Приглушенные крики

      — И это всё? — Бретт нахмурился, глядя на чемодан Чимина на кровати, — В чемодане еще много места.       Чимин кивнул головой.       — Я хочу взять только это.       Бретт посмотрел на куртку Gucci Ghost в руках Чимина. Это было все, что Чимин хотел взять. Это смутило Бретта, он приносил Чимину гораздо более красивую одежду от разных брендов, но Чимин, казалось, намертво вцепился в эту вещь.       — Ладно, детка, поступай как хочешь, — сказал Бретт, прежде чем наклониться и поцеловать Чимина в щеку. Ему, честно говоря, было все равно на все остальные вещи, которые Чимин не собирался брать с собой; он мог бы купить всё это снова, если бы Чимин этого захотел.       Он подошел к чемодану, застегнул его, прежде чем схватить оба — свой и Чимина.       — Я вернусь через минуту. Иди, надень обувь и жди меня.       Чимин кивнул, делая, как ему сказали. Бретт принес ему обувь на сегодня и поставил коробку на стеклянный стол. На коробке было написано JW Anderson, и когда он открыл ее, увидел пару черных кед Converse, окруженую папиросной бумагой. Он вынул кеды, прежде чем вернуться в кровать. В тумбочке был ящик с носками. Большинство из них были пушистыми и высокими, купленными Бреттом для его удобства; однако несколько пар носков по щиколотку больше подходили для выхода. Он надел носки, прежде чем надеть Converse. Потребовалось несколько минут, чтобы надеть новые кеды и правильно зашнуровать их. Когда он только закончил поправлять обувь, Бретт вернулся в комнату, на этот раз оставив дверь открытой, чего он никогда прежде не делал.       Чимин встал, схватив куртку. Он не хотел оставлять её здесь. Это была его единственная связь с мемберами. Он так сильно по ним скучал. Так сильно.       — Всё, нам пора, — сказал Бретт, протягивая руку младшему.       Чимин взял Бретта за руку, позволив мужчине вести его к двери. Чимин наклонился к Бретту, ища защиты в его Чагие. Он боялся, что его увидит Каратель, и это заставило его захотеть быть как можно ближе к его Чагие.       Чимин молча последовал за Бреттом по коридорам к комнате, где, как он знал, находились остальные мемеры. Чувство облегчения было почти непреодолимым, когда он увидел металлическую дверь, и ему просто захотелось побежать к ней, однако он знал, что этого делать нельзя.       Бретт остановился перед дверью и наконец отпустил руку Чимина.       — Я поговорю с ними, а ты оставайся здесь.       Чимин кивнул, решив надеть куртку. Он изо всех сил старался скрыть свои отметины, но он знал, что они все еще немного видны, и он не хотел, чтобы его друзья волновались за него.

***

      Намджун резко проснулся, когда свет залил общежитие. Он сел, увидев, что Юнги смотрит на него широко раскрытыми испуганными глазами. Он мог сказать, что Юнги был так же напуган и сбит с толку, как и он сам, не понимая, почему свет включился так неожиданно. Он не был уверен, разбудил ли свет Юнги или его хён вообще не спал. Его глаза все еще были опухшими с того момента, как его разлучили с Чонгуком и Хосоком, когда свет выключился. Эти трое хотели разделить койку Хосока, но Намджун не позволил им этого. Не то чтобы он был категорически против того, что происходило между ними тремя, но установленные здесь правила были ясны: они должны были спать в своих кроватях. И он был бы проклят, если бы их всех разделили на месяц за нарушение правил после того, как они воссоединились всего несколько часов назад. Он не мог позволить им нарушить правила. Тем не менее, Юнги и Чонгук оба плакали и спорили с ним, умоляя разрешить им спать вместе с Хосоком. Намджуну было тяжело видеть, как его одногруппники ведут себя подобным образом, но ему пришлось проявить лидерство и уложить их в кровати по отдельности.       — Оставайся здесь, — сказал Намджун Юнги.       