сокращает расстояние между ними, впервые за ночь целуя мужчину. Его губы, помимо того, что весьма большие, ещё и до ужаса мягкие, завораживают, не дают отстраниться, вынуждая парня сминать их своими всё активнее, стараясь вдоволь насладиться ощущениям поцелуя, на который старший с радостью отвечает. — Magico… — выдыхает Крис, глядя в чужие блестящие глаза, когда Минхо всё же прерывается на мгновение, чтобы усесться на его коленях поудобнее. Тот на очередную непонятную фразочку лишь забавно фыркает, вновь припадая к желанным устам, расцеловывая их уже с большим напором. Ладони сами собой скользят выше, к загривку мужчины, зарываются в непослушные белые кудри, пытаясь подтолкнуть его ещё ближе, прижать к себе, чтобы он точно не пропал.  В таком темпе проходит несколько мгновений, они целуются, стараясь ощутить друг друга каждой клеточкой тела, приблизиться к желаемому на максимально близкое расстояние перед тем, как всё же начать основное, и Минхо это кажется чем-то даже трогательным. У него не впервые прелюдия нежная или долгая, но точно впервые она такая… чувственная? Да, «чувственная» — это подходящее слово. Ему уже хочется ощущать Криса не только в себе, но и на себе тоже, хочется касаться его повсюду, изучать, чувствовать тепло бархатной кожи, рельеф мускул, узор вен. Нет той привычной нужды в том, чтобы сделать всё как можно скорее, дабы впервые за ночь ощутить долгожданную разрядку, и только потом уже начать полноценно наслаждаться процессом. С Крисом ему нравится растягивать удовольствие, чтобы каждый поцелуй длился, по ощущениям, вечность. Ладони Криса плавно перемещаются с талии на задницу Хо, вынуждая того чуть рвано выдохнуть, стоило старшему игриво сжать в руках его ягодицы, подогревая атмосферу. — Ты сверху? — спрашивает Ли, уже не отдавая себе отчёт о своих действиях, ибо горячие касания мужчины сводят его с ума, и он тоже пытается создать подобный эффект на старшем, оттягивая его волосы и упиваясь едва слышным стоном. Вернув голову в исходное положение, Крис кивает, что радует Минхо, ибо ему ужасно хочется побыть снизу сегодня, да и к этой роли он подготовлен. Неожиданно Крис хватает его за бёдра и прижимает к себе, чтобы в следующую секунду перекатить их обоих на поверхность постели, нависая сверху глупо моргающего младшего. Прежде, чем Минхо успевает раскрыть рот и вновь что-то съязвить, его вновь целуют, настойчиво толкаясь языком внутрь, и, о Господи, ему кажется, что он весь горит. Он определённо рад, что лежит, ибо ноги от подобного напора у него бы точно подкосились. Ладони Криса вновь оказываются на его теле, гладят бока, самыми подушечками проводят по рёбрам, чуть щекоча чувствительного парня, что, пытаясь так же как-то ответить на прикосновения, с силой сжимает руки на чужих плечах, а после отпускает, желая потрогать торс мужчины, обводит пальцами грудь, и тот от этого так прекрасно начинает тяжело дышать, что Ли хочется ласкать его вечно, лишь бы вновь видеть удовольствие на прекрасном этом лице. — Minho, — вновь зовёт его Крис, и голос у него такой глубокий, что по позвоночнику невольно пробегаются мурашки от его звучания. Минхо смотрит на него, ожидая, пока тот покажет, что ему нужно, и старший пальцем указывает на его верхнюю часть тела, второй рукой чуть поддевая низ кофты в крупную сетку, как бы спрашивая, можно ли ему снять с Минхо верх. Тот согласно кивает, даже немного умиляясь с желания старшего сделать всё по-правильному и с его разрешения. — gracias.  