Между нами

Столкнуться с этим человеком в лифте, Кира была не готова. Она вообще не собиралась возвращаться в Зималетто и тем более участвовать в совещании. Для того, чтобы держать лицо перед окружающими, требовались силы, ежедневная работа над собой. А сегодняшний развод высосал всё до капли. Да, она осознанно отпустила Андрея. Приняла это решение твёрдо и окончательно, ни разу не усомнившись в своём поступке. А вот с чувствами так легко распрощаться не удавалось. Боль сидела внутри застрявшим кинжалом и прокручивала его при каждом взгляде Андрея на Пушкарёву. Кира не следила за ними, намерено старалась игнорировать, но чтобы казаться безразличной, полностью избегать пересечений с ними не могла. И реальную причину развода никому не озвучила не из благих намерений, а чтоб себя спасти. Избавить от этих бесконечных жалостливых взглядов. Они и без того сыпались со всех сторон, а узнай окружающие всю правду, просто завалили бы Киру своими сожалениями. А ей это не нужно. В этот раз она решила справляться со своими эмоциями сама. Даже Вику отодвинула на расстояние. Несмотря на то, что общались они, как прежде, душу свою Кира больше не раскрывала. Оказалось, что так даже легче. — Добрый день, — мило улыбнулся вошедший следом за ней в лифт Герман и задержал на Кире изучающий взгляд. Раньше, она бы даже не придала этому значения. Но ситуация, произошедшая именно с этим человеком, вызвала у неё смущение. Кира отвернулась, нажала кнопку офисного этажа и устало прислонилась к стенке лифта. — Добрый, — натянуто улыбнулась она в ответ. Удерживала свой взгляд на глазах Германа, не желая показывать собственной растерянности. Да, пусть она вела себя в том клубе глупо и едва не стала виновницей драки партнера Зималетто. Но ведь и вмешиваться не просила. И тем более не просила рассказывать об этом Андрею. Воспоминание о последнем поступке сменило смущение на лёгкий гнев. Это было приятно. Кира ехидно усмехнулась. — Кажется, Герман? — Он самый, — с легким смешком кивнул Полянский. Показалось, что его это даже забавляло. Он сунул руку в карман брюк и, расслабленно прислонившись плечом к стенке лифта, добавил. — Поставляю Зималетто оборудование. — Я запомнила. — Я на всякий случай, — не сводя упрямого взгляда, весело кивнул Герман. Он вел себя так расковано и в какой-то степени дерзко, что Кира стала судорожно пытаться вспомнить тот вечер. Если происходящее в самом клубе всплывало достаточно ярко, то дорога домой для неё была сплошным тёмным пятном. Оставаться невозмутимой вмиг стало непросто, но ситуацию спасли открывшиеся двери лифта. — Увидимся на совещании, — проговорил ей в спину Герман, когда Кира свернула в сторону своего кабинета. — Меня там не будет, — ответила она, взявшись за дверную ручку, и, обернувшись, с удовольствием выложила свой козырь. — Извините, но сообщать своё местоположение я вам не буду. Иначе оно тут же станет достоянием общественности. Заметила на лице Полянского замешательство и дверь за собой закрыла. *** Из кабинета Кати Андрея заставило уйти приближающееся совещание. Нужно было заскочить к себе, чтоб хотя бы пальто закинуть и взять необходимые документы. Он прошёл уверенным шагом сквозь собственную приёмную под осуждающим взглядом Клочковой и замер перед дверью от её ехидного: — У тебя посетитель. Андрей бросил взгляд через плечо, слегка нахмурившись. Уж слишком довольной выглядела его секретарша. — И кто же? — Войди и узнаешь, — усмехнулась она, перебирая в руках карандаш. Такая надменность разозлила невероятно, но портить отношения с Кирой из-за увольнения её подруги Андрею сейчас не хотелось. Хотя поставить Вику на место всё же стоило. Он отбросил на диван своё пальто, подошёл к столу и упёрся в него ладонями: — Дорогая моя, твоя прямая обязанность отвечать на все мои вопросы. Более того, никого и близко не подпускать к моему кабинету