Могу ли я тебе помочь?

      «Смотри, она изменяет ему с его лучшим другом. История стара как мир». Санеми положил одну ногу на другую.       «С чего ты взял? Ребенок выглядит точь-в-точь как он». Гию пошевелился под тяжестью руки Санеми.       «Да, но нос другой. И когда они показали фотографию друга, она совпала. Учитывая, что все это уже подозрительно, это должно быть так. Вот…»       «В случае с этим ребенком этот мужчина не является отцом». На экране начался хаос, рев оскорблений и насмешек со стороны зрителей омрачил драму, происходящую на сцене.       «Мне жаль ребенка», - Гию скрестил руки.       «Мм, да. Но это хорошо для телевидения». Как раз в тот момент, когда Санеми закончил предложение, зазвонил его телефон. Он вздохнул, отрываясь от Гию и застонав, направляясь на кухню. Звон прекратился, когда трубка коснулась его уха. «Алло?»       «Неми! Привет! Это Генья!»       Кто еще это мог быть, если в приветствии есть Неми? «Привет».       «Как дела? Извини, что не звонил несколько недель, написание диссертации отняло у меня много сил».       «Все в порядке. Похоже, ты усердно работаешь». Санеми бросил взгляд на Гию, который вежливо убавил громкость телевизора и с любопытством уставился на него. Он одними губами произнес имя Геньи, прежде чем был встречен мудрым кивком. Гию повернулся к экрану, чтобы дать им некоторое подобие уединения. «У нас все хорошо. Ничего нового».       «Отсутствие новостей - это хорошие новости, верно?» - усмехнулся Генья. «Эм, слушай. Я просто скажу это. Мама много о тебе спрашивала, а с приближающимися праздниками и все такое. Она очень хочет тебя увидеть».       Мышцы Санеми покрылись льдом. «Ох».       «Я всегда могу купить ей билет на самолет до города! Так она получит небольшой отпуск, и я смогу показать ей мои любимые места. Ты можешь просто присоединиться к нам, когда захочешь!»       Он закрыл глаза и сглотнул. «Генья, я не знаю, хорошая ли это идея».       «Никакого давления, конечно! Я просто… теперь, когда она знает, где ты и что с тобой все в порядке, она так счастлива. Серьезно, она не перестает говорить о тебе».       Какого черта Санеми должен был ответить на это? «О», - снова сказал он вместо чего-то по существу. Или, может быть, просто манеры Гию начали на него действовать.       «Даже приехав, мы не будем заставлять тебя жить с нами или что-то в этом роде. Мы просто хотим тебя увидеть. Может быть, после праздников, когда цены будут ниже».       «Я бы сам вам билеты купил, не будь смешным», - усмехнулся Санеми.       «Хм. Ну, или ты всегда можешь приехать сюда к нам…» Он замолчал на мгновение. «Так наши братья и сестры смогут тебя увидеть». Боже, переход от одного «нового» человека к шести в общей сложности «новым» людям заставил Санеми вздрогнуть. «И привези Гию! Я рассказал Ма какой он милый, и она хочет с ним познакомиться!»       Его взгляд скользнул обратно к Гию, который в данный момент просто… плохо скрывал тот факт, что он подслушивает разговор.       «Она просто хочет, чтобы все были вместе. Хотя бы один раз. Если тебе это не понравится, сможешь не возвращаться. Но, пожалуйста, хотя бы подумай об этом. Это было бы важнейшим событием Ма за год. Может быть, даже всю ее жизнь!»       Санеми прикусил губу. Учитывая все, что Генья ему рассказал ранее, он знал, что увидеть маму впервые за долгое время не так плохо, как предполагалось. Но все же… Его встреча с Геньей произошла случайно. Если бы это зависело от Санеми, его стыд не дал бы ему видеться с ними всю оставшуюся жизнь.       Хотя, казалось, трудно было отказаться от идеи сделать маму такой счастливой после всего, что ей пришлось пережить.       «Я подумаю об этом».       «Потрясающе! Серьёзно, Неми, ты не пожалеешь, что вернулся к нам. Даже если всего на выходные! Ты и Гию можете остаться у Ма! Некоторые из нас съехали, так что наша старая спальня открыта для любого. Тебе даже не понадобится отель!»       