Долговременное бесчувствие

С момента развода Хлоя Буржуа никогда не интересовалась жизнью Адриана Агреста, пока её собственные планы не рухнули.  Ресторан "Le Grand Paris", вечер. Хлоя за столиком с подругой, обсуждает предстоящую свадьбу. — Ты представляешь, он хочет, чтобы у нас было трое детей! — Хлоя закатывает глаза, потягивая коктейль, — но, к счастью, я уже нашла клинику в Швейцарии, где сделают суррогатное… — блондинка хочет сказать что-то ещё, но её неожиданно перебивает подруга. — О боже, Хлоя, смотри! — подруга резко указывает на экран своего телефона, где открыта новостная лента.  Казалось бы ничего интересного, но нет. Это интервью с Адрианом Агрестом. Сухие строки о новых коллекциях, но взгляд цепляется за фотографию... — Это… Маринетт Дюпен-Чен? — Хлоя прищуривается. — она теперь работает на него? — Да нет же, они, кажется, вместе! — подруга хихикает, — вот это поворот! Твой бывший нашел себе скромняшку-дизайнера. Хлоя медленно опускает бокал.  — Они… вместе? — не верит девушка. Сабрина что-то ищет в телефоне и снова показывает Буржуа: Какой-то фанатский блог, где свежие фотографии Адриана из парка. Около Адриана на скамейке сидит Маринетт, а рядом крутится маленькая девочка. — А кто это? — подруга тычет пальцем в фотографию, а если быть точнее — в Эмму. Хлоя замирает.  — Это… Эмма, — произносит блондинка, а дальше для неё всё как в тумане: Она нанимает частного детектива. — Мне нужно всё: где они живут, чем занимаются, как часто видятся с девочкой, — чётко произносит Буржуа, уже решив, что она заберёт ребёнка себе, ради идеальной картинки. Блондинка просто скажет жениху, что Эмма от первого брака и временно жила не с ней, но разве может девочка быть не с матерью? Хлоя уверена, жених примет девочку как родную, а остальное не важно. Меньше, чем через неделю детектив приносит отчет: — Агрест и Дюпен-Чен встречаются не так давно, но они явно в отношениях, хотя не афишируют этого. Они живут отдельно, но Эмма проводит с Маринетт почти все выходные. Девочка иногда называет её "мамой", — докладывает детектив. Хлоя сжимает стакан с вином так, что пальцы белеют.  — Она… что?  — Да. И, кажется, Агрест всерьёз настроен на семью.  Хлоя резко встает.  — Она украла мою дочь! — кричит она, совершенно игнорируя, тот факт, что девочка была ей совершенно не нужна. Тем не менее она сама хочет во всём убедиться и поэтому узнаёт адрес бывшего мужа, его график работы, как часто он дома и всё, что может ей помочь.

