Доктор Цзян забеременел от заклятого врага

В первый месяц после рождения большинство семей оставляют ребенка спать и есть. Однако первый месяц малышка Сяосяо ела, спала и слушала английский. Перед тем как Цзян Сюй родил, Чжэн Ци навел справки о няне Бао Нянь, которую они наняли, и заставил её подписать соглашение о неразглашении. После операции Чжэн Ци лично привез Бао Нянь в их пригородную резиденцию. Бао Нянь мало говорила, но была очень внимательна в своей работе, будь то уход за Сяосяо или приготовление еды для выздоравливающего пациента. Поэтому после выписки Цзян Сюя из больницы у обоих врачей освободились руки, и они начали в бешеном темпе готовить статью. Шэнь Фанъюй проводил дни либо в заботах о ребенке, либо в написании статьи. Он громко печатал на компьютере, а закончив раздел, зачитывал его Цзян Сюю. Поскольку у недавно родившего пациента от долгого созерцания экрана болели глаза, Цзян Сюй закрывал глаза и слушал его, а потом они вдвоем обсуждали и тщательно пересматривали каждое предложение. Несколько раз, как только Сяосяо просыпалась, Бао Нянь приносила её поиграть с отцом. Швы и тело Цзян Сюя все еще находились на стадии восстановления, поэтому он не решался держать ребенка на руках слишком долго. Чаще всего он держал её на руках некоторое время, а затем передавал Шэнь Фанъюю. У малышки были большие глаза, она была маленькой и мягкой, Шэнь Фанъюй играл с её маленькими ручками, пока читал Цзян Сюю. Однако вскоре Сяосяо показалось, что она больше не в силах держаться. Она то закрывала глаза, то открывала их снова, пока наконец не погрузилась в глубокий сон. Цзян Сюй раньше беспокоился, что ребенок будет слишком беспокойным и не захочет спать, но теперь ему не нужно было беспокоиться о том, как уговорить её заснуть. После того как это произошло несколько раз, Цзян Сюй не мог не беспокоиться с другой стороны: - Почему она засыпает, как только слышит английский? Что, если она не захочет учить английский в будущем? Шэнь Фанъюй взял малышку на руки, посмотрел на её спящее личико и с улыбкой сказал: - Если она не хочет учить, значит, ей это не нужно. Лишь бы она была счастлива. Цзян Сюй бросил на него взгляд, и Шэнь Фанъюй тут же перестал улыбаться и серьезно сказал: - Ты прав, ей нужно учить английский, и не только английский, но и немецкий, французский, японский, итальянский, испанский, и не пропускать ни одного. Внезапно, словно почувствовав опасность, крепко спавшая Сяосяо проснулась. Её большие круглые глаза настороженно расширились, она на мгновение уставилась на Шэнь Фанъюя, после чего разразилась оглушительным криком. Как новорожденная, она не могла плакать, а могла только кричать, но это не мешало Сяосяо выплескивать свое недовольство. Каждый плач приводил Цзян Сюя в ужас. - Что с ней? Может, ей нужно сменить подгузник? - Цзян Сюй поспешно поднялся с кровати. - Лежи, не двигайся. Лежи, а я пойду и позабочусь о ней, - быстро остановил его Шэнь Фанъюй. Однако чужие дети и собственные - это совершенно разные вещи. Несмотря на то, что Шэнь Фанъюй умел успокаивать детей, при виде плача собственной дочери он начинал паниковать и волноваться. Он поспешно положил Сяосяо в детскую кроватку и бросился за подгузником. Однако плач девочки звучал как сигнал тревоги, становясь все более и более настойчивым. Руки Шэнь Фанъюя затряслись, он случайно опрокинул все детские вещи, сложенные на столе. Цзян Сюй: - ... К счастью, у Бао Нянь был острый слух, и она молниеносно бросилась туда, забыв о подогретом молоке, спасая хаос в комнате. - Сестра Бао... спасибо вам за ваш тяжелый труд, - Шэнь Фанъюй с виноватым видом забрал у неё ребенка. - Все в порядке, это часть моей работы. - Бао Нянь внешне выглядела спокойной, но внутренне вздохнула и начала собирать разбросанные вещи. Новоиспеченные родители всегда так себя вели: их пугало каждое движение ребенка. В этом не было ничего страшного, ведь Бао Нянь видела все это раньше и знала, что это нормально. Но если ребенок каждый день с самого рождения слушал тезисы... Бао Нянь подумала, что, возможно, она не знакома с современными тенденциями в образовании, поскольку никогда раньше не видела ничего подобного. **** Когда Шэнь Фанъюй готовился отправить свою статью в журнал, Чжэн