Любовь - боль

Прошёл месяц.       Кира Воскресенская сидела за своим рабочим столом, сосредоточенно перебирая кипы документов. Стрелки часов неумолимо двигались вперёд, а стопка бумаг, казалось, совсем не становилась меньше. После переезда к Макееву её привычный ритм жизни заметно изменился. Теперь вечера принадлежали только им двоим.              Они готовили ужин вместе, смотрели фильмы, подолгу разговаривали обо всём на свете и просто наслаждались тем, что наконец-то могли быть рядом, не скрывая своих чувств. Из-за этого часть работы неизбежно переносилась на следующий день, и теперь Кира изо всех сил старалась наверстать упущенное.       Отношения Макеева и Воскресенской уже давно перестали быть главной темой для обсуждений в Ледовом дворце. После того как команда узнала об их романе, скрываться больше не было смысла. Теперь они могли спокойно держаться за руки, вместе уходить с работы или позволить себе короткий поцелуй в пустом коридоре, не опасаясь косых взглядов и лишних вопросов.       Дверь кабинета тихо открылась.       — Ты ещё не закончила? — с лёгкой улыбкой спросил Макеев, прислонившись плечом к дверному косяку.       Не отрывая взгляда от документов, Кира тяжело вздохнула.       — Почти. Осталось совсем немного. Из-за переезда накопилось столько работы, что кажется, будто она никогда не закончится.       Макеев медленно подошёл к ней.       — Зато теперь я точно знаю, что каждый вечер ты дома... рядом со мной.       На губах мужчины появилась довольная улыбка. Он остановился позади девушки и осторожно обнял её за плечи. Уткнувшись носом в её волосы, он с удовольствием вдохнул знакомый аромат, который давно стал для него самым любимым.       Кира невольно прикрыла глаза. Как бы она ни старалась сосредоточиться на работе, рядом с ним это становилось практически невозможно.       — Серёж... — тихо произнесла девушка, улыбаясь. — У меня вообще-то работа.       — У меня тоже.       Его голос прозвучал почти шёпотом. Тёплое дыхание коснулось её шеи, и по коже сразу побежали мурашки. Она попыталась осторожно выбраться из его объятий, но Макеев лишь крепче прижал её к себе.       — Даже не пытайся.       — Ты невозможный...       — Знаю.       Он мягко развернул её кресло так, чтобы она оказалась лицом к нему. Их взгляды встретились. Кира почувствовала, как сердце предательски ускорило ритм. В его глазах читалась привычная смесь нежности, любви и той самой мальчишеской улыбки, которой он обезоруживал её каждый раз.       — Серёж... дверь открыта. Вдруг кто-нибудь зайдёт?       Он лишь усмехнулся.       — Не зайдёт.       — Почему ты так уверен?       — Потому что, прежде чем войти, я закрыл её на ключ.       Девушка тихо рассмеялась и покачала головой.       — Ты всё продумал...       — Конечно.       Сделав ещё один шаг, Макеев осторожно усадил Киру на край рабочего стола. Теперь между ними почти не осталось расстояния.тОн ласково убрал прядь волос с её лица, задержав пальцы на щеке.       — Иногда мне кажется, что ты любишь свою работу чуть больше, чем меня.       — Не выдумывай.       Она улыбнулась и легко коснулась ладонью его щеки.       — Просто кто-то постоянно мешает мне её закончить.       — И кто же этот бессовестный человек?       — Один очень упрямый тренер.       Макеев тихо рассмеялся.       — Тогда, пожалуй, ему положена награда хотя бы за настойчивость.       Если хочешь сохранить дальнейшее развитие сцены, я помогу сделать её такой же чувственной и романтичной, но в более кинематографичном стиле, без излишней резкости.       Оковы оцепенения моментально спали с девушки и уже через секунду из губы слились воедино . Поцелуй любви , страсти , похоти и дикого желания насладится друг другом , так бы описала его девушка        Мужские руки обхватили её талию , изучая каждый изгиб её тела , который он любил . Казалось будто в первый раз он изучает её тело, стараясь не пропустить ни одного миллиметра тела Воскресенской .       