Могу ли я тебе помочь?

      Санеми работал допоздна, и Гию не знал, чем себя занять. Он работал только в кафе этим утром, а теперь сидел в их большой квартире совсем один. Видеоигры и телевизор не развлекали… и, честно говоря, он скучал по Санеми.       Его скорректированный рабочий график открыл ему глаза на то, как много он работал все время до того, как сократил свои часы. Честно говоря, у него раньше не было с этим проблем. У него не было проблем и с его текущим рабочим графиком, просто свободное время сбивало его с толку.       Сначала это казалось мечтой — вернуться домой, развалиться на диване и посмотреть повторы дневных ток-шоу. Он даже пробовал готовить и убираться, но возможность для первого была отменена, когда Санеми вернулся в задымленный дом с ревущей над головой пожарной сигнализацией.       Грубо говоря, ему было скучно. Несколько часов между возвращением Гию из кафе и возвращением Санеми из офиса были терпимы, хотя когда Санеми работал допоздна, это граничило с пыткой.       Гию не был прилипчивым ни в коем случае, сохраняя уважительные границы личного пространства там, где он считал их необходимыми. Но сегодня вечером он чувствовал себя немного одиноким.       Он выключил телевизор и бросил пульт рядом с собой на диван. С тоской посмотрел в окно, сверкающие огни города танцевали на темном фоне. Санеми рассказал ему о каком-то напряженном проекте с жестким сроком сдачи чуть больше недели назад. Это звучало сложно, поэтому Гию изо всех сил старался помочь ему расслабиться когда он наконец добрался домой поздно ночью.       Обычно помощь состояла из массажа плеч или спины, пока Санеми не засыпал, что занимало всего пять минут. Он был измотан, и Гию чувствовал, что должен делать для него больше.       И теперь он оказался зажат между их индивидуальными потребностями. Санеми нужно было снять стресс, а Гию нужен в Санеми.       Прежде чем он успел осознать, что делает, он направился к стационарному телефону. На стойке прямо рядом с ним лежала записка с несколькими ключевыми номерами телефонов, включая номер офиса Санеми.       Он вообще еще в офисе? Рассердится ли на него Санеми за то, что он прерывает его работу? Гию сделал глубокий вдох, прежде чем взять трубку и поднести ее к уху. Каждый маленький гудок во время набора номера заставлял его трепетать еще сильнее.       Звонить Санеми казалось слишком рискованным, как будто он был неправ, делая это, но волнение было слишком сильным.       «Гию?»       «Привет», — Гию покрутил пальцем шнур телефона.       «… Привет. Что-то не так? Ты в порядке?»       Несмотря на то, что Санеми бросил курить много лет назад, его голос был таким грубым и дымным, что у Гию пробежала дрожь по спине. Даже искажение по телефону не могло отнять у него этого.       «Я в порядке. Ничего не случилось».       Тишина затянулась. «Хорошо. Это… хорошо. Зачем ты звонишь?» —в тоне Санеми слышалась легкая резкость, оттенок раздражения.       Терять ему было нечего, и он решил быть честным. «Я скучал по тебе. Скучно сидеть здесь и ничего не делать».       В трубке раздался вздох. «Тебе и так есть чем заняться дома, и ты это знаешь». Его голос зазвучал значительно веселее, словно он сдержал ухмылку, видя, каким жалким был Гию, неспособный развлечь себя.       «Но тебя здесь нет».       «О, я что, одно из дел, которым ты должен заняться дома?» —усмехнулся Санеми.       Не совсем то, что он изначально имел в виду… но «да». У них не было секса с тех пор, как начался его рабочий проект, и Гию скучал по этому.       Санеми произнес тихо и размеренно: «Как только я не буду так завален работой, ты знаешь, я твой».       