Французский принц

Есть только два вечных наследства, которые мы можем надеяться передать нашим детям. Одно из них — корни, другое — крылья.

Гёте©

- Папа, я принял решение, где хочу учиться, - радостно сообщил Терри. - Отлично, - Оскар Шулейман поднял взгляд к сыну и опустил телефон. – И где же? - В Москве. Я поступлю в МГУ. Терри лучился энтузиазмом и счастьем от наконец-то сделанного выбора. Выбрать свой путь, выбрать место, где ты его начнёшь – это ведь важное жизненное решение. А у его отца лицо застыло, совсем не это он ожидал услышать, не говоря уже о том, чего бы ему хотелось. За годы вынужденного общения с одной русской семейкой Оскар ни на толику не проникся симпатией ни к ним, ни к их стране, в которой один дурдом бесконечно сменяет другой. - В Москве? – переспросил Оскар. – Терри, ты уверен? - Да. - Терри, те русские, у которых есть возможность, уезжают учиться в Европу, Великобританию, США, - привёл Оскар аргумент, желая вразумить сына. – Зачем тебе Москва? У нас образование намного лучше. Ты можешь выбрать любой университет в мире. - Я хочу учиться в Москве, - уверенно сказал Терри, перестав улыбаться. – Папа, ты против? Смотрел внимательно, в ожидании, ведь против папиного слова не пойдёт. Папа для него несокрушимый авторитет. - Скажем так, я не рад, - смягчённо ответил Шулейман. – Но если ты этого хочешь… - Хочу, - Терри подошёл к нему и взял за руку. – Папа, я очень этого хочу. - Из-за Мирославы? – Оскар пытливо прищурился. - Нет, - Терри покачал головой. – Мира рада, что я перееду на её родину, но она никак не влияла на моё решение, она о нём не знала, пока я его не принял. Она сказала, что поступит туда, где буду учиться я, чтобы мы были вместе, а я хочу поступить в МГУ. - Терри, я не сомневаюсь в том, что ты принял взвешенное решение, ты никогда не отличался легкомысленностью, - серьёзно сказал Оскар. Выдержал короткую паузу. – Ладно, если ты этого хочешь – поступай и езжай. - Спасибо, - Терри вновь улыбнулся и благодарно обнял отца. – Папа, я всё понимаю, но сейчас я этого хочу. Я хочу поехать в Россию и побыть там уже не туристом, гостем, а своим. Для меня это особенная страна. Оскар покивал. Да-да, особенная страна – из-за Мирославы и их дружбы длиной почти во всю жизнь. Будь она неладна. Терри продолжал: - А МГУ – это не какой-нибудь там захудалый университет с сомнительным уровнем образования и устаревшими программами. Это ведущий университет страны, а Россия всегда славилась своими учёными, значит, образование у них хорошее. - Россия славилась своими учёными в прошлом веке, когда называлась иначе, - внёс замечание Шулейман. Терри хотел возразить, но Оскар поднял ладонь: - Ладно. Я не очень хорошо отношусь к России, ты её любишь, я не буду тебя убеждать в том, что я правее. Это твоя жизнь. Конечно, Оскар так не думал, он хотел удержать любимого сына при себе любой ценой. Но с малых лет Терри он понимал, что так нельзя, однажды придёт время его отпустить. Так сложилось, что это случилось раньше, чем Оскар планировал. - Папа, может быть, я не закончу обучение и выберу другую специальность, уеду в другую страну или вернусь домой, - сказал Терри. – Я не знаю, что будет дальше, ты ведь сам мне много раз говорил, что я всегда могу передумать, если то, что я выбрал раньше, больше мне не подходит, но сейчас я уверен в своём решении. - Если ты хочешь моего родительского благословления, вот оно, - усмехнулся Оскар. – Я тебя благословляю. «Благословляю скрепя сердце». - На какой факультет ты будешь поступать? – поинтересовался он. - Факультет глобальных процессов, специальность «Международные отношения». Думаю, для меня это будет полезно. - Не на орнитологию? – Оскар с улыбкой беззлобно подколол сына. - Не-е-т, - также с улыбкой протянул Терри. – Птицы – это для души. Всё о них я могу узнавать сам, для обучения мне нужен более серьёзный факультет. – Он заправил за ухо выбившуюся из косы прядь светлых волос. – Мне ещё нравится факультет фундаментальной медицины. Но я не буду врачом, я думаю, что лучше тратить время на то, что мне пригодится. - Мне медицинское образование ох как пригодилось, - Шулейман не мог удержаться от этого комментария. – Хотя тебе такие сложности ни к чему, иди своей дорогой, мимо медицины. - Если бы я знал, что это позволит мне повторить твою с Томом историю, я бы не раздумывая пошёл учиться на психиатра, - улыбка Терри стала ещё ярче. - Не надо тебе это счастье, - усмехнулся Оскар. – У тебя своё будет. Терри сел на диван, облокотившись на