Юнги кивнул, натягивая простыни, чтобы скрыть своё лицо.       — Извините, что разбудил вас, ребята, но пора вставать, — сказал мужчина, которого Намджун раньше не видел.       Хосок уже сидел на своей двухъярусной кровати и мог видеть, как Джин тоже сел, выглядя растерянным.       — Что происходит? Мы же ничего плохого не сделали, — спросил Намджун, когда мужчина приблизился к кровати. Он испугался, что их вот-вот снова разлучат.       — У меня нет времени отвечать на ваши вопросы. Все вставайте с постелей и на выход, — приказал незнакомец.       Намджун заметил, что охраны не было, а у мужчины не было видимого оружия.       — Где Чимин? Что ты с ним сделал? — заговорил Тэхён, вылезая из кровати, прижимая руку к груди в защитном жесте. Он взглянул на Чонгука, который уже стоял, и поднял глаза на Хосока, который торопился спуститься, чтобы оказаться рядом с младшим. Он начал подходить к Чонгуку, не желая, чтобы Бретт подошел к нему; однако Чонгук попятился, заметив присутствие Тэхёна, и Хосок быстро встал между ними, уставившись на Тэхёна и словно бросая ему вызов. Чонгук спрятался за Хосока, держась за его рубашку сзади.       Джин тоже вылез из кровати, уже зная, что у них нет выбора. Но он также не хотел снова расставаться ни с кем из участников. Если все остальные уходили, то и он тоже. Он немного оттащил Тэхёна назад, заметив, что руки Хосока были сжаты, как будто он собирался ударить Тэхёна, а Джин не хотел, чтобы между ними началась драка, поскольку Тэхён тоже сердито смотрел на Хосока.       — Пошли, — повторил мужчина, прежде чем повернуться спиной и выйти из комнаты. Дверь осталась широко открытой, и Намджун поймал взглядом тень, достаточно маленькую, чтобы быть тенью Чимина. Он тут же начал слезать с кровати.       — Хосок, помоги мне с Юнги-хёном, — сказал Чонгук, протягивая руку, чтобы помочь Юнги. Его хёну было трудно подняться туда из-за того, что у него болели мышцы. Он не был уверен, сможет ли его хён спуститься обратно, не упав.       Хосок бросил последний предупреждающий взгляд на Тэхёна, прежде чем помочь Чонгуку с Юнги.       Труднее всего было спустить Юнги. Он никуда не хотел идти; он не хотел покидать безопасность двухъярусной кровати; однако, после нескольких ободряющих слов и угрозы быть оставленным Хосоком, Юнги неохотно спустился с двухъярусной кровати. Он прижался к Хосоку; в его глазах были слезы, когда Хосок извинился, сказав, что на самом деле не собирается его оставлять.       — Ты уверен, что нам следует пойти за ним? — спросил Джин у Намджуна, наблюдая, как Чонгук снова потянулся и схватился за край рубашки Хосока.       — Если Чимин там, то нам придется это сделать, — сказал Намджун, глубоко вздохнув, прежде чем направиться к двери и вывести остальных в коридор.       — Чимин! — крикнул Тэхён, увидев его в коридоре. Он стоял рядом с Бреттом, опустив голову и обхватив руками талию. Чимин снова был одет в куртку Gucci Ghost, но она не скрывала того, что он похудел, а макияж, который он носил, не полностью скрывал следы, которые, как он знал, Чимин пытался скрыть.       Бретт встал между Тэхёном и Чимином прежде, чем они смогли обняться.       — Следуйте за мной. Все держитесь вместе.       Намджун нахмурился, не понимая, что происходит, но всё равно подчинился.       Бретт взял Чимина за руку и пошел по коридору.       — Кто этот парень? — спросил Намджун у Тэхёна, когда они начали идти. Он не видел Чонгука, Юнги и Хосока, шедших на расстоянии позади всех; однако Джин время от времени оглядывался, убеждаясь, что они идут.       — Это человек, который неделями держал Чимина вдали от нас, — прошипел Тэхён. Намджун тут же возненавидел этого человека. Это был тот ублюдок, который держал Чимина? Что, черт возьми, он хотел от них?       — Хён… Я видел Чимина вчера, — признался Тэхён.       — Как он? — прошептал Намджун.       Тэхён сглотнул; глядя на руку Чимина, он задавался вопросом, было ли у него на пальце кольцо. Он сомневался, что Чимин снял его или передумал выходить за Бретта. Ему стало дурно.       — Э-этот человек… — начал Тэхён, но его перебили.       — Нужно торопиться. Поднимайтесь по лестнице, живо, — приказал Бретт, открывая дверь и показывая лестницу, по которой когда-то спускались BTS в тот день, когда они попали в этот кошмар.       — Что происходит? — заговорил Намджун, когда мужчина начал подниматься по лестнице вместе с Чимином.       — Мы уходим отсюда, — только и сказал Бретт.       Но этого было вполне достаточно, чтобы Намджун не раздумывая последовал за Бреттом вверх по лестнице.       Они уходят?       Все семеро?       Они покидали этот кошмар и наконец обретали свободу?       Никто из них не говорил, пока они поднимались по лестнице. Все были слишком напряжены и пытались осознать тот факт, что их просто выводили отсюда.       Когда они добрались до вершины лестницы, Бретт закрыл за ними дверь и повел их вверх по другой лестнице, которая вела из подвала в дом наверху. Он был таким же грязным и пустым, как и в день их прибытия.       По виду из окон Намджун мог сказать, что сейчас ночь. Однако снаружи в дом проникал свет фар автомобиля, освещая всю территорию.       — Мне-мне страшно, — услышал Намджун голос Юнги позади себя.       — Все будет хорошо, я сам поверить не могу, но, кажется, мы уходим отсюда, — прошептал Хосок, когда они вышли наружу.       Запах свежего воздуха ударил в легкие. Это было так приятно.       Они не осознавали, насколько душно под землей, пока не вышли наружу.       — Мы правда выбрались оттуда? — спросил Чонгук у Хосока, когда они вышли из дома. Он морщился, чувствуя, как камни впивались в его босые ноги. Ни у кого из них не было обуви, кроме Чимина и того другого мужчины.       Хосок кивнул, одарив Чонгука сломленной улыбкой.       — Похоже на то. Надеюсь на это.       — Все в фургон, — приказал Бретт, открывая боковую дверь фургона, который когда-то принадлежал BTS. Он выглядел гораздо грязнее, чем они помнили. У Намджуна было чувство, что его куда-то поместили, чтобы спрятать. Где бы он ни был, его не держали в чистом помещении.       Послушно, после минутного колебания, все вошли в фургон. Джин и Тэхён вошли первыми, направляясь к задней части фургона. Затем Намджун подтолкнул Хосока, Юнги и Чонгука, чтобы они пошли перед ним, за что получил от Хосока ответный толчок предупреждающе выставленный кулак. Намджун поднял руки в знак капитуляции, показывая, что он не представляет угрозы. Намджун был последним, кто вошел, он сел на одно из передних мест в салоне фургона, ожидая, что Чимин сядет рядом с ним.       Бретт закрыл дверь, удивив всех, поскольку Чимин остался рядом с ним.       — Ч-что насчет Чимина? — спросил Тэхён, глядя в окно на своего хёна, стоящего рядом с человеком, который, возможно, даровал им свободу.       Бретт провел Чимина вокруг фургона с другой стороны и усадил его на переднее пассажирское сиденье подальше от остальных участников группы.       — А Чимин не может сесть с нами? — спросил Намджун, когда Бретт сел на водительское сиденье и завел двигатель.       — Пристегни ремень безопасности, детка, — сказал Бретт Чимину, проигнорировав просьбу Намджуна.       Чимин сделал так, как ему сказали, в то время как остальные содрогнулись от того, как Бретт разговаривал с Чимином.       Намджун сделал еще один глубокий вдох, откинувшись на спинку сиденья и пытаясь успокоить нервы.       Чхольсу быстро поймет, что они сбежали.       Намджун боялся последствий того, что произойдет, если их поймают.       У них был один единственный шанс.       Последний шанс.       