Ци снова пришел в гости, на этот раз с другим человеком, которого Шэнь Фанъюй знал как профессора Цю, одного из главных основателей отечественного журнала, который в последние годы стремительно развивался. Вернувшись домой, Шэнь Фанъюй сел рядом с Цзян Сюем на кровать и передал сообщение Чжэн Ци: - Он хочет, чтобы мы отправили нашу статью в отечественный журнал. С одной стороны, это откроет нам черный ход и обеспечит скорейшую публикацию, не позволяя западным журналам заранее получить новость и просочиться во время рассмотрения, что поставит пропаганду нашей страны в пассивное положение. С другой стороны, с тех пор как десять лет назад высшие власти потратили много денег, чтобы вернуть профессора Цю из ведущего журнала страны М, и пытаются поднять уровень отечественных англоязычных журналов. Ты знаешь журнал профессора Цю, он всегда поддерживался государством, и в последние годы его развитие было хорошим. Хотя его импакт-фактор не так высок, как у журнала, в который мы планировали подать заявку, он также постепенно улучшается в последние годы. Наша работа, безусловно, будет иметь высокий уровень цитируемости, а если мы сможем подать её в отечественный журнал, то это даст ей еще один толчок. Возможно, в следующем году импакт-фактор даже вырастет. Но Чжэн Ци также сказал, что все в порядке, если мы хотим подать заявку в западный журнал с более высоким рейтингом. Он просто высказал свое мнение и не будет вмешиваться в наши решения. Я еще не дал ему прямого ответа. Я хотел вернуться и услышать твое мнение, - сказал Шэнь Фанъюй. Цзян Сюй немного помолчал, а затем сказал: - Ты должен хорошо подумать. Если ты подадишь заявку в отечественный журнал с более низким рейтингом, это повлияет на стоимость твоих оценок для таких вещей, как должность. В конце концов, большинство нынешних систем оценки основаны исключительно на статьях, а оценки и классификации журналов высоко ценятся в различных оценках. Цзян Сюй продолжил: - Я думаю, что раз уж мы решили опубликовать эту работу не для того, чтобы пополнить свое резюме, и не для того, чтобы получить должность, то давай дадим толчок развитию медицины в нашей стране. Где бы ни была опубликована эта работа, она обязательно будет иметь высокий уровень цитируемости. Все будут приходить посмотреть на журналы нашей страны. Если показатель будет немного ниже, это не страшно. Я не возражаю. Но если мы упустим эту хорошую возможность для продвижения, она исчезнет. На лице Шэнь Фанъюя было написано "я хочу подать статью в отечественный журнал". В ответ он спросил Цзян Сюя: - Если бы это был ты, то куда бы ты подал? Еще секунду назад Цзян Сюй уговаривал Шэнь Фанъюя, решительно ответил: - В отечественный. - Я знал, что у нас одинаковые мысли на этот счет. Хорошо, тогда я подам заявку в отечественный журнал, - улыбнулся Шэнь Фанъюй. Они быстро написали свою статью, и она также быстро была опубликована, благодаря оперативности журнала, который избавил их от долгого ожидания. В день публикации статьи официальные СМИ страны Z внешне выглядели спокойными и уравновешенными, но на самом деле они подняли шум, чтобы об этом узнало большинство западных ученых, включая доктора Кенна. Соответствующие сотрудники даже не решались пить воду из-за волнения. Доктор Кенн получил уведомление от своего помощника перед сном. В это время он засыпал под успокаивающую музыку, но, услышав новость, тут же вскочил с кровати. Накричав на своего помощника, он несколько раз прошелся взад-вперед по спальне, ругаясь бесчисленными грязными словами, и наконец твердо повторял: - Это невозможно! Это абсолютно невозможно! На самом деле не только доктор Кенн, но и многочисленные западные СМИ подвергли статью сомнению и обратились к экспертам, чтобы те проанализировали статью и связанные с ней данные. Доктор Кенн даже скачал статью и не спал всю ночь, внимательно прочитав её от начала до конца, не пропуская ни минуты из видеозаписи операции, которая длилась несколько часов. Изначально он думал, что пациент из страны Z, который ушел от него, обязательно обратился бы к доктору Альберту. Он и подумать не мог, что найдутся врачи из страны Z, способные провести такую операцию. Поначалу он отнесся к этому довольно критически и