Шаг навстречу

Стэнли

Тёплый летний вечер в Дерри был наполнен мягким светом заходящего солнца, которое окрашивало дома и деревья в тёплые оттенки золота и янтаря. Город уже начал погружаться в спокойствие: окна домов мерцали мягким светом, а вдалеке едва слышно гудели редкие автомобили. Воздух был свежим и пропитан ароматами лета — запахами нагретой солнцем травы, пыльных дорог и еле уловимым дуновением лесной прохлады. Четверо подростков, именующих себя клубом неудачников, мчались по извилистой дороге на велосипедах. Их путь вёл к карьеру. Велосипеды весело звенели цепями, колёса шумели по пыльным дорожкам, поднимая облачка лёгкой золотистой пыли, которая переливалась в лучах заходящего солнца. Ричи ехал позади. Как всегда, он без умолку болтал. Он громко рассказывал о своём недавнем визите в зал игровых автоматов, с детальным энтузиазмом описывая каждую игру, каждую кнопку, каждую победу и поражение. Он размахивал руками, едва удерживая руль, иногда балансируя на грани падения, но это его ничуть не смущало. Его голос был полон энергии, словно он сам собой развлекал всех окружающих. — И ты не поверишь, Эдди, я почти побил рекорд в Pac-Man! Ну, почти! Если бы этот долбаный призрак не появился ниоткуда. – говорил он, иногда посмеиваясь сам над собой. — Но потом я подошёл к Street Fighter, и, о боже, если бы ты видел мою комбинацию! Это было эпично! Впереди ехали Билл, Эдди и Стэн. Они словно сговорились не оборачиваться и молча продолжали путь, время от времени переглядываясь. Улыбки на их лицах говорили больше, чем любые слова — Ричи своей болтовнёй неизменно поднимал настроение. Даже Эдди, который обычно ворчал из-за его нескончаемых рассказов, сейчас ехал с лёгкой улыбкой на лице, изредка бросая короткое «Ага, Ричи», — чтобы не обидеть друга. Стэнли ехал рядом с Биллом, ощущая, как пульсирующий ритм педалей сливается с его собственным дыханием. Ветер играл в каштановых волосах Денбро, лаская их, и Стэн не мог отвести взгляда. Словно он был не просто воздухом, а символом той лёгкости и свободы, которые они ощущали на этих велосипедах. Весь мир вокруг был не более чем фоном, а Билл — центром его внимания. Тозиер продолжал болтать позади, как обычно, не обращая внимания на окружающих, его слова уносились в пустоту для Стэнли. Он не слышал ничего, кроме собственного сердца, которое билось всё быстрее, как будто оно стремилось выйти наружу от этого невыразимого чувства. Ричи мог говорить бесконечно, но Урис сейчас был далеко не там — его мысли крутились вокруг того, как Билл поворачивает голову, как его губы слегка растягиваются в улыбке или как он неожиданно делает маленькие, но такие решительные движения рукой, чтобы откинуть прядь волос, когда она закрывает глаза. Каждый момент, когда Билл ловил взгляд Стэна, казался бесконечным и значимым. Они ехали рядом, и, несмотря на шум их друзей. Вся жизнь была как замедленная съёмка: он мог бы смотреть на Билла часами, не уставая, не замечая времени. С каждым километром, с каждым метром пути они становились ближе, хотя, возможно, это не было очевидно для других. Но для кудрявого мальчишки всё было ясно, этот момент, когда они ехали рядом, когда они разделяли этот мир, был его маленьким сокровищем. Вечер становился всё тёплее, и каждый вдох был как обещание, тихое, но уверенное, что всё, что они переживали сейчас, будет с ними всегда. Для Стэнли смотреть на Билла было чем-то естественным, почти инстинктивным. Как только его глаза останавливались на друге, он забывал обо всём остальном. Это было настолько обычным, что он сам уже не замечал, как часто его взгляд ищет Денбро, независимо от ситуации. Когда они вместе сидели в классе, Стэн всегда знал, где находится его