Могу ли я тебе помочь?

      «Я действительно не понимаю, зачем ты наряжаешься, чтобы гулять весь день». Гию сидел на мягкой скамейке в центре гардеробной Санеми. Ему стало скучно перебирать одежду, аккуратно развешанную на бархатных вешалках, и он решил отдохнуть, пока Санеми выбирал что надеть. «Все твои наряды выглядят одинаково, так что я не знаю что тебя так долго занимает».       «Успокойся, черт возьми, я буду готов через минуту».       «Ты сказал это десять минут назад».       Санеми перестал рассматривать пару своих повседневных брюк, чтобы впиться взглядом в Гию. «Вот и все». Он повернулся, медленно снимая другую пару брюк с их места на вешалке. «Теперь мы точно не остановимся в той аркаде, о которой я упоминал».       Из груди Гию вырвался жалобный звук.       Санеми не стал скрывать ухмылку удовлетворения, проступающую на его коже. Надев джинсы и немного подпрыгнув, чтобы натянуть их на бедра, Гию наклонился и повернул к себе небольшую витрину с ремнями. Все пряжки ярко сверкали в теплом освещении шкафа, соперничая за шанс быть выбранными.       «Тебе стоит надеть это», — Гию указал на серебряную пряжку с зеркальным изображением логотипа бренда на витом кожаном ремешке.       Санеми вытянул шею, чтобы увидеть выбор, хмыкнув. «Это не подходит к обуви, которую я собираюсь надеть сегодня». Пуговица на его поясе наконец-то скользнула на место. Он рассеянно почесал щеку, когда снова посмотрел на Гию.       Мягко говоря, не впечатленого.       «Что?» Санеми наморщил лоб.       «Так вот почему ты всегда так долго собираешься?» Секунда тишины. «Тебе нужно подобрать левый карман под волосы?» Две секунды тишины.       Санеми промчался через комнату и в мгновение ока прижал Гию к скамье. Одна рука поддерживала его вес, другая сдавливала щеки Гию.       «Это даже не смешно! Ты такой противный!»       Гию комично поджав губы, неубедительно ответил: «Нет, я не такой».       «Да, ты такой! И моя одежда не вся одинаковая. Я сегодня в свитере, видишь?» Санеми замолчал, когда взгляд Гию упал на обсуждаемый свитер. «Когда ты в последний раз видел меня в нем?»       Гию провел пальцем по воротнику. «Он с вырезом как и все остальные твои рубашки». Санеми опустил подбородок на грудь. Тонкий палец немного сильнее натянул кремовый кашемир и V-образный вырез воротника обвис под тяжестью. Ну и что, что ему не нравится, когда что-то сдавливает его шею когда он не работает? Если бы не необходимость носить галстук, он бы все время носил все свои рубашки свободными и расстегнутыми.       Просто раздражает, что Гию оказался внимательным к этому маленькому факту.       «Как скажешь». Санеми поднялся. «Давайте пойдем, пока не появились все остальные туристы». Он схватил ремень, который уже выбрал, и начал продевать его в петли на брюках.       Шаркающие звуки, издаваемые встающим Гию, терялись за словами: «Ты не собираешься потратить лишние пять минут, чтобы сначала поправить прическу перед зеркалом?»       «О боже, чувак!» Быстрая рука протянулась и схватила Гию. «Что у тебя в заднице сегодня утром?»       «Не ты». Гию взмахнул рукой и шлепнул Санеми между ног. Простое касание, хотя колени Санеми подогнулись с криком.       «Ты сука», — прохрипел он с пола. Хихиканье исчезло из шкафа, пройдя через его спальню и направляясь к входной двери.       Как только Санеми оторвался от земли, они спустились на улицу чтобы встретиться с водителем на день. Учитывая плотный маршрут, Санеми имело больше смысла просто арендовать машину, чтобы прокатиться по городу.       Несмотря на то, что они оба прожили в городе много лет, ни один из них не посетил места, которыми славится этот район. Хотя для Санеми это казалось пустой тратой времени и денег, то, как Гию говорил о чертовых строениях, как будто это было воплощением зрелища и роскоши, заставило его захотеть отвезти его туда.       Санеми солгал бы, если бы сказал, что ему тоже не было немного любопытно.       Гию взял целый выходной на работе, когда Санеми предложил идею исследования. Одна лишь редкость этого заставила желудок Санеми трепетать от волнения — он наконец-то взял выходной, и он проведет его с Санеми. Теперь день должен был стать немного особенным.       «Как думаешь, нам стоит взять фотоаппарат?»       «Хм?» — Санеми всплыл из глубин своего сознания, с наполовину выкуренной сигаретой, молча глядя в окно машины.       «Один из тех одноразовых». Он быстро взглянул и увидел, как Гию делает вид, что держит фотоаппарат. «Думаю, мы можем купить его в одном из сувенирных магазинов. Хочу запомнить то, что было сегодня».       Санеми пожал плечами. «Как скажешь. Только не забудь проявить фотографии».       Не встретив ответа, он скользнул глазами к Гию. Пустые, синие глаза, уставившиеся на него, добавили вишенку к совершенно нейтральному выражению. Хотя он был совершенно серьезен, когда показал Санеми большой палец.       