Призрачные Цветы Химонанта

      Время незаметно перевалило заполночь. Чонгук молился лишь об одном — скорее переступить через порог своей съёмной квартиры-студии.       Снимая куртку и улавливая собственное отражение на дверце шкафа, он с удивлением отметил, как сильно выглядел уставшим: глаза запали, а лицо — словно вылеплено из тонкого слоя глины. Пытаясь побороть нарастающую усталость, он стянул с себя рабочую одежду и влез в привычные домашние вещи. Впереди его ждали выходные.       Единственное, что удерживало его на ногах в течение трёх долгих дней в никчемной забегаловке под шоссе. Мысли о заслуженном отдыхе; о том, как он сможет отключиться от забот, грели его душу.       А лучший способ отвлечься — это погрузиться в виртуальную реальность. Время, проведённое в другом мире, всегда позволяло ему забыть о бренности бытия.       Примерно два года назад погружение в VR стало для Чонгука отдушиной: никаких забот, страданий и несбыточных надежд о «светлом» будущем. Каждый день после работы он подключается к виртуальной реальности и становится совершенно другим человеком. Точнее, цифровой копией себя, улучшенной до неузнаваемости.       Чонгук схватил с тумбочки у кровати головной модулятор — современную гарнитуру с тонкими проводами, обвивающими дужками и множеством сенсоров, которые реагировали на активность мозга — и удобнее устроился на кровати. Вскоре тело окунулось в сон.       Чжоу Янг Гу — именно такой псевдоним Чонгук выбрал для себя в виртуальном мире мифического и магического древнего Китая. Конечно, существует множество иных серверов, например, европейское средневековье, постапокалиптический киберпанк, райский сад Адама, омегаверс- или фурри-миры и так далее, но Чонгук выбрал место, где можно по-настоящему творить магию. Где в теле бурлит не только кровь, но и магическая эссенция, придающая невероятную силу, выносливость и стойкость. Ко всему прочему здесь всегда происходят интересные и незабываемые события: когда же еще ему выпадет возможность сразиться с толпой ожившей нечисти? Изничтожить строптивый дух, пугающий местных жителей? Или стать частью великой битвы? И в конце концов — полетать на собственном мече Айво.              Вскоре Янг Гу медленно открывает глаза, и первые лучи заката проникают в его комнату, обволакивая пространство тёплым золотистым светом. Вокруг него царит тишина, нарушаемая лишь лёгким шорохом ветра, который тихо шевелит занавески из тонкого батиста. В комнате ощущается аромат благовоний и свежих цветов.       Всё как настоящее: звуки, вкусы, ощущения, запахи. Реальное тело сейчас спит, а виртуальное — бодрствует, но всё вокруг не ощущается цифровым. Словно та жизнь — просто страшный сон, а настоящее тут — в обличии Чжоу Янг Гу.       Он встаёт с низкой кровати, уютно убранной мягкими подушками и легкими одеялами, и на мгновение погружается в тихое состояние радости и покоя, глядя на старинные стены своей комнаты, украшенные изящными резьбами и каллиграфическими надписями. Обычно, в течение дня проходят занятия для адептов, однако, из-за работы, Чонгук большую их часть пропускает — что непременно сказывается на его самосовершенствовании.       Поэтому, несмотря на то, что он уже погружается два года, его успехи довольно средние. В целом, ему и нет смысла куда-то спешить, добиваться чего-то большего — ему доставляет непомерное удовольствие размеренная жизнь со всеми её временными приключениями.       Собравшись, он облачается в ханьфу — лёгкую, из тонкой ткани, украшенную золотистыми узорами — и выходит на улицу.       Небо уже постепенно темнело, и лишь вечерняя тишина окутывала орден Гао, словно ласковое одеяло. Вдыхаемый воздух был насыщен ароматами молочного чая и сладковатым запахом цветущей сливы, которую так любили старейшины ордена. Шаги Янг Гу были уверенными и быстрыми, а сердце наполняло предвкушение.       