подумал, что эта статья, скорее всего, мошенническая. В конце концов, мошенничество - не редкость на академической сцене. Он даже нашел ручку и бумагу, чтобы записать все лазейки, которые могут быть обнаружены в статье или видео, чтобы подтвердить это предположение. Однако по мере того как он читал дальше, его гнев и неверие постепенно рассеивались с течением времени и наступлением ночи. В блокноте не было ни слова. Как профессиональный врач, доктор Кенн, прочитав всю статью, понял, что она должна быть настоящей. Этот случай был очень похож на операцию, которую он проводил, и настолько знаком, что он мог с первого взгляда определить, подделка это или нет. Хирург даже специально написал в конце статьи фразу, в которой поблагодарил доктора Кенна за поддержку и вдохновение. Доктор Кенн не знал, было ли это скромно или саркастично, но полагал, что, скорее всего, второе. Он сидел на красном кожаном диване в гостиной и выкурил  полпачки сигарет в тусклом свете вечера. В дыму уважаемый доктор выглядел несколько уставшим. Он помнил этого доктора Шэня. Он много раз спрашивал его, может ли он сообщить ему детали операции, но не хотел тратить время на человека из страны Z, поэтому почти никогда не обращал на него внимания. Но он и подумать не мог, что такой обычный человек обладает столь высокими навыками. Хотя хирург лишь повторил его план операции, хирургия не была теоретическим вопросом. Доктор Кенн понимал, что практика всегда сложнее, чем кажется. Эту операцию было нелегко повторить, даже он сам не был абсолютно уверен в том, что сможет сделать это снова. Мужество, с которым он попытался провести эту операцию, свидетельствовало о том, что хирург обладает значительным мастерством, а также спокойным и уравновешенным характером. Как такой врач мог оказаться в стране Z? Доктор Кенн даже предположил, что это иностранный врач, работающий в стране Z, но вскоре информация в интернете помогла ему отказаться от этой мысли. Это действительно был местный китайский врач, который даже не учился за границей. Доктор Кенн был уже немолод, и его память, казалось, застряла в двадцатых-тридцатых годах. На его памяти отличные врачи из страны Z приезжали в США по обмену, на учебу и за грин-картами. Они говорили, что в стране Z нет хорошей экологии и первоклассного образования, поэтому он, естественно, думал, что местные врачи используют самое дешевое оборудование для проведения операций, которые не стоят и упоминания. До сегодняшнего дня он впервые задумался о том, не слишком ли стереотипичен. Доктор Альберт тоже получил эту новость и, прочитав статью, позвонил Шэнь Фанъюю. В это время Шэнь Фанъюй только что закончил интервью по договоренности, и когда ему позвонил доктор Альберт, он спросил: - Вы хотите поздравить меня? - Конечно! - Тон доктора Альберта был очень взволнованным: Вы сделали это, Шэнь! Я чувствую себя счастливым, когда представляю, в каком настроении сейчас доктор Кенн. Вы даже представить себе не можете, как сильно я хочу увидеть его выражение лица. Шэнь Фанъюй усмехнулся без всяких эмоций и ничего не ответил на слова доктора Альберта. На самом деле Чжэн Ци рассказал ему, что иностранные специалисты сейчас работают сверхурочно, чтобы проанализировать, нет ли следов склейки, модификации или редактирования в видео и аудиозаписях, которые он загрузил, они тщательно изучают все данные, которые он загрузил, один за другим, придираясь к ним. Но они также готовы в любой момент ответить на грязную воду, выливаемую западными СМИ. На самом деле дискриминация существует до сих пор. Была опубликована одна и та же работа, и если когда доктор Кенн опубликовал свою, его хвалили и праздновали, то когда пришла его очередь, возникли сомнения и придирки. Двойные стандарты были повсюду. Однако, как сказал профессор Хао, страна Z будет иметь все больше прав на слова. Доктор Альберт сказал: - Но Шэнь! Есть кое-что, чего я не должен говорить, но мне все равно очень жаль вас. Случай с этой операцией слишком похож на случай с доктором Кенном, вам повезло, и операция прошла гладко, но вам также не повезло. Вы почти полностью переняли план операции и лечения доктора Кенна, что сделает вашу работу посредственной по сравнению с оригинальной статьей доктора