Кира хотела прикоснутся к его пылающему телу , но в моменте Макеев резко перехватил её руки и резко спина девушки оказалось на ее столе . Он не позволил ей прикоснутся к нему , скрещивая ее руки над ее головой .       Одной рукой он крепко сжимал её запястье , а другой исследовал её тело , не отрываясь от столь любимых губ . Лишь на маленькое мгновение он отстранялся от ее губ , что бы позволить ей сделать глоток воздуха        Рука Макеева быстро нашла чувствительную точку девушки , и Кира резко вскрикнула от неожиданности . Её промежность еще больше стало мокрым, ведь она безумно уже хотела почувствовать его внутри себя       — Пожалуйста       Простонала девушка в губы Макеева       Умолять долго не пришлось , ведь мужские руки сразу же разорвали ткань её трусиков на ней , откидывав из после куда то в сторону . Малейшая секунда и он оказался внутри нее       Её глаза тут же закрываются , от волны возбуждения , которая пронеслась по всему её телу . Он дивакансия быстро и жестко , от чего жар его тела чувствуется даже через его рубашку        С каждым его движением , она чувствовала по ближние оргазма , но старалась сдерживать себя , зная что чем дольше она будет оттягивать до кульминации , тем мощнее она будет        Крики Воскресенской разносились по всему кабинету и в моменте она была готова поклясться , что слышала его смех , хотя в её ушах шумит от прилива крови . Он продолжает двигаться , все ускоряясь , и она снова испытывает оргазм . Её мышцы все сильнее сжимаются во круг его члена        — Черт , Кира - кричит Макеев , погружаясь в нее все глубже , еще и еще ….        Лишь после его мышцы расслабляются , и они оба дрожат от полученной эйфории . Ноги девушки все так же обнимают его талию , и она была не уверена , что сможет дальше продолжить свою работу        — Господи , ты просто восхитительна       Сказал Макеев и его губы снова приникают к её .       Восстановив свое дыхание , Макеев помог девушке приподняться со стола , что бы она смогла привести себя в порядок . Ведь полчаса они должны стоять в кабинете Казанцева , что бы выслушать новую новость        — Ты меня так без нижнего белья оставишь . Как я сегодня буду по работе ходить ?       Негодовала девушка , приподнимая свое порванное нижнее белье        — Мне больше нравится когда ты без белья . Куплю я тебе новое белье , не переживай       Оставив поцелуй на щеке девушки , сказал Макеев       Полностью приведя себя в порядок, они вместе направились в кабинет Казанцева. Теперь им больше не нужно было украдкой переглядываться в коридорах или отпускать руки при виде проходящих мимо людей. Их отношения давно перестали быть тайной для команды. Кто-то относился к этому с удивлением, кто-то с улыбкой, а кто-то и вовсе не видел в этом ничего необычного. Главное было одно — теперь они могли быть рядом открыто.       Пальцы Макеева привычно переплелись с пальцами Киры. Она лишь улыбнулась ему в ответ.       — Вадим Юрьевич, прошу прощения за опоздание, — виновато произнесла девушка, заходя в кабинет. — Засиделась с документами и совсем потеряла счёт времени.       — Ничего страшного, Кира Михайловна, — добродушно улыбнулся Казанцев. — Главное, что все уже собрались. Думаю, можно начинать.       — Надеюсь, новости хорошие? — с усмешкой спросил Кисляк.       — Не переживай, Андрей, сегодня только хорошие новости, — неожиданно вмешался Щукин, бросив короткий взгляд на Киру и Макеева.       Кира заметила этот взгляд, но предпочла сделать вид, что ничего не произошло.       — Итак... — начал Казанцев. — Хочу представить вам Веронику Сергеевну Доронину. С сегодняшнего дня она становится помощником Киры Михайловны и будет работать вместе с ней.       