друг — его глаза неизменно находили Билла, даже если тот просто что-то писал в своей тетради или склонился над книгой. Часто, во время уроков, Урис наблюдал, как тот рисует. Билл был одним из тех людей, кто мог проводить долгие часы, чертя что-то в уголках тетрадей. Иногда его рисунки были странными и абстрактными, иногда совсем простыми, но Стэнли видел в них особую магию, которую не мог объяснить. Это были не просто линии на бумаге, а нечто большее, отражение внутреннего мира Билла, и Стэн вглядывался в эти рисунки, чтобы попытаться понять его лучше. Был один момент, который Стэнли хранил в своей памяти особенно бережно. Однажды, в тихий момент между уроками, Билл неожиданно вручил ему рисунок — портрет. Это был не просто рисунок, а отражение того, как парень видел его, как он представлял Стэна в какой-то своей внутренней реальности. Урис не знал, как отреагировать тогда, как выразить свои чувства, но он принял его. Этот рисунок теперь был спрятан в личном дневнике, как нечто очень важное и личное. Иногда, когда в душе становилось тоскливо или одиноко, Стэнли разворачивал этот листок, чтобы просто взглянуть на творение Билла, так, как он когда-то смотрел на него — с этим особенным вниманием, с этим чутким взглядом. Стэн также запоминал стихи, которые Денбро читал друзьям. Те строки, его интонации, как слова были пропитаны эмоциями, выражавшимися в лёгких паузах, заиканиях и тихих улыбках, которые играли на его губах, когда он делился своими стихами. Он записывал их в свой дневник, чтобы потом перечитывать, переживать снова и снова те самые моменты. Парень любил, как эти стихи звучат в его голове, как они обрастают новым смыслом с каждым прочтением. Они становились частью его жизни, его мыслей, того, что было только между ним и Биллом. В этих стихах, в рисунках и в маленьких моментах Стэнли находил частицу Билла, ту часть, которая была только для него. И, возможно, это было самым важным для него — этот тихий, но такой живой мир, который они создали друг для друга. Его часто мучился сомнениями, особенно когда оставался один со своими мыслями. Боязнь того, что его чувства к Биллу могут быть односторонними, была постоянным спутником. Однажды он уже пытался заглянуть в знакомые зелёные глаза, в его жесты, в слова, которые тот произносил, надеясь найти хоть какие-то знаки, которые могли бы подтвердить, что его собственные чувства не были пустыми. Но Билл оставался таким же непредсказуемым, как всегда, и это заставляло Стэнли ещё больше сомневаться. Он не знал, как понять, что чувствует брюнет. Может быть, это была просто дружба? Может, это было что-то большее, но не совсем то, что Стэнли надеялся увидеть? Особенно мучило одно, Урис не знал, как воспринимать свои собственные чувства. Он начинал сомневаться в своей ориентации, пытаясь понять, нормально ли это — испытывать чувства к парню. Он боялся, что это просто какая-то ошибка, что может быть он не прав, и что всё это — всего лишь момент слабости. Он не мог поделиться этими переживаниями с кем-то, ведь, как и многие другие подростки, был глубоко запутан в своем понимании того, что чувствует и что это означает. Стэн также не знал, как относиться к ориентации Билла. Он не знал, мог ли Денбро чувствовать то же, что и он, или вообще чувствовать что-то подобное. Стэнли боялся, что его признание или даже просто мысли об этом могут разрушить их дружбу. Он думал о том, что если он скажет или даже покажет, что ему не всё равно, то, возможно, Билл просто отвернётся, не поймёт, или что хуже — начнёт смеяться. Эти мысли были для него такими же болезненными, как и страх быть отвергнутым. Ему было стыдно. Он не мог избавиться от чувства стыда за то, что испытывает чувства к