Доктор Цзян забеременел от заклятого врага

Хотя у него есть преимущество в виде памяти - Шэнь Фанъюй запомнил большую часть знаний и сложных экзаменационных вопросов, но для получения высоких баллов многое все равно приходилось запоминать и закреплять заново. Великому доктору Шэню пришлось заново набирать баллы за знания, полученные в университете, и снова жить горькой жизнью, не отрываясь от учебы всю ночь, практически возвращаясь в выпускной класс средней школы. К счастью, есть Цзян Сюй, и эти моменты наконец-то кажутся не такими мучительными. Обычно Шэнь Фанъюю редко удавалось остаться наедине с Цзян Сюем, за ними всегда присматривала королева-мать Запада* Тан Кэ. Однако Тан Кэ не был таким стойким, как они, и не выдерживал учиться всю ночь. Когда не было экзамена, он обычно задерживался максимум до 10 часов и уходил. В результате у Шэнь Фанъюя тоже появилась возможность каждый день возвращаться в общежитие вместе с Цзян Сюем. *[Королева-мать Запада, или 西王母, или 王母娘娘 - жена Нефритового императора (правителя небес). Считается, что ей подвластны жизнь и смерть, созидание и разрушение, у нее есть сад персиков бессмертия (тот самый, который украл Сунь Укун из "Путешествия на запад"). В данном случае это слово используется для того, чтобы сказать, что Тан Кэ для Цзян Сюя как авторитетная материнская фигура, которая "защищает" его от Шэнь Фанъюя.] Большинство медицинских учебных заведений были не большими, и путь от комнаты для самостоятельных занятий до общежития занимал всего около десяти минут. И каждый раз Шэнь Фанъюй понимал, что путь не может продолжаться вечно. Увы, они вдвоем, обладая длинными ногами и быстрым шагом, всегда быстро доходили до конца. Но в последние несколько дней, кто знает, может, это была иллюзия Шэнь Фанъюя, ему постоянно казалось, что Цзян Сюй идет гораздо медленнее, чем раньше. Иногда, если они начинали коротко болтать, Цзян Сюй приостанавливал шаг, замирая, чтобы выслушать его объяснения, и ждал, пока он закончит, прежде чем продолжить путь. Однажды, когда он открыл дверь общежития, чтобы купить завтрак, дверь соседнего общежития внезапно распахнулась. Шэнь Фанъюй оглянулся и встретился взглядом с Цзян Сюем. Тот потянул за ремешок сумки, подошел к нему и очень легонько взял за подбородок: - Хочешь есть? Так они стали завтракать вместе каждый день. Через некоторое время Шэнь Фанъюй понял, что стоит ему ненадолго выйти из комнаты для самостоятельных занятий, как на столе появляются различные закуски. Он спросил Цзян Сюя: - Откуда они взялись? Цзян Сюй всегда качал головой и отвечал: - Не знаю. Но когда он поворачивал голову, чтобы спросить других, Цзян Сюй дергал его за рукав и останавливал: - Просто ешь, ты слишком много говоришь. Кроме того, Тан Кэ стал периодически пропускать их трапезы. По словам Цзян Сюя, исследовательский проект шел не очень гладко, и старшая сестра часто заставляла его работать сверхурочно. Шэнь Фанъюй выразил глубокое сочувствие судьбе Тан Кэ и спросил, не нужна ли ему какая-нибудь помощь. Однако Тан Кэ лишь посмотрел на Цзян Сюя с выражением ненависти к чугуну и стали, его лицо выражало недовольство, и он сказал, что справится с этим сам. А Цзян Сюй, который уже 800 лет не играл с "Моментами", необъяснимым образом начал делиться информацией о скидках и акциях в ресторанах рядом с университетом. Увидев это, он с энтузиазмом подкалывал Цзян Сюя и спрашивал, не хочет ли тот пойти поесть вместе. Тот всегда ждал минут десять, прежде чем ответить холодным "✓". Места их самостоятельных занятий больше не ограничивались комнатой для самостоятельных занятий, выделенной университетом. Эти две фигуры стали появляться в ресторанах и кафе. На тихом и безлюдном втором этаже, в выходной день, когда у них было немного свободного времени среди напряженной жизни, под приятным солнечным светом с подоконника, они смотрели