Тупица. Санеми закатил глаза, повернувшись, чтобы посмотреть в окно машины. Он оперся локтем о дверцу машины, чтобы положить лицо на руку. Пальцы впились в кожу щек, чтобы сдержать пытающуюся сформироваться улыбку.       Их машина подъехала к порту на юге города. Гию помчался в ближайший магазин, пока Санеми стоял в очереди за билетами на первую остановку дня. Бизнесмены из других городов всегда бредили этой дурацкой поездкой на лодке вдоль побережья, так что Санеми рассчитывает, что это будет чертовски круто.       Это было вообще не так.       Оказывается, предательское тело Санеми было плохо приспособлено для паромных переправ. Возможно причиной неспокойных вод был сильный ветер, но у Санеми не было возможности обдумать это. Ярко-оранжевый спасательный жилет, перекинутый через шею, оставался единственным, что ему помогало концентрироваться, пока он сдерживал позывы к рвоте.       Гию, казалось, наслаждался жизнью, пока Санеми страдал. Рядом с ним вдоль перил он возбужденно наклонился вперед настолько, насколько мог.       Морской бриз, пропитанный аппетитным сочетанием мертвой рыбы и смога, каким-то образом не заглушил каждое маленькое «вау» и «Санеми, посмотри» от Гию. Хотя зелень кожи Санеми подавляла любой румянец, который мог бы расцвести от его имени, использованного так спокойно. Это только недавно вошло у Гию в привычку.       Щелчки камеры следовали за свистом пленки, перематываемой для следующего кадра, отмечавшим каждый поворот лодки. Гию даже достаточно разволновался, чтобы задавать вопросы гиду. В основном о заливе, что было немного странно. Санеми прибегнул к многократному счету до десяти, чтобы отвлечься от тошноты.       После изнурительной сорокапятиминутной поездки они наконец добрались до причала. Хотя Санеми с удовольствием бы сбежал на твердую землю, Гию нужно было оторвать его от того места, где он держался вокруг холодных металлических перекладин. Ничто не могло быть более унизительным, чем гребаный хихикающий Гию, помогающий Санеми слезть с лодки.       «Тебе лучше?» — спросил Гию, протягивая Санеми бумажный стаканчик, почти до краев наполненный водой. Санеми хмыкнул со скамейки пикникового стола, глядя на другие лодки с новыми группами людей, и сделал небольшой глоток. «Капитан выглядел довольно обеспокоенным, когда я уронил спасательные жилеты».       «Я просто не понимаю, в чем смысл выходить в воду, когда с берега я могу видеть эту дурацкую статую». Санеми сердито указал пальцем на большую статую, возвышающуюся над мутной водой; одну из самых узнаваемых достопримечательностей их города, если не самую узнаваемую.       «Вблизи прохладно. Плюс мы видели линию горизонта. Ты бы это увидел, если бы обернулся», — беззаботно сказал Гию, присоединяясь к нему за столом. Несмотря на то, что солнце ярко светило прямо над ними, ветерок, дувший в их сторону, вызвал у Санеми холодок по спине.       «Я живу в городе. Меня постоянно окружают эти дерьмовые здания».       С мычанием Гию начал ковырять облупившуюся краску перед собой. «Тебя всегда укачивает?»        Он поставил чашку немного резче, чем нужно. «Я никогда не был на лодке».       Брови Гию поднялись. «Это удивительно».       «Да, правда. Почему ты так шокирован?» — усмехнулся Санеми, садясь прямее, и бурление в животе наконец-то утихло до более терпимой боли.       «Ну, по телевизору всегда показывают богатых людей на яхтах и ​​тому подобном». Он поджал щеку к ладони, а другой рукой продолжал возиться со столом. «Может, не все время или что-то в этом роде. Или, как я думал в прошлом, по крайней мере. Особенно дружба с Тенгеном… Кажется, это то, чем он мог бы увлекаться, так что я не знаю». Он замолчал.       Опять же с комментарием о богатстве. Да, Санеми полностью осознает свой доход. Он был богат — это не подлежит обсуждению. Но то, как Гию это озвучил, уложилось в его голове так же хорошо, как и содержимое его желудка двадцать минут назад.       Намек на то, что Санеми — некий яркий хвастун со своим богатством, заставил его кожу покрыться мурашками. Гию несколько смягчил свое заявление о том, каким Санеми был раньше, что немного смягчило удар по его самолюбию. Он, казалось, не слишком задумывался о богатстве Санеми в настоящем, но все это было связано.       Может, это была вина Санеми. Гию не знал ничего о его прошлом: его испорченное детство, побег из дома, работа в школе, чтобы получить работу, которую он имеет сейчас. Все это прояснилось бы, если бы только у Санеми хватило смелости просто сказать: «О, да, я жил в почти нищете в детстве, и это стало еще хуже, когда родился еще один ребенок. Иногда я получал кулак за кулаком в лицо за ужином, просто чтобы мои братья и сестры могли съесть больше того немногого, что мы могли себе позволить».       