в моё отсутствие. А то, что ты делаешь сейчас, называется саботаж. Знаешь, что за это бывает? Он говорил спокойно, с напускной улыбкой, но каким-то образом на Клочкову это подействовало. — Да Воропаев там, — сообщила она, делая вид, что срочно что-то понадобилось в компьютере. На Андрея больше не смотрела, но его это теперь уже и не беспокоило. Гораздо важнее было понять, для чего приехал Сашка. С момента объявления о предстоящем разводе они ни разу не общались. Андрей даже не знал, как тот на эту новость отреагировал. Похоже, пришло время это выяснить. Он взял с дивана своё пальто и, толкнув дверь в кабинет, вошёл. Александр сидел за его столом. Раскинулся вальяжно в кресле и читал план модернизации оборудования. А на раздавшийся шум, выглянул из-за папки и расплылся в улыбке: — Какие люди! — Ты удивлен увидеть меня в моём кабинете? — вместо приветствия съязвил Жданов. Подошёл к вешалке за своим столом и, набросив на неё пальто, взглянул сверху вниз на Александра. — Позволишь? — Конечно-конечно, — слишком быстро согласился тот и, откинув папку на стол, поднялся. — Пользуйся, пока не отобрали. Эту угрозу Андрей проигнорировал. — Чем обязан? — поинтересовался он вместо этого, занимая своё место. Воропаев расплылся в искренней улыбке: — Пришёл получить от тебя поздравления. Представляешь, моя сестра наконец-то избавилась от главного подонка в своей жизни. За это даже выпить можно! Угостишь? — В другой раз, — ответно улыбнулся ему Андрей. — С минуты на минуту у меня начнётся совещание. — Жаль, — вздохнул Воропаев с показной досадой и вроде как собрался уходить, как вдруг снова обернулся. — Слушай, а партнёры, заключающие с нами сделку, в курсе, что компания заложена? Ты предупредил их? Андрей видел, как в глазах Александра плещется торжествующее превосходство, но не мог подобрать ни слова, чтобы его пресечь. Его осведомленность ощущалась как удар под дых, не давая Андрею даже вдохнуть нормально. В голове разрастался хаос из вопросов и возможных вариантов дальнейшего развития событий, но ни за что конкретное ухватиться не удавалось. — Ну так что? — весело поторопил его Воропаев. Молчать дальше было некуда и, слегка кашлянув, чтобы вернуть дар речи, Андрей поинтересовался: — Если ты знаешь о залоге, должен быть в курсе и о том, что компания почти выкуплена обратно. — Похвально, — неспешно похлопал Воропаев, подошёл к столу и, облокотившись на него, тихо добавил. — Только вот законного в этом всём ничего нет. Их взгляды пересекались напряжённо, не желая уступать своих позиций, пока Андрей коротко не поинтересовался: — Чего ты хочешь? — Я бы с удовольствием тебя уничтожил, — понизил голос Александр, слегка приблизившись, — только вот боюсь, что моя милосердная сестрёнка бросится тебя спасать, вмиг позабыв обо всём дерьме, которое ты ей сделал. А этого я допустить не могу. Поэтому даже твою собачонку Пушкарёву трогать не стану. Андрей резко дернулся вперёд, пытаясь через стол схватить Воропаева за пиджак, но тот вовремя среагировал. Сделал быстрый шаг назад, отстраняясь, и весело поднял перед собой руки: — Тихо-тихо, — усмехнулся он, довольный бешенством оппонента. — А то ведь я и передумать могу. — Что ты хочешь? — повторил свой вопрос Андрей, напряжённо поднимаясь с кресла. Руки чесались, как никогда, только вот последствия этой драки могли оказаться слишком плачевными для них с Катей. — Самую малость, — Александр встретил его гневный взгляд и, убрав с лица улыбку, сообщил. — Чтобы ты прекратил держать окружающих за полных идиотов. Не очень понятный ответ. — Расскажешь отцу? — озвучил свою догадку Андрей. Воропаев лениво покачал головой: — Нет. К сожалению, здоровье Павла волнует меня гораздо больше, чем его собственного сына. Хотя, хотелось бы, конечно, — он уверенным жестом забрал со стола свой портфель и непринуждённо направился к выходу. — Адьёс!