Персея отправляется в отпуск!..... В древнюю грецию с книгами?...

Храм Мойры.

В храме великих мойр было почти темно если бы не факелы, что освещали помещение храма. А на стенах храма висели разные гобелены, а на них можно было разглядеть людей с великолепными или трагичными судьбами: и это были Одиссея, Ахиллеса, Икара, Персея, Гиацинта и другие люди у которых были великолепные или трагичные судьбы. — Это возмутительно...— Гневно прошипела Лахесис средняя сестра из мойр и сжимала своих руках тонкую нить. — Мир, сестра...— Тихо прошептала Клото, самая младшая из мойр. И прямо сейчас Клото чуть ли не грустными и гневными взглядом смотрела на длинный и большой гобелен,который она с сестрами упорно и усердно ткали все эти две тысячелетие, а теперь он выглядел потрёпанным с сожженными краями. Лахесис хмурно смотрела на их гобелен. — Эти боги...— Прошипела Лахесис, но продолжила.— Испортили наш гобелен который мы упорно ткали.... Ткали этот гобелен целых две тысяч лет. И что теперь?... Гобелен испорчен. Эти боги продолжают использовать своих детей в своих целях после всего, что те пережили. Два лагеря должны были объединиться, когда дитя Великого Пророчества должно было исполниться девятнадцать лет!! Но нет....— Цокнула она.— Гера испортила все наши планы... Боги должны были сами разобраться с матерей природы, но вместо этого Зевс, сын Реи, закрыл доступ к Олимпу. А полубогам пришлось разбираться вместо богов.... Клото молча слушала слова своей старшей сестры. — Мы ведь позволили Кроносу восстать, и это было, для чтобы боги наконец-то научились ценить своих детей и не использовать их в своих целях. Но.... Видимо они так и не признали свои ошибки по отношению к своим полусмертным детям.... И вдруг в помещении раздался резкий звук, что исходивший от острых серебряных ножниц, разрезавших нить. И после этого раздался тихий спокойный старческих голос. — Персея Джексон должна была принять божественность после войны с Титаном Времени, но она этого не сделала.... Она должна была вознестись в Тартаре после как она окончательно покончит с Ахлис, богиней страданий и печали, но Персея не покончила с ней... — Но она разбила свою сферу смертности во время сражений с Ахлис.— Тихо сказала Клото. — Персея боится принимать божественность, а так же своë темное "я" после битвы с богиней страданий.— Спокойно добавила Лахесис. — Именно... Но сейчас решаем как мы поступим с богами.— Спокойно сказала Атропос. А Клото и Лахесис молча согласились со своей сестрой. — И так... Как мы поступим?...— Спокойно задала вопрос Атропос. — Даже если мы позволим, чтобы ещë одна война произошла, то олимпийцы всë равно не изменят своë отношение к своим полусмертным детям....— Задумчиво ответила Лахесис.— Так что это не вариант..... Мы должны что-то другое придумать.... Что-то, что может показать ошибки богов... А после этого в храме зародилась мертвая тишина. Клото спокойно смотрела на гобелены, висевшие на стенах. Она пристально смотрела них, а потом моргнула, и сразу же появилась идея. Клото решила поделиться своей идеей со старшими сестрами. — Сестры. Атропос и Лахесис посмотрели на младшую сестру. Атропос незаметно для сестер слегка приподняла уголки губ, понимая, что именно придумала её младшая сестра. — Клото, ты что-то придумала? — спросила Лахесис. Клото слегка кивнула и взяла в руки нить цвета морской волны с фиолетовым и золотым отливом. — Почему бы нам не отправить Персею Джексон в её заслуженный отпуск вместе с её дневниками? Но мы изменим эти дневники, добавив больше информации и событий из жизни полубогов… — мягко улыбнулась Клото. Лахесис моргнула. — И куда же мы отправим Персею Джексон с книгами? — с интересом уточнила Лахесис. Клото хихикнула. — Во времена, когда боги были могущественны, во времена их расцвета, когда богов боялись, восхищались и поклонялись… — весело ответила Клото сестре. Лахесис фыркнула, а потом ухмыльнулась. — Персея не выживет там без нашей защиты, несмотря на своё пятно Ахилла, даже если оно защитит её в физическом плане. Она всё равно будет проявлять неуважение к богам, что станет для богов того времени настоящим шоком. После недолгого молчания заговорила Атропос. — Мы отправим Персею к её древним корням, — улыбнулась она. — Нам лишь осталось «убедить» Персею отправиться в Древнюю Грецию и как-то получить разрешение и помощь у Владыки Хроноса… — Атропос слегка нахмурилась. Вдруг в помещении стало тихо, а температура сильно снизилась. Гобелены на стенах покрылись инеем, и послышались взмахи крыльев. Мойры опустили головы, и Атропос вежливо и с почтением произнесла. — Приветствую вас, владыка Хронос… Что привело вас к нам? О, владыка Хронос, изначальное время… По помещению раздался тихий, спокойный, но властный голос с тонкой насмешкой.