Но это показалось мне немного напряжённым, не так ли?       Санеми стиснул зубы, прежде чем сглотнуть, сжав пальцы вокруг чашки. Резкий привкус покрыл его язык, но он не хотел, чтобы его собственная раздражительность испортила день, который он для них запланировал. «Узуи больше интересуется экзотической ерундой. Я рассказывал тебе о том, как его чуть не арестовали за проникновение в зоопарк?»       «Что? Правда?» — внимание Гию снова обратилось к Санеми.       Он кивнул. «Он привел какую-то девушку, с которой встречался, чтобы произвести на нее впечатление». Хмурый взгляд Санеми сменился ухмылкой. «К тому времени, как их поймала охрана, они трахались в аквариумной зоне. Рядом с сенсорными резервуарами».       При этой мысли лицо Гию исказилось.       «Он выпутался из этого только потому, что дружит с Ренгоку. Сын начальника полиции учился с ним в колледже». Слова Санеми были встречены лишь смущенным выражением лица Гию. «Связи приносят пользу».       «Наверное»       Ветер снова поднялся, достаточно сильный, чтобы заставить волосы Санеми дико затрепетать. «Я бы лично прыгнул в комнату с рептилиями. Это более романтично». Санеми моргнул, его речь была пустой и саркастической.       Гию несколько секунд смотрел на Санеми, а потом на его губах появилась улыбка. Такая теплая и сладкая, что она развеяла холод вокруг них.       «Это звучит ужасно», — содрогнулся Гию с легким смешком, стряхивая только что содранную краску в затихающий порыв ветра. Его свободная рука поднялась, чтобы грубо зачесать волосы Санеми обратно на место.       «Ну, и секс с Узуем тоже».       Гию рассмеялся еще сильнее, от его широкой улыбки в уголках глаз появились морщинки. Санеми не смог не последовать его примеру, смешок вырвался наружу от его собственного оскорбления.       Когда они успокоились в приятной тишине, пальцы на его голове исчезли. Голубые глаза снова устремились в открытую воду. «Если ты чувствуешь себя лучше, хочешь немного прогуляться по пирсу, прежде чем идти к следующему месту?»       Санеми побарабанил пальцами по столу. «Да, пойдем».       Они гуляли некоторое время, проходя мимо бесчисленных уличных торговцев и магазинов, которые нагло пытались обмануть туристов, предлагая им сувениры по завышенным ценам. Ну, и, судя по всему, обманывать местных жителей. К тому времени, как они вернулись к машине, Гию был гордым владельцем снежного шара и футболки большого размера, смело заявляющей о его любви к их городу; теперь она была надета поверх его рубашки с длинными рукавами.       Санеми съёжился и немного умер внутри, проводя своей картой в магазине. Ничего, кроме несомненного мусора, заполнившего полки. Но ему было трудно сохранить то же самое чувство долго. Один крошечный взгляд на Гию, с удовольствием трясущего снежный шар, с широко открытыми от удивления глазами, когда его руки замерли, и маленькие снежинки посыпались вниз. Как будто вид изменился хотя бы на долю с тех последних восьмидесяти раз, когда он его встряхивал.       Он такой глупый…       В его груди разлилось нечто, с чем Санеми был не совсем знаком, но он отмахнулся от этого, когда они снова тронулись в путь.       Их следующая остановка находилась гораздо ближе к зоне комфорта Санеми. Самый высокий небоскреб располагался в самом центре города. Он проезжал мимо него миллион раз, но так и не удосужился заглянуть на смотровую площадку.       Однако однажды в кафе Кёджуро рассказал Гию о каком-то новом дополнении, которое дебютировало несколько месяцев назад. Он, по-видимому, взял с собой отца и младшего брата, когда они приехали в город, и сказал, что это стоит посмотреть. Санеми только пожал плечами когда Гию поднял эту тему, но когда переполненный лифт поднялся, он понял, что Кёджуро, возможно, был прав.       «Ого…» Гию затих, медленно переставляя ноги. Не отличаясь от мотылька, летящего на пламя, его тело двигалось, как зомби, к огромному окну, выходящему на городской пейзаж. Не просто окно, а пристройка оказалась полностью стеклянной. Стеклянный пол простирался примерно на метр от того места, где заканчивался прочный, надежный пол. Опять нет.       Захватывающе, и определенно не то, что Санеми видел из своего офиса. Другие здания обычно закрывали ему обзор, по крайней мере частично. Они стояли так высоко над остальной частью города, что препятствия были полностью убраны.       «Посмотри сколько людей стоит на стекле». Гию одной рукой указал на толпу людей, другой пытаясь вытащить из кармана одноразовую камеру. «Пол, должно быть, очень крепкий».       «Я этому не доверяю». Санеми следовал за ним по пятам, лавируя среди толпы людей на своем пути.       Они ждали своей очереди, пока первая группа шумных туристов начала отсеиваться. Когда открылось место, чтобы пройти к стеклу, Санеми жестом пригласил Гию вперед. Потому что теперь, прижатый к выступу, Санеми ни за что на свете не ступит на эту штуку. Стекло не выглядело достаточно толстым для всех этих людей. На какой чертовой планете это было безопасно?       