Кенна и значительно снизит её международное влияние. Он - доктор счастливчик, а вы - доктор исследователь. У неё нет особенностей, она не захватывает, в ней нет инноваций и прорыва. Очевидно, что тот факт, что доктор Кенн украл авторство, преследует доктора Альберта и по сей день. Когда вышла статья Шэнь Фанъюя, он думал только об этом. Шэнь Фанъюй спросил в ответ: - Доктор исследователь? Это тот самый пресс-релиз, который вы подготовили для меня? Застигнутый врасплох, доктор Альберт сделал паузу: - Шэнь... Я знаю, что "доктор счастливчик"- это ваша работа, и догадываюсь, как вы хотите использовать мою операцию для своей рекламы. Улыбка на лице Шэнь Фанъюй постепенно остыла. Он сказал: - Все в порядке. Это ваша свобода - использовать этот метод для своего продвижения, но доктор Альберт... У меня нет несчастий. Будь то эта операция или любая другая, я не хочу, чтобы какие-то неожиданные повороты или трудности подчеркивали мое мастерство. Я счастлив, что у меня есть возможность быть доктором исследователем. - Что ж, - горько улыбнулся доктор Альберт, - вообще-то... если вы хотите расширить свое влияние, я тоже могу вам помочь. У меня есть первоклассная профессиональная команда по рекламе, хотя цена немного дороговата, но эффект не должен вас разочаровать. - Я очень благодарен вам за советы перед операцией, а также за то, что вы позвонили поздравить меня, но я не хочу быть знаменитым врачом. - Поджал губы Шэнь Фанъюй. Закончив разговор, он положил трубку, и доктор Альберт тактично не стал звонить снова. Это была случайная встреча в путешествии. Разные пути не пересекаются, и дальнейшие разговоры бесполезны. Через месяц после публикации работы Шэнь Фанъюя западные ученые, придиравшиеся к ней с помощью микроскопов, наконец перестали находить в ней недостатки. Позже, кто-то сказал, что жители страны Z с головой уходят в свою работу, и большинство из них не умеют выражать свои мысли, не говоря уже о враче из страны Z, который не учился за границей и даже может плохо говорить по-английски, поэтому политики со скрытыми мотивами отправили Шэнь Фанъюю приглашение приехать в страну M на конференцию, намереваясь лично покритиковать его. Если он не приедет, они смогут напрямую поставить вопрос о его виновности. Посовещавшись с Чжэн Ци, Шэнь Фанъюй все-таки согласился принять участие в конференции. Цзян Сюй только что выздоровел и, с одной стороны, хотел отдохнуть, а с другой - беспокоился, что у Шэнь Фанъюя могут быть неприятности за границей, поэтому решил поехать с ним. Чжэн Ци отправил двух помощников сопровождать его на протяжении всего процесса, и Шэнь Фанъюй ожидал получить бесчисленное количество вопросов во время конференции. Цзян Сюй, одетый в черный костюм, сидел в большой аудитории и наблюдал, как его возлюбленного несколько раз прерывали во время презентации, но при этом сохраняя спокойную и не заносчивую улыбку, плавно отвечая на вопросы экспертов. Изначально запланированная часовая конференция длилась четыре часа из-за постоянных вопросов. Шэнь Фанъюй стоял и говорил четыре часа, почти не делая пауз в середине, и к концу его голос стал хриплым. Наконец, ответив на вопрос молодого профессора, он еще долго ждал, но ни один эксперт в аудитории не поднял руку и не встал. Возможно, вопросы и ответы, напоминающие колесо, заставили их осознать, что найти недостатки в этом аспекте не так-то просто, а возможно, прослушав эту презентацию, они действительно поняли значение исследований Шэнь Фанъюя. В конце концов, детали невозможно подделать. Вспомнить все мельчайшие детали операции, ответить, не задумываясь, и даже объяснить ход мыслей - такого не мог сделать даже доктор Кенн в своей презентации. Шэнь Фанъюй вздохнул с облегчением, взял стоящий на столе термос и сделал глоток воды. Он слегка улыбнулся и обратился к молчаливым экспертам: - У вас есть еще вопросы? Цзян Сюй не удержался, закрыл лицо рукой и тихонько рассмеялся. Будь то дебаты в школьные годы или последующие презентации, Шэнь Фанъюй всегда вел себя подобным образом. В своей профессиональной сфере он был уверен в себе и высокомерен, четко понимая, что его аргументы лишают собеседника дара речи, но все равно вынужден был произносить: "У вас есть еще вопросы?" в