Я твой. Гию не мог не промурлыкать в ответ, слова просачивались в его поры и заставляли его тело становиться горячим. Боже, Санеми каким-то образом всегда знал, на какие кнопки нажать, чтобы свести Гию с ума. Это была даже не какая-то знойная фраза, прошептанная ему на ухо в пылу момента, нет. Просто подтверждение того, что Санеми действительно его.       «Что на тебе надето?» Гию развернулся и оперся бедрами о столешницу.       «Что?» —пробормотал он.       «Я спросил, во что ты одет. Я тебя сегодня еще не видел».       «Э-э, то, что я всегда ношу. Брюки и рубашка на пуговицах».       Он должен был ожидать этого, не представляя себе большого разнообразия в том, что еще можно носить в офисе. Хотя Санеми всегда выглядел хорошо. Его одежда идеально скроена, прекрасно облегая его тело, и Гию хорошо знал эти изгибы. «Твой галстук все еще на тебе?»       «Ты что, коп?» Санеми нежно рассмеялся, и улыбка расползлась по губам Гию при этом звуке. «Да, но я ослабил его, так как почти все остальные уже ушли».       Ужасная, извращенная мысль пронеслась в голове Гию.       «А что ты надел? Ведь я тебя сегодня еще не видел». Последние слова Санеми произнес насмешливым тоном.       Гию взглянул на свой наряд. Футболка и шорты. Довольно стандартная одежда для дома, но это было не очень интересно. Теперь он с любопытством хотел посмотреть, сможет ли он извлечь из этого что-нибудь.       «Ничего»       Пауза. «Совсем ничего?»       «Да», — солгал он.       Он услышал стук ручки на другом конце провода. «Почему я тебе не верю?»       Гию положил трубку за спину и быстро стянул футболку, бесцеремонно сбросив ее, принявшись за шорты и нижнее белье. Он вышел из них, отбросив в сторону кучу одежды, прежде чем снова поднести телефон к уху.       «Я говорю правду».       На заднем плане шуршали бумаги. «Есть ли какая-то особая причина, по которой ты сейчас голый?»       Он потянул за телефонный шнур настойчивее. «Я скучаю по тебе».       «Блин, я тоже по тебе скучаю. Хотел бы я быть там. Держу пари, ты выглядишь великолепно».       Гию прикусил губу. «Что бы ты сделал, если бы был здесь прямо сейчас?» От вопроса, заданного открыто, кожа Гию наэлектризовалась в ожидании ответа.       «Мы… мы сделаем это прямо сейчас?» — голос Санеми на другом конце провода звучал слегка запыхавшимся.       Сделай, Гию хотел сказать в ответ, но, честно говоря, он не хотел играть в игры. Он рассеянно провел пальцем по гладкой коже на своей груди. «Только если ты этого хочешь».       «Чёрт, да, конечно. Блять… Подожди». Ещё больше шелеста бумаг после тихого щелчка, который сказал Гию, что Санеми отложил трубку. Пару ударов, ругательств и хлопка двери спустя Санеми снова поднял трубку. «Ладно, задай вопрос ещё раз».       Он подчинился. «Что бы ты сделал, если бы был здесь прямо сейчас?»       Санеми прочистил горло.«Я бы обнял тебя. Провел бы пальцами по твоему позвоночнику, как тебе нравится». Гию задрожал от воображаемого прикосновения. «Поцеловал бы тебя так, будто я умираю от желания. Боже, ты так идеально подходишь мне».       Он закрыл глаза, представляя все, что Санеми ему сказал. Как ни странно, он чувствовал, как сильные руки Санеми обнимают его, как тепло его тела разливается по Гию. Или, что более вероятно, это был жар возбуждения, расцветающий внутри него.       «Что еще?»       «Я бы не торопился. Я бы медленно снял с тебя одежду, но, похоже, ты уже избавил меня от хлопот». Его улыбка отчетливо слышалась в трубке.       «Если бы ты был здесь, я бы снял с тебя галстук». Он поморщился, закончив предложение. Санеми так горячо все обставил по телефону, что Гию почувствовал, что он звучит глупо. Неуклюжие слова и неловкая подача всегда подводили его, но он хотел внести свой вклад.       