колени, снова, с другой стороны заправил за ухо непослушные волосы: - Мне интересны многие дисциплины, которым учат в МГУ. Помимо своей специальности я хочу взять курс по кибернетике, политологии, что-то из той же медицины… - Насколько мне известно, в российских ВУЗах так нельзя, там учатся по утверждённой программе. - Да? – Терри заметно расстроился. Конечно, это не трагедия, но он бы хотел в стенах университета обучаться большему, чем предлагает его специальность. Ведь есть столько всего интересного, полезного. - Не беспокойся, - Оскар покачал головой. – Я уверен, что данный вопрос решаем. Отпустило, Терри улыбнулся уголками губ. Раз папа говорит, что проблемы нет, значит, так и есть. Тем более это ведь глупо – ограничивать студентов в их стремлении к более разносторонним знаниям, загоняя их в рамки. Кому это нужно? - Думаю, я смогу сдать экзамены для поступления туда, - сказал Терри. Для того ему нужно набрать определённое – маленькое, на взгляд Терри – количество баллов по трём предметам. Географию он с детства отлично знал, в своих знаниях по русскому и иностранному языку тоже не сомневался. Терри посмеялся с папой: «Можно будет мне сдать французский как иностранный язык?». Конечно нельзя, это шутка. В качестве иностранного языка Терри рассматривал английский, немецкий или испанский. Пока выбирал. Терри шестнадцать, и у него всё идёт по плану. К восемнадцати годам он хотел уже окончить первый курс, для того нужно было выпуститься из школы хотя бы на год раньше. Терри без труда освоил и сдал программу за полтора учебных года и перед прошедшим Рождеством получил школьный аттестат, что отняло у него выпускной бал, что не расстраивало. Терри не очень понимал, что ему там делать. Веселиться, танцевать, пить, обжиматься с бывшими одноклассниками? Полгода между выпуском из школы и поступлением в университет Терри оставил себе на отдых и выбор дальнейшего пути. Они уже истекали. Жизнь складывалась согласно намеченному курсу. Терри любил порядок. Только Мира расстроилась, когда узнала, что Терри уйдёт из школы намного раньше, плакала – как же она без него будет, как окончит школу? Они вместе учились уже восемь лет, с тех пор как отец Миры решил оставить её жить во Франции, приставив к ней исполняющего роль опекуна и прислугу. Шулейман взял над подружкой Терри шефство. Лишь благодаря Терри Мира тянула учёбу в элитной гимназии. Не от слабости ума, а потому, что не старалась. Ей с ранних лет вкладывали в голову, что её предназначение в другом, к другой цели она должна стремиться, а образование – это так, для галочки. Мирослава никак не смогла бы окончить школу экстерном. Пришлось договариваться, чтобы она выпустилась на год раньше и могла вместе с Терри поступить в высшее учебное заведение. Сейчас она ещё продолжала посещать школу. Эти полгода врозь пошли им на пользу, поскольку прошлой весной между Терри и Мирой произошёл большой разлад, который едва не положил конец многолетней дружбе. Девять месяцев они не общались. Не по инициативе Терри, но и первым к обиженной подруге он не подходил. Днями Терри позволял себе погулять, а вечерами сидел над учебниками, освежая в памяти информацию, начиная с первого года обучения. Как показали просмотренные им варианты ЕГЭ прошлых лет, там встречаются самые разные вопросы. Нужно быть готовым ко всему. И вообще – знания лишними не бывают. Учиться он любил с малых лет. Отодвинув учебник, Терри потянулся, вытянув над головой сцепленные руки, и посмотрел на часы. Почти десять. Можно начинать готовиться ко сну, ещё останется время недолго что-то почитать или посмотреть. Спустившись на первый этаж, посмотрел, чем можно подкрепиться, беспокоить ради одного перекуса прислугу, которой на кухне уже не наблюдалось, не хотелось. Прислуга пришла сама, на кухню зашёл повар. - Терри, ты проголодался? - Да, - Терри закрыл холодильник и повернулся к мужчине, мягко ему улыбнулся. - Я бы не отказался перекусить. После сосредоточенной учёбы организм просил подпитки. Как ни хотелось повару накормить Терри, ничего готовить не пришлось. В качестве перекуса на ночь Терри выбрал горсть маленьких сладких морковок и круглый зерновой хлебец с толстым слоем мягкого сыра. - Если бы мои дети ели так, как ты, я был бы самым счастливым человеком, - поделился повар, сев напротив Терри и подперев голову рукой. - Неужели они не хотят есть то, что ты готовишь? – шутливо удивился Терри, потому что в реальности такое невозможно. Анри гениальный повар, хоть, на взгляд Терри, в плане выдумки и