Где ты?

Джисон быстрым шагом двигался по пустым улицам, холодный ветер кусал лицо. Он старался не оглядываться назад, оставив странный книжный магазин позади. Мысли путались в голове, как шумный водоворот. "Это просто совпадение. Книга... эти слова... это ничего не значит,"— пытался он успокоить себя, но не мог. Его шаги замедлились, когда он почувствовал легкое жжение на руках. Джисон машинально опустил взгляд и замер на месте. На запястьях и ладонях появились тонкие красные линии, словно порезы. Они были свежими, едва кровоточили, но он не помнил, чтобы причинял себе вред. Он остановился, поднес руки ближе к лицу, недоумевая. "Что за чёрт...?"— выдохнул он, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. Джисон огляделся, словно пытаясь найти объяснение, но улица была пуста. "Я не мог порезаться... я даже не трогал ничего,"— паника нарастала. Его пальцы тряслись, кровь медленно стекала по коже. Он попытался вытереть её об одежду, но пятна только становились ярче. "Как это вообще возможно?"— спросил он себя, шагнув в сторону стены здания, чтобы опереться и прийти в себя. Но внезапно голос из темноты заставил его вздрогнуть: — Нелегко, да? — раздался хриплый шёпот, и перед ним, словно из ниоткуда, появился Рейвен. Джисон резко обернулся. Глаза встретились с тёмным, почти хищным взглядом фигуры. Тот стоял в тени, но его силуэт был чётким, пугающим, и всё же странно знакомым. — Опять ты? — выдавил Джисон, чувствуя, как его охватывает то ли страх, то ли злость. — Ты следишь за мной? Рейвен медленно шагнул вперёд, его тонкие губы тронула слабая усмешка. — Я появляюсь, когда нужен. А ты, похоже, снова в беде. — Что ты несёшь? — выпалил Джисон, пытаясь скрыть трясущиеся руки за спиной. Но Рейвен уже заметил их. — Интересно, что ты будешь делать, — продолжил тот, склонив голову набок, словно изучая его. — Попытаешься спрятать? Или признаешь, что всё идёт не так, как ты думал? — Уйди, — Джисон попытался отступить, но Рейвен сделал ещё шаг вперёд, будто его слова его вовсе не касались. — Эти порезы... ты не знаешь, откуда они, верно? — голос Рейвена был едва слышен, но каждое слово звучало с пугающей ясностью. — Конечно, не знаю, — огрызнулся Джисон, ощущая, как злость перекрывает страх. — Если ты знаешь, то скажи, или проваливай! Рейвен вздохнул, будто ему наскучила эта сцена, но всё же мягко протянул руку. — Покажи. Джисон замер, его внутренний голос кричал, чтобы он не доверял этому странному человеку, но что-то в глазах Рейвена заставляло его подчиниться. Он медленно вытянул руки вперёд, обнажая алые порезы. Рейвен осмотрел их, его пальцы скользнули над линиями, но не касались. — Тонкая связь, — пробормотал он, почти себе под нос. — Что? — Джисон вскинул брови, напрягаясь ещё больше. — Ты не поймёшь сейчас, — сказал Рейвен и, прежде чем Джисон успел отреагировать, быстро достал из кармана кусок тёмной ткани. Он уверенно обмотал её вокруг запястий Джисона, как будто это был его привычный ритуал. — Эй, я не просил твоей помощи, — Джисон дёрнулся, но Рейвен лишь улыбнулся своей загадочной улыбкой. — И не надо. Просто запомни: порезы исчезнут, но только если ты не будешь отрицать их причину. — Ты бредишь, — Джисон оттолкнул его и поспешил дальше по улице, больше не оглядываясь. Рейвен остался в тени, его глаза блестели странным светом. — Мы ещё встретимся, Джисон. Вопрос только в том, сколько правды ты готов принять. Джисон ускорил шаг, стараясь выбросить из головы всё, что только что произошло. Но ткань на запястьях напоминала о себе с каждым движением, и где-то глубоко внутри он знал, что избавиться от этого так просто не удастся. Джисон поднялся по лестнице к своей квартире, чувствуя странную тяжесть в теле. Его мысли блуждали в поисках ответов: порезы, которые появились ниоткуда, исчезновение Рейвена, слова в книге. Он зажал руку, чтобы кровь больше не капала, хотя она всё равно проступала тонкой линией между пальцами. Дверь скрипнула, и он вошёл внутрь. С порога стало ясно — что-то не так. В квартире царил беспорядок, хотя ещё утром он всё убрал. На полу валялись подушки, а стул был перевёрнут. "Это невозможно. Я точно оставлял всё в порядке,"— подумал Джисон, оглядываясь. В кухне его взгляд упал на разбитую кружку. Он застыл, будто не решаясь шагнуть ближе. Эта кружка была его любимой, он никогда бы её так просто не бросил. — Чёрт, — выдохнул Джисон, присаживаясь на корточки. Он осторожно подобрал один из крупных осколков. Рука снова заболела, и порезы начали ныть сильнее. Он поднялся и пошёл в