Конечно, он прекрасно наблюдал, как на него набились десятки людей. Но…       Гию начал проталкиваться к дальнему краю, когда чьи-то гребаные дети решили, что сейчас самое время, блядь, начать прыгать. О боже.       Сделав шаг вперед, Санеми вцепился в Гию обеими руками. Ногти впились в его руку, сморщив ткань рукава. Должно быть, он немного потянул, так как Гию слегка отступил назад.       «Хм? Что не так?»       Санеми открыл рот, чтобы вымолвить какое-нибудь оправдание, но эти тупые дети начали кричать, подкрепляя свое и без того плохое поведение. Взгляд, которым он бросил на них, был полон злобы, когда он мысленно пожелал им спонтанно воспламениться. Или переместиться в какое-то другое, менее опасное измерение. Что бы ни заставило их отойти от стекла.       Когда Санеми отвел взгляд и оглянулся, он увидел, что Гию смотрит на детей так, словно только сейчас осознал их присутствие.       «Что?» — снова спросил Гию.       «Я просто… они подвергают опасности других людей, делая это». Санеми немного пошевелился, обнаружив, что замер посреди действия в какой-то странной, неудобной позе.       «Площадка не упадет со здания. Ты что, не слышал гида в лифте?» — Гию слегка изменил голос. «Она был укреплена и прошла стресс-тест на безопасность».       Санеми нахмурился. Просто сказать, что это безопасно, ничего не значит. Несмотря на это, он ослабил свою хватку. Только немного, правда.       Гию повернулся чтобы подойти к стеклу, остановившись, едва не прижавшись носом к гладкой поверхности. Взгляд назад показал, что руки Санеми полностью вытянуты, а ноги все еще твердо стоят на бетоне.       Это казалось нелепым… потому что так оно и было. Санеми не мог избавиться от нерешительности. То, что вероятность обрушения была очень низкой, не означало, что она автоматически равнялась нулю. И простое представление о том, как Гию падает с такой высоты, вызывало глубокий страх в его конечностях.             Яркие вспышки камеры сияли, свет отражался от каждой стеклянной поверхности, на которую Гию направлял свою камеру, временно ослепляя Санеми каждой фотографией. Насытившись и засунув камеру обратно в карман, Гию отступил в безопасность прочной — полностью бетонной и арматурной — части смотровой площадки.       «Ты хочешь посмотреть? Это действительно странно — не видеть ничего под ногами».       Этот радостный огонек в его глазах должен быть сохранен и выставлен в музее. Достаточно мощный, чтобы заставить взрослого мужчину, устоявшегося в своих привычках, задуматься о немыслимом и поколебать свои моральные принципы.       Ну… может быть, он сможет немного приблизиться к стеклу.       Не отпуская Гию, он медленно приблизился к краю, достаточно храбрый, чтобы выглянуть, когда Гию держал запястье Санеми свободной рукой. Не то чтобы Гию смог спасти Санеми, если пол рухнет, но унция уверенности была лучше, чем ничего, предположил он.       Просто высунуть голову из-за стеклянного пола его совсем не поразило. В конечном счете, вид не сильно отличался от того, когда он курил на своем балконе.       «Иди по нему».       Санеми повернулся к Гию, который кивнул головой в сторону окна. Его взгляд метнулся к их рукам, к другим людям вокруг них, к прозрачному полу, к боковым панелям и, наконец, снова к Гию.       Он выпрямился, теперь сжимая руки Гию с такой хваткой, которая возможна только со страхом перед Богом. «Не отпускай».       «Я не буду». Гию попытался скрыть свою насмешливую улыбку, но ему это не удалось, поскольку Санеми медленно повел их вперед.       Санеми сделал осторожный шаг, отказываясь пока смотреть вниз. Его нога переместилась, чтобы оценить, насколько все прочно. Не так уж и плохо. С глубоким вдохом он шагнул второй ногой.       Никаких тресков, никаких разрушений и смертельных падений.       Это не так уж и пло…       Он посмотрел вниз. Его лицо побледнело.       «Нет, нет, нет, нет, нет, нет». Санеми рванул с платформы, руки схватили талию Гию и потянули его. Он не боялся высоты, но вид города под ногами в совершенно неестественном виде напугал его.       Гию хихикнул, плохо поспевая за скоростью Санеми.       Они не оставались там долго после этого, но не уходили, пока Гию не получил магнит из сувенирного магазина на первом этаже. «Я хочу запомнить нашу поездку», —сказал Гию.       Поскольку индивидуальные экскурсии не планировались, они решили немного погулять, чтобы прийти в себя.       Следующим пунктом назначения стал большой парк посреди хаоса, и эта передышка оказалась более чем желанной, учитывая то, что пришлось пережить Санеми.       