Чувство вины схватило Санеми за горло своими грязными коготками. Вот Генья, так рад приветствовать их дома, а Санеми обнаружил, что сопротивляется всему этому, предоставив Генье продвигать идею, как будто это рабочий проект.       «Я позвоню тебе на следующей неделе и сообщу, какое решение я принял».       «Да! Это здорово! Я буду ждать звонка!» Генья снова рассмеялся, и Санеми почувствовал, что съеживается. Они попрощались, и Санеми повесил трубку, низко опустив голову и прижав подбородок к груди.       Сделав глубокий вдох, Санеми посмотрел на Гию.       «Как Генья?» - спросил он со своего места на диване. В его глазах читалось скорее любопытство, чем беспокойство.       «Хорошо», - пробормотал он в ответ, проводя рукой по волосам и направляясь обратно к дивану. Вместо того чтобы сесть обратно, он встал позади Гию и наклонил голову к его плечу. «Как бы ты себя чувствовал… если…» Он замолчал, пристально глядя на диван. «Мы… навестили мою семью?» Последние слова вылетели из него на одном быстром выдохе.       «Всю твою семью?» Гию смотрел на него. У Санеми пока не было на это сил.       «Да. Ну, по крайней мере, моя мама и Генья. Нам не нужно видеть всех остальных».       Гию ответил категорично: «Почему не всех?»       «Все - это целая толпа, Гию», - усмехнулся он без особого юмора.       «Меня это устраивает».       Санеми наконец поднял глаза, ища в синих глазах хоть какой-то намек на ложь или преувеличение. Не найдя ничего, он вздохнул и положил лоб на плечо Гию. «Есть какие-нибудь планы в ближайшие несколько недель?»

***

      Санеми возился с ремнем безопасности, Гию последовал его примеру, когда они уселись в свои кресла в самолете.       «Почему мы должны пристегиваться ремнями безопасности в самолете?» - пряжка ремня Гию наконец застегнулась, когда он закончил свой вопрос.       «На случай, если мы разобьемся», - рассеянно ответил Санеми.       «Но если мы разобьемся… разве мы не умрем? Это намного быстрее, чем машина». Он вопросительно посмотрел в сторону.       Санеми закончил затягивать ремень, прежде чем остановиться и посмотреть на Гию. «Да». Его взгляд скользнул в сторону. «Думаю, ты прав».       В этот момент по проходу прошла стюардесса. «Шампанское?» - спросила она с широкой улыбкой. Не дожидаясь ответа, в руку Гию всунули сверкающий бокал шампанского. Санеми поднял свою руку в знак отказа, давая ей знак оставить их в покое.       «Ты имеете право сказать «нет» стюардессам в первом классе. Ты это знаешь, да?»       Гию посмотрел в свой бокал. «Просто жалко если им придется вылить это».       «Сейчас девять утра», - добавил Санеми с усмешкой. Черт, они еще даже не взлетели. В ответ Гию лишь легко пожал плечами и сделал небольшой глоток.       Над их головами замигали маленькие лампочки с символами «не курить» и «пристегните ремни», а сверху раздался искаженный голос капитана. Просто какая-то чушь о погоде и о том, как долго продлится полет.       Отлично. Теперь у Санеми было примерно три с половиной часа чтобы грызть ногти и тревожно потирать затылок. Самолету не потребовалось много времени, чтобы начать путь по взлетно-посадочной полосе, Гию почти сразу же поднял шторку окна, собираясь наблюдать за всем процессом. Он отвлекся только, чтобы с напряженным вниманием наблюдать за демонстрацией безопасности бортпроводником.       По крайней мере, единственным постоянным человеком, на которого Санеми мог положиться, был Гию. Гию не менялся ни для кого и ни для чего, и это приносило Санеми огромное утешение. Он скрестил руки на груди и откинул голову на кожаное сиденье. Как его семья отнесется к Гию? Генья сказал, что мама хочет с ним познакомиться, но это лишь добавило еще один файл в стопку его бесконечных переживаний.       