Мне просто стало интересно...— Невидимое нечто загадочно улыбнулось.— Что же вы, мои дорогие мойры задумали? Что решили произнести моë имя? М-мм?

Не успела Клото открыть рот, как еë сразу же перебили.

Нет-нет-нет… — Покачало головой невидимое нечто и тихо хихикнуло. — Хи-хи-хи… Дайте угадаю! Вы, мойры, дочери Фемиды, захотели кого-то отправить в прошлое, не так ли? Хи-хи… Хотя я и так знал, что вы окончательно решились это сделать, ах-ха-ха! — Оно озорно ухмыльнулось и засмеялось. А когда Хронос перестал смеяться, то серьезно взглянул на мойров сквозь свои пустые белые глаза, которые сверкали. — И кого же вы решили отправить в далёкое прошлое? Неужели малышку Персею? Мой милый трагичный цветочек?

А мойры слегка кивнули владыке Хроносу.

—Хронос лишь устало вздохнул.— Я-я-ясно-о-о... И вы, Мойры, хотите отправить уставшую героиню Олимпа, когда боги использовали полубогов как свои трофеи? — Было ощущение, будто Хронос приподнял правую бровь и вопросительно взглянул на судьб.— Вы хоть думали о том, как олимпийские боги из прошлого будут относиться к ней? Вспомните Зевса, сына Реи, и его известную похоть к красивым девушкам, женщинам и парням... И как же вы собираетесь обеспечить ей защиту от похотливых богов в Древней Греции?— Но вдруг Хронос замолчал. — Я всё равно помогу вам её отправить в Древнюю Грецию.— А потом тихо прошептал— Сколько я уже это делаю? В какой раз? Десятый? Наверное... Да, десятый раз...

И повисло невольное молчание между Хроносом и Мойрами. Но потом заговорила Клото, и на её лице заиграла лёгкая улыбка. — Так вы правда нам поможете? — спросила она у Хроноса.

— А сам Хронос лишь загадочно улыбнулся судьбам.– Они будут смотреть проекцию из книг, когда откроют её. Это будет как сериал для них, чтобы они видели и слышали, что происходило в жизни Персеи.

Клото, Лахесис и Атропос повернулись друг к другу, после того как услышали ответ Владыки Времени, а потом они улыбнулись.

Ω, όμορφο παιδί της θάλασσας και των λουλουδιών....

Θα καταλήξετε στις πατρίδες σας, από όπου προέρχεται η ψυχή σας.

Αναγνωρίζετε την ηλιόλουστη αγάπη σας;

Ποιος θα επιλέξετε, το γλυκό τραγικό λουλούδι μας που πέθανε από τους ανέμους;

Οικογένεια ή ηλιόλουστη αγάπη;

Από σένα εξαρτάται....

━━━━━━༺༻ ━━━━━━

Лагерь полукровок.

Хижина Посейдона.

POV Перси.

