Wicked Ones

Спустя десять недель после возвращения из Нью Йорка.

      Появление знаменитой компании в Царстве Мёртвых не осталось незамеченным. Аид всегда знал, когда приходят непрошенные гости. Он имел предположения зачем они здесь и ни одно из них ему не нравилось. Как и не хотел беспокоить этим Зелину, но всё же должен был ей сказать. Несколько дней наблюдений за ними не принесли ни одной хорошей новости. Герои, будь они неладны, свято верили в свою правоту и что в Преисподней царит несправедливость, потому пытались спасти буквально всех на своём пути. Пока Спасительница тщетно искала Крюка, отбывающего наказание за грехи земной жизни, её семья бесцеремонно вмешивались в привычный уклад существования Царства Мёртвых.       Ведь разбираться в деталях — это не для героев. Для героев — эпично вваливаться в дом, открыв дверь с ноги, навести шороху, всех «спасти» и гордо удалиться. А каковы последствия этого спасения никого уже не интересует.       Бог мёртвых был суровым, но справедливым. Никто в Царстве Мёртвых не страдал просто так, кара для каждого была заслуженна и тонко подобранна с соответствии с его деяниями при жизни. Если же человек ни чем не отличился за жизнь, то душа просто продолжала существовать, пока не находила способ завершить незаконченное дело и двинуться дальше, чаще в лучший из миров. Или же переродиться. Был и худший вариант — река загубленных душ, которая заканчивалась в самом пекле. Не все могли сразу выполнить своё дело, некоторым предстояло сперва покаяться с жизненных прегрешениях и понести за это справедливое наказание.       Однако не все могли это понять.       Белоснежка придумала как победить Цербера, из-за чего очередной заносчивый внебрачный сынок Зевса отправился дальше, не отбыв своего наказания. Её прекрасный муж-идиот сцепился с братцем и в результате их драки в реку угодило несколько невинных душ, что было неприемлемо. Реджина разрывалась между родителями, пытаясь уклонится от давления матери и помочь отцу попасть в лучший мир. И вместе с тем искала способ воздействовать на сестру. Но больше всего Аиду не нравился Робин. Если всё остальное ещё можно как-то стерпеть, то его поиски Зелины выводили Аида из себя. Одна мысль о том, что этот смертный до сих пор смеет посягать на его жену и королеву, пробуждала неистовую ярость.       Только Тёмный пока не отсвечивал, но Аид приказал демонам не спускать с него глаз. Этот хитрый чёрт способен на всё. В случае чего можно привлечь Гастона — он умер из-за Тёмного и захочет с ним поквитаться, а если не сможет и простит того, то докажет своё благородство, которое в нём когда-то не увидела принцесса, и попадёт в лучший мир. Аиду подходил любой из вариантов.       Было и ещё нечто, что могло занять Румпельштильцхена. Контракт на сына. Проданные дети — не редкость в волшебных мирах. Аиду регулярно доставались такие контракты, напрямую или, как в случае с шаманом, после смерти в обмен на выгоду в Преисподней. Это дитя обещано более ста лет назад и только сейчас должно было родиться. И Аид не собирался с ним спешить, ведь иметь козырь против Румпельштильцхена всегда полезно.

