Wicked Ones

      Зелина замерла в нерешительности возле покоев Аида. Такие решения давались ей сложно. Она не пыталась изображать недоступность, это не имело смысла после всего, что между ними было, но испытывала неловкость от мысли, что они окажутся в одной постели. Что тогда делать? Они виделись всего четыре раза за эти годы, а теперь всё навалилось слишком резко и безвозвратно. Некая смесь смущения и опасений охватывали её, когда Аид оказывался слишком близко и Зелина трусила сделать шаг вперёд.       Осознание опрометчивости своего поступка пугало. План отомстить сестре через ребёнка от её суженного родился сам собой, когда Зелина поняла, что Робин не любит жену и любые старания тщетны. А последующие коррективы в план были внесены так быстро, что она ни о чем не успела подумать. Не просчитала варианты. Не предвидела возможные сложности. С одной стороны, ей удалось избежать части проблем, а с другой… Зелине казалось будто она оказалась меж двух огней и всё неизбежно катится в пропасть.       Первые несколько ночей Зелина провела в своей отдельной спальни, но ей быстро стало одиноко и потому сейчас она пришла к нему. Протянула руку, но так и не коснулась ручки, мечась в сомнениях. Дверь открылась сама, повинуясь её магической силе, что вышла из-под контроля. Аид стоял у кровати и вытирал мокрые волосы после душа. Черная мягкая пижама не скрывала мускулистую грудь и Зелина на мгновение засмотрелась, прикусив нижнюю губу. Он был чертовски хорош собой и иногда ей было трудно не отвлекаться.       — Я могу сегодня спать с тобой? — она неловко улыбнулась и запахнула халат, заметив на себе такой же заинтересованный взгляд.       — Конечно, — Аид отложил полотенце и подошёл к ней. — Ты хорошо себя чувствуешь? — в его голос прокралось беспокойство.       — Да, вполне. Просто мне вдруг стало одиноко и… — Зелина замолчала, не зная почему оправдывается. Для них это не должно быть странным, ведь так?       — Я не оставлю тебя в одиночестве, — он взял её ладонь в свою, целуя кончики пальцев. Он готов ласкать её бесконечно. Зелина улыбнулась, прижимаясь ближе. Ей нравились объятия Аида, такие приятные и надёжные. Грусть отступила, когда он оказался рядом, и сразу стало уютно.