парню, особенно когда так много людей вокруг говорили о любви и отношениях только в контексте противоположных полов. В его голове были только вопросы: А если это не правильно? Если он меня не понимает? Что если я ошибаюсь? Всё это, смешанное с его неуверенностью, заставляло его держать эти чувства в себе, прятать их в тени, не решаясь признаться самому себе, а тем более Биллу. Стэнли оставался в своём маленьком, тихом мире сомнений и надежд, который он, вероятно, боялся разрушить даже перед самим собой. Добравшись до карьера, парни скинули велосипеды на груду камней, а затем, сняв одежду, остались только в плавках. Лёгкий вечерний ветер обдувал их лица, когда они подошли к обрыву, вглядываясь вниз в темную, блестящую воду карьера. Вода казалась манящей и в то же время опасной. Глубокая, с лёгкими волнами, поднимавшимися от порывов ветра. — Ну что, кто первый? – спросил Ричи с задорным блеском в глазах, наклонившись вперёд и уставившись на ребят, стоящих рядом. Все парни посмотрели на него с лёгким скепсисом, ни один не двинулся с места. Ричи был всегда готов к приключениям, и этот вызов для него был как второй воздух. — Ты и прыгай первым, раз предложил, – сказал Стэнли, скрестив руки на груди, пытаясь скрыть лёгкую нервозность, которая пробегала по его спине. Он уже ощущал, как тело напрягается перед прыжком, и хотел немного оттянуть момент. Тозиер усмехнулся, кидая быстрый взгляд на кудрявого друга, а потом, как всегда, решил действовать. В тот момент, когда Стэнли попытался отвести взгляд, Ричи резко толкнул его в спину. Урис не успел даже понять, что происходит, как его тело начало нести вниз. — Эй! – выкрикнул он, инстинктивно хватая за руку Билла, стоявшего рядом. Это было так неожиданно, что он не мог остановиться, и потащил заику за собой в самый момент, когда падение стало неизбежным. Билл вскрикнул от неожиданности, но успел вовремя среагировать. Его рука была в руке Стэнли, и они оба, не успев даже отреагировать, уже летели вниз, теряя землю под ногами. Их тела стремительно падали, всё вокруг смазывалось в одну картину из неба, воды и света. Стэн не мог ни о чём думать, кроме того, как его ладонь крепко сжата в руке Денбро. И в тот момент, когда они погружались в воду, все стало нереальным, будто мир на мгновение замер. Вода захлестнула их, прохладная и бурная, сразу поглотив обоих. В ушах загудело, но они, все ещё держась друг за друга, начали бороться с водой, подниматься на поверхность. В этот момент, среди пузырей и всплесков, Стэнли почувствовал, как их руки всё ещё переплетены. Сердце билось быстрее, чем обычно, а дыхание не унималось. Где-то сверху послышались возмущённые крики Эдди, чей голос дрожал от смеси страха и недовольства. — Прекрати, Ричи! Я не буду этого делать! Моя мама будет в истерике, если узн.. – его слова были прерваны резко. Он не успел закончить фразу, как очкарик, не скрывая смеха, подскочил к Эдди и, не давая ему шанса сопротивляться, с толчком отправил его в воду. — АААА!!! – крик Каспбрака был оглушающим, его тело внезапно потеряло опору, и он, словно игрушечная кукла, полетел прямо к Биллу и Стэнли. Все произошло так быстро, что Урис не успел даже пошевелиться, как в следующую секунду его руки ощутили, как Эдди врезался в них. Это было как буря, едва ли можно было удержать равновесие с таким неожиданным добавлением в их водную смесь. — Эдди?! – вскрикнул Билл, не успев защитить себя и Стэнли от неожиданного столкновения. Все трое с грохотом упали в воду, и мгновение было полным хаоса: пузырьки воды, руки, ноги, тела, все смешались в этом водном вихре. Астматик, оторвавшись от всех, громко хлопнул по воде, продолжая что-то бубнить, но слова терялись в смешанном шуме. В