Колеса под самолетом дернулись, прежде чем плавно вывести их на взлетно-посадочную полосу. Санеми сглотнул и наблюдал, как мир вокруг него меняется и движется за окном. Мир, в котором он чувствовал себя в безопасности, исчезает в пользу возвращения в место, наполненное столькими болезненными воспоминаниями.       «Это круто», - почувствовал необходимость заметить Гию, прежде чем сделать глоток шампанского.       Новый приступ тревоги скрутил живот Санеми. В этот момент пути назад не было. Никаких криков, чтобы остановить самолет. Он пожевал внутреннюю часть щеки и потянулся к свободной руке Гию, крепко переплетая их пальцы.       Гию оглянулся, а Санеми вздохнул и закрыл глаза. Самолет ненадолго остановился на взлетно-посадочной полосе, предположительно ожидая зеленого света на взлет.       «Я с нетерпением жду встречи со всеми. Как думаешь, я им понравлюсь?»       Санеми едва приоткрыл глаза, уставившись на миниатюрный экран телевизора перед собой. «Конечно. А если нет, мы просто вернемся домой». Неуверенное мычание сбоку зажужжало у него в ухе. «Но если судить по тому, как сильно тебя любит Генья, я думаю, все будет в порядке».       «Он встретит нас в аэропорту, да?»       «Ммм», - ладони Санеми стали липкими. «И потом мы поедем прямо к дому».       «Это будет…» Двигатели самолета взревели, когда они начали ускоряться по взлетно-посадочной полосе. У Гию было мало времени, чтобы приспособиться, когда его голова ударилась о подголовник, глаза широко распахнулись. Однако он не оставался таким надолго. Инерция заставила его шампанское плескаться в бокале, едва не забрызгав одежду, так как он поспешил поймать возможную каплю губами.       Санеми просто наблюдал, как Гию допивает свой напиток. Боже, он был таким глупым… и Санеми так сильно его любил. Его семья не могла не почувствовать того же, так что, честно говоря, Гию был где-то в самом низу списка его текущих забот. Когда колеса самолета оторвались от земли, Санеми снова закрыл глаза, сосредоточившись на громком шуме самолета, поглощающем его чувства, и тепле руки Гию.       К его большому удивлению, он заснул на большую часть полета. В следующий раз, когда он открыл глаза, Гию работал над тем, что, как ему показалось, было его пятой пачкой арахиса, а на его столике стоял стакан газировки. Он держал одну руку сцепленной с рукой Санеми, поэтому Санеми был невероятно впечатлен тем, что Гию удалось совершить такой подвиг с перекусом.       Он не заметил, что Санеми проснулся, его наушники были подключены к телевизору перед ним, и он смотрел какой-то фильм. Согласно его собственному маленькому телевизору с отображаемым трекером, у них оставалось всего около часа полета. Не желая беспокоить Гию, Санеми снова закрыл глаза. Он не заснул снова, просто тихо размышлял об их предстоящем визите.       В конце концов, над головой прозвучало объявление о том, что они начинают снижение, и Санеми почувствовал, как Гию наклонился к нему. Шуршащий звук, который, должно быть, представлял собой еще больше оберток от еды, заставил его снова приоткрыть глаза.       «О, хорошо, ты проснулся». Гию слегка улыбнулся, заканчивая передавать мусор стюардессе. Он снял наушники и положил их себе на колени. «Я посмотрел очень хороший фильм. Довольно длинный, но это окей».       «Это хорошо». Санеми поерзал на сиденье, пытаясь потянуться. От нескольких часов без движения у него заболели спина и бедра. Он вытащил свою теперь уже вспотевшую руку из руки Гию, чтобы провести ею по лицу.       «Пилот сказал, что мы скоро приземлимся».       «Я слышал», - слова Санеми были приглушены ладонями.       Гию откинулся на спинку сиденья. «Это круто, они сказали, что когда мы приземлимся, для людей, которые здесь живут,прошел всего лишь час».       Он был не в настроении делать ехидные замечания о том, как работают часовые пояса, поэтому он просто решил сказать: «Да, это довольно круто». Они не смогли поддержать разговор, когда желудок Санеми резко сжался из-за особенно низкого наклона самолета. Боже… они были так близки к посадке.       