Подобрал пострадавшую от войны самку насекомого, выпрашивающую еду.

Вилла семьи Линь занимала большую территорию и тщательно охранялась. С фонарем за спиной Байгун обошел периметр, ища вход, без всякого выражения на лице. Задний двор виллы семьи Линь зарос высокими деревьями и густой растительностью. Под одним из деревьев Линь Линь прижимал к стволу высокую самку насекомого и отвратительная синюшная штука энергично входила и выходила из ее тела. Мольбы самки о пощаде, казавшиеся одновременно счастливыми и болезненными, разносились в воздухе. Байгун стоял на дереве, стиснув зубы. Лицо его было мрачным и устрашающим, а жестокость в его глазах едва могла быть подавлена. Фуай даже подвергался хо-хо с таким мусорным самцом?! Думая о том, что Фуай тоже мог быть вынужден делать подобные вещи с таким маленьким бледнолицым мусорным самцом, Байгун хотел убивать зергов, хотел уничтожить эту мусорную главную звезду! — Хм… — Линь Линь наконец закончил и задрожал. У самки, которую он держал, ослабли ноги, и она соскользнула по стволу дерева, мягко упав на землю. — Бесполезный хлам! — Линь Линь холодно посмотрел и пнул самку, которая была полностью обнажена. — Убирайся! Самка насекомого еще не оправилась от огромного удовольствия, была мокрой и липкой, но все равно подобрала одежду с земли и ушла на трясущихся ногах. Лицо Линь Линя было мрачным, он застегнул молнию на штанах и стиснул зубы. — Не дай мне найти тебя, Фуай… У скрытого в лесу Байгуна на шее внезапно проявились синие вены, мрачная и злобная ментальная сила вырвалась из-под контроля и, наконец, превратилась в острое лезвие, острее иглы, и яростно понеслось в сторону Линь Линя. "Свист!" ментальное лезвие внезапно остановилось в полумиллиметре от центра бровей Линь Линя. — Линь, господин Линь, пора обедать, отец, твой отец просил меня позвать тебя… Осторожно произнес Лиань, напряженно стоя на опушке леса. Лиань был высоким и красивым, с синяками в уголках рта. Он стоял, сжав плечи, и выглядел немного напуганным. Он был родным братом Жуйсы и когда-то был адъютантом Фуая, теперь он — номинальная рабыня Линь Линя. Линь Линь холодно взглянул на него и прошел мимо. — ... — Лиань опустил голову, сжал кулаки и некоторое время стоял на месте, затем поспешно бросился за ним. Байгун на дереве закрыл глаза, его дыхание было немного тяжелым, а настрой — ужасающим. Только что он едва смог сдержаться. Этот самец насекомого, Линь Линь, недостоин Фуая, которого он так долго лелеял и даже не осмеливался близко подойти к нему, чтобы не потревожить! — Эту самку еще не нашли? На вилле семьи Линь в холле на первом этаже Линь Сюй, которому уже за пятьдесят и у которого большой живот, сидел на месте хозяина, держа в руках дорогую кофейную чашку. Рядом с ним на коленях стояли высокие, молодые и красивые самки. Они или были одеты в фартуки на голое тело, или были обнажены по пояс, открывая мелкие и тонкие синяки и шрамы. Линь Сюй поставил чашку с кофе и холодно посмотрел на Линь Линя. — Бесполезная тварь, не можешь даже найти умирающую самку насекомого, что толку держать тебя в Первом легионе?! — Черт возьми, какое мне дело, что он ослушался и сбежал?! — Линь Линь схватил тарелку со стола и озлобленно швырнул ее. "Лязг" раздался четкий звук. — Ты во всем обвиняешь меня?! — Хм... — Брызги керамических осколков поцарапали нескольких самок, стоявших на коленях на земле, и кровь заструилась, добавив слабый кровавый аромат в благородную и роскошную гостиную. — Вот дерьмо... — Линь Линь подбоченился обеими руками, сдерживая свой гнев, и потоптался на месте. — Я позволю звездным СМИ сделать объявление и заставлю его вернуться! — Как заставишь? — Линь Сюй пристально посмотрел на него. — Ты уже позволил звездным СМИ распространить информацию о том, что он побежденная военная самка, брошенная империей, как еще ты хочешь заставить его, если он готов подвергнуться угрозам? Если он готов к твоим угрозам, он не сбежит! Линь Сюй сделал паузу и взял чашку с кофе. — Самки Девятого легиона... Тебе следует взять их под контроль как можно скорее. Для непокорных найди предлог, чтобы бросить их в тюрьму Бесконечной бездны. Не доставляй мне больше хлопот! Перетяни Девятый легион на нашу сторону, и вскоре Имперское военное министерство ждут большие кровавые перемены… Линь Линь холодно поднял глаза. Байгун скрестил руки на груди, опираясь на лестницу в коридоре на втором этаже семейной виллы Линь, пара стройных