Оправдай меня...

      В коридоре послышались голоса, это Гарольд возвращался с улицы, по ходу отчитывая Тиану за перерасход средств. Заметив сидящего в шоке Рея, серьёзно спросил:       — Что произошло?       — Я ничего не понимаю… — прошептал севшим голосом альфа. — Хочу позвонить своему банкиру.       Не смущаясь, набрал новый номер.       — Приемная мистера Кисенера, — вскоре раздалось в трубке.       — Это Рей Сильвер, мне срочно нужен сам шеф.       — Минутку, я передам.       Гарольд вопросительно взглянул на альфу. Отойдя на расстояние, с которого не слышен голос, звучащий в телефоне, всё же остался, следя за выражением лица Рея. На том конце провода жизнерадостный голос многолетнего поверенного оглушил бьющим через край радушием:       — Рей! Ну наконец-то ты всплыл! Мы тут уже все версии перебрали! Полиция в панике – Клод грозился разогнать их комиссариат! Рад, безумно рад тебя слышать! Ты где?!       Альфа тщетно пытался вклиниться в похожую на барабанную дробь речь Энджи.       — Я в безопасности, но хочу прояснить один момент! Какова дебетовая составляющая сейчас на моем счете? — и замер. Сердце, казалось, остановилось.       — На текущий момент пять миллионов четыреста двадцать две тысячи сто сорок шесть золотых.       Сумма была не просто огромна, она была чудовищно огромна. Рей вытер выступивший на лбу холодный пот.       — Энджи, проверь еще раз, здесь какая-то нестыковка.       — Перестань, Рей, я проверял трижды! На прошлой неделе, в пятницу, поступил платеж, сделку провели по безналичному расчету. У меня есть номер, с которого поступили средства.       — Кто его владелец? — прошипел альфа.       — А вот здесь проблема: чек был неименной. Кроме того, я не имею права задавать лишние вопросы, мое дело только управлять вашими счетами. Извини, Рей, и в то же время прими мои поздравления – ты богат как никогда.       — Это ошибка, большая страшная ошибка. Энджи, будь добр, заморозь вклад и открой мне другой, кредитный. Пока я не разберусь со всем, что здесь происходит, не хочу трогать эти деньги.       — Что ж, — после некоего раздумья согласился банкир, — если ты так считаешь, я подчиняюсь. Сколько ты хочешь занять?       — Двести тысяч золотых. Хватит на полгода и оплату учебы. Мой последний чек у тебя?       — Ты говоришь о чеке, который выписал накануне своего исчезновения? Рей, он давно оплачен, кстати, оплачен одновременно с переводом. Сдается мне, что это был один человек.       — Понятно. Пришли мне чековую книжку как можно скорее.       Закончив разговор, Рей долго смотрел на Гарольда, думая – открыться ему или нет. Решив до поры держать в секрете изменения, только произнес:       — Я съезжаю. Если задолжал, пришли счет на Стейтон 11, в мой дом. Видимо, не сладилось у нас сотрудничество. Но ты ведь легко найдешь еще одного дурака?       Гарольд горько усмехнулся:       — Такого – вряд ли. Что ж, может, зайдешь к Бемби попрощаться? С остальными ты особо не сошелся, да и времени было мало – ты пробыл у нас месяц с небольшим.       — А кажется, будто год.       Рею вдруг стало грустно: вспомнилась картошка, походы на рынок и ночи у постели больного. Отдав молчащей Тиане телефон, он спустился вниз. Бемби нашел в столовой.       Красавец омега, сидя за столом, помогал Мерьем чистить серебряные вилки; увидев вошедшего Рея, слабо улыбнулся.       — Как мило, что ты зашел, нам как раз нужна помощь. Взгляни – серебро потемнело.       Рей смотрел, как почти почерневшие столовые приборы в руках Бемби превращаются в сверкающие матовым блеском драгоценности. Альфа немного неловко сел на край стула и также принялся за дело, попутно сбивчиво объясняя ситуацию:       — В обед ухожу. К себе. Прости.       — За что? — едва шевеля губами прошептал Бемби, с нежностью во взгляде следя за смущенным альфой.       — За то, что не исполнил желаемого. Я тут себе навоображал всякого, но, видно, не судьба – у тебя есть любимый альфа.       — Джеки? Да, есть, — Бемби вдруг погрустнел, — и в то же время – нет. Джеки не свободен, у него есть нареченный омега – единственный ребенок из знатной семьи. Но Джеки его не любит, просто связь с ним защищает его. А избавиться от навязанного союза пока нет возможности. Мне его очень жалко.       Надежда вспыхнула вновь, Рей даже подался вперед, схватив холодноватые ладони Бемби.       — Заключенный родовой союз разрушить практически невозможно, милый. Может, лучше тебе отступиться?       — Но и у тебя, вероятно, есть пара?       — Есть, но только на словах, без заключения каких-либо контрактов, поэтому легко могу порвать.       — Ты так непостоянен? Мне это не подходит, извини. Джеки серьёзнее относится к отношениям, он добр и внимателен, он идеален, — в голосе Бемби звучало столько обожания, столько радости, что Рей смутился и отпустил его пальцы.       — Ты прав, я лишний. Я всегда лишний. Потому тебя, наверное, не расстроит, что после нашего разговора я уйду от вас навсегда?       — Я верю: мы еще встретимся!       — Нет, это будет излишне.       Зажав в душе нанесённую рану, Рей встал, пытаясь сухим тоном заглушить рвущуюся наружу боль; не глядя на свежий букет из розовых орхидей, быстро вышел.       Теперь его ничто не держало. Даже не попрощавшись с остальными обитателями дома, он распахнул дверь на улицу. В лицо дыхнуло холодом и смрадом от неподалёку расположенной помойки. «Все они отбросы, и Гарольд тоже, — внезапно пришло на ум. — Все, абсолютно все, даже Бемби! С годами от его смазливой мордочки ничего не останется, она постареет, черты исказятся, и "замечательный Джеки" выбросит его в такую же выгребную яму, где, собственно, им всем и место. Я предлагал спасение – он не захотел. Пусть расплачивается!»

***

             В студенческой квартире на удивление было чисто и прибрано. Заметив на столе забытый телефон, Рей бездумно включил аппарат, отметив более сотни пропущенных звонков от Юджина, деда и даже отца. Были здесь и незнакомые номера. «Очевидно, полиции», — решил альфа и одним кликом удалил все. Враз стало легче.       Теперь надо было избавиться от одежды. Памятуя, что имеет весьма ограниченный гардероб, обреченно потянул на себя створки платяного шкафа, и вторичный шок заставил его крупно вздрогнуть: шкаф был под завязку набит строгими костюмами, выходными рубашками, домашними халатами, шёлковыми и махровыми для ванны. Белье, футболки, мягкие жакеты, джемпера – всё было сложено в ровные стопки так, словно кто-то линейкой вымерял нужное расстояние. Внизу, на обувной полке, десятки пар на все случаи.       Забыв о переодевании, Рей попятился к столу и невольно ухватился за его край. Взгляд упал на блеснувшую штуковину. Новые часы от известной фирмы, золотые, с вкраплениями настоящих бриллиантов! Автоматически альфа примерил тяжелый браслет – впору. Здесь же лежал новый набор стильных дорогих булавок для галстука той же фирмы. И последнее, что окончательно добило Рея, – белая роза в узкой хрустальной вазе. Альфа осторожно взял цветок, повертел в руках, заметив: срез свежий, вода без запаха – значит, кто-то входил сюда недавно, предположительно сегодня утром. И у него есть ключ, ведь на двери отсутствовали следы взлома. Сильвер на всякий случай проверил замок – тот находился в идеальном состоянии. Вернувшись в комнату, теперь уже более внимательным взглядом окинул привычную обстановку. Сразу бросился в глаза раскрытый ноутбук на столе.       «Отложим…» — внезапно Рей решил на время прервать следствие и скрылся за дверью ванной.       