Сидя на своей кровати в домике 3, я держала в руках небольшую рамку с фотографией, где были изображены я и другие жители лагеря до начала первой войны, и то, как я вернулась после своего первого похода. — Люк... не знаю, слышишь ли ты меня, но я не знаю, как мне быть... Ха! Да! Дитя Великого пророчества не знает, что ей делать! — тихо проговорила я. — Мы столько потеряли... в первой войне, которую ты, Люк, устроил с нашим психом-дедом, а потом погибшие во второй войне в битве с матерью Земли, хи-хи.— нервно хихикнула я. — Люк, ты бы видел, какая эта Гея уродина... Интересно, как ты там, в Элизиуме? Наверное, ты там счастлив и отдыхаешь вместе с другими бывшими жителями лагеря... Грустно улыбнулась, глядя на памятную фотографию (будто кто-то её скомкал, а потом поправил), где Люк обнимал за плечи двенадцатилетнюю меня и при этом улыбался камере. А потом повернула голову в сторону длинного зеркала в углу, и в самом зеркале было отражение красивой высокой восемнадцатилетней девушки с обычным пляжным загаром. У девушки были чёрные волосы до плеч, но кончики волос были окрашены в синий цвет, а глаза у неё были цвета морской волны с фиолетовым отливом и тёмно-красные губы. Тело было как у пловца, и на ней была надета обычная оранжевая лагерная одежда с изображением чёрного пегаса посередине и вокруг него название лагеря. А также были рваные джинсы до колен и тёмно-синие кроссовки с обычным рисунком белых крыльев по бокам (это был подарок от домика 11 на её семнадцатилетие), но этот красивый вид девушки портили едва заметные мешки под глазами, сильный уставший взгляд и плюс шрамы и старые ожоги на руках. Затем я откинулась на матрас кровати и, лёжа на нём, устало вздохнула. Интересно, когда отец перестанет предлагать мне стать его лейтенантом? Он же прекрасно знает, что я не хочу становиться бессмертной богиней... Но меня уже начинает бесить его взгляд! То, как он на меня смотрит! Как будто он уже похоронил меня и оплакивает мою смерть! Да, и Энни больше не хочет со мной разговаривать после того, что с нами произошло в Тартаре... Она же должна понять, что я всего лишь хотела защитить нас от ахлисов! Но... то, как она на меня посмотрела... это было больно... очень больно... Но больше всего мне понравилось выражение лица богини Афродиты, когда она посмотрела на меня и Аннабет так, будто кто-то испортил её любовные планы. И я до сих пор помню её слова...

"Монстр..."

"Мозг из водорослей! Научись себя контролировать пока никто не пострадал!!"

"Перси!! Хватит!! Ты делаешь ей больно!!"