Проходя мимо строений, он машет в ответ встречающимся ему заклинателям: те приветливо кланяются и желают адепту приятного вечера. В их глазах читалась искренняя забота, дружелюбность и отзывчивость.       Возможно если бы и в реальном мире все были такими же, то Чонгук и не погружалсябы бы в VR. Однако, он прекрасно понимает, что ему нравится здесь и он согласен принять этот мир за реальность.       В беседке подле тихого ручья, он заметил, что собралось достаточно много адептов, что не весьма обычно. Их лица освещались мягким светом фонарей, висящих на ветвях деревьев, а смех и разговоры звучали, как мелодия. Успел Янг Гу только переступить порог беседки, как тут же услышал звонкий голос своего лучшего друга — Яо Сана.       — Янг Гу!       Яо Сан всегда выделялся среди толпы своим ярким внешним видом и заразительным оптимизмом. Его длинные чёрные волосы по обыкновению лежали небрежно, что придавало ему вид непоседливого ребёнка. Он подбежал к Янг Гу, чуть ли не прыгая к нему в руки от радости, однако тот вовремя успел схватить друга за плечи.       — Добрый вечер, Яо Сан, — Янг Гу почтительно поклонился, сложив руки в замок перед лицом.       Честно говоря, VR — это развлечение не из дешёвых, и Чонгук нагло солжет если скажет, что всю зарплату не вкладывает в неё. Он буквально работает только для того, чтобы иметь возможность погружаться в виртуальную реальность. А в самом мире соотношение игроков и искусственного интеллекта, заполняющий пробелы, находится наравне. В частности, это сделано для того, чтобы погружение было наиболее правдоподобным: чтобы лишний раз не вспоминать, что всё вокруг — лишь сплошная матрица. Поэтому, сложно сказать является Яо Сан настоящим человеком или живым NPC; хотя, Янг Гу это и не особо интересует.       — Ты многое упустил, но ещё есть шанс записаться на задание!       — Задание?       — Да! Старейшина Манхуэй рассказывал сегодня о том, что на горе Ёнгхен завёлся неприкаянных дух.       — И сколько дают чести?       Каждый в мире имеет свой статус, который измеряется в количестве чести — иными словами «опыт». Например, чтобы получить статус Взошедшего, необходимо около десяти миллионов чести, однако, это число настолько непомерное, что обычному игроку потребуется по меньшей мере сто лет, чтобы вознестись на Небеса. На самом же деле к Взошедшим относятся только богатые и влиятельные люди (по крайней мере так говорят), посему для обычного человека вознесение — это из рода фантастики. Не считая, конечно, ИИ.       К тому же, чем больше чести, тем сильнее становятся навыки и магические способности.       — Миллион.       — Миллион?! — воскликнул Янг Гу, не сразу поверив своим ушам: обычно за такие задания дают всего сто тысяч чести и то, разделяют на количество участвующих, — За такую цену наверняка соберутся адепты не только с ордена Гао.       — Я слышал, — вдруг Яо Сан приблизился к уху Янг Гу, прикрыв губы ладонью, и сказал шёпотом.       — Что это задание получил исключительно орден Гао, так что награду разделят только между нашими адептами.       А это значит, что можно рассчитывать не просто на пару тысяч, а на пару сотен тысяч. Конечно, это не могло не привлечь Янг Гу и он уже пребывал в забвенных фантазиях о том, как скоро получит статус «Выдающегося» заклинателя.        Всего для заклинателей существует пять статусов —«Начинающий», «Заслуженный», «Достойный», «Выдающийся» и «Непревзойденный». После последнего статуса дорога только к вознесению.       Остаток вечера Янг Гу провёл в компании знакомых адептов и лучшего друга, конечно, не забыв записаться на задание. Старейшина Манхуэй, завидев Янг Гу в гильдии искателей приключений, успел пригласить его к себе в резиденцию и дать напутственную речь, из которой он в очередной раз понял, что на него возлагают большие надежды. После подобных разговоров всегда складывалось стойкое ощущение, что старейшина воодушевляет таким образом игроков. Однако, однажды подслушав чужой разговор, Янг Гу узнал, что действительно является любимцем учителей ордена Гао.