и крепких длинных ног слегка согнуты, и слушал слова отца и сына семьи Линь на протяжении всего разговора, его взгляд был глубоким. Вечером, когда солнце село, Лосы рухнул на бамбуковой галерее, и, заложив руки за спину, безразлично рассказывал: — Босс, ты объясни, этот пес Байгун, какого черта он куда-то ушел? Мы пробыли на этой мусорной планете уже пять лет и ни разу не видели, чтобы он выказывал намерение уйти. Фуай в задумчивости смотрел на красно-оранжевый закат, долго молчал, затем опустил голову. — ... не знаю. — Ты задаешь этот вопрос Боссу, у тебя разжижение мозгов? — Яма подошел с совком для мусора и закатил глаза. — Наш Босс здесь совсем недавно, и ты расспрашиваешь его обо всем. Почему бы тебе просто не спросить этого ублюдка Байгуна? Лосы выпрямился и почесал лицо. — В таком случае как я осмелюсь? Я просто думаю, что этот пес довольно мил с нашим Боссом, и подумал, что он рассказал ему. — Мил? — Жуйсы сидел, скрестив ноги, перед маленьким журнальным столиком и медленно сделал глоток чая. — Неверно… Лосы посмотрел на него. — Что случилось? Эй, ты целый день пил столько чая, почему я не видел, чтобы ты ходил в туалет, может, твои почки отказывают? Жуйсы взглянул на него и медленно поставил чашку. — Это кажется ошибочным... Как ты сказал, Байгун — безумец, он сошел сума и хотел всех нас препарировать... Но я обнаружил, что Байгун нормальный с нашим Боссом... Следовательно верно, что мы ощущаем это совсем по-другому… — В чем разница? — Яме стало любопытно, он отложил совок в сторону и наклонился. — Почему мы этого не заметили? — Вы видели, как Байгун смотрит на нашего Босса... — Жуйсы понизил голос. Фуай с трудом поднялся из-за маленького журнального столика. — Ничего особенного, темнеет, все идите займитесь делом. Яма и Жуйсы переглянулись, и Лосы воскликнул: — Эй, нет, Босс, нам нечем заняться, сидим здесь целый день, давай еще немного поболтаем… Яма поспешно прикрыл его рот рукой и улыбнулся Фуаю. — Босс, мы с Лосы пойдем готовить ужин. Я позову тебя, когда он будет готов. Движения Фуая слегка замедлились, он опустил глаза и тихо произнес "Хм". Байгун и запчасти к меху прибыли на мусорную звезду одновременно. Звездолет-доставщик выгрузил товары прямо во дворе бамбукового дома. Груды деталей слабо светились холодным светом рядом с темным мехом со степенью повреждений до восьмидесяти процентов. Лосы вышел, услышав шум, и остолбенел. — Байгун, ты что, грабил? Почему здесь так много всего? Байгун прошел мимо него, даже не взглянув, и поспешил в дом. В доме Яма как раз принес на стол тарелку с неясным блюдом. Фуай сидел за столом, уставившись на тарелку с темным содержимым. — Что это?! — Байгун нахмурился, глядя на тарелку с едой. — Вы просто дадите Фуаю съесть это? — Что не так с этим блюдом? — Яма невинно выпрямился. — Мои кулинарные навыки очень хороши, самцам нравятся черные овощи, которые я готовлю, нет ничего плохого в том, чтобы подать их Боссу… Прежде чем Яма закончил говорить, Байгун оттеснил его в сторону, и тарелки, которые он только что поставил на стол, тоже были отодвинуты. — Фуай, подожди немного, я приготовлю заново. Байгун поставил перед собой большие и маленькие сумки и пошел на кухню, завязывая фартук. — Сегодня я вернулся поздно, в следующий обязательно приду пораньше. Эти все вещи я купил для тебя, разбери их и посмотри, а после я могу приготовить ужин. Фуай уставился на его торопливую спину и нерешительно открыл рот: — … Яма почесал в затылке. — Босс... Тогда почему бы тебе не подождать, пока этот пес Байгун приготовит, а мы потом поедим? Одно можно сказать, у этой псины кулинарные навыки намного лучше наших. Обычно мы не смогли бы получить от него еду задарма, даже если бы захотели… Фуай не стал возражать. Его взгляд упал на пакеты на столе, он поджал губы и нахмурился. Лосы нетерпеливо присел на стул, разглядывая то одно, то другое. — Как насчет... Босс, давай разберем это и посмотрим, что внутри? Во дворе полно запчастей для мехов, наверное, это тоже… Яма тоже посмотрел на Фуая. Жуйсы сложил руки на груди и фыркнул. — По-моему, здесь определенно не запасные части мехов. — Откуда ты знаешь? — Лосы покосился на него. Фуай на мгновение заколебался и начал открывать пакет. В красивом крафтовом пакете находился комплект белоснежной пижамы из чистого хлопка с длинными рукавами для весеннего и осеннего сезонов, очень мягкой и приятной на ощупь. Под белой пижамой скрывался такой