Они быстро перекусили на одной из скамеек — ну, Санеми перекусил. Гию быстро проглотил свою порцию за короткое время от палатки торговца до их скамейки. Они добрались до середины дня, осеннее солнце уже готовилось к закату. Между ними текла непринужденная беседа за кусочками пирожных, пока они наконец не встали, чтобы ехать на свою последнюю остановку.       Этой части Санеми боялся больше всего. Грандиозного финала их вылазки. Немного южнее парка располагалась главная Мекка потребительства. Яркие вывески и огни, все предназначено для продажи, продажи, продажи. Он изучал психологию таких мест в институте, но его все еще сбивало с толку, что это действительно действовало на стольких людей.       Санеми избегал этого, как чумы, и, судя по всему, Гию избегал этого тоже, потому что он понятия не имел, где это, черт возьми, находится.       Водитель высадил их примерно в квартале отсюда из-за плотного движения. Боже, почему здесь воздух настолько гуще? Они последовали за толпой к центру.       Черт, стало еще хуже, когда их согнали на главную площадь.       Чистейший ад. Туристы, выпрыгивающие перед такси ради идеального кадра, бесконечные гудки, уличные торговцы, кричащие, чтобы рекламировать «ограниченное по времени предложение», которое они выставили на тележке на следующем углу, яркие рекламные щиты моделей, продающих новейший CD-плеер на рынке, унылые костюмы мимов, обманывающих людей, чтобы те сфотографировались с ними. Сказать, что все это ошеломило Санеми, было бы полным и абсолютным преуменьшением.       «Чёрт возьми», — проворчал Санеми, потянувшись за сигаретой.       Они застряли на пешеходном переходе, нетерпеливо ожидая смены светофора. Санеми действительно не хотел оставаться здесь надолго, но, скользнув взглядом, чтобы увидеть, как Гию в своей дурацкой футболке фотографирует какую-то рекламу прямо над ними, он, казалось, достаточно успокоил свою ярость, чтобы продолжить.       Загорелся зеленый свет, и они начали переходить улицу.       «То есть это место похоже на большую рекламу?» Гию сфотографировал драку мультяшного персонажа с супергероем неизвестного бренда перед дорогим дизайнерским бутиком.       «Да». Санеми вытянул шею назад, чтобы выпустить дым над толпой. «Точно».       Гию крутил колесо пленки, оглядываясь по сторонам. «Я не совсем понимаю. Они же могут просто смотреть рекламу по телевизору».       Он был немного озадачен тем, что это не было каким-то чудом для Гию, как все остальное до сих пор. Меняющиеся огни, яркие цвета, дополненные гигантскими красивыми плакатами с людьми, налепленными на здания, действительно имели своего рода привлекательность.             Они прошли мимо ряда уличных артистов. «Где еще ты увидишь что-то подобное?» Он кивнул в сторону человека, наклонившегося, чтобы позировать со стаей крыс, кружащих над чьим-то давно забытым обедом.       «Полагаю». Гию сморщил нос, поднял глаза и сделал еще один снимок чего-то над их головами. «О». Он нахмурился, перематывая пленку. «У меня осталась только одна фотография».       «Дай». Санеми протянул руку. «Я ничего не сфотографировал. Я хочу сделать последний кадр». Когда Гию не пошевелился, Санеми закатил глаза. «Если мы притворяемся туристами, разве мы не должны вести себя как они? Теперь тащи свою задницу туда и улыбайся в камеру».       Они отошли в сторону чтобы позволить людям обойти их, но Гию ничего не сделал, просто повернулся и уставился куда-то вдаль. Санеми усмехнулся и зажал сигарету между зубами. Он одной рукой вырвал у Гию камеру, а другой шлепнул его по заднице.       «Давай быстрее, я хочу домой», — проворчал Санеми.       Глаза Гию расширились, когда он резко повернулся к Санеми. Но в конце концов он кивнул и сделал несколько шагов вперед.       Теперь, глядя в видоискатель камеры, Санеми увидел Гию, розовощекого и неловкого, как всегда. Руки напряжены и опущены по бокам, манжеты его длинной рубашки зажаты между пальцами.       «Я же сказал тебе улыбаться, придурок».       «Ах, да.»       Ожидая странной, натянутой улыбки, сопоставимой с языком его тела, Санеми был удивлен, увидев, как Гию расплылся в настоящей, искренней улыбке.       Дыхание в легких Санеми прервалось, и Санеми был чрезвычайно благодарен, что не вдохнул кучу дыма непосредственно перед этим. Он все еще не полностью привык к этой улыбке после всего этого времени. Странно.       Он нажал на затвор, вспышка сработала, когда изображение врезалось в пленку. По привычке Санеми крутанул колесо затвора, опуская камеру.       Лицо Гию вытянулось. «Подожди, я не смог тебя как следует сфотографировать».       «И что?»       Гию глубоко нахмурился. «Здесь должно быть что-то, что делает снимки…» Слова Гию затихли, когда он снова начал оглядываться, полностью игнорируя Санеми. Он пожевал губу, безуспешно осматривая местность. Поплелся обратно к Санеми, забрал камеру, и они продолжили идти.       