Зевнув, при этом потёрла правый глаз от недосыпа. А потом аккуратно поднялась со своей кровати, не забыв поправить одеяла, и рука сразу же потянулась к ожерелью с разноцветными бусами. А потом слегка, но осторожно коснулась чёрной бусины с рисунком трезубца. Но я выдохнула и перестала трогать свою бусину. И решила выйти из своего домика на улицу и пойти тренировать новеньких полукровок в этом безумном и необычном месте. Не успела я открыть дверь, как вдруг атмосфера и воздух вокруг резко изменились. По спине пробежал сильный холодок, и я резко вытащила руку из кармана штанов, сняла колпачок с ручки, и вместо ручки в моих руках появился мой любимый Риптайд. Затем я резко повернулась и направила меч вперед, но так же резко замерла, увидев, кто был, а точнее, кто был передо мной. А это были сами Мойры.... Но они выглядели не так, как обычно... Я имею в виду, что они не выглядели как те старушки, которыми я их видела в последний раз. Они выглядели молодыми, младшая из них выглядела как молодая девушка лет девятнадцати-двадцати, и, как я поняла, это Клото. Средняя выглядела лет на тридцать, и это, возможно, Лахесис. А последняя выглядела старше этих двух девушек и женщин, лет сорока-пятидесяти, и это Атропос, самая старшая из них. Но больше всего меня привлекло то, во что они были одеты. А именно, черные одеяния с капюшонами, почти полностью скрывавшими их лица в тени. Их глаза были не человеческими, а полностью черными, как настоящая черная бездна или тьма. И все же мой взгляд сразу же упал на нить, которую так спокойно держала Лахесис в своих руках, отчего по моему телу пробежал настоящий смертный холод.... И я сразу же поняла, что эта была моя нить.... Но так же была такое ощущение, как будто время остановилось вокруг нас. Хм... Неужели уже пришло моё время? Хотя я и так знала, что не буду долго жить. Эй! Я же смогла дожить до своего шестнадцатилетия и после него... Но я всё же решила задать им свой вопрос. — Мои леди.— чуть опустив голову, тихо, но вежливо произнесла я. — Неужели моё время пришло? — Я слегка приподняла голову, глядя на них. А на мой вопрос леди Клото лишь мягко и успокаивающе улыбнулась. — Персея Джексон.— спокойным голосом произнесла Лахесис.— Мы, мойры, пришли к тебе с одним предложением. "С одним предложением"?... Неужели, снова квест?! Я-я же...больше не принимаю квесты от богов и вообще я на пенсии!! И я лишь в замешательстве на них уставилась. — Мои Леди.— снова вежливо произнесла я, пытаясь скрыть раздражение и злость в голосе.— Возможно, вы не знаете, но я на пенсии и больше не принимаю квесты. Но услышав мои слова, мойры улыбнулись мне. А я же напряглась. — Персея.— Мягко начала Клото говорить мне.— Мы пришли к тебе предложить не квест. — А необычный отпуск.