Следующие двадцать минут тянулись целую вечность, краткая передышка от его страданий была в том, что Гию прижался лицом к окну, как раз когда шины коснулись взлетно-посадочной полосы, его лицо впечаталось в несомненно грязное оконное стекло. Санеми тихонько хихикнул, когда самолет замедлил ход, чтобы в конце концов привести их к выходу на посадку.       «Самолеты всегда приземляются так грубо?» - спросил Гию, потирая щеку.       «Нет, я думаю, этот пилот просто рукожоп».       Гию кивнул и оживился, уже теребя ремень безопасности. Как только они остановились, паника снова нахлынула на Санеми, страх сжал его живот, когда знак «пристегните ремни» погас. Все вокруг него встали, доставая свои сумки с верхних полок, но он обнаружил, что застыл.       «Я думаю, теперь мы можем встать, Санеми», - прокомментировал Гию.       Санеми прерывисто вздохнул. «Я знаю».       Гию уперся коленом в сиденье и опустился немного ближе к нему. «Мы не можем заставлять Генью ждать. Он будет разочарован, если ты просто останешься в самолете».       Очевидная уловка, чтобы заставить Санеми двигаться, но она сработала. Санеми отстегнул ремень безопасности и вытянулся во весь рост в проходе самолета. Он забрал их чемодан, который едва вмещал одежду двух человек на длительные выходные. Он выудил из кармана свой мобильный телефон и включил его.       Удивительно, но у него не было пропущенных звонков с работы. На главном экране его ждали два простых текстовых сообщения. Санеми все еще приходилось привыкать к этому зрелищу.       «Иди, порази всех, тигр» с подмигивающим смайликом от Тенгена и «Позвони мне, когда приземлишься!» от Геньи. Он закатил глаза на сообщение Тенгена, но захлопнул телефон, когда их вывели из самолета.       «Хочешь, я повезу багаж?» Гию побежал трусцой, чтобы догнать Санеми, который, очевидно, шел быстрее, чем он думал, как только ему предоставили немного свободы.       «О, э-э», — он снова посмотрел на свой телефон. «Конечно. Мне нужно позвонить Генье, чтобы сообщить, что мы здесь».       Несколько нажатий кнопок на телефоне - и в динамике раздался искаженный голос Геньи.       «Вы, ребята, приземлились нормально?»       «Да, мы как раз пытаемся выбраться из аэропорта», - Санеми шмыгнул носом, сухой воздух самолета раздражал его носовые пазухи.       «Отлично! Я подъехал к залу прибытия несколько минут назад. Я в серебристой машине. Это та, в которой… ну, вы увидите меня, когда я выйду», - усмехнулась Генья. «В любом случае, увидимся с вами двумя через несколько минут!» Телефон щелкнул, и звонок закончился.       «Блядь», — вздохнул Санеми. Гию осторожно оглянулся. «Он действительно рад нас видеть».       «Разве это не хорошо?» Санеми просто пожал плечами, отчего на губах Гию мелькнула легкая улыбка. «Я тоже рад его видеть. Жаль, что не могу показать ему, насколько я улучшился в той гоночной игре, которая ему нравилась, когда он был с нами».       «Может быть, в следующий раз», - ответил Санеми без особых раздумий, когда они приблизились к выходу. В конце концов, это небольшой аэропорт.       Солнце палило, несмотря на холод и небольшие кучки снега, сгребенные на непроходимые края тротуаров и бордюров. Санеми прищурился от света, но кто-то, махавший ему слева, привлек его внимание.       «Неми! Сюда!» - поприветствовал Генья, высунувшись из окна со стороны водителя. Он быстро отпер шаткую дверь, и встал как следует. Его машина выглядела древней, хотя и прилично ухоженной. Только несколько пятен ржавчины усеивали низы дверей, что неизбежно с такой погодой и солью на дорогах зимой.       Гию помахал рукой, колеса их багажа стучали по щелям на тротуаре. Санеми не торопился, глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, прежде чем последовать за ним. Эти двое уже обнимались, когда Санеми наконец приблизился и Генья отпустил Гию, чтобы подхватить Санеми.       