В кабинет вошла высокая светловолосая девушка. Едва Кира посмотрела на неё, как почувствовала, что ладонь Макеева, державшая её руку, неожиданно напряглась. Настолько сильно, что девушка невольно подняла на него глаза. Лицо Сергея осталось спокойным. Слишком спокойным. Именно это насторожило её сильнее всего.       — Простите... — нахмурилась Кира. — А зачем мне помощник?       — На вас сейчас слишком большая нагрузка, — спокойно объяснил Казанцев.              — Работы становится всё больше, поэтому было принято решение немного вас разгрузить.       — Кем принято?       — Калинин полностью одобрил эту кандидатуру.       — А кто предложил взять помощника?       На лице Казанцева появилась лёгкая улыбка.       — Этот человек пожелал остаться неизвестным.       Ответ не устроил никого. В кабинете повисла странная тишина. Даже ребята переглянулись между собой, не понимая, что происходит.       — На этом всё. Можете возвращаться к своим делам.       — Кир... Ты как? — догнал девушку Кисляк уже в коридоре.       Она заставила себя улыбнуться.       — Нормально.       — Уверена?       — Конечно. Просто неожиданно.       Она пожала плечами.       — Если Калинин решил, что мне нужен помощник, значит, так действительно лучше.       — Может, поговоришь с ним?       — Не вижу смысла.       Она улыбнулась ещё раз, хотя внутри уже поселилось какое-то неприятное чувство.       — Ладно. Мне нужно закончить работу.       Макеев куда-то исчез почти сразу после совещания. Это показалось Кире странным. Ещё сильнее её насторожило то, как он изменился, увидев эту Доронину. Словно увидел призрак собственного прошлого.       Когда Кира открыла дверь своего кабинета, то замерла. За её рабочим столом совершенно спокойно сидела новенькая. Она листала какие-то бумаги так, будто находилась здесь уже не первый год.       — Вообще-то... это мой стол, — спокойно сказала Воскресенская. Доронина медленно подняла взгляд.       — Правда?       — Да.       — И что?       Кира почувствовала, как внутри начинает закипать раздражение.       — Я не люблю, когда посторонние трогают мои вещи.       Вероника лишь усмехнулась.       — Какие мы собственницы...       Она медленно поднялась со стула. Подойдя ближе, девушка остановилась почти вплотную к Кире.       — Странно...       Она слегка вдохнула воздух.       — Чувствую очень знакомый запах мужского парфюма.       Кира напряглась.       — Что вы имеете в виду?       — Сергей Петрович заходил?       Воскресенская нахмурилась.       — Откуда вы его знаете?       На губах Дорониной появилась победная улыбка.       — Он что... ничего обо мне не рассказывал?       Кира молчала.       — Какая жалость.       Вероника медленно скрестила руки на груди.       — А ведь совсем недавно я была его девушкой.       Сердце Киры пропустило удар.       — Что?..       — Видимо, он решил начать новую жизнь... даже не закончив старую.       Девушка театрально вздохнула.       — Особенно грустно понимать это, когда носишь под сердцем его ребёнка.       Кира практически выбежала из кабинета. В голове шумело так сильно, что она перестала замечать людей, которые встречались ей по пути. Мысли путались одна за другой.       «Не может быть...»       «Он бы не стал скрывать такое...»       «Или стал?..»       Она больше не понимала, чему верить. Дверь кабинета Макеева распахнулась так резко, что мужчина вздрогнул. Он сидел за своим столом, устремив взгляд в одну точку, словно уже знал, зачем она пришла. Увидев девушку, он медленно поднял глаза. Их взгляды встретились. Несколько секунд в кабинете стояла полная тишина.       — Ничего не хочешь мне объяснить? — дрожащим от обиды голосом произнесла Кира.       Макеев тяжело выдохнул.       — Она уже успела поговорить с тобой?       — Ответь мне.       Он молча поднялся из-за стола.       — Да, Вероника — моя бывшая.       Эти слова больно ударили по сердцу. Кира почувствовала, как внутри всё сжалось.       — После развода с мамой Антона мы некоторое время были вместе. Недолго. Я никогда не любил её так, как люблю тебя.       Он сделал шаг навстречу.       — Потом я застал её с другим мужчиной. Просто вошёл в квартиру раньше обычного... и всё увидел своими глазами.       Голос Сергея звучал спокойно, но слишком спокойно. Будто он давно пережил эту историю. Будто она ничего для него больше не значила.       — Я молча собрал вещи и ушёл. Не устраивал скандалов. Не выяснял отношения. Просто вычеркнул её из своей жизни.       Кира молчала. Её глаза постепенно наполнялись слезами.       — Почему... — тихо спросила она. — Почему ты никогда не рассказывал мне об этом?       — Потому что не видел смысла.       — Не видел смысла?       Она горько усмехнулась.       — Серёж... Ты серьёзно сейчас?       Макеев нахмурился.       — Это прошлое.       — Нет!       Её голос впервые сорвался на крик.       — Это не прошлое! Это часть твоей жизни, о которой я узнаю от совершенно постороннего человека!       Она сделала шаг назад.       — Ты столько раз говорил мне, что доверие для тебя — самое главное.       Каждое слово давалось ей всё тяжелее.       — Говорил, что после предательства больше никогда не сможешь жить без честности...       По щекам девушки покатились слёзы.       — А сам что сделал?       Макеев хотел подойти ближе, но она выставила ладонь вперёд.       — Не подходи.       Он остановился.       — Кир...       — Нет.       Она покачала головой.       — Не сейчас.       В кабинете повисла тишина.       — Ты скрывал от меня женщину, с которой жил.       Он тяжело выдохнул.       — Потому что она ничего для меня не значит.       — Значит или нет — решать должен был не ты один!       Её голос снова дрогнул.       — Я должна была узнать об этом от тебя... а не услышать насмешку в собственном кабинете.       Макеев сжал кулаки. Он начинал злиться. Не на Киру. На ситуацию. На Доронину. На самого себя.       — Она врёт.       — Откуда ты знаешь?       — Потому что знаю её.       — Правда?       Кира горько усмехнулась.       — А мне кажется, я вообще мало что о ней знаю.       Она посмотрела ему прямо в глаза.       — Она сказала, что беременна от тебя !       Макеев резко покачал головой.       — Это ложь.       — Откуда такая уверенность?       — Потому что...       Он замолчал.       — Потому что она уже пыталась удержать меня подобным способом.       Кира внимательно смотрела на него.       — Почему ты молчал об этом?       Он нервно провёл рукой по лицу.       — Потому что хотел оставить всё это в прошлом.       — А получилось наоборот.       Она опустила взгляд.       — Теперь это прошлое пришло в мою жизнь.       Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Впервые за всё время отношений между ними появилась стена. Не из ненависти. Из недосказанности.       — Сегодня... — тихо произнесла Кира, вытирая слёзы. — Сегодня я не вернусь домой.       Слово «домой» больно ударило по обоим. Ещё вчера оно означало место, где они были счастливы вместе. Теперь — место, в которое ей не хотелось возвращаться.       — Мне нужно побыть одной.       — Кир...       Она покачала головой.       — Нет.       Девушка слабо улыбнулась, но эта улыбка была наполнена болью.       — Человек, который каждый день говорил мне о доверии... сам не смог быть до конца честным.       Она открыла дверь.              — Надеюсь, когда-нибудь ты поймёшь, что иногда молчание причиняет гораздо больше боли, чем самая горькая правда.       Дверь кабинета громко захлопнулась. Макеев остался один. Он медленно опустился в кресло, закрыл глаза и впервые за долгое время почувствовал настоящий страх. Страх потерять женщину, без которой уже не представлял своей жизни.