***

      Рано утром, когда солнце только-только показалось из-за горизонта, а ещё ночной морозный воздух гулял по ногам, заклинатели восседали скакунов и отправились к горе Ширэн⁷. Путь был не ближний, благо в виртуальной реальности можно перемотать время, заранее выстроив путь. Так, путешествие к близлежащему городу Юшань⁸, заняло не трое суток, а всего-то пару мгновений. Конечно, подобная функция лишает полного погружение и возможных рандомных событий, но всё же очень удобна. Из-за того, что в реальной жизни многие работают, то подстроить графики — выходные — очень трудно. А поскольку все собрались уже здесь и сейчас, то нет смысла тратить время на дорогу. ⁷Ширэн — «влажная гора». ⁸Юшань — «город дождей у горы».       Уже оказавшись рядом с горой, облака проливают не прекращая горькие слёзы. Не просто же так эта гора зовется горой вечных дождей. Дожди тут и правда вечные, а точнее, постоянные. Бывает и солнечно, но за редким исключением — в основном, здесь сыро, пасмурно и серо. Каждый шаг по скользким камням, покрытым мхом; лужи, собравшиеся в углублениях, отражают унылое небо; воздух наполнен запахом сырости и разлагающихся листьев.       В самом городе жизнь тоже безрадостна: местные жители стараются лишний раз не выходить из своих домов, а гости — путники и уж тем более заклинатели — не посещают их. Поэтому, появление в городе толпы юношей в разномастных одеяниях, непременно вызывает бурю восторга. Они выглядывают из своих небольших деревянных окон, выкрикивая слова — полные надежды на избавление от нечисти и воодушевления в предстоящем сражении.       Яо Сан с улыбкой до самых ушей машет жителям, словно он — тут главная звезда, а Янг Гу плетётся следом, держа по правую руку от себя своего фризского мустанга.       Заклинатели медленно приближаются к резиденции города, где их у самых дверей встречает старейшина с яствами и почестями. Само здание выполнено из гранита и камня, а изящные фрески — из мрамора и сусального золота. Удивлённые взгляды скользят по расписным аркам, пронизывающим здание, и витиеватыми стеклянными витражами, представляющими собой настоящие произведения искусства, что переливаются всеми цветами радуги. Атмосфера вокруг них пропитана изысканностью, подчеркивающей богатство и процветание города.       При этом остальные дома выглядят совершенно простенько. Янг Гу даже усмехается, заметив такую существенную разницу между обычным народом и властью.       — Добро пожаловать в город Юшань, многоуважаемые адепты ордена Гао.       Хоть старейшина и назвал всех заклинателей адептами одного ордена, на самом деле истинных последователей Гао можно на пальцах одной руки пересчитать. Школа заклинателей в Тяньюй⁹ — самая престижная среди остальных школ, поэтому в неё сбегаются почти все ученики из разных орденов, например, Яо Сан из ордена Яо. А сам же Чонгук выбрал для себя родословную ордена Чжоу, что располагается на юге страны, за оазисом пустынных дюн. Его орден славен добродушным гостеприимством, пряными сладостями и жаркими танцами. А одеяния жёлтых, оранжевых и золотистых цветов символизируют их покровительство Божеству Света, известному как Чжэн Тайян¹⁰. ⁹Тяньюй — «поднебесная». ¹⁰Чжэн Тайян — имя, данное Богу Солнца (Божеству Света), означает «солнечный»: интерпретация имени Чон Хосок, которого фанаты называют солнцем. Чжэн — интерпретация его фамилии в китайской манере.       Отведав кушанья, что подготовили для приглашённых заклинателей, ближе к полудню, они отправились в непроглядную чащу горы Ширэн. Деревья там настолько высоки, что их кроны устремляются до самых облаков, а дождь, бьющийся о листву, даже не достигает земли.       Ещё не подозревающие, что их ждёт, адепты с воодушевлением пробирались всё глубже и глубже в лес, ощущяя терпкий запах ели, мха и грибов. Однако одному ненасытному заклинателю захотелось вновь есть, и его живот беспристрастно нарушил тишину.       — Давайте остановимся здесь и проведём призыв, — предложил другой заклинатель, потягиваясь всем телом.       Янг Гу и Яо Сан переглянулись: лес и правда выглядит не таким зловещим, каким его все представляли. Словно в нём и нет никаких духов, тем более неприкаянных. Они пожали плечами, соглашаясь разбить небольшой лагерь, да наставить флагов привлечения нечисти. Но стоило дорисовать письмена на чёрной тряпице, как вдруг лес пронзил зверский рык.       Из земли, пропитанной влагой и холодом, стали медленно подниматься фигуры. Их тела искажались, а скрипящие, гнетущие звуки напоминали стук старых могильных камней. Одни выглядели как скелеты — мёртвые и сухие, с пустыми глазницами и переливающимися на луне костями. Их движения были медленными, но уверенными, как будто они знали, кто пробудил их из вечного покоя. Другие же сохранили часть плоти, сгнившую и задыхающуюся от мора, но все еще слабо пульсирующую, словно в них оставалась капля жизни.       