Санеми рассмеялся.«Ладно, хорошо. Мне стало не по себе в нем. Не снимешь ли ты мою рубашку?»       «Да». От образа его рук, медленно расстегивающих каждую маленькую пуговицу на рубашке Санеми, кончики его пальцев загудели. Если бы он мог сделать это в реальной жизни, он бы сделал так, чтобы Санеми чувствовал себя потрясающе. «Я бы… снял твою рубашку с твоих рук».       «Ты так добр, спасибо тебе за это».       «И я бы коснулся твоей груди, пока целовал твою шею».       Санеми тихо застонал. «Где на шее?»       «То самое место под ухом, которое тебе нравится». Санеми всегда таял, когда Гию сосал немного сильнее прямо там. Если он дополнительно использовал свой язык, то игра была окончена на протяжении большей части прелюдии. Само собой разумеется, Гию сохранил этот трюк в своем списке приемов.       «Ммм, мне это нравится. И мне нравится, как ты лапаешь мою грудь, словно от этого зависит твоя жизнь».       «Твою грудь?»       Он рассмеялся. «Ты сказал, что трогал мою грудь, нет? Не стесняйся, я знаю, что она тебе нравятся. Все в порядке».       Гию не просто нравилась грудь Санеми, он ее обожал. Насколько округлой и упругой была каждая хорошо развитая грудная мышца под его прикосновением. Просто… что-то заставило Гию захотеть крепко ее сжать. Сначала Санеми не казался таким уж уверенным, но в последние несколько месяцев он вел себя так, будто ему это очень нравится.       «Я делаю это»       Тихий звук в знак подтверждения.«У тебя сейчас стоит?»       Гию наконец открыл глаза и посмотрел вниз. Его член начал приятно наполняться между ног, покраснел и просил большего. «На пути к этому».       «Ты трогаешь себя?»       Он покачал головой, как будто Санеми мог его видеть. «Нет».       «Ты не думаешь, что нам стоит это изменить? Давай, Гию. Потрогай себя».       Пальцы, все еще вычерчивающие маленькие узоры по центру его груди, тянулись все ниже, ниже, ниже. Пройдя чуть дальше его пупка и через полоску волос еще ниже. Когда он уже собирался взять себя в руки, он остановился.       «Ты тоже себя трогаешь? Я не хочу быть один».       «Я…» Он замолчал, тишина тянулась, пока в трубке не раздался звон ремня, а также вздохи и шуршание его одежды. «Знаешь, из-за тебя у меня могут быть неприятности из-за твоего маленького трюка».       «Извини». Гию не чувствовал себя виноватым, даже в малейшей степени к этому моменту. Не тогда, когда он сделал первое движение по своему члену, которое заставило его подавить стон.       «Мм. Все в порядке. Я —ах —я сделаю это для тебя, Гию». Его имя, только что произнесенное Санеми, заставило его содрогнуться. «Ты взял смазку из спальни?»       Его рука сжалась немного сильнее, что вызвало гримасу, прежде чем он замер. «Нет».       «Иди и возьми. Я хочу, чтобы ты вставил в себя свои пальцы».       О боже, да. «Хорошо». Гию почти бросил трубку и быстро пошел по коридору. Он почти уверен, что временно отключился, так как не помнит чтобы даже открывал дверь, просто направился прямо к прикроватному столику.       С флаконом в ​​руке он проскользил по полу, прежде чем снова врезаться в столешницу. Подняв трубку, он выдохнул: «Я вернулся».       «Почему ты так запыхался? Ты что, бежал?»       «Я так думаю»       Санеми рассмеялся, от души и сполна. «Ты думаешь?» Он немного успокоился, улыбка все еще была слышна в его голосе. «Устраивайся поудобнее для меня».       Зажав телефон между ухом и плечом, Гию развернулся и запрыгнул на кухонную стойку. Поза была немного странной и голова Гию несколько раз ударилась о шкаф позади него. Он согнулся вперед, чтобы, по крайней мере, держать бедра в оптимальном положении, даже уперся ногой в мраморную поверхность, чтобы удержаться на месте.       