***

Хлоя стояла у подъезда Адриана, нервно теребя ключи от новой дорогой машины – подарка очередного любовника. Губы её были плотно сжаты, а в голубых глазах горел холодный, почти безумный огонь.  "Он думает, что просто так от меня отделается? Что я позволю ему украсть мою дочь?" Она резко дернула дверь подъезда, но та не поддалась – нужен был ключ или код.  — Чёрт! — выругалась она, ударив ладонью по металлу.  Хлоя села на скамейку, переодитески терроризируя подъездную дверь, откуда через 15 минут вышла пожелая женщина. Она кашлянула, а Хлоя обернулась и увидела пожилую консьержку, которая  смотрела на неё с явным неодобрением.  — Хватит хулиганить, Вам кого? — сухо спросила та.  Хлоя фальшиво улыбнулась, стараясь выглядеть милой и беззаботной, но её голос дрожал от злости:  — Мой муж живёт здесь. Адриан Агрест. Впустите меня.  Консьержка нахмурилась.  — Муж? Адриан давно разведён, молодая леди. И, если честно, Вы не похожи на ту, кого он захочет видеть, — продолжала консьержка.  "Эта старая карга…" В голове Хлои тут же вспыхнула ярость. Она резко шагнула вперёд, сверкая безупречным маникюром.  — Вы знаете, кто я?! — её голос стал резким, как лезвие, — я Хлоя Буржуа, дочь мэра! И если вы не откроете мне эту чёртову дверь, я сделаю так, что вас уволят к чертям!  Консьержка даже не дрогнула.  — Угрозы? Серьёзно? — она скрестила руки на груди, — мне плевать, чья Вы дочь. Здесь живёт хороший парень, который один воспитывает чудесного ребёнка. И если он Вас не ждёт, то и мне Вас впускать незачем, — фыркнула пожилая женщина.  Хлоя взбеленилась.  — Это МОЯ дочь! — её голос сорвался на визг, — он украл её у меня! Я имею право её видеть!  — По суду – нет, — парировала старушка, — и если Вы не уйдёте, я вызову полицию. Хлоя задохнулась от ярости. Всё в ней кипело: унижение, злость, отчаяние. Она рванулась к двери снова, но консьержка блокировала ей путь.  — Вам не стыдно? — женщина покачала головой, — Ваша дочь счастлива без Вас. Оставьте её в покое. Только посмотрите на себя! Кукушка! — не выдержала пожилая женщина. Это было последней каплей.  Хлоя резко развернулась, её каблуки громко застучали по асфальту.  "Хорошо… Если так… Тогда я пойду другим путём."  Она достала телефон, набирая номер.  — Пап? – её голос дрожал, но уже не от злости, а от расчётливой холодности, — ты был прав… Адриан окончательно потерял берега. Он запрещает мне видеться с Эммой… Нет, я не сдаюсь. Но мне нужна твоя помощь. Пауза.  — Да. Я знаю, что делать. Она бросила последний взгляд на подъезд, где жил Адриан, и её губы растянулись в безрадостной улыбке.  "Ты пожалеешь, что перешёл мне дорогу, Адриан."  Хлоя закуривает сигарету, её пальцы слегка дрожат. — Ты уверена, что хочешь это затевать? Если начнёшь войну – назад пути не будет, — хмуро произнёс её отец. Хлоя резко выдыхает дым: — Он уже начал её, пап. Когда украл мою дочь.  — Ты сама от неё отказалась, — наконец произнёс мужчина. Он знал, что ужасный отец, и его дочурка сама виновата в том, что сейчас происходит. Мэр города закрывал глаза на многие проступки дочери, но... Сейчас она переходила все границы. — Я была не в себе. А теперь я верну своё, — сухо сказала она, — мне нужен только ребёнок, сам знаешь Она бросает окурок в окно, лицо её становится каменным. — Я сделаю так, что он сам приползёт ко мне на коленях.

***

Консьержка вздыхает, глядя вслед удаляющейся фигуре.  — Беда идёт, сынок… — бормочет она себе под нос.  Через двадцать минут появляется Адриан. 