его глазах можно было увидеть полное недоумение и ещё более яркое выражение страха. Ричи, стоя на вершине обрыва, оглядел всех с усмешкой. Он явно наслаждался моментом, его глаза блестели от предвкушения, а на губах играла игривая улыбка. — Смотрите и учитесь! – крикнул он, ещё раз окинув всех взглядом, и, не теряя ни секунды, с громким «Юхуу!» прыгнул вниз, стремительно набирая скорость. Воздух завибрировал от его крика, а когда он врезался в воду, то произошло настоящее торнадо — с мощным всплеском и облаком брызг, которые моментально окатили всех вокруг. Вода вспенивалась, поднималась и с грохотом падала обратно в карьер, буквально поглощая парнишу. Он вынырнул через несколько секунд, хохоча и тряся головой, чтобы избавиться от воды, которая стекала с его волос. Тозиер ещё пару раз ударил руками по воде, будто это был его личный бассейн, а потом, заметив удивлённые взгляды своих друзей, только подмигнул и заговорил. — Это было шикарно! Кто следующий? Парни смотрели на Ричи с легким раздражением, но и с долей сомнения. Не все из них были готовы к таким рискам, но стоять в стороне тоже не хотелось. Эдди, хотя и продолжал слегка кашлять после своего падения, улыбнулся. — Да ты с ума сошел! Не все так рискуют! – сказал он, но его слова звучали скорее как вызов, чем как упрёк. Стэнли, ощущая лёгкую дрожь в теле, смотрел на них с немного растерянным выражением.

***

После того как они немного поплескались в воде, парни выбрались на берег, оставляя за собой влажные следы на камнях. Они устроились на огромных камнях, сидя рядом друг с другом, и слушали, как Ричи с ярким энтузиазмом рассказывает очередную захватывающую историю. Ребята уже привыкли к его бесконечным рассказам, лишь время от времени кивая в ответ. Некоторое время спустя, когда солнце уже опускалось ниже горизонта, Эдди встал первым. Он несколько раз махнул рукой, говоря, что ему нужно ехать домой, чтобы, по его словам, смыть с себя все микробы после такой грязной воды. Зная Каспбрака, для него это было очень важно, но никто не возражал. Ричи же не торопился уходить. Он ещё немного посидел с друзьями, продолжая что-то болтать и шутить, но его взгляды время от времени бегали по кругу, останавливаясь на Стэнли. И вот, в какой-то момент, он взглянул на него с такой хитрой улыбкой, поиграв бровями, и затем, как бы невзначай, перевёл взгляд в сторону Билла, давая понять то, что было ясно и так без слов. С этими немыми намёками Ричи поднялся, собрал свои вещи и неспешно направился к своему велосипеду, оставив Денбро и Уриса наедине. После того как Тозиер уехал, в воздухе повисла тишина. Стэнли и Билл сидели на камнях, смотря друг на друга, не произнося ни слова, но каждый чувствовал, как всё вокруг стало немного более значимым, чем раньше. Тишина не давала ощущения дискомфорта. Напротив, она была наполнена чем-то лёгким, естественным, чем-то важным, но не до конца понятным. Всё казалось безмолвным, но в этой тишине было что-то, что говорило громче всяких слов. Стэнли глубоко вдохнул, стараясь собрать все силы, чтобы сделать то, что он давно пытался отложить. Он понимал, что если не сейчас, то никогда. В его груди билось сердце, сильно и быстро, а в голове рождались мысли, которые так долго прятались в темных уголках его сознания. Он повернулся к Биллу, и их глаза встретились. Это был момент, когда всё вокруг как будто исчезло — остались только они двое, только их взгляды, молчание и этот бесконечно долгий момент. — Билл, я хотел сказать, что.. – начал он, но голос его задрожал, слова не шли, и внезапно его грудь сжалась так сильно, что он не мог продолжить. Паника охватила его, накрывая волной. Его тело словно застыло в ожидании, но сознание кричало, чтобы