каждый на свои книги, изредка перебрасываясь парой негромких слов. Часто они оставались на весь день и засиживались до ночи. После закрытия кафе они взяли свои сумки и вместе отправились обратно. Путь в медицинский университет был очень длинным и очень спокойным. Большую часть времени говорил Шэнь Фанъюй, а Цзян Сюй время от времени вставлял свои фразы. Однажды Шэнь Фанъюй предложил пойти в интернет-кафе и поиграть в игры, а Цзян Сюй посмотрел на него и неожиданно сказал: - После выпускного экзамена пойдем поиграем? Конечно, Шэнь Фанъюй не стал отказываться. В ночь, когда выпускные экзамены закончились, пошел сильный дождь. Наконец-то студенты, временно освобожденные от гор книг и морей вопросов, смогли насладиться редкой ночью веселья и отдыха. Они вдвоем заказали множество разноцветных коктейлей и напитков. В интернет-кафе они пол ночи ожесточенно сражались в старые игры. Когда они наконец ушли, дождь на улице уже прекратился. Но Шэнь Фанъюй раскрыл зонтик. - Дождя больше нет, - напомнил Цзян Сюй. Шэнь Фанъюй посмотрел на маленький зонтик и улыбнулся: - Я знаю. Цзян Сюй посмотрел на него в замешательстве. Шэнь Фанъюй наклонил голову и многозначительно посмотрел на Цзян Сюя, и его плечи прижались друг к другу под зонтом. - Просто... хочу быть ближе к тебе. Слегка подвыпивший парень на мгновение остолбенел, а потом вдруг начал слабо улыбаться. Он стоял в ночной темноте, пиная камни у себя под ногами, и, опустив голову, сказал Шэнь Фанъюю: - Я хочу тебя кое о чем спросить. Шэнь Фанъюй обхватил его за плечи: - Говори?! Цзян Сюй опустил ресницы и через некоторое время поднял голову, чтобы посмотреть на него, прочистил горло и сказал: - Ты все еще хочешь быть вместе со мной? Яркий и разноцветный свет от вывесок интернет-кафе падал на лицо Цзян Сюя, создавая великолепные пестрые блики и тени. Цзян Сюй времен студенчества немного нервничал, но притворялся спокойным, не понимая, что от его слов сердце Шэнь Фанъюя заколотилось огромными, как небо, волнами. Полупьяный Шэнь Фанъюй некоторое время смотрел на маленькую родинку под глазом, а потом вдруг неожиданно поцеловал его. Он крепко обнял Цзян Сюя за талию, а Цзян Сюй поднял руку, чтобы обхватить его за шею. Он приоткрыл рот, и Цзян Сюй ответил ему еще более пылко. Подбросив в воздух зонтик, они страстно поцеловались и обнялись у входа в интернет-кафе. На ночном небе ярко горели звезды, а тусклые уличные фонари отражали пару стройных и хорошо сочетающихся теней на пустой и безлюдной улице. Ветер развевал тонкую одежду мальчиков. Луна наблюдала за страстной и бурной любовью молодого Цзян Сюя. После того как Цзян Сюй закончил целовать его губы, он принялся целовать его лицо. Поцеловав лицо, он стал целовать брови, нос и неглубоко закрытые глаза. Шэнь Фанъюй обнимал его довольно долго, а потом наконец прильнул к его уху и сказал: - Знаешь... это интернет-кафе за десять лет превратился в бар. Мы пили здесь поддельное вино, а потом в беспорядке забрались в постель. Услышав приглушенный смех Цзян Сюя, он поцеловал его в бок и искренне сказал: - Я люблю тебя, Цзян Сюй. **** - Твоя любовь ко мне тоже бесполезна. Не оставайся больше в постели. Быстро вставай и отведи Сяосяо на прививку. Внезапно рядом с его ухом раздался знакомый голос, и весь ослепительно-блестящий вид в одно мгновение рассеялся. Шэнь Фанъюй от испуга резко открыл глаза. На него смотрел знакомый потолок. Доктор Цзян, держа на руках двухлетнюю девочку, сидел у кровати и уговаривал Сяосяо перестать щипать его за нос. Как только он проснулся, его сердце мгновенно забилось быстрее. Но оно быстро успокоилось под влиянием обнадеживающей сцены. Шэнь Фанъюй протер сонные глаза, не удержался и почесал уголок рта, затем обнял Сяосяо и поцеловал её. Однако не успела Сяосяо прижаться к груди папы Шэня, как он отпустил её: - Сначала поиграй сама. После того