***

Агрест прошёл в свою квартиру, уже не чувствуя что дом - его крепость. Мужчина накормил дочь, помог ей умыться, уложил спать. Перед ребёнком он скрывал беспокойство. Когда он удостоверился в том, что Эмма крепко спит, заперся в своём кабинете, отгородившись от всего мира. Перед ним лежал телефон, а на экране горело имя контакта: «Стерва».  Он уже пятый раз набирал её номер.  — Опять идут гудки… — пробормотал он, сжимая телефон в руке.  Первая попытка — она сбросила.  Вторая — абонент недоступен.  Третья, четвёртая — та же тишина.  "Она сама пришла ко мне, а теперь прячется? Что за игра?" Недоумевал Агрест. Он резко встал, нервно прошёлся по комнате. Эмма спала в соседней комнате, и мысль о том, что Хлоя может снова появиться в их жизни, заставляла его сжимать кулаки.  — Ладно, попробую через её отца, — говорит он сам себе. Адриан нашёл контакты мэра Буржуа — человека, который когда-то фактически продал его Хлое.  Агрест набирает номер мэра Буржуа. Гудки кажутся бесконечными. В эти секунды перед его глазами проносятся обрывки прошлого: Свадьба: Белый зал, сотни гостей, бокалы с шампанским. Хлоя в подвенечном платье сияет, но её рука в перчатке сжимает его пальцы так сильно, что суставы белеют. — "Ты понимаешь, что это просто формальность, да?" — её шёпот ледяной, — "папа хочет, чтобы у его наследницы был приличный муж. А тебе нужны связи. Не воображай лишнего." Он улыбается для фотографов, но внутри — пустота. Беременность:  Хлоя бросает тест на стол. Две полоски. — "Ты счастлив? Я — нет. Но папа сказал, что ребёнок улучшит наш имидж." — фыркает она. Хлоя поворачивается к зеркалу, разглядывая свой ещё плоский животик с отстранённым видом, будто это не её тело. — "Только не вздумай рассказывать, что мы спим в разных спальнях." Роды: Адриан ждёт у дверей родзала. Мэр Буржуа курит сигару, обсуждая с кем-то по телефону "благоприятный для прессы сценарий". Врач выносит Эмму. Хлоя, бледная, отворачивается: — "Увезите её. Я не могу… смотреть на это." Его руки дрожат, когда он впервые берёт дочь на руки. Развод: Кабинет адвоката. Хлоя ставит подпись на бумагах, даже не взглянув на пункт об опеке. — "Забирай её. У меня новая жизнь."  Мэр в углу кивает, довольный: — "Ты получаешь то, что заслужил, Агрест. Небольшую компанию и ребёнка, которого ты так хотел. А мы — свободу." — Буржуа, — голос мэра в трубке возвращает его в реальность, тем не менее он был холодным, отстранённым.  Адриан сжимает телефон так, что трещит корпус.  — Это Адриан Агрест, — он намеренно опустил "бывший зять", — мне нужно поговорить с Хлоей.  Пауза. — Она не хочет с тобой говорить, — Буржуа фактически подтвердил, что знает о визите дочери.  — Тогда объясните мне, зачем она приезжала? — голос Адриана стал жёстче.  — Ты сам всё узнаешь, — мэр усмехнулся, — думал, что всё будет так просто? Щелчок. — Чёрт! — Адриан швырнул телефон на диван. Он не звонил Мари. На его взгляд она и так достаточно была втянута в его проблемы и взваливать ещё больше на её плечи он не мог. Не хотел, хоть понимал, что утаивать что-то от любимого человека — отвратительно. Но втягивать этого же любимого человека в опасную игру — ещё хуже.  Адриан стоял у окна, сжимая в руках стакан с недопитым виски. Лёд уже растаял, превратив напиток в мутную жидкость. Он даже не заметил, как прошло несколько часов с момента звонка Буржуа.  "Этой стерве нужна Эмма, а мэр всё ещё потакает её капризам…" Эта мысль резала его сознание, как нож. Хлоя никогда не интересовалась дочерью, не звонила, не спрашивала, как та себя чувствует. А теперь вдруг решила, что ребёнок — её собственность?  Но самое страшное было не это.  "Она скорее всего знает про Мари."  Его пальцы сжали стакан так, что стекло затрещало.  "Если Хлоя решит навредить… если она пойдёт через Маринетт…" Он резко поставил бокал на стол, схватил телефон.  В голове было одно: "Надо предупредить её."  Но как? Сказать: "Моя бывшая жена — социопатка, и теперь она хочет разрушить нашу жизнь"? Смешно. Мари и так знала, что Хлоя — не ангел. Но до этого момента всё было… абстрактно. Теперь же угроза стала реальной.  Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как его сердце бьётся с бешеной частотой.  "Что, если Хлоя начнёт давить на неё? Шантажировать? Использует связи отца, чтобы испортить её репутацию? Или того хуже — попытается отобрать Эмму через суд?" Агрест нервно ходил из стороны в сторону. Адриан закрыл глаза, представляя, как Маринетт, его добрая, светлая Мари, столкнётся с этой грязью.  "Она не заслужила этого. Ничего из этого." Он снова взял телефон, набрал её номер… и снова остановился.  "Нет. Не сейчас. Не по телефону." Это нужно сказать лично. Объяснить всё, предупредить, дать ей выбор — если она захочет отступить, он поймёт.  Но мысль о том, что она может испугаться и уйти, заставила его сжаться внутри.  Он опустился в кресло, стиснув виски пальцами.  "Я не могу её потерять. Но ещё больше не могу позволить, чтобы из-за меня ей причинили боль." Проносится в его голове, но он не решается ничего сделать сейчас.