Хотя там было на что посмотреть, туристическая ловушка не простиралась на слишком много кварталов. Они повернули на противоположную сторону улицы, чтобы вернуться к машине. Гию съёжился.       Расстроенный сменой настроения, Санеми посмотрел, не скажет ли ему что-нибудь лицо Гию. Глубоко задумчивое. Не помогло.       Он прочистил горло. «Тебе было весело сегодня? Кажется, тебе понравилась вода».       «Ага»       Они остановились на переходе. Санеми не знал, лучше или хуже будет напрямую спросить Гию, что его расстроило. Он решил держать рот закрытым, проглотив странность, которая присоединилась к яме в его желудке.       Когда он уже почти подошел к машине, Санеми навострил уши, услышав хрустящую электронную музыку в сочетании с компьютерными взрывами и криками одобрения, доносящимися с их стороны. Санеми посмотрел на афишу аркады, о которой он уже забыл.       Восемь этажей высотой со всеми видеоиграми, известными человеку. Люди не ездили в город играть в гребаные игры, но это был крутой элемент.       Он не стал уговаривать Гию войти, предпочтя схватить его за локоть и протащить мимо других людей на тротуаре. Протащив их через вестибюль, он протолкнулся через двери, разделяющие его и главный этаж.       Внутри стены были покрыты густой черной краской, неоновые брызги разбивали темноту. Безвкусный ковер вел через несколько рядов различных игровых автоматов. Черные лампы, прикрученные к потолку, казалось, были единственным освещением, помимо того, что исходило от игровых экранов и бесполезных отдельных ламп, разбросанных вокруг.       «Ух ты…»       Санеми оглянулся, с облегчением увидев, что выражение лица Гию стало намного ярче, а не таким угрюмым, как раньше. На самом деле не так уж много нужно было, чтобы произвести на него впечатление.       Гию подошел к ближайшей игре, наклонив голову, чтобы прочитать название на дисплее. «Ты играл в эту игру раньше?»       «Один или два раза», — Санеми слегка ухмыльнулся.       Он подружился с несколькими коллегами, когда был барменом. В те редкие случаи, когда у Санеми не было горы домашней работы, он сидел, потный и в одном нижнем белье, и играл в эту игру в жаркой квартире своего друга. Это не требовало большого мастерства, и он мог выпустить пар, опосредованно избивая других персонажей.       «Похоже, что игра рассчитана на двух игроков. Хочешь поиграть со мной?» Глаза Гию мерцали в полумраке.       Санеми вздохнул, проведя рукой по волосам. «Ладно, только не приходи ко мне плакаться, когда я надеру тебе задницу».       Уверенность и опыт ничего не значили.       «Что за фигня? Нельзя просто нажимать случайные кнопки, нужно использовать комбо!» Санеми наблюдал, как полоска здоровья его персонажа опустела до нуля. «Вот почему их показывают перед началом раунда!»       «Тогда почему я продолжаю выигрывать, нажимая случайные кнопки?»       Санеми прорычал: «Ладно, я больше не буду с тобой играть». Он фыркнул и начал уходить.       «Но нам еще предстоит осмотреть больше этажей». Единственным ответом Гию стал средний палец Санеми, поднятый над его плечом.       Несмотря на сопротивление, они прокладывали себе путь на разные уровни аркады. Санеми получил искупление, уничтожив Гию в игре, предназначенной для детей. Но это не имело значения. Победа есть победа.       Поднявшись по лестнице на менее оживленный шестой этаж, Гию ахнул и поспешил в дальний угол этажа, словно собака, почуявшая спрятанное лакомство. Санеми последовал за ним в своем обычном темпе, догнав Гию, когда тот только что открыл занавеску фотобудки.       «Смотри, у них есть фотобудка!» Гию задрожал от волнения.       «Ты разве не фотографировал весь день?» Санеми склонил голову набок и сунул руки в карманы.       «У меня не получилось сделать твою настоящую фотографию».       Что, черт возьми, это значит?       Гию высыпал оставшиеся жетоны себе в руку. «Пошли, Санеми». Он сел в кабинку и махнул Санеми рукой, чтобы тот сел рядом с ним.       Санеми глубоко вздохнул. Он не понимал, почему Гию так заморочился с этой фотографией, но как он мог отказаться?       Он втиснулся рядом с Гию, задернув занавеску. Экран дисплея показал их двоих, движения отставали на секунду или две. Гию пересчитал свои жетоны и вставил четыре, прежде чем откинуться назад.       «Ладно, что теперь?» — спросил Гию, когда вспыхнула яркая вспышка. «Это была первая фотография?»       Санеми нахмурился. «Откуда мне знать, черт возьми? Я никогда не пользовался ничем из этого». Он скулил, когда Гию начал смеяться над картинкой предварительного просмотра на маленьком экране над экраном прямой записи. Еще одна вспышка.       «А нам что-то делать?» — спросил Гию, пытаясь сдержать очередной смешок, когда на экране появилась вторая фотография Санеми, выглядящего еще более сбитым с толку.       