***

      Аид пригласил Зелину на свидание. А после на ещё одно и ещё. Они отправлялись в разные миры, бывали во многих королевствах, посещая какие-то интересные события или просто уединялись в романтичных местах, чтобы побыть вместе. Аид ловил каждую улыбку Зелины, предугадывал и исполнял её желания, видел как она светилась от счастья, забывая про все свои тревоги. Они чудесно проводили время. Однако не всё было так идеально. Между ними что-то стояло. Нечто невидимое, но абсолютно очевидное. Аида одолевало беспокойство — как только ему казалось, что вот их особенный момент близости, абсолютного доверия и понимания друг друга, Зелина ускользала в последнюю секунду. Она не позволяла себе перейти какую-то невидимую черту и всецело довериться Аиду, отпустить ситуацию.       И, что хуже всего, Зелина делала вид, что ничего не происходит. Это расстраивало, пугало, доводило до безумия и обращало в безнадёжность. Аид не понимал чего ожидать и есть ли у них будущее. Сперва он ждал, надеясь, что это пройдёт, но с каждым днём всё больше осознавал, что в бездействии теряет своё счастье. Было больно хотя бы на секунду допустить мысль, что они с Зелиной не будут вместе. И Аид категорически не хотел этого допускать. После стольких лет он был намерен идти до конца и бороться за свою семью, даже если в этот раз придётся бороться с самой Зелиной и её страхами.       Он попытался найти подходящий момент для подобного разговора, но к таким вещам невозможно быть готовым. И Зелина не была. Когда Аид заговорил об этом, она разволновалась, теряя над собой контроль. Комната личных покоев в миг перестала быть уютной, а любимый мятный чай стал комом в горле.       — Зелина, я больше так не могу, — он говорил и наблюдал за её реакцией. — Ты приходишь ко мне спать, когда тебе одиноко, у нас бывает шикарный секс, ты иногда позволяешь за тобой ухаживать, а потом снова отдаляешься. Я не понимаю, что не так. Скажи, если я что-то делаю неправильно.       — Нет, всё в порядке, — Зелина отвела взгляд и сжала ладони, пытаясь сдержать свои чувства. Чайный сервиз на столике покрылся сетью трещин, а чашки раскололись под волной бесконтрольной магии.       — Зелина, — Аид не собирался сдаваться, — мы не можем делать вид, что ничего не происходит. Это не выход. Говорить о проблемах — это нормально, хуже если промолчать.       — Но ведь ничего не случилось, — она продолжала упрямо отнекиваться, всё ещё надеясь, что удасться избежать этого разговора.       — Зелина! — это прозвучало строже, чем он хотел. Ему была не понятна её откровенная ложь и почему она так за неё держалась. — Нам придётся признать, что между нами что-то не так и решить это.       — Ты не можешь!.. — доведённая до грани собственными страхами, Зелина заплакала. Это было так стыдно и унизительно, но она ничего не могла с собой поделать. Слишком больно… снова… Если с ней даже нормальные отношения создать нельзя, то кому она нужна такая? Она всегда не такая, как надо, не та, неправильная… К этому не привыкать, но почему в этот раз настолько больно? Почему в этот раз так страшно потерять? От разрывающей сердце боли, выплеснувшейся горькой волной, скисли сливки в кувшинчике. Больше всего сейчас Зелина хотела сбежать, чтобы пережить свой позор в одиночестве, однако Аид не позволил.       — Чшшш, не плачь, — он заключил Зелину в объятия и нежно гладил по спине, позволяя выплакаться. Она прижалась к нему, вздрагивая от нахлынувших эмоций. — Я не пытаюсь тебя отругать или устыдить, я лишь хочу понимать что между нами происходит. Уверен, мы можем построить надёжные отношения, в которых нам будет хорошо.       — Я не хотела ничего портить… — Зелина продолжала плакать. Она хотела бы умолять Аида не отпускать её, не бросать; хотела бы пообещать быть хорошей, такой, какой хочет он, но знала, что не сможет, не умеет быть другой.       — Знаю. Возможно, мы не с того начали, — Аид успокаивающе поцеловал её в макушку, перебирая рыжие пряди. Он не хотел доводить до слез, видеть, как прекрасные голубые глаза наполняются печалью, было невыносимо, но этот разговор должен был произойти. — Расскажи мне всё, не бойся.       — Мне страшно… — Зелине было тяжело подбирать слова, признаваясь в этом. Никто ещё не имел над ней столько власти, как Аид теперь. И речь шла не про его магические силы. Ещё никто не был властен над её сердцем. — Подпустив тебя ближе, я стану уязвимой. Зная о моих чувствах, ты сможешь манипулировать. Я делала это с Робином и не хочу, чтобы ты поступил так же со мной, — она избегала его взгляда. Осознание своих чувств пришло не сразу, а то, насколько сильно она любит Аида и как боится его потерять, напугало её. Будто в этой всепоглощающей любви Зелина теряла себя.       — Я очень боюсь, что ты опять сбежишь, — Аид решил ответить откровением на откровение. Это честно и, зная его переживания, она не будет так боятся. — С нашей первой встречи ты завладела моим сердцем, стала смыслом моей жизни и каждый раз, когда я был вынужден тебя отпускать, моё сердце разбивалось. Мне было безумно страшно и больно, когда я думал, что ты мертва... Сейчас ты все время даешь мне луч надежды, но как только я начинаю надеяться, ты снова ускользаешь. Я больше так не могу, это бесконечно больно.       — Я не хотела… Я не знала. Мне жаль, — Зелина чуть отстранилась, выглядя взволнованной и грустной. — Я не хочу так думать про тебя, но мне страшно из-за того, что по собственной глупости у меня уже нет выбора… — она боялась думать, что может скрываться за идеальным фасадом их отношений. В переживаниях будущее представлялось ей в двух крайностях — то в абсолютном безразличии Аида к ней, то в полном подчинении его властной воле. И ни один из вариантов не прельщал.       — Твои опасения вполне понятны, — в его голосе не было ни намёка на раздражение или злость. — Но если ты не дашь мне шанса, то мы никогда не узнаем, может ли у нас что-то получиться. Придётся рискнуть.       — Прости, — она всё равно чувствовала себя виноватой, — я хочу быть с тобой, но мне страшно обжечься. Никто никогда не любил меня, я была неправильной для всех, а сейчас все произошло так быстро… и я только сейчас поняла на что согласилась, забеременев от тебя. Я люблю тебя, люблю нашего ребёнка, правда, но если у нас что-нибудь пойдет не так… я ничего не смогу сделать. Это безвозвратно. А я не знаю готова ли я стать хорошей женой и матерью, смогу ли я стать… — слёзы опять потекли по её щекам. Зелина всхлипнула, теряя мысль. Аид поспешил обнять её и она позволила ему это.       — Ты будешь прекрасной матерью, я знаю это. И у нас всё будет хорошо. Обещаю, — Аид нежно поцеловал Зелину в лоб, с радостью отмечая, что она больше не дрожит. — Потому что мы сделаем для этого всё возможное.       В ответ Зелина лишь сильнее прижалась к нему.