— Спокойно добавила Атропос. Мне же не послышалось? Они реально сказали, что отпуск дают мне? Не так ли? Вау, просто вау. А сейчас я лишь пристально глядела на них, пытаясь понять, где здесь подвох, так как знала, что не стоит ждать от бессмертных существ правды и искренности. — Где здесь подвох?— Резко просила я у них и при этом хмурно глядела на трëх мойр. — Тут подвох в том, что ты Персея оправишься к своим корням и — В смысле оправлюсь к корням?!— Резко перебила я еë.— Каким ещë корням!? Стоп...— Я резко замолчала и недоверчиво уставилась на трëх богинь.— Вы, что...собрались, меня отправить в п-прошлое? Куда и зачем!? — Дитя, дослушай, — оборвала меня Клото своим мягким голосом и чуть подошла ко мне. — Мы всего лишь хотим отправить тебя в заслуженный отпуск, а именно во времена цветения богов. Также мы, судьбы, лишь хотим, чтобы боги того времени увидели и услышали о том, как они несправедливо относились к вам, полубогам, к своим детям... Но ты, дорогая, можешь отказаться от этого, мы тебя не заставляем и не принуждаем. — Пока я слушала её, она аккуратно подходила ко мне, а потом в конце протянула свои руки к моим и взяла мои ладони, слегка сжав их. — Мы, мойры, примем любое твоё решение, каким бы оно ни было.        Черт... Как мне быть? Согласиться или отказаться? А если откажусь, то они же меня не проклянут? Хотя, я же из любого дерьма выходила в прошлом, и даже если они всё же проклянут, то я и из этого выйду. Они же могут просто сразу перерезать мою нить, и тогда я умру... но увижусь с теми, кто покинул родной лагерь. Я глядела на свою нить в руках Лахесис. — Если ты согласишься на наше предложение, то сможешь отдохнуть после всего, что с тобой было. А также ты сможешь предотвратить смерти своих друзей и других детей лагеря, но это действие создаст новую временную ветвь с последствиями, которые никак не отразятся на твоей временной ветви. Но будет создана новая ветвь, где будут существовать те, кого больше нет в мире живых, а также тебе, Персей, никто не посмеет навредить в том времени, в которое ты попадёшь, и ты будешь под нашей защитой. Мы не говорим, что ты, дитя великого пророчества, слаба, а лишь хотим полностью убедиться, что ты будешь наслаждаться своим заслуженным отпуском, который мы, мойры, даём тебе, и ты можешь указать богам на их ошибки и поступки, — закончила говорить Клото, и при этом опустила мою ладонь и вернулась к своим сестрам. — Выбирай, дитя Посейдона, выбирай, но знай, что это будет лишь зависеть от тебя, и то, что ты выберешь.— И как одним голосом мойры, спокойным, но холодным голосом, что напоминали мне холодные клинки. И мойры продолжили спокойно смотреть на меня, и ожидали мой ответ на их предложение. Но, я лишь закрыла глаза и вздохнула, и всë же решилась дать им мой ответ. — Я

━━━━━━༺༻ ━━━━━━

Олимп

1189 года до н. э..