Санеми почувствовал, как его лицо вжалось в шею Геньи от крепких объятий, приглушенное «Я так рад, что ты приехал увидеть нас всех» заставило его сердце так сильно забиться. Боже, он просто надеялся, что все будет хорошо.       «Как прошел полет, ребята?» - с усмешкой спросил Генья, отстранившись от брата.       «Хорошо. Пока Санеми спал, мне удалось посмотреть фильм».       Санеми сдержался и не закатил глаза. Ласково, хотя и с легким раздражением.       «Это хорошо!» - Генья тихо, но непринужденно рассмеялся. «Вот, дай-ка я занесу твой чемодан в машину». Генья осторожно положил их сумки в багажник машины. Санеми придержал пассажирскую дверь для Гию, ожидая, пока он устроится, прежде чем закрыть ее. Он занял место сзади, а Генья вернулся за руль. «Вы готовы? Ма планирует сегодня приготовить большой ужин, так что я надеюсь, вы голодны!»       «Я всегда голоден», - ответил Гию, Санеми молчал на заднем сиденье, пока машина переключала передачи и тронулась. Не то чтобы он когда-либо вылетал из этого аэропорта, когда жил здесь, но он знал, что поездка до дома его матери не могла занять больше пятнадцати или двадцати минут. Он оперся локтем о край окна и молча наблюдал, как город превращается в тот, в котором он вырос.       Многое изменилось, но так много осталось прежним. Мелочи, такие как заправочная станция у его школы, все еще оставались функционировала, хотя и была выкуплена другой компанией. Сама школа из кирпича, выкрашенного в отвратительный серый цвет, чтобы соответствовать новой эстетике.       Однако район выглядел так же. Даже в паршивом магазине на углу, куда он заходил с младшими детьми за эскимо летом. Он до сих пор помнит раздраженное выражение на лице прыщавого кассира, когда он вывалил мешок мелочи, чтобы заплатить за все.       Все это казалось таким знакомым, но таким далеким. Как дом, но тот, который никогда ему не принадлежал. Ностальгия казалась туманной, неспособной полностью соединиться. Хотя когда Генья подъехал к дому, Санеми почувствовал, что его вот-вот стошнит.       Вот он. Дом его детства.       Дом уже не выглядел таким запущенным, как раньше, его мама явно вкладывала в него деньги, которые его куском дерьма отец оставил. Тонкий слой снега покрывал газон, свободный от детских игрушек.       «Мы приехали». Генья переключился на парковку, прежде чем полностью заглушить машину. «Гию, это дом нашей мамы. Добро пожаловать!»       «Милый дом»       «Ха, да. Ма заставляла нас работать над множеством реконструкций на протяжении многих лет. У нас еще есть несколько проектов, прежде чем она будет полностью довольна, но знаешь… мы доберемся до этого». Генья хмыкнул и отстегнул ремень безопасности, все остальные последовали его примеру - Санеми был намного медленнее остальных.       Казалось, все происходило в замедленной съемке, пока разговор Геньи и Гию продолжался приглушенно вдалеке. Санеми стоял на мокром асфальте, руки начинали дрожать, он потянулся к краю дверцы машины и закрыл ее перед собой. Теперь, когда он вышел из машины, смотреть на дом казалось невозможным. Конечно, ему нужно было это сделать, чтобы попасть внутрь, но черт. Было бы легче вкатить огромный валун на холм, чем просто развернуть свое тело на 180 градусов.       «Ты в порядке?» - донесся до ушей Санеми искаженный голос. Он поднял глаза на источник: обеспокоенный Гию.       «Я в порядке». Не лучшая его работа, учитывая, насколько неубежденным выглядел Гию. Как раз когда он открыл рот, чтобы попробовать еще раз, глаза Гию метнулись к чему-то прямо за его спиной.       Санеми удалось повернуть голову, и взгляд упал на его мать, стоящую наверху лестницы. Она выглядела точь-в-точь как на фотографии, которую дал ему Генья много месяцев назад. Ее темные волосы были с серебряными прядями, а добрые глаза с несколькими дополнительными линиями вокруг внешних уголков. Но… это была его мама.       