некой неизмеримой домашности своего кулинарного творчества он и проигрывал Грегори, его братьям и отцу. - Они-то едят, - вздохнул Анри. – Но они хотят, чтобы я готовил только пасту, пасту и ничего кроме пасты. - Паста тоже может быть полезной, - заметил Терри. Анри посмеялся: - Если я добавлю в пасту брокколи или что-то подобное, мои дети останутся голодными. Из растительного в пасте они приемлют лишь томатную пасту и иногда лук. Перекусив, Терри пошёл в ванную почистить зубы и освежиться перед сном. Когда он вернулся в свою комнату, в дверь постучал папа. Получив разрешение, Оскар зашёл и прикрыл за собой дверь. - Терри, как ты? – спросил он, подойдя к сыну. - Нормально, - Терри распустил волосы, которые перед душем собрал в пучок. Оскар посмотрел на него долгим внимательным взглядом. - Терри, ты очень много учишься. - Всего три-четыре часа в день, - усмехнулся Терри. – Разве это много? - Три-четыре часа каждый день ты, не разгибаясь, сидишь над учебниками. Оскар старался не давить, но он беспокоился, что Терри переутомится. Это никому не прибавляет здоровья, и с его особенностями перенапряжение опасно. - Папа, это всего лишь три часа, - Терри остался при своём мнении. – Я уже не хожу в школу, я только занимаюсь вечером, остальное время у меня свободно. Просто я, наверное, за эти месяцы отвык от нагрузок, поэтому немного устаю, но это не критично, я не перетруждаюсь. До того, как определился с ВУЗом, Терри никак не готовился к поступлению, поэтому усиленно занимался сейчас. - Завтра я не буду заниматься, у меня танцы, - добавил Терри. – А в субботу гонка. Смена деятельности – это прекрасный отдых, - он улыбнулся папе. Оскар шумно выдохнул, не сдержался. Гонки. Как бы он хотел никогда не слышать это слово. Как так получилось, что его спокойный мальчик увлёкся профессиональными мотогонками, Оскар не понимал – хотя предположения имел. Очень уж совпал новый рискованный интерес Терри с определённым событием в его жизни. Психотерапия результатов не дала, после глубоких бесед с психотерапевткой Терри по-прежнему хотел гонять на мотоцикле и достигать в этом успехов. Оскар мог бы ему запретить, даже будь Терри совершеннолетним, никто бы не пошёл против его слова и не выпустил его сына на трассу, но – зачем? Пусть лучше Терри гоняет под присмотром профессионалов и с соблюдением всех требований безопасности, чем он будет делать это на улицах города или найдёт другое, более деструктивное адреналиновое дело. Ребёнка не удержишь даже со всеми возможностями, которыми располагал Шулейман, он понимал это с детства Терри. Надо отдать Терри должное – всего за полгода он проделал колоссальный путь от того, кто впервые сел на мотоцикл, до перспективного кандидата на попадание в команду. Но каждая гонка, которую наблюдал с трибуны, добавляла Оскару шансов получить инфаркт. Оскар обнял сына, задержал в своих руках и сказал: - Береги себя. - Я в порядке, папа, честно, - Терри устроил подбородок на его плече и прикрыл глаза. – Я тебя не подведу. - Ты не можешь меня подвести, - приглушённо усмехнулся Шулейман. – Но я за тебя переживаю. В твоей жизни сейчас много всего происходит. - Не больше, чем у всех остальных, - Терри улыбнулся и отстранился, глядя на папу. – Экзамены в июне, потом у меня будет ещё два месяца на отдых. И я не думаю, что учиться в университете будет так уж сложно, думаю, я буду получать от этого удовольствие. - Учёба в университете действительно может быть прикольной, - согласился Оскар. - Папа, ты почти ничего не рассказывал о своих студенческих годах. - Потому что я редко появлялся в университетских стенах, - снова усмехнулся Шулейман. – Я плохой пример для подражания. - Расскажешь сейчас? – попросил Терри. - Ладно. Только надо как-то опустить всё с пометкой 18+, - посмеялся Оскар и сел на кровать. – Итак… Как ты уже знаешь, в юности учёба не входила в сферу моих интересов, но мой папа настаивал на получении мной высшего образования и в конце концов меня доконал… Устроившись рядом, Терри слушал. Поговорить с папой, послушать его истории – это лучше книги или кино на ночь. Терри с детства любил его рассказы, которые заряжали позитивом, вселяли веру в чудеса и мудро учили жизни. Потом Оскар вышел, чтобы Терри переоделся ко сну, и сидел с ним, пока он не заснул, поправил одеяло. Как в детстве. У них осталось немного таких вечеров. Сейчас это очень осязаемо ощущалось. До официальной взрослости Терри ещё больше года, но он уже взрослеет семимильными шагами и совсем скоро оторвётся от семьи.