А знаешь, всё ещё будет...

      Насколько всё сильно может измениться за один день? Всем кажется, что, конечно, сильно, но с ними такого точно не произойдёт. Так казалось и Пику.       Он радостно шёл к Вару в универ, ожидая весёлого приготовления к празднику и самого празднования на следующий день. В голове строил все планы, как именно что будет происходить. Конечно, он думал и о том, как повезло ему наконец-то найти настоящего друга, который соглашается проводить с ним так много времени.       Обычно его столько не терпели, из-за избалованности с детства характер всё таки сложился не самый простой. Те же эмоциональные качели, перекидывающие любого с заботы и нежности до агрессии, особо не обоснованной.       Но Вару не обращал на это такого внимания, у него в жизни было много чего похуже, о чём Пик пока не знал. Он понимал только некоторые детали, которыми друг делился очень неохотно. Его прошлое приходилось складывать как детали пазла, учитывая, что дана лишь малая их часть. Это было важно для Пика, он хотел понять Вару, помочь ему, ведь друг делал так много для него, как не делал никто. Он поддерживал, был готов на всё ради этого, угадывал самые трудные периоды жизни, мог говорить когда угодно о чём угодно, просто хорошо проводить время.              Эгоистично, но именно это Пику нужно было всегда, чтобы кто-то поставил его на первое место в своей жизни. Звучит ужасно, но так оно и есть, его любили всегда, но также всегда держались на расстоянии. Родители, школьные друзья, ребята со двора — он нравился всем, но никто не хотел общаться с ним так близко, никто не понимал его. И какой же стала лёгкой жизнь, когда появился Вару. От малейшего проявления внимания и тепла он был готов поставить Пика на первое место в своей жизни и отдать всего себя, а Пику это нравилось.       Он всегда думал лишь о себе, но рядом с Вару постепенно понимал, что его проблемы такие мелочи, по сравнению с тем, что может происходить. Теперь он хотел заботиться о друге в ответ, но не понимал, чего ему для этого не хватает.              Самой важной детали, причины, почему жизнь так несправедлива к этому человеку.       И теперь он понял.       Стоя вдали от толпы, во всю унижавшей Вару за ориентацию, он будто погрузился в топь, затягивавшую его без возможности выбраться.       Его поглотили мысли, а когда его Куст подошёл ближе, он казался уже не самым лучшим на свете человеком, а самым огромным диссонансом. Как такой прекрасный Вару может быть таким мерзким человеком? Ведь отношения со своим полом это мерзко, это психологическое отклонение, болезнь.       Понятно, почему все так к нему относятся, появилась самая большая деталь пазла, но даже если её подставить, картинка не будет полной. Чтобы полностью понять человека, нужны все детали, но Пик не смотрит так глубоко. Проще ведь при первой проблеме прекратить общение? Несмотря на то, что человек до этого отдавал всего себя ради этой дружбы, но какая уже разница?       Никакой, и Пика не переубедить, он редко импульсивен, но это именно такая ситуация. И, конечно, он сразу высказывает всё Вару, не обращая внимания на то, что он пытается добиться понимания и включения мозгов Пика. Он уходит, полностью не осознавая тупость своих действий, вот, пара пропущенных и номер Вару в чёрном списке. Поездка в метро, дорога до дома, ужин — все бездумно, на автомате. Он, в шоке от сегодняшнего дня, ложится спать, чтобы отложить обдумывание ситуации.       Утром, когда он проснётся, осознает всё и подумает, он поймёт, что не надо было так поступать. Можно ещё всё изменить, но поступиться принципами? Нет, это не про Пика. Иногда это хорошо, но лучше опускать свои убеждения в некоторых ситуациях, чтобы сделать лучше для себя же. Но, даже поняв, что он не прав, Пик не пойдёт извиняться. Это вроде противоречий самому себе, хотя все было сказано на эмоциях.       Так время дошло до полуночи, несколько минут осталось до следующего года. Он сидит за столом, в тёплой и уютной квартире, пьёт шампанское, но на душе так тоскливо и вовсе не уютно. Сейчас он впервые отмечает этот праздник в одиночестве, хотя мог быть с друзьями, но сам же всё испортил. Пика терзало чувство вины, он понял, что его поступок и слова были ужасными, но не мог собраться и написать извинения. Тем более, ему было бы стыдно даже смотреть в глаза Вару.       Лучшим решением для него сейчас оказалось напиться, что он и сделал. И уже поздней ночью, в пьяном бреду ему виделись ясные зелёные глаза, в них читался весь спектр эмоций, но чаще всего это было смирение. Абсолютное равнодушие, Вару привык к такому обращению к себе, сейчас Пик думал об этом, но знал, что уже утром все забудет. Спустя некоторое время он уснул, пропадая в пустоту, ему ничего не снилось. А проснувшись, он ясно вспомнил всё о чём думал ночью.       Он вспомнил тот взгляд Вару, направленный на него в реальности около университета и чуть позже в парке, как он смотрел. Это было опустошение или смирение? И Пик понял слишком поздно. Как всю жизнь Вару ни во что не ставили, травили и унижали лишь из-за ориентации все вокруг, он привык.       Это уже не вызывало сильных эмоций, но когда так же поступил Пик... Пик, который заботился о нём, как не делал почти никто другой, который проводил с ним все свободное время, не притворяясь, вызывал самые чистые эмоции, это его подломило. Нет, не сломало, Вару слишком сильный, он был готов ко всему, но это было очень больно. Как нож в спину от человека, которого любил. И Пик, вспоминая его глаза, наконец понимал.       Там, где он видел спокойствие, умиротворение, усталость, на самом деле во взгляде всегда была боль, готовность к тому, что его предадут. Потому он и не раскрывал душу, избегал откровенных тем. А Пик поступил как все.       И это самое ужасное чувство, с которым он мог начать новый год. Уже ничего не изменить. Ему так хотелось прямо сейчас что-то делать, бежать извиняться, звонить, писать, что угодно, но доверие вернуть невозможно. Он разблокировал номер Вару, но оказался в блоке уже сам. И чёрт знает, почему не поехал к его дому, а продолжил пить, но в следующие три дня Пик не трезвел ни на секунду.       Позже он просто боялся идти к Вару, было стыдно, да и извиняться он не умел. Было принято решение, аккуратно и ненавязчиво подойти и заговорить на их занятиях гитарой.       Этой мыслью Пик жил все праздничные дни, обдумывая, с чего начать разговор, как извиняться и далее. Но как же он удивился, когда, прийдя на занятие, Вару там не оказалось. Преподаватель на вопрос об этом лишь ответил, что заниматься парень больше не будет, семейные обстоятельства. Но какие семейные обстоятельства, если с семьёй он не общается, да и живут они в другом городе? Что-то произошло, и Пик надеялся, что это не из-за него.       Шло время, а он так и не увидел Вару ни разу. Он пытался подкарулить его у подъезда, около универа, но либо ему просто не везло, либо Вару его видел и старался тоже избегать.       Так продолжалось до одного момента, давшего Пику ещё один шанс. Его ошарашило это событие настолько, насколько даже не могло.       Пик не столько удивился, сколько зауважал Вару в тот день, а в где-то глубоко засела надежда, сопровождаемая каким-то тёплым, незабываемым чувством.