***

Прошла пара мучительных дней для Адриана. Самое отвратительное — неизвестность. Квартира Маринетт. Вечер. Маринетт нервно поправляла салфетки на столе в третий раз за последние пять минут. Она приготовила домашний лимонный пирог, любимый десерт Эммы, заварила чай и даже купила несколько новых книжек для малышки — на случай, если та заскучает.  "Всё будет хорошо. Алья добрая, Эмма умница, Адриан…". Она нахмурилась.  Адриан последние несколько дней был странно отстранённым. На её вопросы отвечал коротко, шутки пропускал мимо, даже их обычные вечерние звонки сократились до формального: «Как дела?». Мари списывала это на усталость и завал на работе, но в глубине души тревожилась.  "Может, он передумал насчёт Альи? Или… он пожалел о наших отношениях?" Громкий стук в дверь вырвал её из тревожных мыслей.  — Это они! — Маринетт глубоко вдохнула, расправила складки на платье и открыла дверь.  На пороге стояли Адриан и Эмма. Малышка держала отца за руку, но при виде Мари её лицо озарилось улыбкой.  — Мари! — Эмма тут же бросилась к ней в объятия.  — Принцесса! — Мари рассмеялась, подхватывая девочку на руки.  Адриан стоял чуть поодаль, его взгляд был тёплым, но усталым. Он протянул Мари небольшой пакет.  — Это от нас. Вино и шоколад.  — Спасибо, — она улыбнулась, но заметила, как его пальцы слегка дрогнули, передавая пакет. Что-то не так. — Проходите, Алья уже здесь! — Мари постаралась звучать радостно, уводя гостей в гостиную.  Алья сидела на диване, разглядывая фотографии на стене. При виде компании она встала, широко улыбнувшись.  — Ну наконец-то! — воскликнула она, подходя ближе, — ты, должно быть, Эмма?  Малышка прижалась к Мари, но кивнула.  — Да… А вы тётя Алья? — малышка с осторожностью смотрела на девушку. — Именно я! — рыжеволосая присела на корточки, чтобы быть с девочкой на одном уровне, — Мари мне так много о тебе рассказывала, что я уже чувствую, будто мы старые друзья, — лучезарно улыбалась Алья. Эмма заинтересованно подняла бровь.  — Правда? А что она говорила?  — Ну, например, что ты обожаешь космос и можешь назвать все планеты по порядку.  — И не только! — девочка оживилась. — Я ещё знаю про созвездия!  — Ого! — Алья сделала большие глаза, — а покажешь мне их когда-нибудь?  Адриан наблюдал за диалогом, слегка расслабившись. Мари поймала его взгляд и подмигнула: "Видишь? Всё хорошо." Но он лишь слабо улыбнулся в ответ.  За столом сейчас была немного напряжённая атмосфера, но Сезар справлялась. — Так значит, ты журналист? — Адриан отхлебнул чай, изучая Алью.  — Да, но сейчас в творческом отпуске, — легко ответила та, — когда  Мари предложила мне роль няньки, я решила, что это отличный способ сменить обстановку.  — А… ты часто сидела с детьми?  — Пап, — Эмма вдруг прервала его, надув щёки, — ты как будто допрашиваешь!  Все рассмеялись, кроме Адриана. Он смутился.  — Прости, я просто…  — Волнуешься, — закончила за него Алья, улыбаясь, — это нормально. Но, Адриан, честно — я не кусаюсь. И если Эмма скажет "нет", я совершенно не обижусь, — спокойно ответила девушка. Эмма задумалась, ковыряя вилкой кусочек пирога.  — Мне нравится тётя Алья, — неожиданно заявила она, — она смешная.  — Ура, я прошла проверку! — Алья подняла руки вверх, как победительница.  Мари рассмеялась, но тут же заметила, как Адриан снова погрустнел.  "Он что, против?" Брюнетка не понимала что происходит. Когда Алья увлекла Эмму рассматриванием книжек, Мари осторожно потянула Адриана за рукав.  — Пойдём на минутку.  Они вышли на кухню.  — Что случилось? — спросила она прямо, — ты весь вечер будто на иголках. Если ты передумал насчёт Альи…  — Нет, всё не так, — он провёл рукой по лицу, — Алья прекрасна. Эмме нравится. Всё идеально, — вздохнул мужчина. — Тогда в чём дело?  Он замолчал, глядя в окно. Потом резко обернулся:  — Хлоя подала на пересмотр опеки.  Мари ахнула.  — Что?! Но… она же…  — Да, ей никогда не было дела до Эммы. Но теперь она решила, что ребёнок — её собственность.  Мари почувствовала, как у неё похолодели руки.  — И… что теперь?  — Теперь война, — тихо сказал Адриан, — и я не хочу, чтобы ты и Алья втягивались в это.  Мари резко схватила его за руку.  — Ты не отделаешься от меня так легко.  Он посмотрел на неё — и впервые за вечер его глаза стали мягче.  — Я знал, что ты скажешь что-то подобное.  — Потому что это правда, — она улыбнулась, — а теперь идём назад. Эмма не должна видеть, что мы переживаем.  Он кивнул.  Но когда они вернулись в гостиную, Алья уже смотрела на них слишком внимательно.  "Она что-то заподозрила," — мелькнуло у Мари в голове.  Но пока Эмма смеялась, показывая ей картинки в книжке, Мари решила — разберутся. Главное, чтобы девочка была счастлива.  А остальное…  "Остальное мы переживём. Вместе." Маринетт с Адрианом договорились ничего друг от друга не скрывать. Если они в отношениях, значит они ничего не должны скрывать друг от друга. Будет не просто, да, но Маринетт верила, что стоит бороться. Ей дорог Адриан и Эмма. Для неё они семья.