Или они все умрут.       Наказания были достаточно суровыми даже за разговоры о побеге. Он боялся наказаний за реальный побег. Им ещё ни разу не удавалось оказаться так близко к заветной свободе.       Юнги оперся на плечо Хосока, не сводя глаз с Чимина, сидевшего на переднем сиденье.       — Не волнуйся, мы снова все вместе, — сказал Хосок, проводя руками по светлым волосам Юнги, — Мы идем домой, Юнги.       Юнги судорожно вздохнул, как будто задерживал дыхание все время, пока они были в плену под землей.       — Домой… В Корею… Я хочу домой.       — Да, мы поедем домой, — сказал Намджун, услышав позади себя Юнги. Он обернулся и посмотрел на остальных участников. Они были такими тихими. Для них было ненормально быть такими тихими, но в то же время Намджун знал, почему. Последние две недели повлияли на них всех. Насколько сильно? Намджуну еще предстояло узнать. Особенно после того, что он увидел в ванной ранее.       Обернувшись, Намджун прислонился лбом к оконному стеклу. Было темно, вероятно, середина ночи, и они были в какой-то глуши. Чхольсу позаботился о том, чтобы выбрать отдаленное место для их тюрьмы.       Удивительно, но прошло не так много времени, как Намджун ожидал, прежде чем начали появляться первые признаки цивилизации.       Первое, что увидел Намджун, была заправка, и он был удивлен, когда Бретт заехал на нее.       — Всем выйти, — сказал Бретт, ставя фургон на стоянку.       Намджуну не нужно было повторять дважды. Он выскочил из фургона, повернулся к остальным участникам, которым тоже не требовалось никаких дополнительных подбадриваний, и выбрался из фургона гораздо быстрее, чем они залезли в него.       Джин огляделся, осматривая заправку. Несмотря на то, что свет горел, магазин был явно закрыт.       Бретт опустил стекло водительского окна, где он сидел, и позвал Намджуна.       — Эй! Вот, возьми это, — сказал Бретт, протягивая руку Намджуну, который подозрительно посмотрел на нее, прежде чем протянуть свою, чтобы взять то, что было в руке Бретта.       В руки Намджуна попали американские монеты — немного, но достаточно, чтобы сделать несколько звонков.       — Воспользуйтесь телефонной будкой вон там, — сказал Бретт, указывая на старую, разрисованную граффити телефонную будку.       — Спасибо тебе, — ответил Намджун с глубоким поклоном, крепко держа деньги в руках. Именно в этот момент Намджун заметил, что Чимин все еще в фургоне. Слезы текли по его лицу, портя его макияж.       — Чимин, ты чего там сидишь? Выходи уже, — в замешательстве сказал Намджун.       Бретт просто ухмыльнулся, и медленно выехал обратно на дорогу.       — Полиция приедет через несколько часов, — проговорил Бретт достаточно громко, чтобы Намджун услышал его, — Не высовывайтесь, если не хотите, чтобы вас поймали и отвезли обратно. Я не стану помогать вам во второй раз.       Намджун был в замешательстве, разве Чимин не должен был вылезти из фургона? Однако он быстро получил ответ на свой вопрос, когда Бретт уехал. Забрав Чимина с собой.       — Чимин? Стой! Чимин! — закричал Намджун, монеты упали на дорогу, когда он попытался бежать босиком за фургоном, Тэхён следовал за ним, тоже крича и плача. Однако они едва успели пробежать несколько десятков метров, прежде чем фургон оказался так далеко впереди них, что они поняли, что никогда его не догонят.       — Чимин остался в фургоне? — спросил Тэхен, догоняя Намджуна, — Он взял Чимина с собой?       Теперь все обрело смысл.       Намджун наконец понял; Чимин заключил какую-то сделку, чтобы вытащить их оттуда.       — Н-нет. О, боги, — закричал Тэхён, падая на колени, плача и крича в ночь, когда у него забирали лучшего друга. Задние фары фургона становились всё меньше и меньше с каждой секундой, прежде чем исчезнуть в ночи, — Чимиииииин!