Олимп — прекрасное и чудесное место, где можно наблюдать за небесами над смертными и за миром, а его сверкающие золотые ворота сторожили три прекрасные богини — Оры. Сам Олимп и вправду прекрасен: идеальные, светлые, высокие и огромные золотые и белые колонны сверкали под лучами солнца, как и сами храмы богов, и рынки, где боги торгуют между собой и покупают друг у друга, и красивые и прозрачные озера и пруды, где веселились прекрасные наяды, а на деревьях сидели дриады и плели венки из разных цветов. Высоко над Олимпом раскинулось широкое голубое, бездонное небо, и льётся с него золотой свет, и где никогда не бывает зимы и холода, а лишь тепло и веселье. Веселье, где боги устраивают пиршества и веселятся в своей бессмертной жизни, и где боги получают настоящее блаженство и наслаждение, и, возможно, даже самый настоящий экстаз от этого. Но чуть вдали от других храмов богов, над всеми ими, возвышался гигантский храм, белый, как слоновая кость, со сверкающим золотым оттенком. А внутри этого гигантского храма, посередине, возвышались двенадцать тронов в виде буквы "П". А чуть неподалеку от тронов был круглый очаг с пламенем. А рядом с ним сидела девушка в черном гиматии с капюшоном. Она держала в руках ветку и с ее помощью перекатывала угли. Это была Гестия, богиня семейного очага и жертвенного огня. А на этих самых тронах восседали главные боги Олимпа, которые прямо сейчас проводили собрание или же что-то обсуждали? — Ты снова посягнул на мои владения, муж мой! — гневно прошипела женщина, скребя ногтями по подлокотнику, издавая неприятный для слуха звук. Мужчина, сидевший рядом со своей женой, слегка поморщился, как и молодой юноша с золотистыми волнистыми локонами чуть ниже плеч, с лавровым венком на голове и сверкающими небесно-голубыми глазами с золотым зрачком место обычного человеческого, и с идеальным солнечным загаром. Но этот юноша морщился и хмурился куда сильнее, искажая своё прекрасное лицо. От него исходила аура теплоты и жара, как от солнца или пламени. На запястьях были чуть длинные сверкающие золотые браслеты, а на ноге был золотое обруч, а на левом ухе была золотая серёжка и одет юноша был в экзомис красного цвета с золотыми узорами. Женщина с диадемой, одетая в коричневый пеплос с павлиньими перьями, ещё сильнее нахмурилась, глядя на своего мужа. — Отвечай мне, изменщик! — Зачем меня сюда вызвали?— тихо и раздражённо прошептала молодая девушка, спокойно крутя в руках копис. Она была одета в короткий хитон, как и юноша, что сидел на своём троне рядом с ней и тихо играл на своей сверкающей золотой лире. Короткий хитон до бёдер у девушки был темно синего цвета. Волосы были чёрными как ночь, а глаза — сверкающими, серебристыми, как свет луны. Лицо молодой девушки было прекрасным, как и у юноши рядом с ней. Лица у обоих были похожи, но немного отличались друг от друга, как и их ауры. У девушки была светлая кожа, а у юноши — загорелая, и они были как солнце и луна. — У меня была охота со своими охотницами, и нас прервали, особенно меня... — Мне тоже интересно, Арте. — тихо произнес молодой юноша своим певчим голосом. — А меня тоже прервали с моими прекрасными музами, дорогая моя сестра. Сзади них раздался голос. — О чем шепчетесь, мои дорогие старший брат Полло и сестрица Арте? М-м-м? — К ним в воздухе наклонился такой же молодой юноша с волнистыми короткими коричневыми волосами, в петасе на голове. По бокам из отверстий петаса торчали белые крылья, и половины лица юноши не было видно из-за тени от петаса, а видна была лишь лисья, озорная улыбка. Одет юноша был в короткую тунику, через плечо висела пустая бирса, на ногах были крипиды, а на лодыжках порхали небольшие белые крылья, которые держали юношу в воздухе. Золотоволосый юноша краем глаза взглянул на нарушителя тишины, возникшего между ним и девушкой, и самодовольно посмотрел на пустую бирку. — Неужели у тебя, Гермес, закончились письма? — Приподнял правую бровь золотоволосый юноша. — Не поверю. А сам Гермес на слова золотоволосого лишь слегка надулся. — Обижаешь, Феб.— фальшиво и обиженно произнёс юноша. Затем Гермес хихикнул.— Я сам в неведении, почему у меня закончились письма, Феб. Обычно их о-очень много, но они закончились.— пожал он плечами, паря над ними. Пока Гермес разговаривал с Фебом и его сестрой, посередине дворца-храма, окружённого тронами, появились три загадочные силуэта — от них исходила ледяная аура, что сразу же заставила остальных богов замолчать и смотреть в их сторону. Феб сразу же отложил рядом с собой свою лиру, а сам встал с трона, как и мужчина с грозовыми волосами и яркими голубыми глазами, подобными молниям. И они оба склонили головы перед ними. — Что вас привело к нам, мойры? — сказал мужчина, приподняв голову, глядя на судьбы. — Мы недовольны, Зевс, сын Реи. Мы очень недовольны.