И в их главе тот самый неприкаянный дух, с виду такой же мертвец, но от него исходила мощная тёмная аура, в одночасье расползающаяся по лесной чащи. Пронизывающий холод не могли не ощутить заклинатели, по спинам которых прошлись мурашки, словно кто-то дотронулся до них своими мёртвыми пальцами.       Ожившие мертвецы продвигались к заклинателям. Кто-то бросился в атаку, кто-то занял оборонительную позицию, а Янг Гу заметил одну странность: все мертвецы были в сломанных, ржавых доспехах. Тронь — и они тут же рассыпятся в крошку. А сам неприкаянный дух повторял диким воплем что-то неразборчивое. Пока Янг Гу думал, к нему подкралась нежить, однако, он и бровью не повёл: взмахом руки из его ножен вылетел со свистом меч, Айво, и насквозь протаранив около десятка мертвецом, вернулся в руку хозяина.       Янг Гу, пребывая всё ещё в раздумьях, обратился к Яо Сану:       — Ты понимаешь, что он кричит?       — С трудом, но кажется, что-то про восстание.       Вся ситуация вызывала у Янг Гу смятение и стойкое ощущение, что что-то здесь не так. А звон мечей о старые доспехи, словно царственный колокол¹¹, звенели в его голове. ¹¹Звук царственного колокола слышен за многие километры и свидетельствует о рождении наследного принца, в нашем случае, о рождении догадки.       — Уважаемый дух, скажите в каком сражении вы погибли? — учтиво спрашивает Янг Гу, словно вокруг воздух не содрогается в бойне.       — Невежды! — вопит дух, — Это было сражение за печать Хаоцы¹²! ¹²Хаоцы — автор долбоеб и забыл записать какое слово переводил в переводчике, поэтому теперь хаоцы — это просто хаоцы.       «Хаоцы? Согласно записям эта печать была разрушена вместе с тем, как исчез Белый Лис».       Однажды, в мир явился ужасный, несущий хаос и раздор, Белый Лис. В начале своего пути он был учеником ордена Гао, из-за чего после его деяний, на орден обрушились недовольства. Прошёл слух, что орден недостаточно совершенен, оттого и в мир вышел подобный выскочка, но Старейшины непреклонно уверяли в том, что ученик, чьё имя стерлось из памяти, изначально выбрал тёмный путь. Его многие пытались остановить, вразумить, однако, в один прекрасный день рой призрачный цветов химонанта обрушился на континент.       Геноцид: полное уничтожение городов и нескольких орденов, бесследно исчезли по меньшей мере половина NPC и игроков.       Когда зло достигло ордена Гао, казалось, что его конец близок. Восшедшие и самые прославленные заклинатели боролись с Белым Лисом, создав амулет Хаоцы, что запечатал его силы. Однако, сразу после того, как Белый Лис был повержен, его тело испарилось в рое призрачных цветов химонанта, а амулет разлетелся на тысячи осколков.       С тех пор прошло…       — Это было десять лет назад! — Яо Сан опередил мысли Янг Гу.       Тот тяжело вздохнул.       — Странно, что дух только спустя стольких лет озлобился, — умозаключает Янг Гу вслух, как вдруг понимает:       «Причина его мести довольно бессмысленна. Обычно, подобные духи попросту бродят по окрестностям, в которых погибли, и никому не причиняют вреда, а этот способен противостоять заклинателям. За этим явно кто-то стоит».       Янг Гу хотел было обратиться к Яо Сану, как вдруг к нему под ноги прилетел один из заклинателей, что уже не в силах подняться с земли. Дело становится плохо.       — Яо Сан, используй заговоренные цепи!       Отскочив от очередного мертвеца, Яо Сан быстро пронзил его мечом и обернулся к другу.       — У тебя есть идея?       — Ансинь¹³. ¹³Ансинь — буквально «успокоение души».       Заговор, способный успокоить озлобленную душу. Бывает, после того, как тело умирает, дух не может найти себе место в мире нечисти и его душа начинает разрушаться. Чтобы направить душу к возрождению, устраивают молитвенные вечера, в течение которых читают заговор успокоения.       Яо Сан, кивнув на слова друга, тут же протянул руку вперёд и из-под цветастого рукава стремительно вылетели серебристые цепи. Они закрутились в воздухе, как живые, и, искрясь на свету, образовали вокруг злобного духа круг. От движения цепей поднялся вихрь пыли и сухих листьев. Внезапно воздух наполнился треском и гулом — цепи, отталкиваясь друг от друга, начали вибрировать, аккумулируя в себе магическую энергию. В следующую же секунду они заковали разъяренного духа, а Яо Сан притянул того как можно ближе.       — Скорее! Встаньте в круг!       Раненые, оставшиеся едва с магическими силами, но ещё стоящие на ногах, адепты сбежались к Яо Сану. Янг Гу быстро занял место в кругу и левой рукой начертил в воздухе пару иероглифов: в тот же миг яркий свет, очерчивающий амулет, загорелся на груди духа, и в унисон заклинатели стали читать заговор. Ещё несколько амулетов появилось на руках, ногах, спине и лбу, а зверский крик духа пронзил лесную чащу.