"Тень Зла: Жизнь Злодея"

Исаги шёл за Куроной, ощущая напряжение, словно окружающий воздух стал плотнее. Ему казалось, что молчание, нависшее между ними, говорило громче, чем любые слова. Курона всегда был спокойным и преданным, но сейчас Исаги видел в нём что-то большее — эмоции, которые тот явно пытался скрыть. — Курона, — наконец произнёс он, пытаясь разрядить обстановку. — Ты ведь знаешь, что я ценю твою заботу… Слуга остановился так резко, что Исаги чуть не налетел на него. Курона обернулся, его лицо вновь приняло привычное хладнокровное выражение, но взгляд выдавал внутреннюю бурю. — Это моя обязанность, господин, — сказал он, подчеркнув слово обязанность. — Если я перестану заботиться о вашей безопасности, то перестану быть тем, кем вы меня считаете. — Но я не прошу тебя делать всё это, — возразил Исаги, нахмурившись. — Ты слишком серьёзен, Курона. Иногда мне хочется, чтобы ты мог просто… расслабиться. Курона слегка приподнял бровь, явно удивлённый. — Расслабиться? — тихо переспросил он, будто не понимал смысла этого слова. — Господин, вы — не обычный человек. Ваше положение не позволяет роскоши быть беспечным. — Но ведь у меня есть вы, Несс, Хиори… даже Наги, — сказал Исаги, его голос стал мягче. — Я не один. Разве это не значит, что мне можно хотя бы немного доверять другим? На мгновение в глазах Куроны промелькнула боль, но он быстро отвернулся, чтобы Исаги не заметил. — Доверие… — повторил он, почти шёпотом. — Доверие — это то, что делает вас уязвимым. А уязвимость убивает. Исаги замер. Он видел Курону как сильного и надёжного человека, но сейчас перед ним стоял кто-то, кого раздирали внутренние противоречия. Что-то было не так. — Курона, — начал он, осторожно подбирая слова. — Что с тобой происходит? Ты всегда так говоришь, но сегодня это звучит иначе… будто что-то случилось. Курона не ответил сразу. Он смотрел вдаль, как будто боролся с собственными мыслями. Наконец, он глубоко вздохнул и тихо сказал: — Я лишь хочу, чтобы вы оставались в безопасности, господин. Всегда. Даже если для этого мне придётся… Он замолчал, словно осознавая, что сказал слишком много. Исаги шагнул ближе, вглядываясь в лицо своего слуги. — Даже если придётся что? — осторожно спросил он. Курона отвернулся, его кулак снова сжался. — Ничего, господин, — произнёс он холодно. — Вам лучше отдохнуть. Завтра у вас насыщенный день. Исаги чувствовал, что разговор не закончен, но не стал настаивать. Он понимал, что Курона не готов говорить, и, возможно, это было связано с чем-то, что Исаги пока не понимал. Они вернулись в здание академии, но мысль о странном поведении Куроны не давала покоя Исаги даже тогда, когда он лёг спать. Что скрывал его верный слуга? И почему он так резко отреагировал на Наги? Тем временем, в одиночестве своего скромного помещения, Курона сидел на кровати, его взгляд был устремлён в одну точку. Он достал из кармана небольшой амулет, который всегда носил с собой, и сжал его так сильно, что побелели пальцы. — Я не позволю никому навредить вам, господин, — тихо прошептал он в пустоту. — Даже если это означает, что мне придётся переступить через самого себя. Утро наступило слишком быстро. С первыми лучами солнца Исаги почувствовал, что предыдущий вечер всё ещё висит над ним тяжёлым грузом. Курона разбудил его, как всегда, вежливо и бесшумно, но Исаги заметил, что его слуга избегает смотреть ему в глаза. На завтраке Несс и Хиори, как обычно, сидели рядом, обсуждая что-то весёлое, а Исаги пытался поддерживать беседу, хотя его мысли были далеко. Курона стоял в стороне, выполняя свои обязанности, но его взгляд всё время был направлен на Исаги, словно он боялся, что тот исчезнет в любой момент. После занятий, которые пролетели как в тумане, Исаги вновь оказался с Несом и Хиори, работая над очередным проектом в классе. Их группа была странной, но удивительно слаженной: Несс всегда был идеальным стратегом, Хиори находил выходы из любых ситуаций, а Исаги умел соединять всё это воедино. Однако сегодня он чувствовал себя отвлечённым. — Исаги, — позвал Несс, привлекая его внимание. — Ты уже в который раз