Кофта слетает с его плеч в одно мгновение, её судьбу повторяет и майка, оставляя Минхо наполовину обнажённым и открытым перед чужим взглядом. Ему немного некомфортно первые пару секунд, ибо выражение на лице Криса нечитаемое, однако, когда старший прижимается губами к его груди, нежно целуя мягкую кожу, все сомнения отпадают. — Tu cuerpo es increíblemente hermoso… — с придыханием шепчет мужчина, спускаясь губами к напряженному животу Ли, трепетно расцеловывая небольшой шрамик над пупком, оставшийся от операции. Его губы горячие, от их прикосновений хочется мурчать и извиваться, лишь бы получить ещё, но он старается не слишком выпадать из реальности, ибо получать ласки только самому и не возвращать их партнёру ему не хочется. Он гладит ладонями чужую спину сквозь ткань рубашки, сжимает напряжённые мышцы, даже чуть царапает ногтями, пытаясь выразить собственные эмоции. Ему хочется тоже сорвать с Криса одежду, увидеть его прекрасное тело, но он тает под его касаниями и не имеет возможности даже попытаться проявить более активную инициативу. Старший, видимо, заметив его отчаянное положение, не может не хихикнуть, в следующее же мгновение принимаясь расстёгивать пуговички на своей рубашке. Стоит из под ткани показаться медовой коже, как Минхо чувствует сухость в горле, настолько его возбуждает чужое обнажённое тело. А тело, к слову, просто невероятное, словно украденное у какой-то древнеримской скульптуры, с чётко выражеными кубиками пресса, с соблазнительно перекатывающимися под кожей мышцами и с большой, наверняка упругой грудью. Последний факт Минхо тут рвётся проверить, тянет ладони к чужому торсу, накрывает обе груди и тут же несдержанно, но тихо стонет, ибо они невероятные.  — Te gusta mucho tocar los pechos de otras personas, ¿no? — со смешком спрашивает Крис, вновь приближаясь к младшему, не разрывая их контакт. Ли не имеет ни малейшего понятия, о чём тот говорит, но предполагает, что это какая-то колкость, связанная с его яркой реакцией, однако ему совсем не до этого. Он фокусируется лишь на ощущении чужой упругой груди под пальцами и на жарких поцелуях, которыми мужчина осыпает его шею. Его тело горит, в паху так тесно, что выть хочется, но Минхо не может заставить себя перейти к чему-то большему, потому что их поцелуи уже приносят ему невероятно много наслаждения, и он не знает, стоит ли торопить события. Тем не менее, сдерживать возбуждение уже тоже не получается, поэтому Ли, предварительно вновь утянув старшего в глубокий, жаркий поцелуй, на пробу толкается бёдрами кверху, сталкиваясь своим возбуждением с чужим. От этого действа оба мужчины стонут, глуша смущающие звуки губами друг друга, и это даёт Минхо понять, что он движется в правильном направлении, раз Крису нравится. Он снова двигает тазом, снова, нетерпеливо ища трения хотя бы через одежду, продолжает это, пока Крис не начинает ему отвечать, синхронно толкаясь своими бёдрами навстречу его. От каждого столкновения их эрекций у него сносит крышу, а поцелуи становятся всё беспорядочнее и грязнее из-за количества стимуляции, которая ощущается даже чересчур яркой после долгой прелюдии. А ещё он буквально ощущает, что Крис большой, и внутри всё невольно напрягается от предвкушения. Неожиданно, когда старший проезжается своим возбуждением особенно чувствительной части его, Хо стонет излишне высоко и громко, вынуждая Криса посмотреть на него распахнутыми от удивления глазами. Ли от этого становится даже немного неловко, однако в следующее же мгновение мужчина вновь его целует, одновременно с этим пробираясь руками к его ремню, стараясь как можно скорее расстегнуть непослушную бляшку и суметь снять с младшего так выгодно облегающие массивные бёдра узкие джинсы. Минхо совсем не против, наоборот, с энтузиазмом принимает намерения хёна, ждёт, когда тот расправится с ремнём и приподнимает бёдра, чтобы суметь наконец снять с него низ. — Стой, стой, тебе тоже нужно раздеться… — когда горячие ладони Криса ложатся на его бёдра, а их обладатель тянется к его губами за новым поцелуем, Минхо неожиданно протестует, потому что не считает честным распределение одежды на их телах. На его слова старший послушно отступает, вместо касаний к чужой коже заняв свои руки собственными кожаными штанами, спешно пытаясь