На полочке, точно в витрине роскошного бутика, переливались всеми цветами радуги флаконы из-под элитного парфюма и всё было расставлено по нуждам альфы. Кто-то знал даже его предпочтения в такой мелочи, как косметика для умывания или зубная паста. Кто-то абсолютно правильно выбрал ему мягкую зубную щетку с волнообразным кончиком. И расческу на золотой ручке с ровной натуральной щетиной – на пластик у Сильвера была аллергия. «Кто бы он ни был, — рассуждал, стоя под теплыми струями, альфа, — этот человек близок к нашему окружению, знает даже мелочи быта, и это существенно сужает мне круг поиска. Очевидно, он из людей деда или прислуживал мне до отъезда в академию. — Рей постарался припомнить имена и лица всех слуг и, к разочарованию, понял, что совершенно не знал их. Чуть раздосадованный, альфа продолжил размышлять: — Но работает не один! Второй, тот, кто одолжил мне денег и накупил кучу барахла, вращается в высших кругах, знает новейшие тенденции моды и может запросто позволить себе подарить дорогие вещи. С чего бы ему проявлять подобное великодушие? И почему его порыв направлен именно на меня? Возможно, я найду ответы в ноутбуке?»       Бросив мытье на середине, Рей кое-как ополоснулся и, накинув халат на мокрое тело, прошлепал в комнату, садясь к столу. Внезапно ему стало страшно… захотелось, чтобы не было никаких зацепок. Пустой рабочий стол принес бы больше спокойствия, нежели…       Чужой текстовой файл одиноко отсвечивал между его ученических, забитых информацией. С замиранием сердца Рей нажал на него, и развернувшийся белый лист явил совсем немного текста. «Привет, Рей, — писал некто, совершенно не смущаясь панибратского тона. — Как тебе мой подарок? Нравится? Пользуйся и не задавай лишних вопросов. Зная твою щепетильность, сообщаю, что всё абсолютно новое, подобрано дизайнерами после согласования с уважаемым Клодом Сильвером. Лично от меня – только белая роза. Осторожно! Она с шипами». Рей вспомнил, как уколол палец, когда разглядывал цветок, потому усмехнулся – поздно. Поняв, что загадки продолжаются, уже спокойно просмотрел ученические папки. Найдя все файлы сохранёнными и даже кучу новых тестов, приступил к работе.

***

      Утром, крайне собранный, в строгом ученическом смокинге, уложив волосы гелем, Рей Сильвер приступил к учебе. Юджин, после серии восклицаний, удовлетворяя любопытство, раз за разом задавая глупые вопросы, интересуясь: как это – чистить картошку? разве бывает мясо разных сортов? что значит варить яйца? – наконец замолк и, уставившись на друга, спросил:       — А как ты поступишь с Джеком Расселом? Вы будете драться?       Рей, вежливо улыбнувшись, покачал головой:       — Обстоятельства изменились, и мне сейчас невыгодно затевать потасовки. Тем более я уверен, что Рассел имеет влияние на ректора академии. Ссориться с ними обоими мне пока не по силам. Поэтому буду вести себя так, словно ничего не случилось, и наблюдать. Тебя же прошу подыгрывать мне по мере возможности.       Юджин был сбит с толку, но теплый рассудительный тон подействовал и на его боевое настроение, потому друг только кивнул и, задрав курносый нос, резво бросился за альфой.       В аудитории, несмотря на раннее утро, собрались все студенты. Сегодня раздавали темы дипломных работ по судебной практике, лектор должен был распределять реальные юридические дела между группами для ознакомления и пробы сил в адвокатской полемике. Юджин, к разочарованию Рея, задружился с тремя новенькими бетами, потому, извинившись, ушел с ними в очередь на жеребьевку, а когда все задания были озвучены, оказалось, что Сильвер единственный остался не у дел. Натянуто улыбаясь, он сидел, вертя в пальцах перьевую ручку. Преподаватель озадаченно посмотрел на него.       — Э-э-э, какая неловкая ситуация, господин Сильвер… Я попробую что-нибудь придумать, а пока… как вы посмотрите на то, чтобы присоединиться к нашей лучшей группе, тем более что и задание они получили самое тяжелое? Им понадобятся два адвоката.       — Мне абсолютно всё равно, — стараясь выдерживать ровный тон, заключил альфа, с интересом оглядываясь на студентов из указанной группы.       — Тогда решено, — наставник просиял, словно нашел наилучший выход из сложившихся обстоятельств. — Вы не пожалеете, ведь вашим непосредственным руководителем будет сам Джек Рассел. Он берет роль первого адвоката, вы же его помощника. А теперь ознакомьтесь с делом и приступайте.       «Похоже, кто-то на небе просто прикалывается надо мной», — усмехнулся про себя альфа, но вида не подал. Присоединившись к указанной группе сокурсников, Рей постарался сделать приветливое лицо и слегка небрежно протянул руку.       — Я Рей Сильвер. Рей Клод Сильвер, если официально.       — Дейтон Энн Грей.       — Гарри Стюард.       Парни переглянулись с высоким лидером, стоявшим поодаль, словно приглашая и его к знакомству. Нехотя отлипнув от стены и криво осклабившись, последний член команды представился:       — Джек Лейтон Рассел. Впрочем, мы заочно знакомы, поэтому руки я вам не подам. Бедняга Морган заболел в самый неподходящий момент и сошел с дистанции. Ты его заменишь.       Рею более всего сейчас хотелось дать этому хмырю в зубы или хотя бы словесно опустить, но, связанный этикетом, он только сдержанно улыбнулся.       — Подозреваю, что для меня вы выбрали самую унизительную роль?       Джек пропустил колкость, словно ее и не было, заговорив с членами команды на совершенно посторонние темы.       Опустевшая аудитория производила гнетущее впечатление, но Сильвер не был склонен поддаваться всеобщему настроению. Напротив, он как никогда был полон сил и решимости.       — Господа, — обратился к ним преподаватель несколько торжественно и напыщенно, — вы имеете самый высокий балл на курсе, каждый из вас претендует на диплом с отличием. Для его получения остается последнее условие, которое, не сомневаюсь, вы выполните с блеском. Другим студентам я дал старые дела, они уже прошли проверки, и найти нечто сенсационное там не представляется возможным. Мелкие кражи, мошенничество, вымогательство – ничего, что могло бы вызвать интерес для их будущности. Вы же – элита! Каждый из вас – наследник крупной юридической компании, а потому самостоятельность в решениях, ответственность и крайняя дотошность – это те приемы, которые вы отработаете в ходе расследования. Расследование убийства. Да, вы не ослышались. Вашей группе я даю самое сложное задание: защищать убийцу.       В группе заволновались, а двое, Гарри и Дейтон, даже заспорили, убеждая наставника в чрезмерной сложности задания.       — Как такое возможно? — особенно усердствовал Грей. — Мы еще не имеем собственной практики, у нас нет опыта!       — Любой промах для нашей карьеры – смертелен! — вторил Стюард.       Джек с Реем отмалчивались, давая горластым сокурсникам вволю излагать собственные мысли. В этом молчаливом согласии оба альфы казались необычайно похожими. Откинувшись на спинку и перекинув ногу на ногу, они хладнокровно следили за реакцией других, словно просчитывали собственные шансы.       Преподаватель, недовольный яростным отпором, как мог оправдывался. Хотя его аргументы звучали неубедительно, но сдаваться он тоже не желал.       — Джек, помоги! — не выдержал Гарри Стюард. — Пусть нам дадут иную тему!       Рассел встал, мягко положил руку на плечо волнующегося друга и, ободряюще сжав пальцы, обратился к наставнику:       — Когда можно ознакомиться с материалами дела?