спальню. Здесь беспорядок был ещё больше. На полу лежала рамка с фотографией. Она была разбита, а стекло раскидано вокруг, словно её намеренно швырнули. Джисон наклонился и поднял её. На снимке были три фигуры: Минхо, Феликс и Хенджин. Они стояли на крыше, глядя на звёздное зимнее небо. Фон был холодным и тёмным, а лица друзей озаряли лёгкие улыбки. "Кто эти люди? Почему я их знаю?" Он нахмурился. Рука машинально потянулась к трещинам на стекле. Они напоминали порезы, что покрывали его кожу. Вдруг по комнате пробежал лёгкий холодок, от которого у Джисона мурашки пошли по коже. Он быстро оглянулся, но никого не увидел. — Кто здесь? — спросил он громче, чем хотел. Ответа не было. Но внезапно он ощутил, как его порезы начали медленно заживать. Боль ушла, оставив за собой странное покалывание. — Ты снова меня мучаешь? — тихо пробормотал Джисон, скорее самому себе. Из угла послышался голос: — Это не я. Это ты сам. Джисон обернулся и увидел Рейвена. Тот стоял, прислонившись к стене, с привычной ухмылкой на лице. — Ты снова? Чего тебе на этот раз? — Джисон сжал фотографию, чувствуя, как гнев смешивается с усталостью. Рейвен молча подошёл ближе, его шаги были бесшумны, как у тени. Он посмотрел на фотографию и тихо сказал: — Ты не понимаешь, что всё это — не случайность. — Тогда объясни, — резко ответил Джисон, но Рейвен только улыбнулся и отвернулся. — Когда-нибудь сам поймёшь. Но для начала убери этот бардак. Или ты хочешь жить, как тот, кого не знаешь, но чью боль ощущаешь? Рейвен исчез так же внезапно, как появился, оставив Джисона одного с фотографией в руках и кучей вопросов без ответов. Джисон продолжал ходить по комнате, пытаясь хоть как-то наладить порядок, но чем больше он убирался, тем сильнее ощущал, что беспорядок в его голове не исчезает. Взгляд метался по комнате, но ничто не могло избавить его от этого тяжелого ощущения. Каждое движение, каждый предмет в его комнате казался чужим, и чем больше он старался разобраться, тем больше ощущал, что теряет контроль над всем вокруг. Наконец, он остановился и просто сел на кровать, усталый и разбитый. Мысли о Минхо, Рейвен, пустота, которая заполнила его сознание — всё это сливалось в одну невыносимую боль. Он чувствовал, как одиночество накатывает волнами, поглощая его целиком. Пытаться понять, что происходит, становилось всё сложнее, а рядом не было никого, кто мог бы ему помочь. И тогда, как всегда, появился Рейвен. Он появился так же внезапно, как всегда, и Джисон не успел ничего сказать, как тот уже стоял перед ним, с усмешкой на лице. Джисон закрыл глаза, раздражение переполняло его. — Ты опять здесь? — вырвалось из его уст. — Ты не можешь просто оставить меня в покое? Но Рейвен молчал. Он лишь посмотрел на Джисона, его взгляд был каким-то иным, будто более глубоким, чем обычно. Он не говорил ничего, только в очередной раз произнес одну короткую фразу: — Всё будет в порядке. Просто подожди. Джисон хотел было возразить, но вместо этого чувствовал, как его тело начинает сдавать. Он устал. Гораздо больше, чем хотел бы признать. Всё, что он чувствовал — это была невыносимая тяжесть, которая поглощала его изнутри. Он не понимал, как долго ещё сможет продолжать бороться с этим. Почему в его жизни снова появилась эта пустота, эта боль? Когда он лёг в кровать, он попытался зажмурить глаза, забыться, но не мог. Всё, что было в его голове, снова сливалось в один сплошной поток боли, одиночества, злости на самого себя. Его мысли путались, а внутри его было как пустое пространство. И вот, когда он уже был на грани, когда его тело словно само решило, что больше не может бороться с этим, Джисон засыпал. Он не заметил, как Рейвен, тихо и без слов, подошёл к нему. Не говоря ни слова, тот аккуратно поправил одеяло, но его движения были полны заботы, которая не была ему свойственна. Это было что-то, что мог бы сделать лишь тот, кто ощущает то же, что и ты, или, возможно, тот, кто знает, каково это — быть поглощённым этим чувством. Когда Джисон погружался в сон, он почувствовал, как его грудь сжимается от боли, как одиночество охватывает его ещё сильнее. Он не мог понять, откуда эта боль, но в этот момент Рейвен, словно не видя ничего, только шептал ему на ухо слова, которые Джисон не мог разобрать, но которые были полны печали и тихой злости. В тот момент, когда Джисон уже спал, Рейвен не ушёл, а остался рядом, заботясь о нём, не проявляя открытой привязанности, но подавая ему нечто гораздо более важное — одиночество, которое он сам ощущал в той же степени, что и Минхо.