как добрый папа закончил говорить и передал розового кролика ей в руки, он повернулся и обнял Цзян Сюя за талию, повалив его на кровать. - Почему ты создаешь проблемы так рано утром? После того как Цзян Сюй освободился от объятий, его снова обнял Шэнь Фанъюй. - Мне приснился сон, Цзян Сюй, - обняв его, сказал Шэнь Фанъюй, - мне приснилось, что я вернулся в то время, когда мы еще учились в университете. - Тогда? Шэнь Фанъюй взглянул на Сяосяо: - Тогда я сказал тебе, что мы женаты друг на друге, и у нас есть ребенок. Цзян Сюй положил голову на руку Шэнь Фанъюя и прокомментировал: - После того как ты мне это сказал, я бы точно тебя избил. Шэнь Фанъюй улыбнулся и взъерошил волосы Цзян Сюя. Они некоторое время смотрели друг на друга, и Цзян Сюй тоже засмеялся. Шэнь Фанъюй смотрел на любимого человека, так близко обнимающего его, и вдруг вспомнил фрагмент сна. Во сне они с Цзян Сюем сидели бок о бок на скамейке внизу общежития, и Цзян Сюй протягивал ему протокол обследования и сказал: - Я ходил на обследование, то, что ты сказал, было верно. В моем теле.... действительно есть незрелая матка... Доктор сказал, что сейчас она очень маленького размера, а другие придатки еще не начали развиваться, поэтому она временно не способна выносить беременность и не повлияет на мою нормальную жизнь. После минутного молчания Шэнь Фанъюй сказал ему: - Когда у тебя будет свободное время, я отведу тебя в больницу для хирургической резекции. - Сейчас? - За десять лет матка превратится в зрелую, а сосудистое и неврологическое состояние станет чрезвычайно сложным, риск операции значительно возрастет, - объяснил Шэнь Фанъюй. Цзян Сюй задумчиво послушал, кивнул, взял отчет из рук Шэнь Фанъюя, аккуратно сложил его и положил обратно в сумку. Но в конце концов он сказал Шэнь Фанъюю: - Теперь я не пойду на операцию. - Почему? - Хотя сейчас я не могу понять, почему я буду так сильно любить тебя через десять лет, но я верю, что я того времени тоже должен был тщательно все обдумать, прежде чем принять такое решение. Судя по твоим словам, моя матка созрела только после того, как я стал заместителем главного врача, - сказал Цзян Сюй. - Поэтому я думаю... что у меня еще много лет, чтобы подумать, стоит ли зачинать ребенка вместе с тобой. Цзян Сюй студенческих времен, который говорил о рождении ребенка, все еще казался каким-то неловким и неопытным. Но его спокойствие и осторожность уже сформировали росток Цзян Сюя. Шэнь Фанъюй отвлекся от своих мыслей и нежно погладил Цзян Сюя по нижней губе, рассказывая ему истории из своего сна: - Ты не только не ударил меня, но и... снова влюбился в меня. Цзян Сюй отмахнулся от его руки и бросил на него беспомощный холодный взгляд, очевидно, несколько позабавленный дневными грезами доктора Шэня. Шэнь Фанъюй, видя его таким, не мог не опустить голову и не поцеловать его. Цзян Сюй поспешно отвернул лицо и сказал: - Сяосяо все еще здесь. - Все в порядке, она еще маленькая, - сказал Шэнь Фанъюй, натягивая одеяло и накрывая их с головой. Сяосяо, сидела на кровати, прислонившись к стене, и держалась за кроличье ухо, растерянно глядя на шевелящееся одеяло на кровати. Примерно через полминуты бежевое бархатное покрывало было приподнято. Сяосяо, которая тайком наблюдала за происходящим, увидела, что мочки ушей её папы сильно покраснели, волосы были в полном беспорядке, а рот был красным, как будто он съел перец чили. А папа Шэнь вдруг, похоже, пришел в хорошее настроение, встал с кровати, поднял и понес её, прервав ход мыслей, только что пронесшихся в её нежной головке. Молодой отец лучезарно улыбнулся, глядя на неё глазами, полными любви и нежности. - Пойдем делать прививки, Сяосяо! Розового кролика внезапно отпустили, и Сяосяо, ненавидевшая уколы, скривила рот и громко заплакала. **** P.S Ладно, на этот раз это действительно конец. Спасибо, что читали❤️ Ømi.