стянуть их с себя, путаясь в попытках отлепить от себя облегающую ткань, вынуждая Ли тихонько хихикнуть, наблюдая за чужими потугами. Стоит только ненужному элементу одежды наконец соизволить подчиниться, как он сразу же оказывается на полу, а Крис вновь льнёт к чужим прикосновениям. Теперь контакт ощущается ещё жарче, ещё чувственнее, потому что их отделяет меньше слоёв одежды, и Минхо может трогать больше чужой горячей кожи, что его несомненно радует. Старший осыпает его поцелуями, ведёт губами по обнажённому телу, спускается ниже, пока не добирается лицом до уровня промежности Ли, с интересом разглядывая обтянутую вокруг члена ткань и небольшое тёмное пятно, образовавшееся от естественной смазки. Минхо такое внимание смущает, однако он ничего не говорит и не делает, позволяя мужчине собой любоваться. — Déjame complacerte. — низко шепчет Крис, поддевая пальцем резинку боксеров Хо, вновь спрашивая разрешения. Младшему это кажется каким-то даже излишне милым, однако и к месту тоже, ибо ему, по какой-то причине, впервые за долгую практику интрижек на одну ночь немного неловко обнажаться перед партнёром. Тем не менее, он кивает, позволяя снять с себя последний элемент одежды, что Крис и делает, благодарно целуя его талию. Член Ли в это же мгновение забавно шлёпается о его напряжённый живот, пачкая тот предэякулятом, отчего Крис умилённо улыбается, пока сам обладатель пениса неловко отводит глаза. Весь Минхо кажется ему слишком очаровательным и сексуальным одновременно, что, по сути, должно вызывать противоречие, однако такого не происходит. Ещё пару мгновений наблюдая за эмоциями на чужом лице, Крис всё-таки решает приступить к делу. Кладёт обе ладони на бёдра Минхо, с небольшим нажимом разводя те в стороны, дабы иметь больше доступа к промежности, благо младший его не останавливает, за что вновь получает благодарный поцелуй в живот. Чужой пенис прямо перед его лицом, и мужчина не может сдержаться, сразу же берёт больше половины в рот, чувственно лаская головку языком, с наслаждением вслушиваясь в срывающиеся с губ Ли стоны. Рот вмиг наполняется солоноватым вкусом предэкулята, которого, надо заметить, у Минхо много, и Крис находит то, как сильно он течёт от возбуждения, невероятно милым. — Кри-ис… — тянет Минхо, пытаясь собрать воедино остатки своего разума, который раз за разом разбивается на кусочки, стоит старшему простимулировать чувствительную головку. Выглядит он при этом, честно говоря, просто по-блядски: его пухлые губы словно стали ещё больше от огромного количества поцелуев, и раскраснелись к тому же, отчего, растянутые вокруг его стоящего члена, смотрятся до ужаса вульгарно, не позволяя Минхо оторвать от них свой взгляд. А когда Крис, услышав своё имя из чужих уст, поднимает на него взгляд, смотря снизу вверх и выглядя при этом как-то чересчур невинно (как вообще к этому мужчине можно применять слово «невинно»?), то Ли и вовсе не может сдержать протяжного стона от этой картины. — Боже, б-блять, я уже такой чувствительный… Что ты со мной творишь, Крис?  Старший, понятное дело, не отвечает ему, продолжая заниматься своим делом, хотя Минхо может поклясться, что видит в его глазах усмешку после столь откровенных слов, но в следующее же мгновение теряет эту мысль, фокусируясь на ощущении чужого тёплого рта вокруг своей эрекции. Крис сосёт хорошо, с усердием принимая в горло весь возможный максимум и стараясь сделать партнёру как можно приятнее. А Минхо, кажется, действительно сходит от его стараний с ума, потому что иначе не может объяснить непрекращающуюся мириаду высоких стонов, что неконтролируемо срываются с его губ, как только старший, привыкнув, начинает в медленном темпе двигать головой вверх-вниз на его члене, продолжая стимулировать длину языком. Ладони мужчины находят своё место на бёдрах Ли, удерживая те раскрытыми, параллельно играясь с чувствительностью их