он действовал. И тогда, под воздействием этого сумасшедшего потока эмоций, Стэнли инстинктивно протянул руки, обхватил лицо Билла ладонями и поцеловал его. Это было не просто движение — это было что-то сильное, бурное, что невозможно было остановить. В тот момент ему казалось, что весь мир замер, оставив только их двоих. Он почувствовал, как Денбро отреагировал, как его губы ответили, но в тот же момент его мысли начали путаться. Он не знал, осознаёт ли Билл, что происходит, или всё это было просто ответом на непроизвольное действие. Но не было времени думать, всё происходило слишком быстро. Когда они отстранились друг от друга, между ними воцарилась тишина. В их взглядах был беспокойный вопрос, который не мог найти ответа. Стэнли был в замешательстве, не понимая, что произошло и как теперь быть. Он ловил взгляд Билла, и в его глазах увидел то же самое — растерянность и какой-то страх, как и в его собственных. Внезапно, осознание того, что только что случилось, буквально врезалось в Стэна. Его дыхание стало учащённым, а зрачки расширились. Всё, что он сделал, казалось таким необдуманным, таким невозможным, и вдруг пришёл холодный страх. Он не знал, что Билл теперь подумает, и не был готов к последствиям. Это могло быть и концом всего, и началом чего-то совершенно другого, нового и неизведанного. — Прости... – прошептал он, не выдержав этого напряжения в воздухе. И, не в силах вытерпеть, что случилось, он резко встал и, не сказав больше ни слова, помчался прочь.

***

Билл остался сидеть на камне, совершенно ошеломлённый. В его глазах было удивление и растерянность. Он осторожно коснулся пальцами своих губ, будто проверяя, остался ли на них ещё это ощущение — поцелуй Стэнли. Сердце продолжало биться быстрее, а мысли путались. Он не мог сразу понять, что с ним происходит, но ясно ощущал, как внутри всё перевернулось. То, что он только что пережил, было новым и совершенно необычным. Оно пронизывало его насквозь, как что-то важное и необратимое. Он посмотрел вдогонку Стэну, который исчез за горизонтом, его фигура быстро исчезала в темных очертаниях пути. Кудрявый бежал так быстро, что, очевидно, даже не заметил, как забыл свой велосипед, который всё ещё валялся рядом с Билловым. Денбро знал, что ему теперь придётся тащить два велосипеда, но мысли были слишком запутанными, чтобы думать об этом всерьёз. Всё в нём было сосредоточено на другом — на том, что только что произошло, и на том, что будет теперь. Грудь Билла сжалась от нового, непонятного ощущения, которое словно ударило его прямо в сердце — горячий, резкий пульс в груди. Он чувствовал, как бабочки закружились внизу живота, так сильно, что ему казалось, что ему не хватает воздуха. В голове мелькали мысли, но все они сливались в одно. Что это было? Что я должен сделать? Брюнет ещё раз взглянул на пустое пространство, куда исчез Стэнли, и его взгляд вновь упал на велосипеды. В какой-то момент он понял, что всё вокруг оказалось изменённым, что этот день уже никогда не будет таким же. Это было не просто недоразумение или ошибка. Билл чувствовал, что между ними теперь будет что-то большее, и не мог понять, что именно это значило. Тишина нависла над карьерами. Лишь шум ветра да тихое потрескивание травы напоминали о том, что мир вокруг всё ещё существует, несмотря на бурю внутри. Билл, поднявшись с камня, подошёл к велосипедам. Он невольно выдохнул, собираясь встать и двигаться вперёд, но мысли всё возвращались к тому моменту, к тем глазам, которые встречались с его глазами, и к этому первому поцелую, который перевернул его мир. Он не знал, что будет дальше, но знал одно: он не мог оставить всё как было. И это только начало того, что им предстоит пережить вместе.