***

Хлоя в бутике, выбирает куклу для Эммы. — Для вашей дочери? Какая милая! — улыбается продавец. — Да… я только сейчас начала быть матерью, — Хлоя сладко улыбается, но её глаза холодны.  В голове мелькает план: 1. Показать себя "раскаявшейся" матерью. 2. Посеять сомнения у Маринетт — вдруг Адриан её обманывает?  3. Заставить Эмму усомниться в "новой маме". 4. Рассорить Адриана с Мари и забрать ребёнка.

***

Хлоя заранее узнала, где Маринетт с Эммой проводят субботы. Она ждёт их у пруда с утками. Солнечные блики играют на поверхности воды, утки важно плавают у берега, выпрашивая у прохожих крошки хлеба.  Маринетт и Эмма идут по дорожке, держась за руки. Девочка оживлённо рассказывает о новом мультфильме, а Мари улыбается, слушая её.  — И тогда принцесса сказала: "Нет, я не боюсь!" — Эмма размахивает свободной рукой, изображая меч.  — И что было дальше? — подыгрывает Маринетт.  Но Эмма вдруг замолкает. Её пальчики сжимают руку Мари сильнее.  — Эмма? — Маринетт поднимает взгляд и застывает.  Впереди, у самой воды, стоит Хлоя.  Безупречный образ: белое платье, лёгкая шляпка, утончённые туфли на каблуке. В руках она держит дорогую куклу в роскошном платье.  — Эмма, солнышко! — Хлоя широко улыбается, протягивая игрушку.  Девочка не двигается. Её лицо становится каменным.  — Я так соскучилась по тебе! — продолжает Буржуа. Тишина.  Хлоя нервно подёргивает уголком губ, но быстро берёт себя в руки.  — Ну же, малышка, это подарок для тебя. Ты же любишь кукол, да?  Эмма прижимается к Мари, не выпуская её руку.  Хлоя раздражается, но тут же переключается на Маринетт. Её голос становится сладким, как мёд, но глаза остаются холодными.  — Мари, верно? Я так благодарна, что ты заботишься о моей дочери.  Маринетт чувствует, как по спине пробегают мурашки.  — Ты… заменяла меня, пока я не вернулась, — продолжает Хлоя, делая ударение на последних словах. Маринетт чувствует, как по спине бегут мурашки.  — Эмма не обязана принимать подарки, если не хочет, — голос твёрдый, но внутри — тревога.  Хлоя фальшиво смеётся:  — Ой, какая ты… осторожная. Адриан всегда говорил, что ты слишком мягкая для бизнеса, — она смотрит на Дюпен-Чен сверху вниз. Надменно. Намеренно сея семена сомнения в том, что Агрест её дурит и использует. Хотелось развернуться и бежать. Подальше от надменной Хлои, от одного присутствия которой тошнило.. Но Мари не сдвинулась с места. — Папа сказал, что Мари самая умная! — вдруг выкрикивает Эмма, хмурясь.  