У него перехватило дыхание, когда он увидел, как ее руки нервно сжимают ее фартук - тот же самым, который она всегда носила. Честно говоря, ей нужен был новый, но, увидев ее, по сути, такой, какой он ее оставил, его легкие начало жечь.       Он сделал шаг в сторону, наконец полностью повернувшись к ней лицом. Затем еще один шаг, и еще один. Все это так быстро дошло до него. Его дыхание участилось, прежде чем он пропищал слезливое: «Привет, ма».       «О, Санеми», - когда первый подавленный всхлип сделал его дыхание неровным, его мать сбежала вниз по лестнице крыльца, длинная юбка была собрана в руках, когда она бежала к своему сыну. Она бежала, пока не врезалась со всей силой в Санеми, обхватив руками его туловище, пока Санеми крепко прижимал ее к себе. Даже несмотря на то, что она была ему ростом всего по грудь, он чувствовал себя таким маленьким, когда его обнимала мать впервые за более чем десятилетие.       Он не плакал, по крайней мере, не рыдал. Прерванные и отрывистые всхлипы вырывались из его легких болезненными короткими всплесками. Несмотря на все это, слезы не начали собираться в уголках его глаз. Он не понимал, но, возможно, шок и общее «какого черта» достаточно смутили его тело, чтобы он отреагировал таким образом.       У его мамы, похоже, была противоположная проблема. Ее слезы промочили переднюю часть его свитера, но ее тело оставалось невозмутимым.       «О, боже, не могу поверить, что ты здесь!» Слова его матери были приглушены кашемиром. «Санеми, я так рада, что ты дома». Она подняла голову и широко улыбнулась. «Спасибо, что приехал». Так же быстро, как она засияла, выражение ее лица померкло. «И мне так, так жаль». Нежная рука поднялась и провела по шраму, портящему кожу Санеми.       Он выдавил из себя мягкую улыбку. «Тебе не нужно извиняться, ма».       «Это было так ужасно. Так ужасно. Я бы хотела… Я действительно должна была…»       «Это не твоя вина», - прошептал он, и это был единственный способ заставить свои слова вырваться наружу.       «Я должна была побежать за тобой. По крайней мере убедиться, что с тобой все в порядке. Перевязать тебя, прежде чем ты пошел своей дорогой». Она быстро моргнула, чтобы смахнуть слезы.       Ему было больно слушать маму, и было действительно мучительно видеть настоящую боль в ее глазах. «Теперь я в порядке. Все в порядке». Санеми старался сохранить улыбку, пытаясь хоть как-то ее утешить. «Почему бы нам не зайти внутрь? Чтобы не заболеть на холоде».       Она отпустила Санеми, вытирая слезы, и попыталась успокоиться. «А ты, должно быть, Гию!»       О боже, я забыл про Гию.       «Привет», - сказал он, широко раскрыв глаза, словно тоже забыл, что является частью всего этого.       «Извини, я так…» Она виновато провела рукой вверх и вниз. «Так приятно познакомиться! Я много хорошего слышала от Геньи!» Не давая возможности протестовать, его мама обхватила Гию руками, крепко сжимая, пока Гию изо всех сил пытался ответить. Не в своей обычной неловкости, скорее, он, вероятно, не ожидал такого уровня привязанности прямо с порога.       Санеми обернулся и увидел, как Генья обходит машину. «Я позаботился о том, чтобы все были в восторге от Гию», - добавил он смущенно. «Все его полюбят».       Он только кивнул в ответ, оглядываясь назад в сторону дома. От осознания того, что он собирается войти внутрь спустя столько времени, его желудок снова скрутило…       Его взгляд метнулся к большому эркерному окну в передней части их дома. Пять лиц внезапно разбежались по краям. Теперь он знал, что все его братья и сестры тоже ждут его.       «Я уже начала готовить ужин, так что надеюсь, вы, ребята, голодны!» Его мама взяла Санеми и Гию под руки и пошла впереди, а Генья последовал за ними.