претенциозной манере. Оппонентов это раздражало, но не мешало Цзян Сюю чувствовать себя сегодня превосходно. Маленький репортер, сидевший в углу и, вероятно, не являвшийся экспертом, так как не мог понять длинных речей, поднял руку. Вероятно, на него была возложена обязанность сообщать новости, поэтому он уставился на термос Шэнь Фанъюя и спросил: - Профессор Шэнь, могу я спросить, почему вы не пьете воду в бутылках, приготовленную организаторами? Этот вопрос было довольно легко обострить, и он легко мог породить различные домыслы, такие как неуважение к организаторам или излишнее высокомерие. Однако Шэнь Фанъюй спокойно ответил: - Потому что это теплая кипяченая вода, которую мой партнер приготовил для меня сегодня утром. Цзян Сюй чувствовал себя очень беспомощным, глядя на то, как доктор Шэнь кормит собачью еду в этой ситуации. Он взял со стола такой же термос, сделал глоток и улыбнулся, опустив голову. Обсуждение "теплой кипяченой воды" заполнило все уши: некоторые спрашивали, что это такое, а еще больше людей интересовались, можно ли её пить или она особенно неприятна на вкус. "Восточные загадочные напитки, возможно, трудно узнать на Западе, но восточные ученые в конце концов получат признание на Западе." - подумал Цзян Сюй Удивительно, но после окончания презентации к Шэнь Фанъюю вдруг подошел человек, сидевший в первом ряду, но не проронивший ни слова за все время презентации. Он был одет в костюм и выглядел элитным и деловым. Цзян Сюй помогал Шэнь Фанъюю упорядочить разбросанные по столу материалы, когда увидел подошедшего мужчину. Он подумал, что у него есть какие-то вопросы, но, к его удивлению, мужчина посмотрел на них двоих и протянул Шэнь Фанъюю оливковую ветвь. - Наша больница известна во всей стране М, и я уверен, что профессор Шэнь слышал о ней, - представился он и обратился к Шэнь Фанъюю: Если вы согласны работать в нашей больницы, то иммиграция, зарплата и даже образование ваших детей не являются проблемой. Если у вас есть другие требования, мы можем обсудить их. Шэнь Фанъюй отказался: - Извините, у меня хорошая жизнь и хорошая работа в моей родной стране. Пока что я не планирую иммигрировать. Однако его резкий отказ не подействовал на мужчину. Он задумчиво посмотрел на одинаковые кольца на безымянных пальцах Цзян Сюя и Шэнь Фанъюя и провокационно спросил: - А как насчет брака? Разрешит ли ваша страна... однополым парам вступать в брак? Доктор Шэнь, - сказал он, - я предлагаю вам не принимать поспешных решений. Сначала мы можем поговорить. Даже если эти двое действительно состояли в романтических отношениях, подобные рассуждения об их сексуальной ориентации вскользь были слишком оскорбительны. Выражение лица Шэнь Фанъюя сразу же стало холодным, и он уже собирался заговорить, когда Цзян Сюй схватил его за руку. - Насколько я знаю, в стране М очень уважают частную жизнь и не станут оскорблять своих граждан подобным образом. Возможно, потому что мы из страны Z, вы считаете, что можете рассуждать о нас без ограничений, - голос Цзян Сюя был легким, но властным, - Вы цените талант доктора Шэня, но не уважаете его частную жизнь. Это не может быть компенсировано никакими преимуществами. Десятилетия назад вы не верили, что социализм может прижиться на этой земле. После того как Советский Союз разорвал договор, вы не верили, что страна Z может производить ядерное оружие. А всего несколько месяцев назад вы не верили, что врачи страны Z смогут провести эту операцию. Точно так же вы не верите, что однажды права представителей одного пола будут полностью гарантированы в нашей стране. Без уважения и доверия как мы можем говорить о сотрудничестве? Возможно, нашей стране еще нужно развиваться и прогрессировать в некоторых аспектах, но я готов подождать, доктор Шэнь тоже готов подождать. Соотечественник страны М, который пытался их подорвать, выглядел зеленым и белым. Он неловко улыбнулся и даже не забыл дать свою визитную карточку, после чего повернулся и ушел. Шэнь Фанъюй оперся одной рукой о подбородок, его глаза были полны улыбки, он смотрел на Цзян Сюя и хвалил: - Маленький фейерверк, ты все лучше говоришь. Цзян Сюй бросил на него взгляд и протянул ему коробку с пастилками для горла, сказав: - Прими лекарство.