хозяина, для которого они являются эрогенной зоной. Не зная, куда девать дрожащие руки, Хо умещает их на чужом затылке, оттягивая светлые кудряшки Криса. Старший не протестует, наоборот, довольно урчит, посылая по члену вибрации, вновь выбивая его из колеи, побуждая начать хаотично массировать его кожу головы, стараясь таким образом доставить удовольствие в ответ. Крис находит эту отдачу прелестной, и от этого ему хочется лишь сильнее ласкать младшего, дабы получить больше реакций и эмоций от него. Стоны слетают с губ Минхо без остановки, и кажутся Крису такими красивыми, что только скулить и надеяться не кончить в бельё от минета. — Блять, блять, блять… - под нос себе матерится Ли, когда осознаёт, что уже близок к оргазму. Ему в какой-то степени стыдно за себя, однако он пытается списать столь скорую разрядку на долгое воздержание и чрезмерную сексуальность Криса.  Несмотря на огромный соблазн всё-таки кончить, младший, глубоко вздохнув, тянет голову Криса наверх, нехотя отстраняя от собственного возбуждения. Тот смотрит на него в недоумении, взглядом спрашивая, сделал ли он что-то не так, однако Минхо, вместо ответа, указывает на свой член, а после рукой изображает активное семяизвержение, предупреждая мужчину о том, что, если он не остановится, то Ли скоро кончит. Тот находит это забавным и милым, и, несмотря на то, что Хо таким образом пытается предложить перейти на следующий этап, решает всё-таки довести его до оргазма, вновь одним движением заглатывая чужой член. — О-ох, Крис, чёрт! — высоко скулит Минхо, потому что старший, ко всему прочему, втягивает щёки, создавая вокруг его пениса вакуум, который, вкупе с пьянящим жаром чужого горла, буквально сводит его с ума. Всё тело горит, ощущается, как единая эрогенная зона, потому что касания Криса кажутся какими-то слишком распаляющими, вездесущими, сводящими с ума. Куда не притронется – вызывает мурашки. - Кончу так… кончу-у! — одними губами шепчет Ли, сжимая руку в чужих волосах до побелевших костяшек, пытается отстранить от себя старшего, но тот ни в какую. Оргазм накрывает мужчину с головой, утягивает сознание в свою пучину, пока всё тело бьют мелкие судороги. Минхо не может сдержать протяжного стона, когда кончает, красиво прогнувшись в спине. Такого удовольствия он не ощущал уже давно, поэтому даже не замечает, как с силой вцепляется в чужой затылок, прижимая к своей промежности, благо Крис не протестует, позволяя густой сперме выплёскиваться в его горло, желая принять как можно больше. Ли отходит от оргазма добрых секунд тридцать, собирая себя по кусочкам и пытаясь заново научиться дышать. Его мелко потряхивает, когда он всё-таки разлепляет глаза и не может сдержать нового стона, что рвётся изнутри, стоит ему встретиться взглядом с Крисом. Хён покорно ждёт, пока младший придёт в себя, и лишь смотрит на него снизу вверх, пока его губы всё ещё растянуты вокруг члена Минхо, и выглядит настолько похабно, настолько грязно, а ещё послушно, что от этих мыслей Хо вновь, невольно, чувствует возбуждение. Пересилив себя, он всё же стягивает старшего со своего полуобмякшего члена, словно сумасшедший наблюдая за тем, как тот облизывает свои губы, смакуя оставшийся на них вкус спермы. Не выдержав, Минхо тянется к мужчине за поцелуем, и в этом желании Крис ему, благо, не отказывает, позволяя проникать языком в свой рот и жарко вылизывать. Ли соврёт, если скажет, что чувствовать вкус самого себя это не странно, но это последнее, о чём он может размышлять, целуя распухшие от трения губы, которые его опьяняют, вынуждают желать ещё. Он словно становится зависим от поцелуев с Крисом. От всего Криса. — Oh, espera, cariño... — отстранившись от, на удивление, энергичного Минхо, шепчет мужчина, пытаясь чуть подусмерить его пыл. Тот послушно прекращает, словно бы понимает смысл сказанных слов, и только терпеливо смотрит на хёна, ожидая, что решит сделать дальше. А тот не может сдержаться, глядя в его глаза, и вновь целует, уже чуть мягче, нежнее, и радуется, когда Минхо подхватывает, сминая его губы своими, а ещё берёт за руку, переплетая их пальцы вместе. — Me gustaría continuar, ¿me permites? — на выдохе произносит Крис. — Ни слова не понял, но я согласен. — с улыбкой отвечает ему Минхо, ведя носом по чужой шее.  