Хлоя закусывает губу.  — Конечно, милая. Просто… папа иногда ошибается.  Маринетт решает увести Эмму, но Хлоя не сдается:  — Знаешь, Эмма, мы могли бы проводить больше времени вместе. Я твоя настоящая мама.  — Но ты же не хотела меня! — вдруг вырывается у девочки.  Она сказала это с такой обидой и.. злостью в голосе, что Маринетт жалеет, что не увела малышку раньше.  Ребёнок не должен был втянут в ссоры взрослых. Маринетт глубоко вдыхает.  — Хлоя, — она старается говорить спокойно, но её пальцы слегка дрожат, — Эмма сейчас не готова к разговору.  — О, не волнуйся, — Хлоя делает шаг ближе, её духи резко бьют в нос, — я прекрасно понимаю, что ты… привязалась к ней. Но теперь её мама здесь.  Эмма вдруг резко дёргает Мари за руку.  — Мари, пойдём отсюда.  Хлоя застывает.  — Эмма, — её голос резко становится твёрдым, — ты не здороваешься с матерью?  Девочка сжимает губы.  — Ты не моя мама.  Тишина.  Хлоя бледнеет.  — Кто тебе это сказал? — её взгляд тут же переходит на Маринетт, — ты?! — Нет! — Мари резко опускается на корточки, чтобы быть на уровне Эммы, — Эмма, дорогая, пойдём, хорошо?  — Да, — девочка кивает, её голос дрожит.  Хлоя внезапно хватает Мари за руку.  — Мы не закончили, — её шёпот резкий, как лезвие, — ты думаешь, у тебя есть право решать, кто ей мать? — Хлоя переходит на визг. Маринетт резко выдёргивает руку.  — Я не решаю. Решает Эмма.  Хлоя хочет что-то сказать, но в этот момент раздаётся звонок её телефона. Она с раздражением достаёт его, бросает взгляд на экран — и замирает.  — Это… адвокат, — её голос теряет уверенность.  Маринетт использует момент.  — Пойдём, Эмма.  Они быстро уходят, оставляя Хлою одну.  Эмма молчит всю дорогу.  — Принцесса… — осторожно начинает Мари.  — Она врёт, — вдруг говорит девочка, — она никогда не любила меня.  Маринетт останавливается, опускаясь перед ней на колени.  — Эмма…  — Я не хочу, чтобы она приходила. Никогда, — малышка шмыгает носиком. Мари гладит её по волосам.  — Я понимаю.  — Ты… не отдашь меня ей?  Сердце Мари сжимается.  — Никогда, — она обнимает девочку, — я обещаю.  Эмма прижимается к ней, пряча лицо в её плече.  А вдали, у пруда, Хлоя всё ещё стоит, сжимая в руках ту самую куклу.  Её лицо искажено яростью.  "Это ещё не конец”.