Санеми застонал, сдаваясь. Он посмотрел на Гию, который начал смеяться еще сильнее, увидев на его лице побежденного. Еще одна вспышка. Беззащитный, его собственный смешок вырвался из его груди.       «У нас есть еще один ка…» Слова Санеми были прерваны Гию, схватившим его лицо обеими руками и сомкнувшим их губы. Удивленный стон вырвался из горла Санеми, но это не помешало ему наклониться к Гию. Еще одна вспышка.       Гию не отстранился, переместив руки, чтобы частично запутаться пальцами в растрепанные волосы Санеми. Он жадно покусывал губы Санеми с пылом, от которого в комнате перехватывало дыхание.       Одна из рук Гию скользнула вниз по шее Санеми, его груди, его животу, огибая его бедро. Тело Санеми взревело, оживая, кожа воспламенялась везде, где они встречались. Ему нравилось, каким страстным мог быть Гию, даже если иногда это делало все слишком быстрым. Даже не переходя от нуля к шестидесяти, начав с шестидесятии постепенно увеличивая.       Он поднес большой палец к подбородку Гию, слегка прищемив его указательным пальцем ниже. Санеми слегка отстранился, ровно настолько, чтобы остановить Гию. Он нежно потянул нижнюю губу Гию зубами, осторожно проводя языком по мягкой коже.       Рука на его бедре напряглась, когда жалкий тихий всхлип вырвался из Гию. Когда их губы снова встретились, все замедлилось. Гораздо нежнее, каждое движение их губ и биение их сердец были учтены.       Рука Гию начала скользить вверх по джинсовой ткани, прикрывающей ногу Санеми, опасно двигаясь к…       «О, я хочу пойти в фотобудку!»       Их глаза резко открылись, они замерли на мгновение, прежде чем прийти в себя и оторваться друг от друга. Только сейчас Санеми вспомнил, что они были на публике. Мало того, они были в центре чертовой аркады.       «Блядь». Санеми встал и отодвинул занавеску, рядом сгрудилась группа подростков. Он вышел, только быстро оглянувшись, чтобы убедиться, что Гию следует за ним, призывая его покинуть место преступления.       «Хм. Ты выглядишь глупо тут». Гию улыбнулся распухшими губами, держа в руках полоски с фотографиями. К счастью, Гию вспомнил, что нужно их схватить, Санеми слишком запаниковал, торопясь убраться оттуда, и совсем забыл о фотографии. «Готов идти домой?»       Санеми кивнул и почесал затылок. С этими словами они спустились по лестнице и направились к машине. Благодарный за то, что наконец-то отправился домой, Санеми снова опустился на кожаные сиденья машины, теперь, когда их странная маленькая экскурсия наконец-то подошла к концу.       Его глаза быстро отяжелели в уютном тепле салона, но он все же успел спросить в последний раз: «Тебе было весело сегодня?» Тихое «м-м-м» Гию заставило усталую ухмылку расползтись по губам Санеми. Он мог бы сказать то же самое, но вместо этого закрыл глаза, когда машина начала двигаться.       Всего через минуту или около того он почувствовал, как его руку отдернули от его колена и отвели в сторону. Теплые пальцы сплелись с его пальцами.

***

      Гию открыл входную дверь квартиры с легкой улыбкой на лице и тонким белым свертком под мышкой.       «Я дома»       Санеми встал с дивана, немного потянувшись, все еще держа в руке пульт от телевизора. «Добро пожаловать обратно». Его спина хрустнула от скрежета зубов. «Блядь», —пробормотал он себе под нос, выключая телевизор и бросая пульт на подушки.       Он направился к Гию, который стоял у кухонного острова и начал открывать посылку. «Что это?»       Гию быстро поднял взгляд, прежде чем протянуть руку. «Мои фотографии». Негативы выпали из бумаги, зацепившись за костяшки пальцев Гию, и со стуком упали на стол. Глянцевые, правильно проявленные фотографии сияли в верхнем свете. Никто из них не произнес ни слова, когда Санеми подкрался сзади к Гию, заглядывая ему через плечо и медленно просматривая стопку.       Они, как и ожидалось, пошли по расписанию своего дня. Все началось с одной зернистой фотографии лодки, на которую они собирались сесть, за которой последовало несколько полуразмытых снимков статуи и береговой линии. Санеми пронзительно закричал в ухо Гию, когда на нем появилось кристально чистое изображение Санеми, сражающегося за свою жизнь на перилах парома.       «Что за фигня?»       Гию повернулся к нему, лица были близко. «Я хотел запечатлеть этот день. Твои попытки не блевать на лодке были его частью».       Санеми зарычал от недовольства, оглядываясь на ту версию себя, которая жаждала смерти. Надев этот безвкусный спасательный жилет, крепко зажмурив глаза и перевесив тело через край.       Когда Гию отложил фотографию в сторону, Санеми схватил ее и швырнул куда-то в сторону гостиной. Гию тихонько хихикнул над театральностью.       Еще несколько снимков, хотя они были в основном бесполезны. Яркая белая вспышка покрыла большую часть кадра, а на заднем плане виднелись, как будто, здания. Возможно, прищурившись, можно было увидеть город.       «Это отстой», — вздохнул Гию, пролистывая одну за другой кадры потраченной впустую пленки. Только один вроде как получился. Фотография ног Гию на стекле была прилично высокого качества.       В конце концов они добрались до фотографии парка. Деревья с падающими листьями, развевающимися над тропинкой, то немногое солнце, что пробивалось сквозь рощу, было золотым и теплым. Белые волосы Санеми в углу кадра резко выделялись на фоне осенних красок деревьев вокруг него.       «Мне нравится этот», — тихо сказал Гию, поднося фото ближе к себе. Санеми просто пожал плечами.       После появилась серия фотографий различных рекламных объявлений, сделанных снизу… которые полностью исказили лица моделей и актеров.       Они оба рассмеялись, Санеми превратился в гогот, который вызвал у него слезы на глазах, в частности, у одного мужчины челюсть казалась вдвое больше его лба, когда он размышлял перед камерой. Санеми даже не удосужился поднять глаза, пока они были там.       Гию успокоился достаточно, чтобы добраться до последней фотографии, где он улыбается посреди шумной улицы. Сияющий хаос огней на заднем плане не имел шансов против сияния улыбки Гию. Хотя его дурацкая рубашка почти украла все шоу.       «Мне это нравится», — прошептал Санеми, хотя он не собирался произносить это вслух.       Гул, прежде чем Гию заговорил снова. «Теперь нам нужно выбрать одну, чтобы повесить на холодильник».       Санеми нахмурился. «Что? Почему?»       «Так люди и делают, да? Твой — первый, который я видел без всяких фотографий».       «Ему не нужно никакого дерьма».       Гию снова повернулся к нему. «Урокодаки вешал все наши школьные фотографии. Моя была рядом с газетной вырезкой где Танджиро спас кошку из реки. Его была рядом с почетным сертификатом Макомо. Там всегда было полно вещей с нами, детьми. У тебя вообще нет никаких фотографий в квартире». Он всмотрелся в лицо Санеми. «Я понял, что фотографии важны».       Он был прав. У Санеми ничего не висело, но не похоже, что те мелочи, которые он хранил в коробке из-под обуви в шкафу, заслуживали места на стене или на тумбочке. Газетные статьи, его диплом, награда, которую он получил на работе, — все это не нужно было выставлять напоказ. У него не было фотографий. Ни его семьи, ни его друзей, ни его самого.       Дома его мама делала то же самое, что и опекун Гию. Хотя, поскольку улыбки продолжали сползать с их лиц год за годом на фотографиях, она прекратила это делать. Последняя улыбка Санеми, которую он демонстрировал перед отъездом, была с последнего года обучения в средней школе, зубастая улыбка, которую он носил несколькими классами ранее, навязчиво отсутствовала.       Переведя взгляд с Гию на фотографию в его руке и на холодильник, о котором шла речь, Санеми вздохнул. «Ладно, тогда этот».       Гию снова посмотрел на фотографию. «Но на этой фотографии я».       «И что? Это ты этого хочешь», — пробормотал Санеми.       Гию нахмурился, привлекая внимание Санеми. «Если эта пойдет на холодильник», — он потряс фотографию, прежде чем уронить ее. «Тогда та, которую ты бросил там, тоже пойдет».       «Нет, черт возьми!» Санеми выпрямился и указал на стойку. «Это на самом деле хорошая фотография тебя». И, честно говоря, он не хотел напоминания.       «Это не может быть только я». Гию повернулся в большем промежутке между ними, скрестив руки на груди. «Мы оба живем здесь».       Санеми стиснул челюсти, пытаясь перебрать возможные аргументы, чтобы выбраться из того, насколько глупо все это ощущалось. Его глаза обшарили лицо Гию, остановившись на его надутых губах. Ну… технически у них была фотография их двоих.       «А что насчет фотографии из фотобудки?»       Лицо Гию просияло. «Это хорошая идея». Он с рекордной скоростью, побежав в свою спальню.       Все еще не лучшая работа Санеми на фотогеничном фронте, но он делает все возможное, чтобы угодить им обоим в дерьмовом компромиссе. Гию завернул за угол с одной из полос, полностью обойдя Санеми, чтобы прижать угол фото под небоскребный магнит, который он тоже вытащил.       Закрепив фото, Гию отступил назад. «Вот. Как это выглядит?»       Санеми сосредоточился на четвертом кадре, на том, как его щека сжалась между пальцами Гию от того, как сильно он держал его лицо. Как у них обоих была странность в уголках губ. Конечно, они занимались сексом месяцами, но постоянное напоминание об их комфорте в близости заставило желудок Санеми сжаться.       «Как скажешь. Забери это со стола, я собираюсь заняться ужином». Он небрежно махнул рукой в ​​сторону фотографий, заняв место Гию у холодильника, пока он шел убирать все. Вблизи странное ощущение в животе не изменилось. Он вздохнул и открыл дверь.       На следующее утро Санеми проснулся и увидел, что Гию повесил фотографию Санеми на лодке рядом с другой.