В следующее же мгновение старший чуть отстраняется, и под любопытным взглядом Ли избавляется от белья, позволяя ему бесстыдно разглядывать своё тело. А тому это лишь в радость, он бегает взглядом по Крису, останавливается на, наконец, освободившемся стояке, в нетерпении сжимает собственное бедро, потому что хочет его. И член, и Криса.  Пока старший тянется к тумбе рядом, зная, что в таких комнатах этого клуба внутри них всегда лежат принадлежности для секса, Минхо укладывается на спину, разводя ноги в стороны, и ждёт, когда мужчина вновь окажется рядом. Тот ловкими движениями открывает тюбик смазки, выдавливает её себе на пальцы и греет, заботясь о том, чтобы Ли не пострадал от  неприятного контраста температур.  В нетерпении ёрзая на простынях, Минхо не может больше сдерживаться, тянет Криса на себя и обвивается руками вокруг его шеи, с наслаждением целуя уже полюбившиеся ему губы. Тот с такой инициативности хихикает в поцелуй, приобнимает одной рукой, вторую держа в воздухе, чтобы случайно не запачкать младшего в смазке, хотя это последнее, что его вообще может сейчас волновать. Минхо немного даже потряхивает от нетерпения, поэтому, отстранившись, он смущённо уводит взгляд в сторону, дожидаясь, когда хён приступит к самому заветному. Первое касание там посылает по телу мурашки. Крис заботливый, он медленно массирует сжатые мышцы, растирая по ним лубрикант, и целует Хо в момент, когда входит, чтобы отвлечь от возможных неприятных ощущений. Ночь обещает выдаться жаркой. * * * * * Первое, что видит Минхо, после того, как открывает глаза – светло-фиолетовый потолок комнаты, что казался ему гораздо темнее ночью, хотя, скорее всего, это было лишь из-за недостатка нормального освещения. Пару минут он просто пялится наверх, пытаясь после продолжительного и глубокого сна осознать, кто и что он такое, откуда взялся и почему сейчас находится здесь. Голова словно затуманена, что неудивительно, учитывая приличное количество алкоголя, которое он вчера в себя залил перед тем, как оказаться в комнате с Крисом… Точно, Крис! От одних мыслей о мужчине внутри Хо мгновенно загорается огонёк энергии, которого, к счастью, достаточно, чтобы повернуть голову вправо, там, где он чувствует тепло. И чувства его не подводят, старший прижимается к нему со стороны, уткнувшись щекой в обнажённое плечо. Его губы заманчиво приоткрыты, и в целом он, надо сказать, выглядит очаровательно. Полностью умиротворённый, такой, на которого только смотреть целыми часами, да вслушиваться в тихое сопение, что Минхо и делает, некоторое время просто любуясь спящим рядом мужчиной. Тем не менее, непоседливая натура не позволяет ему заниматься этим слишком долго, поэтому уже через несколько минут Ли тычет пальцем в чужую щёку, просто из вредности, желая разбудить Криса, а то, как это, Хо уже проснулся, а он ещё нет? И мужчина действительно начинает хмуриться, ёрзая по постели и мечась между желанием проигнорировать назойливые тычки в лицо и всё-таки доспать, и открыть глаза и посмотреть в глаза той сволочи, которая не даёт ему спокойно смотреть свои сны. Что-то внутри двигает его выбрать второе, и Крис, издавая максимально недовольные звуки, медленно открывает глаза, пытаясь сфокусировать странное пятно напротив себя в какую-то картинку. Этим пятном оказывается Минхо. Чудесный Минхо, которого Крис подцепил вчера в баре, и с которым провёл незабываемую ночь вместе. И вот он, лежит напротив, не прекращая надоедливо тыкать в его щёку, в которой