— сказали мойры в один голос.— Вами. Аполлон слегка нахмурился и насторожился от слов мойр, как и другие боги. И сам Зевс нахмурился, услышав это. — Мои леди.— спокойно начал Зевс, приподняв бровь и игнорируя взгляд своей жены, смотревшей на него, — чем же вы, великие судьбы, нами недовольны? Мойры нахмурились глядя на Зевса. — Мы недовольны тем, как вы себя вели в далёком будущем. Из-за ваших действий полубог отказался от предложенного бессмертия и статуса бога, и после войн из-за этого был испорчен гобелен в будущем, который мы долго ткали. Феб нахмурился, как и его сестра, как и другие боги в зале (кроме двоих.Первый был пьян и вполуха слушал, что происходит. А второй был взволнован и слегка возбужден после того, как услышал слово "война"). — Война? Неужели случится война, но с кем? — спокойно поинтересовалась молодая женщина в шлеме с синими перьями, держа копье. Клото хмурно посмотрела на эту молодую женщину. — Богиня мудрости Афина, не перебивайте нас, пока мы говорим.— холодным голосом сообщила Лахесис. А сама Афина чуть недовольно нахмурилась от слов Лахесис. Феб улыбнулся, глядя на это зрелище, как и мужчина с длинными черными волосами цвета дна океана, что двигались, как волны, и с глазами цвета яркой морской волны. Вместо человеческих ушей у него были плавники, а руки до предплечья были черными, с острыми когтями. Он злобно ухмыльнулся своими острыми зубами, глядя на то, как богине Афине сделали замечание. Это был Посейдон, бог морей. — В далеком будущем многие из ваших детей полубоги погибнут. — холодным тоном сказала Атропос. А боги? Что боги? Они спокойно молчали. Даже бог с яркими виноградными глазами, черными волосами и женственной внешностью молчал и не отпил вина из своего золотого бокала. Пьяный румянец исчез, и он пристально смотрел на мойр. — И что? Мы же всё равно породим новых полубогов.— невозмутимо сказал Зевс. Мойры злобно уставились на Зевса. — Восстанет из ямы кого вы порубили на множество кусков. — ЧТО?!— Крикнули боги. — А я же вам тогда говорил, братья и сестры, что надо было его просто убить, а не выбрасывать его самого и его останки в яму.— Холодный, но спокойный голос раздался из темного угла, и из тени вышел мужчина с очень бледной кожей, черными волосами и глазами. Одет он был в черное длинное одеяние до пола, и когда подходил к ним, казалось, что аккуратно скользит по полу, а на голове была такая же черная корона. — А ты молчи, похититель дочерей! — крикнула зрелая женщина с каштановыми волосами, на голове которой был венок из пшеницы с цветами, одетая в длинный зеленый хитон. — Мама!! — Кора прошу не начинай снова! Девушка, сидя у очага, лишь устало покачала головой, глядя на происходящее перед её глазами. — МОЛЧАТЬ.— И по залу зазвучал ледяной голос Мойр, что заставил всех богов резко замолчать.— Мы соизволили дать вам, богам, шанс увидеть и услышать далекое будущее, а также показать ваши ошибки и дать возможность их исправить, а также попытаться стать лучше. Ведь в будущем проявилось Великое Пророчество, что напрямую относится к существованию Олимпа и богов в нём! В зале повисла тишина, боги молчали, размышляли, и некоторые поглядывали друг на друга, задаваясь вопросом: «Что за Великое Пророчество?». И один из богов поднялся со своего трона. Это был Феб. — Мои госпожи мойры.— вежливо и почтительно сказал Феб и поклонился им. — Могу ли я задать вам один вопрос, который меня интересует? — спокойно спросил лучезарный у них. Мойры переглянулись меж собой, а потом посмотрели на него. — Спрашивай, Феб Аполлон, сын титаниды Лето и бога Зевса.— Мойры дали ему свой ответ. И после этого прозвучал гневное шепот-шипение от богини, что сидела рядом с Зевсом. — Бастард.— Гневно и тихо прошипела богиня глядя на Феба, а потом на Зевса.— Изменщик.... А сам Феб лишь благодарно кивнул судьбам. — Мой вопрос таков: " Что гласит в этом Великом Пророчестве из этого далекого будущего? "— Задал спокойно Феб свой вопрос и при этом пристально смотрел на них. Мойры едва улыбнулись нему услышав вопрос Феба Аполлона. — Не зря ты бог знаний, что задал такой мудрый вопрос, дорогой Феб.— сказала Клото. Одна богиня нахмурилась услышав слов " Умный " и " Разумный " от мойров. — Мы дадим тебе ответ на твой вопрос, Феб Аполлон. — Произнесли мойры. И внезапно температура сильно упала, когда они произнесли первую строчку предложения. — Слушай и запоминай:

Полукровка старейших богов на свете

Он доживет до шестнадцатилетья.

Мир погрузится в сон, будто пьяный,

Душу героя возьмёт клинок окаянный,

И ждет его конец, когда он сделает выбор,

Спасая Олимп или обрекая на гибель.

И когда мойры закончили говорить, температура в зале вернулась в норму, и Феб лишь нахмурился после услышанного, но благодарно кивнул мойрам и молча сел обратно на свой трон рядом со своей сестрой. Но резко раздался гневный женский голос, отчего некоторые боги незаметно скривились. — Ублюдок!!!— Гневно закричала богиня, вскочив со своего трона.— Вы хотите сказать, что наше существование зависит от этого ублюдка?! — Молчать, Гера, дочь Реи и Кроноса.— Ледяным тоном приказали ей мойры.— сейчас же. Сама Гера нахмурилась и сжала свои кулаки, но села обратно на трон. А невысокий бог с уродливым шрамом на лице незаметно ухмыльнулся, сидя на своем троне, и что-то мастерил. — Итак.— сказала Клото и хлопнула в ладоши. Между тронами Феба и его сестры на полу появилось множество мягких подушек и одеял, что привлекло их внимание, особенно Феба. А на подушках появилось двенадцать книг, выглядевших очень странно, особенно из-за того, что было изображено на обложках. — Это не свитки.— задумчиво, но тихо прошептала Афина, глядя на книги. — Благодаря этим книгам вы сможете увидеть и услышать то, что произойдет благодаря иллюстрациям, когда откроете первую книгу.— сообщила им Атропос, а потом добавила.— А также к вам присоединится герой Олимпа из этого далекого будущего. — Боги удивленно посмотрели на судьбы.— Также вам запрещено причинять вред, проклинать, а также заставлять героя что-либо делать против его воли. Это относится ко всем богам, и особенно к тебе, Зевс.— Мойры злобно и угрожающе посмотрели на богов Олимпа, которые невольно отвели взгляды и слегка дрожали в своих физических телах от взгляда мойр..— А также запомните, что этот герой прошел через ад и устал от этого всего, но согласился нам помочь. — Сопляк.— насмешливо прошептал воин в доспехах с кровавым, потрепанным плащом. — Любимый, не здесь, — ласково и сладко почти пропела прекрасная молодая женщина, одетая в полупрозрачное белое одеяние, словно пена. И на ней, и на одеянии были украшения из сверкающего жемчуга, блестевшего на свету. Кончики волос молодой женщины напоминали перья птиц. Это была Афродита, богиня любви и женской красоты, получившая хмурый взгляд от Геры. Мойры переглянулись и хлопнули в ладоши, и рядом с ними появился яркий белый свет. Но он быстро исчез, и вместо света перед богами стояла красивая девушка, которая могла соревноваться с Афродитой в красоте. У этой девушки был цвет волос как у дна океана. Цвет глаз был подобен цвету озера и рек; они чем-то напоминали глаза Посейдона, если бы не фиолетовый отлив. Кожа у девушки была загоревшая, будто она всё время проводит под солнцем. Единственным украшением на ней было ожерелье из странного жемчуга с изображениями. Но больше всего удивили и привлекли внимание богов короткие волосы чуть выше плеч, необычный цвет кончиков волос, очень странное одеяние и едва заметные царапины на животе — Мама? — очень тихо шепнула Гестия у своего очага и удивленно смотрела на девушку. Но, моргнув, она тихо произнесла: — Она так похожа на маму Рею… А у конкретного бога с золотистыми волосами как-то странно сверкнули глаза, как и у бога с грозовыми голосами, а его сестра как-то странно на него взглянула. — Она что скорбит? — поинтересовалась Артемида, глядя на короткие волосы девушки, а потом краем глаза посмотрела на своего брата и подумала: « Надо будет пригласить эту девушку к себе на охоту, а то у Аполлона скоро снова пополнится коллекция цветов в саду...» Мойры ласково улыбнулись девушке на удивление богов. — Дорогая, представься. Девушка устало вздохнула и прикрыла глаза, затем открыла их и взглянула на богов, не обратив внимания на то, как один из них едва заметно вздрогнул. — Меня зовут Перси, и я героиня Олимпа.— спокойным и вялым голосом представилась Перси. При этом она не поклонилась богам, что вызвало у них негодование, возмущение, гнев и любопытство, но она это игнорировала. Перси повернула голову в сторону мойр и тихо сказала им.—Ну, я пошла и буду наслаждаться своим необычным отпуском.— Затем она отвернулась от них и зашагала в сторону Феба и его сестры. Когда она дошла до них, то удобно и лениво села на подушки, лежавшие между гигантскими тронами Аполлона и его сестры Артемиды, где восседали боги. — Ладно, давайте начнем это. — Сказала Перси потянувшись к первой книге. А мойры пристально посмотрели на Зевса. — Помни, Зевс, сын Реи и Кроноса, наше предупреждение... Помни... — ледяным тоном сказали мойры Зевсу, а потом посмотрели на сидящую Персею на подушках. — Удачи тебе, дитя, она тебе пригодится. И после этого судьбы исчезли из зала, а сама Перси взяла первую книгу в руки — Ладно.— Затем она опустила взгляд на книгу и быстро прочитала название..— ★Персея Джексон и похититель молнии★ — Похититель молнии?— Хмуро сказал Зевс, смотря на Перси. Персея застыла и снова взглянула на название книги, а потом резко издала разочарованный, усталый стон и опустила голову. — Я уже жалею, что согласилась на это....