смотришь в окно. Что-то случилось? — А? Нет, всё в порядке, — поспешил ответить Исаги, осознавая, что действительно слишком много думает о вчерашнем разговоре. — Просто немного устал. — Устал? — Хиори склонил голову, улыбаясь. — Тебе стоит больше отдыхать. Курона ведь за тобой следит, верно? Он никогда не допустит, чтобы ты себя плохо чувствовал. При упоминании Куроны Исаги чуть напрягся. Его друзья могли видеть, как верен был слуга, но никто из них не знал о тонких нюансах их отношений, о сложных переплетениях доверия, долга и... чего-то большего, что Исаги до сих пор не мог понять. После занятий, на пути в свою комнату, Исаги заметил Наги, который стоял у окна в пустом коридоре. Его взгляд был направлен наружу, и он выглядел задумчивым, что для него было редкостью. — Наги? — позвал Исаги. Тот обернулся, и на его лице появилась слабая улыбка. — О, Исаги. Ты вовремя. Я как раз думал о тебе. — О… обо мне? — Исаги почувствовал лёгкий укол смущения. — Зачем? Наги подошёл ближе, его взгляд стал серьёзным. — Ты правда доверяешь Куроне? — внезапно спросил он, игнорируя удивление Исаги. — Конечно, — ответил Исаги без раздумий. — Почему ты спрашиваешь? — Потому что иногда те, кто ближе всего, могут быть опаснее всего, — сказал Наги. Его голос был низким, но в нём не было насмешки, только какая-то странная забота. — Я это к тому, что Курона слишком много времени проводит, контролируя каждый твой шаг. Ты это замечал? Исаги не успел ответить, как из-за угла коридора появился сам Курона. Его лицо было бесстрастным, но глаза, устремлённые на Наги, излучали напряжение. — Господин, вам пора возвращаться, — сказал он, игнорируя Наги. — Мы опаздываем. — Эй, я просто разговаривал с ним, — вмешался Наги, улыбаясь. — Не будь таким серьёзным. Курона не ответил, лишь сделал шаг ближе к Исаги. — Господин, — повторил он, и в его голосе было что-то почти умоляющее. — Вы должны идти. Исаги посмотрел на Наги, который, казалось, собирался сказать ещё что-то, но передумал. Его взгляд стал мягче. — Ладно, — сказал Наги, отступая. — Увидимся позже, Исаги. Курона увёл Исаги в сторону, его шаги были быстрыми и твёрдыми. Когда они оказались вдали от чужих глаз, он остановился и повернулся к Исаги. — Я не хочу, чтобы вы так близко общались с Наги, — сказал он резко. Исаги нахмурился, его терпение начало иссякать. — Ты не можешь мне приказывать, с кем дружить, Курона. Слуга замолчал, его кулак снова сжался. — Это не приказ, — наконец сказал он, его голос дрожал. — Это просьба. Я... я просто не хочу, чтобы с вами что-то случилось. Исаги смотрел на него, пытаясь понять, что на самом деле кроется за этими словами. Курона сделал шаг ближе, и на мгновение в его взгляде появилась уязвимость. — Потому что я… я не знаю, что буду делать, если с вами что-то произойдёт, — прошептал он, и эти слова зависли в воздухе, словно признание, которое не должно было быть озвучено. Исаги почувствовал, как сердце на мгновение пропустило удар. Он не ожидал услышать что-то подобное от Куроны. Тот всегда был бесстрастным, сдержанным, полностью посвящённым своим обязанностям. Но сейчас перед ним стоял человек, который говорил не как слуга, а как кто-то... гораздо ближе. — Курона... — начал Исаги, но его голос предательски дрогнул. Он попытался вернуть себе контроль. — Ты ведь знаешь, что я ценю всё, что ты для меня делаешь. Но... это слишком. Курона нахмурился, его взгляд вновь стал суровым. — Слишком? — переспросил он, словно не верил своим ушам. — Господин, моя единственная цель — защитить вас. Если это кажется вам "слишком", значит, я делаю недостаточно. — Дело не в этом, — Исаги вздохнул, чувствуя себя в ловушке. — Я просто хочу, чтобы ты перестал так сильно беспокоиться. Наги не причинит мне вреда. И никто другой тоже. У меня есть вы, Несс, Хиори... — Они не понимают, через что вы проходите, — резко перебил Курона. Его голос звучал громче, чем обычно. — Они видят вас только как друга, как часть своей группы. Но я знаю, что этот мир полон людей, которые готовы воспользоваться вашей добротой. Он сделал ещё шаг ближе, и теперь между ними почти не осталось расстояния. Исаги почувствовал, как в груди вспыхнуло странное чувство — смесь растерянности и чего-то, что он не мог назвать. — Курона, ты… — Исаги замолчал, не зная, что сказать. Курона смотрел ему прямо в глаза, его лицо было серьёзным, но в этом взгляде была искра — что-то, что Исаги не видел раньше. — Я не просто слуга, господин, — тихо сказал он, его голос стал мягче, почти нежным. — Я не могу смотреть на вас, зная, что кто-то другой может занять место рядом с вами. Это… это неправильно. Исаги растерянно замер. Эти слова звучали слишком лично, слишком откровенно. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что Курона только что коснулся темы, которую они оба избегали. — Ты хочешь сказать, что... — начал он, но его прервал Курона. — Да, — твёрдо сказал тот, стиснув кулаки. — Я слишком далеко зашёл. Я знаю это. Но я не могу больше молчать. Каждый раз, когда кто-то вроде Наги приближается к вам, я... Он замолчал, словно боялся закончить мысль. — Я ревную, господин, — наконец выдавил он. — Ревную так, что это убивает меня. Эти слова повисли в воздухе, и Исаги почувствовал, как всё вокруг замерло. Курона сделал шаг назад, словно испугавшись собственной откровенности. — Простите меня, — тихо произнёс он, опуская взгляд. — Я не должен был этого говорить. Но Исаги не мог найти слов. Он просто стоял там, пытаясь осознать, что именно сейчас произошло. Чувства Куроны — это то, чего он никогда не ожидал. Но теперь, когда правда была озвучен а, он не знал, что делать дальше. Исаги молчал, пытаясь собрать мысли воедино. Сердце колотилось в груди так громко, что казалось, Курона мог его услышать. Он никогда не думал, что кто-то может относиться к нему с такой страстью, особенно тот, кого он всегда воспринимал как верного, но сдержанного слугу. — Курона… — наконец заговорил он, голос дрожал, но Исаги заставил себя продолжить. — Ты ведь понимаешь, что это… неожиданно. Курона посмотрел на него, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах была боль. Он выпрямился, будто стараясь вернуть себе привычную маску хладнокровия. — Да, господин, — спокойно ответил он. — Я понимаю. Это было необдуманно. Простите меня. Курона развернулся, явно собираясь уйти, но Исаги инстинктивно схватил его за руку. — Подожди, — сказал он, чувствуя, как слова вырываются сами собой. — Ты не можешь просто сказать такое и уйти. Слуга замер, но не обернулся. Его плечи напряглись, и Исаги почувствовал, как Курона борется с собой. — Я не знаю, что ответить, — продолжил Исаги, выпуская руку Куроны. — Но... я не хочу, чтобы ты уходил. Ты для меня важен. Очень важен. Курона медленно повернул голову, его взгляд был полон сомнений и надежды. — Вы важны для меня больше, чем кто-либо, — сказал он тихо. — Но я знаю своё место. — Это не имеет значения, — отрезал Исаги, делая шаг вперёд. — Ты не просто слуга, и ты сам это сказал. Я это чувствую. Курона замер, его взгляд смягчился. На мгновение показалось, что весь мир вокруг исчез. Только они двое — Исаги и Курона, стоящие лицом к лицу, разделённые невидимой чертой. — Я не знаю, как я к этому отношусь, — честно признался Исаги, его голос стал тише. — Но я не хочу, чтобы ты держал это в себе и страдал. Мы можем разобраться вместе. Курона смотрел на него, как будто пытался понять, верит ли он в то, что слышит. Затем он медленно кивнул, его глаза наполнились благодарностью. — Спасибо, господин, — тихо сказал он, впервые позволяя себе слабую улыбку. Исаги вздохнул с облегчением. Он не знал, что их ждёт дальше, но одно было ясно: он не хотел терять Курону, каким бы сложным ни было их общение. — А теперь, — улыбнулся Исаги, стараясь разрядить обстановку, — давай вернёмся, пока нас не начали искать. Я не хочу, чтобы Несс или Хиори задавали слишком много вопросов. Курона поклонился, но его улыбка не исчезла. — Да, господин. Они направились обратно в академию, и, хотя слова между ними больше не звучали, Исаги чувствовал, что их связь стала глубже. Курона шёл рядом, но его шаги теперь были легче, а взгляд — увереннее. И всё же в глубине души Исаги понимал: это только начало.