уже, по ощущениям, дырка может появится, если младший не прекратит. — Минхо… — хриплым спросонья голосом ворчит Крис, нехотя поднимая тяжёлую после сна ладонь, чтобы перехватить руку Ли, дабы тот не мог более ею двигать. — Ммм? — по-кошачьи улыбается мужчина, вместо тычков принимаясь мягко поглаживать щёку хёна кончиками пальцев, что последнему нравится в разы больше. Вздохнув, Крис без слов тянет его на себя, усаживает на себя под одеялом, чтобы грудь к груди, чтобы так близко, как можно, потому что Минхо, хоть и немного совсем раздражает, а обнимать его хочется безумно, и Крис не может себя сдерживать. Ли, благо, не протестует, жмётся весь к чужому тёплому телу, чуть ли не мурчит от приятности телесного контакта со старшим. Он кладёт свою голову на грудь мужчины, слушает его размеренное сердцебиение, пока тот нежно поглаживает его по спине. Всё происходит молча, но так правильно и приятно, что даже мысли не пробегает о том, что стоило бы поговорить. Оба просто в полной мере наслаждаются этим моментом друг с другом. — Хо-я? — через какое-то время безмолвных объятий тихо зовёт Крис,  и по позвоночнику Минхо пробегаются мурашки от этой формы собственного имени из чужих уст. Он с интересом смотрит в глаза старшего, который в следующее мгновение мягко кладёт ладонь на его щёку, тянет на себя и целует. Медленно, тягуче приятно, вынуждая Ли задержать дыхание от бушующих внутри эмоций. В какой момент он стал настолько ярко реагировать на простые поцелуи?  Наверное, в момент, когда впервые коснулся своими губами губ Криса. — Ты такой идеальный… — отстранившись, с придыханием шепчет Минхо, глядя прямо в чужие глаза. Столько тепла внутри, когда он видит эту мягкую улыбку, этот нежный взгляд… Безумие какое-то. — Как бы не влюбиться в тебя. — со смешком глаголит Ли, прикрывая глаза. Он впервые за долгое время чувствует себя так хорошо вместе с кем-то. — Почему бы и нет? — Потому что я встретил тебя ночью в клубе, где мы по пьяне потрахались? Не очень-то хорошая история знакомства, пусть меня и не сильно это парит, но ты ведь даже не понимаешь, что я говорю… — чуть понуро рассуждает Ли, подперев щёку рукой. — Как с тобой общаться, если… погоди, чё?! В неверии распахнув глаза, Минхо смотрит прямо на Криса, который улыбается от уха до уха и глядит на него в ответ, да так шаловливо, что сразу понятно становится, что этой ночью его где-то серьёзно надули. — Ты чё, по-корейски понимаешь?! — возможно даже слишком громко восклицает парень, поднимаясь с груди хёна и опираясь руками по обе стороны от чужого тела, чтобы лучше смотреть в глаза этого обманщика. — Сюрприз? — глупо улыбается Крис, чуть разводя ладонями в стороны. — Я кореец. — А твой сексуальный испанский вчера был…? — Челленджем из «правда или действие», который мне задали мои друзья. — голос Криса на корейском звучит донельзя непривычно, но Минхо не может не признать, что ему нравится. Старший говорит без акцента, чётко, прямо рай для его привередливого слуха. И только после его слов Ли вспоминает, что мужчина, так то, вчера был не один, а болтал с какими-то парнями, когда тот к нему подошёл. — Они захотели, чтобы я изображал иностранца всю ночь, а потом, даже когда мы с тобой остались одни, я, почему-то, решил, что так будет интереснее… и не перешёл на корейский. — М-да… сплошное разочарование вокруг. — несерьёзно дуется Ли, закатывая глаза. С одной стороны, причина их языкового барьера звучит очень глупо, а с другой… Хо и сам, будучи пьяным, жёстко тупил, взять хотя бы то, что этой ночью он не додумался достать телефон и открыть переводчик, решив воспользоваться своими навыками пантомимы, так что частично понимал старшего. — Ещё скажи, что тебя зовут не Кристофер. Мужчина смотрит на него пару мгновений, точно не зная, стоит ли ему отвечать на этот вопрос честно, или приврать. У Минхо, при взгляде на его физиономию, начинает дёргаться глаз. — Ты издеваешься?! — Только наполовину! Крис – моё австралийское имя, а в Корее меня зовут Чан. — неловко улыбаясь, объясняет мужчина, почёсывая затылок одной рукой. — Бан Чан.  — То есть… ты хочешь сказать, что ты кореец из Австралии, который всю ночь изображал передо мной испанца? Если это твой способ привлекать к себе внимание парней, то, поздравляю, работает, как швейцарские часы. — не зло бурчит Минхо, скорее из вредности отчитывая Кр… Чана за обман. — Ну, тебе ведь понравилось? — с надеждой спрашивает Бан, чуть неуверенно кладя ладони на талию Хо. — Больше, чем хотелось бы. — фырчит младший, наконец расслабляя лицо, и складочка меж его бровей пропадает, что радует Чана. — Просто… непривычно. Я как-то уже построил у себя в голове образ сексуального иностранца, которого я, даже без знания языка, смог соблазнить, а теперь, получается, все мои старания насмарку? — со смешком спрашивает Минхо, удобнее усаживаясь на чужих бёдрах. Его совершенно не смущает то, что они оба обнажённые. Не после того, что они делали ночью. — Ну почему? — нежно шепчет старший, уже более смело ведя руками по чужому телу, вынуждая Хо мурчать от удовольствия. — Я ведь, по сути, и есть иностранец… и ты меня соблазнил. — стараясь вернуть на лицо младшего улыбку, Чан тянется к нему за очередным поцелуем, и Ли не в силах ему отказать. Он ластится ближе, вновь укладываясь на чужой груди, сжимает ладони на сильных плечах.  Они лениво целуются какое-то время, Минхо не знает сколько, потому что ему очень хорошо. Всё тело расслабляется от осознания, что рядом Крис. — Кстати… — наконец отстранившись, начинает мужчина, приковывая к себе внимание Минхо. — Раз уж я говорю по-корейски и мы можем нормально общаться, может всё-таки рассмотришь перспективу влюбиться в меня? — уже в который раз за утро Бан чарующе улыбается, и эта улыбка, вкупе с осознанием того, что старший прекрасно понял его фразу про любовь, вгоняет Хо в краску. Он прячет лицо в чужой груди, пока её обладатель беззлобно хохочет, наблюдая за его стремительно краснеющими ушами, которые не может не сдержаться и не поцеловать, ощущая их жар. — Чёрт, ты, получается, все мои глупые признания ночью слышал, да… — обречённо шепчет Ли, вспоминая, как вслух рассуждал о том, как приятно он ощущает себя рядом с Крисом, решив, что, раз тот его всё равно не поймёт, то свои мысли можно выражать вслух. — Да, и был очень польщён. — гордо заявляет старший, умиляясь реакции Минхо. Он не сдерживается, сгребает смущённого мужчину в охапку и целует в макушку несколько раз, выражая так бушующие внутри эмоции от столь очаровательной картины. — Так, что, сходишь со мной на свидание, или мне надо постараться получше? Ответ не заставляет себя долго ждать, тихое «схожу» слетает с губ Минхо раньше, чем он успевает это осознать. И, в целом, даже после осмысления своих слов он не передумывает, потому что его буквально тянет к Крису. Что внешне, что внутренне он кажется ему идеальным, и нахождение рядом с ним впервые за долгое время пробуждает давно уснувших в животе бабочек. По крайней мере он точно первый, ради кого Ли тратил драгоценное время траха на разговоры через своеобразный язык жестов о том, кому какие животные нравятся. Бан после его слов выглядит счастливее, чем победитель в лотерею, и Хо и сам не может сдержать лезущей на губы улыбки при виде его довольной физиономии. И уж тем более не протестует, когда старший начинает эту улыбку сцеловывать. Да, у Минхо очень давно никого не было.  Да, он избавлялся от одиночества и усталости интрижками на одну ночь.  Да, он познакомился с Чаном в ночном клубе, клюнув на выглядывающие из под наполовину расстёгнутой рубашки мышцы и красивый зад. Но теперь его сердце стучит чаще от мысли о псевдоиностранце, который напомнил ему о том, что такое эмоциональная связь, и как её устанавливать. И это чувство Минхо нравится.