же комплект дымчато-голубого цвета. Лосы был удивлен. — Этот пес отправился в путешествие только для того, чтобы купить тебе одежду, Босс? Яма приостановился, тоже немного недоверчиво. — Где нам, самкам, использовать такие драгоценности? Сам Байгун — самец насекомого, и одежду, которую носит, не менял уже четыре или пять лет, а мы некоторую одежду до сих пор подбираем на мусорной свалке… — Может быть, он купил это для себя... — холодно сказал Фуай, укладывая одежду обратно в коричневый бумажный пакет. — Этот размер неправильный, Байгун на размер крупнее тебя, Босс, мммммм... — Рот Лосы был прикрыт, не глядя, рукой Жуйсы, и он неловко рассмеялся. — Босс, оставь это в покое, давай посмотрим, что еще есть в других сумках… Фуай некоторое время колебался, затем, под их выжидающими взглядами, стиснул зубы и закончил распаковывать содержимое сумок. Это все одежда, обувь и носки, туалетные принадлежности, которыми он пользуется каждый день, а так же некоторые сладкие закуски и конфеты… Глаза Лосы слегка расширились. Байгун вошел с ужином и специально первым делом поставил перед Фуаем миску с традиционным китайским лекарством. — Выпей лекарство перед ужином... В нем есть лакрица, так что оно не очень горькое и температура сейчас в самый раз. Поторопись и выпей его, не позволяй своему рту узнать это. — Итак, что у нас сегодня на ужин? - Лосы посмотрел ему за спину и обнаружил, что в его руке нет ничего, кроме порции ужина для Фуая. Он был крайне разочарован. — Не может быть, хочешь, чтобы мы пошли и приготовили его сами. Я не хочу возвращаться и есть сырой рис… Фуай поднял глаза, чтобы посмотреть на него, немного помолчал, нахмурился и несколькими глотками выпил жидкое лекарство из миски. — Такой послушный... — В глазах Байгуна мелькнула улыбка, и он поставил поднос перед ним. — Поешь, ужин прост, но завтра я приготовлю что-нибудь вкусненькое, ладно? — Байгун, а как насчет нашего?! — Лосы раздосадованно хлопнул по столу. Байгун повернул голову, его глаза были полны нетерпения. — На кухне, после приготовления ты не идешь туда сам, а хочешь, чтобы я разжевал и положил тебе в рот?! — Для нас есть порция! — Лосы был приятно удивлен и тут же убежал. — Подожди меня! — Яма обогнал его. Жуйсы все еще сидел подле Фуая, медленно сортируя одежду, но через некоторое время Лосы радостно прибежал обратно с двумя порциями еды, смеясь на бегу. — Яма такой слабак, что с того, что ты бежишь передо мной? Я отдам это Жуйсы, ты еще не можешь меня победить! Жуйсы тонко улыбнулся. — ... это потрясающе. Как жаль, что хвост Лосы не мог торчать, достигая неба. — Спасибо... — тихо поблагодарил Фуай, наблюдая, как они галдят, и повернулся, чтобы посмотреть на Байгуна, в его глазах появился намек на улыбку. Слова Байгуна о том, что им нужно поторопиться и убраться отсюда, покрутились у него во рту и были проглочены обратно в желудок. Байгун поджал губы. — Ешь. Скажи мне, что тебе нравится, и я приготовлю это для тебя завтра. Фуай некоторое время возился с кристально чистым белым рисом в миске, затем поднял глаза и спросил: — А как насчет тебя? Байгун был ошеломлен, и улыбка на его лице стала шире. — Ты сначала поешь, не беспокойся обо мне, я сначала положу эту одежду в стиральную машину и сушилку, и ты сможешь надеть ее позже, приняв душ... Если ты предпочитаешь носить свободную одежду, можешь носить мою. — ... спасибо, откажусь. — Фуай мгновенно почувствовал, что хорошо иметь новую одежду, и ему нет необходимости постоянно носить вещи Байгуна. Почти раннее утро, небо еще не посветлело, туманно. Снаружи дома царила тишина, даже стрекотание сверчков и цикад прекратилось. Байгун спал на полу подле кровати Фуая и внезапно открыл глаза в темноте. Фуай осторожно приподнялся с кровати и босиком вышел из комнаты, пройдя мимо его ног. Байгун долго лежал неподвижно, Фуай сидел, скрестив ноги, на бамбуковой галерее под карнизом, налил чашку чая из листьев бамбука и задумчиво смотрел на тусклое небо над мусорной планетой. Байгун взглянул на время: пять тридцать один утра. Неизвестно, о чем думал Фуай. Казалось, он всегда был холодным и отчужденным, скрывая свои мысли и чувства, заставляя сердца людей болеть. Байгун вспомнил сцену с Линь Линем днем и стиснул зубы. Поколебавшись некоторое время в тишине, он не удержался и, откинув одеяло, встал, взял куртку и подошел к нему, чтобы сесть рядом, спрашивая глухим голосом: — Почему ты встал так рано? Не спится?