***

      Естественно Зелину не обрадовала новость о появлении родственников. Аид видел как она поменялась в лице при упоминании сестры и Робина. Зелёные вспышки пробежались по её пальцам, выдавая злость. Ожидаемо, но он всё равно переживал. Зелина пожелала закончить это сама, больше никакой мести, точка в отношениях с сестрой раз и навсегда. Аид же не хотел отпускать её одну, такую хрупкую и уязвимую в теперешнем положении. Её магия восстановилась в полной силе после перерождения, но он всё равно волновался. А в последние дни едва держал себя в руках, пытаясь отвадить героев лезть куда не просят. Улыбнувшись, Зелина прижалась к Аиду, успокаивая его. Нежное прикосновение её губ к его щеке отдалось приятным теплом в груди.       Зеркало показало как Робин и Реджина пробираются в замок и с этим немедленно нужно было что-то делать. Зелина ещё раз поцеловала Аида и выскользнула из зала, направляясь к восточному крылу.       — Мы должны попытаться её уговорить. Дитя может пострадать, если мы используем силу, — шёпот Робина был слишком хорошо слышен в пустых коридорах.       — Хватит! — вскрикнула Зелина, выходя из тени. От голоса Робина её едва не тошнило, так он был противен. А его благородные речи только больше злили.       Она заметила их буквально сразу. Наивно с их стороны полагать, что если на входе для прислуги нет видимой стражи, то никто не узнает о вторжении. Первый взмах рукой — Реджина и Робин замерли, не в силах ступить и шагу, второй — огненный шар Реджины вспыхнул зелёным и погас, третий — лук и стрелы Робина разлетелись роем пёстрых бабочек. Зелина недовольно фыркнула, поджав губы. Из-за гормональных всплесков её магия иногда выходила из-под контроля, и её это раздражало.       — Зели… — примирительным тоном начала Реджина.       — Неужели вы думали, что сможете проникнуть в мои покои? — она была крайне возмущена и не находила слов, чтобы это передать. Огонь в канделябрах разгорелся сильнее от вспышки гнева.       — Зелина, мы хотим помочь, — сестра попыталась продолжить.       — Если ты заключила с Аидом сделку, то мы найдем способ это обойти, — Робин был куда больше заинтересован уговорить её. — Ты сможешь вернуться…       — А кто сказал, что я хочу? — Зелина не сдержала всей своей обиды и возмущения. — Тем более, после того, как Реджина грозилась стереть меня и ребёнка из реальности!       — Мы уже обсудили этот момент, она была неправа, — заверил Робин.       — Да ты что?! Всего лишь неправа! — рявкнула она. — Видеть вас не желаю!       — Ты чего? Это же Преисподняя, место смерти! — им было совершенно не понятно её желание остаться.       — Какая напускная забота. Смешно это слышать! — съязвила в ответ Зелина. — Вы бы и не вспомнили обо мне, не думай вы, что имеете какое-то отношение к этому ребёнку.       — Что? Что ты имеешь ввиду?       — Я действительно собиралась забеременеть от тебя, чтобы навсегда испортить жизнь сестрёнке, — ухмыльнулась Зелина, — но ты был настолько мне противен, что я выбрала другого в отцы своего ребенка, — казалось бы, велик соблазн продолжать врать и наблюдать как Реджина мучается от того, что Робин бегает за другой… Или даже позволить Аиду убить разбойника… Но это принесёт им слишком много проблем. А Зелина не хотела ждать малыша и опасаться, что к ним в очередной раз нагрянут герои.       — Но… — Робин не мог осознать откровения ведьмы, а вот на лице Реджины начало проступать понимание.       — Немного дурман-зелья и ты всю ночь наслаждался галлюцинациями того, как трахал свою жёнушку. Это было мерзко, — Зелина скривилась, показывая своё пренебрежение.       — То есть ты носишь не моё дитя?       — Конечно нет! — воскликнула она и опустила руку на живот, поглаживая. Она не могла не улыбаться. — Ваши лица были бесподобны, когда всё открылось в Нью Йорке. Я ни разу не пожалела об этой маленькой лжи. Но вы стали излишне назойливыми, так что пришло время закончить спектакль.       — Ты беременна от Аида, — догадалась Реджина. — Потому с ним и ушла. Действительно блестяще разыграно. Но что теперь?       — Убирайтесь вон отсюда. Нет ничего, что вы могли бы требовать, поэтому вон, пока я не отправила тебя к нашей мамочке или не обрекла на вечность в худшем месте. Вы услышали меня?       Её сдерживающее заклинание пало и Робин с Реджиной исчезли в фиолетовом дыму. Зелина выдохнула, чувствуя облегчение. Она наконец имеет что-то своё и довольна этим. И больше не хочет чужого.