Не идеально, но сойдет.       «Я готов»       «Хорошо. Теперь намажь пальцы смазкой и представь, что это я все делаю, ладно?»       Он собирался сделать это в любом случае. «Хорошо». Открыв крышку, он щедро вылил средство на кончики пальцев, прежде чем отставить его в сторону. Не дожидаясь дальнейших указаний, он закрыл глаза.       В его воображении жила озорная ухмылка Санеми, та, которую он всегда носил, когда выставлял Гию напоказ вот так. Его пальцы скользнули вниз к его входу…       «Запомни, делай так, как это сделал бы я. Медленно и аккуратно».       Гию кивнул, останавливая пальцы, чтобы потереть маленькие, мучительно медленные круги по краю. Легкий звук вырвался из его горла при прикосновении, и Санеми ответил ему своим собственным стоном. Гию поднес другую руку к своему оставленному члену, теперь полностью твердому.       «Вот так». Его голос хриплый и низкий. «Каково это?»       «Хорошо», — ответил Гию сквозь стиснутые зубы.       «Просто хорошо?»       Он украдкой бросил быстрый взгляд на свою смазанную руку, прежде чем снова закрыть глаза. «Было бы еще лучше, если бы я уже мог быть внутри себя».       Прищелкнув языком, Гию поклялся, что слышал, как Санеми закатил глаза. «Ты всегда такой нетерпеливый. Разве ты не хочешь моих пальцев?»       «Да». Потирание продолжалось, Гию сделал глубокий вдох, чтобы сбросить с себя свое разочарование. Его пальцы не были такими толстыми и умелыми, как у Санеми, но ему нужно было притворяться. Он нуждался в Санеми любым способом, которым он мог бы зацепиться. Он зажмурился сильнее.       Это пальцы Санеми. Санеми трогает меня. Санеми не хочет торопиться.       «Ладно. Просто потому, что я чувствую себя немного великодушным, просунь один палец внутрь. Медленно, Гию».       Не теряя времени, один палец погрузился внутрь. Прерывистое дыхание пронеслось над его грудью. «Санеми…»       «Очень хорошо. Теперь помнишь, что я сделал в прошлый раз? Пока я тебя открывал, я…»       «Да!» Слово прозвучало гораздо громче, чем он предполагал. Но в его защиту можно сказать, что его вторая костяшка только что глубоко погрузилась в его собственный бесконечный жар.       Санеми рассмеялся. «Хорошо. Я знаю, что это не то же самое, но можешь попробовать? Тебе, возможно, придется проявить немного креативности».       Санеми имел в виду то, что он отсасывал Гию, когда растягивал его пальцами. Гию не мог сделать это сам, но он запомнил это, поэтому решил, что может попробовать что-нибудь.       Открыв глаза и схватив бутылочку смазки, он вылил ее на свой член, ровно столько, чтобы имитировать влажность рта Санеми. Его свободная рука двигалась вверх и вниз по всей длине, в то время как он продолжал осторожно вводить и выводить палец из себя.       Санеми никогда не торопился с минетом. Даже в порыве страсти он делал все как можно медленнее. Гию раньше привык к быстрому сексу, поэтому, чувствуя себя таким обласканным, он чувствовал себя любимым, особенным… даже во время их быстрого траха.       Он начал с представления языка Санеми, используя два пальца, чтобы «лизнуть» полоску вдоль нижней части его члена.       «Ммпф…»— простонал Гию.       «Что я сейчас делаю?»       «Ты ласкаешь меня… и собираешься взять мой член в рот».       «Да? Что я буду делать с твоим членом во рту? Ты должен мне сказать, потому что мои губы будут заняты». Гию услышал звук открывающегося ящика на другом конце провода.       «Ты используешь свой язык, чтобы облизать головку». Его палец обвел чувствительную головку, бедра вздрагивали, когда он касался упругой кожи на нижней стороне. «Затем ты, наконец, опускаешь губы и берешь только верх». Гию медленно трахал себя в сжатый кулак, ровно настолько, чтобы его рука проглотила кончик. Он застонал от давления, запрокинув голову и ударившись о шкаф.       Он быстро удержал телефон от выскальзывания из неустойчивого положения.       «Ты делаешь мне очень хорошо», — сказал он, затаив дыхание. «Даже с не беря его в рот полностью». Его рука продолжала ласкать и массировать себя.       Санеми застонал, из динамика раздался отчетливый хлюпающий звук. «Продолжай, но добавь второй палец, когда будешь готов».       «Ах!» —вскрикнул Гию, не тратя времени на то, чтобы терпеливо дойти до второго. «Ты… ты так хорош, Санеми. Твой р-рот и твои пальцы». Он тяжело сглотнул. «Я бы хотел, чтобы это был на самом деле ты».       «Я знаю, я знаю. Я бы тоже хотел там оказаться». Его голос стал напряженным. «Бля, ты потрясающий. Такой чертовски горячий».       Гию не был в этом уверен, но несмотря на свои застенчивые сомнения, он продолжил.       «Ты опускаешься немного ниже, примерно на полпути». Его рука последовала его примеру, медленное дергающее движение кулака еще больше захватывало его член. «Ты даже начинаешь немного пускать слюни из уголка рта».       «Я… Тебе не обязательно рассказывать все подробности, Гию».       «Нет, нет, мне это нравится». Он резко втянул воздух сквозь зубы. «Мне нравится, что тебя не волнует, если все становится грязным. Как ты всегда сосредоточен на мне, независимо от того, что еще происходит». Его руки ускорились вопреки его предыдущим инструкциям. «Ты всегда так хорошо обо мне заботишься».       «Чёрт, я всегда буду хорошо заботиться о тебе, Гию». При этих словах Гию согнул пальцы внутри себя, что заставило его вскрикнуть и извиваться на столешнице. «Я так сильно хочу тебя трахнуть».       «Тогда сделай это. Трахни меня». Гию был более чем готов отказаться от большей части их притворства до этого момента. Он дал себе долгие, роскошные поглаживания, от которых у него сжались пальцы ног, пока он ждал, когда Санеми скажет ему, как именно он его хочет. Его лицо словно горело, когда Санеми тихонько застонал на линии.       «Встань на колени. Мне все равно, где. Я знаю, что шнур тянется довольно далеко, так что где хочешь».       Глядя на телефонный шнур, он перебирал варианты. Он тянулся довольно далеко, но недостаточно далеко для дивана в гостиной. Реально, у него был выбор между обеденным столом, кухонным островом или полом.       Он выбрал остров. Спрыгнув вниз, он освободил пальцы и нашел способ неловко зажать трубку между своими чистыми предплечьями. Пока он шумно поднимался, Санеми молчал. Ну, его рот молчал. Его скользкая рука, работающая над его членом, могла многое сказать, даже когда телефон был далеко от уха.       Вспотевший и теперь в нужном положении, Гию положил телефон экраном вверх у подбородка и закрепил шнур на месте под коленом. Сначала лоб опустился на прохладный мрамор, затем он повернул лицо в сторону. «Ладно. Я готов».       «Хорошо, хорошо. Черт, сзади ты выглядишь так, что тебя можно съесть».       «Я хотел бы этого». Он даже пошевелил задницей в воздухе, как будто Санеми материализовался позади него.       «Наглый ублюдок», —фыркнул Санеми. «Ты хочешь мой член или нет?»       «Да. Да, пожалуйста».       Рука Санеми остановилась на заднем плане. «Я не знаю, как начать эту часть».       Гию уже вернул себе руку, лениво поглаживая член, пока ждал. Потому что, черт возьми, он так сильно хотел кончить. И он хотел, чтобы Санеми был тем, кто доведет его до этого.       «Просто расскажи мне, как ты хватаешь меня за задницу, сильно дергаешь и дразнишь меня. Тебе всегда нравится это делать».       «Как жестоко с моей стороны», — его рука снова поднялась.       «И тогда ты наконец засунул— блять —ты наконец вошел в меня». Гию стиснул зубы, позволяя трем пальцам проникнуть между ног. Совершенно излишне, поскольку он не готовился к тому, чтобы его на самом деле трахали, но он желал большего растяжения, которое получил бы с Санеми.       «Как ты себя чувствуешь?» Вместо словесного ответа Гию громко простонал в трубку. «Чёрт», — едва разобрал он сквозь стиснутые челюсти. «Ты делаешь это так хорошо, Гию. Ты всегда так чертовски хорош».       Гию безжалостно вдавливал пальцы, пока другая рука работала над его напряженным членом. Эти два движения одновременно заставили глаза Гию закатиться и застонать «Санеми-и».       «Я здесь — черт — я прямо здесь. Боже, я бы отдал все, чтобы быть там прямо сейчас».       Обычно Гию нравились разговоры, но сейчас — «Просто заткнись и трахни меня!» — он потерял потребность в болтовне. Только чистая похоть расплавленно текла по каждой части его мозга. Санеми, к счастью, не стал спорить, сдавшись с высоким стоном и звуком его руки, двигающейся быстрее.       Ничего, кроме звука тяжелого дыхания друг друга, стонов и ударов кожи о кожу, не наполняло комнату. Руки Гию работали сверхурочно, мышцы горели, когда он отдавал себя полностью.       «Гию, пожалуйста, скажи мне, что ты близко. Я-я не смогу долго продержаться».       «Да, да, я близко». Он тяжело вздохнул. «Представь, что я с тобой, когда ты кончаешь».       Санеми громко вскрикнул, смесь имени Гию, еще больше ругательств и невнятного лепета сорвалось с его губ. Гию закрыл глаза и прислушался. Он представил себе Санеми позади себя, брови которого приподняты и нахмурены одновременно. Нижняя губа крепко закусана между зубами. Санеми всегда выглядел как идеальное воплощение отчаяния когда он собирался кончить. И Гию, черт возьми, это нравилось.       «Дай мне услышать тебя, Санеми».       «Блядь!» Получившийся стон сказал Гию все, что ему было нужно, когда он наконец получил зеленый свет, чтобы отпустить. Пальцы внутри него ускорились, как будто они были самим Санеми, какая-то психическая связь между ними, пока Гию выстрелил своей спермой на столешницу с диким, бесстыдным стоном.       Все замерло, пока они оба пытались отдышаться. Гию крепко зажмурился и высвободил пальцы, опустив обе руки. Он сглотнул, прежде чем повернуть голову, чтобы осмотреть нанесенный им ущерб.       «Мне нужно убраться на кухне».       Санеми фыркнул и рассмеялся. «Да, тебе это нужно, извращенец».       «Ты на это согласился».       Пауза. «С удовольствием», — вздохнул он.       Гию улыбнулся. «Когда ты вернешься домой?»       «Я не могу работать после всего этого. Я уйду, как только приберусь. Я уже почти закончил, но кто-то позвонил мне и отвлек меня».       В своей новообретенной ясности Гию почувствовал себя немного виноватым. «Извини».       «Не надо. Я люблю такое».       Гию почувствовал, как его грудь раздувается от уверения. Хотя…       «Почти так же сильно, как ты любишь меня?»       В трубке раздался тихий смешок. «Почти. Я слишком люблю тебя, чтобы сказать, что мастурбация по телефону превзошла все ожидания».       Неважно, сколько раз они это говорили, слова «Я люблю тебя» согревали Гию с головы до ног. Его щеки покраснели сильнее, а сердцебиение снова участилось. Чувствовать себя по-настоящему любимым было так странно.       «Я тоже тебя люблю. Возвращайся домой поскорее».       «Конечно». Телефонная линия оборвалась, и Гию улыбнулся ещё ярче.