Coming Up for Air

Леша сидит, словно прикованный к месту, чувствуя на себе взгляд Саши. Он точно знает, что от него требуется. Саша берет ошейник в руки — его темная, слегка потертая поверхность ловит свет, создавая мягкие блики, металлическая пряжка блестит в тусклом свете, и Леша ощущает, как сердце бьется быстрее. Он подчиняется. Спина выпрямляется, как будто к ней привязали палку, его тело заметно напрягается. Он ждет. Саша наклоняется к нему, и Леша чувствует, как мягкий материал обвивается вокруг его шеи. Он хочет что-то сказать, но слова застревают в горле. Саша туго затягивает ошейник, и Леша едва не вздыхает от боли и удовольствия. Словно получив строгий приказ, ослушаться которого было никак нельзя, Леша выпрямил спину, расправил плечи, напрягся и даже как будто насторожился. Он размял шею, покрутив головой из стороны в сторону, и вытянул руки на коленях. Взгляд, устремленный до этого в конец длинного коридора, теперь изучал его пальцы, растопырившиеся и вытянувшиеся, будто видел их впервые. Он набрал побольше воздуха в грудь, выпятив ее, и заморгал как внимательный слушатель, готовый внимать каждому слову невидимого собеседника. Саша поднимает руку, его пальцы мягко скользят по ошейнику, проверяя, достаточно ли туго он затянут. Леша ощущает, как кожу пощипывает от давления, и чувствует, как каждый вдох дается с трудом. Заметив его потуги, Саша заботливо интересуется: — Глотать можешь? И Леша чувствует, как кровь стучит в висках. Он набирает в рот слюну и сглатывает, чувствуя, как та стекает по сузившемуся горлу. Он кивает, не уверенный, что сможет выдавить из себя слово. Саша едва заметно улыбается и пристегивает к пряжке средний по ширине поводок. Леша чуть дергается, но не отстраняется. Сердце колотится быстрее. Эрекция не заставляет себя долго ждать. Леша ощутил, как в горле неожиданно пересохло, а ладони вспотели. Он незаметно вытер руки о джинсы и закашлялся, привлекая к себе внимание коллег. — Ты чего, Леш? — осведомилась Вероника, отрываясь от телефона. Леша выставил руку, объясняя, что все нормально, и потянулся за стаканом, чтобы сделать глоток воды. Тело будто начало реагировать на воображение против его воли. Леша снова сжал колени руками, пытаясь сосредоточиться, но тяжесть в горле никуда не делась, а кашель душил все сильнее. Саша отходит к столу и находит в нем опору, он тянет за поводок и склоняет голову набок. Опустившись на колени, Леша идет следом. — Хороший мальчик, — одобрительно произносит Саша, и у Леши от такой похвалы и тона, которым она сказана, дрожат ноги. Саша смотрит на него сверху вниз с легким прищуром. В его взгляде читаются жесткость и авторитет, и он медленно, насколько только возможно, наматывает поводок на кулак, придерживая его другой рукой. — М-м, — отзывается Леша, бегая глазами от пальцев, сомкнувшихся в нескольких сантиметрах от его горла, к суровому лицу. Саша не оставляет его жест без внимания. — Давай, подойди ближе. Вот так, вот так. Молодец. Расстегнув верхнюю пуговицу рубашки непослушными пальцами, Леша запустил их в кучерявые пряди и слегка пригладил. Толку от этого движения было мало — волосы остались лежать как и прежде, — но оно позволило немного унять разбушевавшуюся фантазию и заставить тело отвлечься. Прошло не более минуты с того, как он уселся за стол, но уже ерзал на стуле, точно хотел протереть в нем дыру, а мысленно был совсем, далеко не здесь. — Че, Лех, шило в жопе покоя не дает? Чешется? — подколол Рома, на что Леша мгновенно отреагировал: — Ага, вибратор щекочет. — И тут же мысленно дал себе подзатыльник. Рома хрюкнул от смеха, а Леша криво усмехнулся и попытался вести себя как обычно, забыв о том, что обычно он так себя не ведет. Лучше б это был вибратор, подумал он и накрыл руками лицо, скрывая его внезапно изменившийся цвет. Леша видит перед собой раскачивающийся член с вздернутой головкой и, облизнувшись, накрывает ее ртом. Стоит ему втянуть щеки, как сверху доносится облегченный стон. Он на октаву выше знакомого голоса, а это значит, что Леша хорошо справляется. Он берет глубже, упирается носом в лобок и сразу двигается назад. Это был первый и последний раз, когда ему дали некоторую свободу действий. Следующее скольжение губ по стволу происходит куда быстрее и резче — Саша дергает за поводок на себя, отводит руку назад и прижимает к себе Лешин затылок. Леша зажмуривается и мужественно борется со рвотным рефлексом, и сверху тут же раздается: — М-м-м, посмотри, какой ты красивый. Ну разве не умница? Потерпи еще немного… Я знаю, ты справишься. Вот так… Лицо заметно краснеет, подбородок, прижавшийся к яичкам, мокнет от несглатываемой слюны, в ушах звенит, а на глазах выступают слезы. Леша издает задыхающийся звук, и Саша наконец отпускает его. Леша опирается на бедра, выгибает спину дугой и борется с душащим кашлем. — Прости, не смог устоять, — улыбается Саша и слегка треплет Лешу по щеке. — Мне нравится чувствовать, как у тебя сжимается горло. Леша мотает головой и подает знак, как бы говоря: «Все супер, я готов продолжать», и уже в следующую секунду, повинуясь тянущей за поводок руке, легко и уверенно продолжает начатое. Леша отнял руки от глаз и с секунду привыкал к свету. На его счастье, никто не заметил его состояния (по крайней мере ему так показалось), и он привычно расслабил плечи. Однако одна часть тела совершенно предательски напряглась, вынудив его как можно аккуратнее закинуть ногу на ногу. Оставалось только надеяться на то, что он никому не понадобится в ближайшие минут пять. Хватка усиливается, Леша буквально видит, как костяшки Сашиной рабочей руки белеют от напряжения, и понимает, что остались считанные мгновения, прежде чем… — А-а-а-ах… — Саша невообразимо, невыносимо красиво стонет и тянет Лешу за поводок на себя, чтобы выплеснуться ему в рот. Леша запрокидывает голову и высовывает язык, чтобы поймать каждую драгоценную каплю, заработанную тяжким, пусть и приятным, трудом. Саша шепчет какие-то грязные слова, благодарит и хвалит Лешу за доставленное удовольствие, но тот его уже не слышит. Он чувствует, как меж бедер становится мокро и липко. — Надо же, а я мог тебе помочь с этим… — почти раздосадованно проговаривает Саша и приподнимает его лицо за подбородок, прислоняя большой палец к губам. Леша тянется к нему и касается языком подушечки, но желание слишком велико. И он начинает посасывать его так же сладко, с характерным причмокиванием, с каким недавно ублажал Сашу. Вероника отложила телефон и сбежала к себе в костюмерную, вспомнив о срочных делах, которые непременно нужно закончить. А может, она просто не нашла достойного объяснения тому, что ее коллега с нескрываемым вожделением вглядывался в экран телефона и, едва заметно покачивая ногой, задумчиво держал во рту кончик большого пальца.