Рутина

Это был первый раз во время их отношений, когда Торду пришлось покинуть их с друзьями общий дом и улететь на достаточно долгий срок в другую страну – родную для мужчины Норвегию. Нет, конечно, у Ларссона было право выбора, он мог остаться дома и продолжать вместе со своим бойфрендом валяться в постели до утра, но и не полететь он не мог – друзья детства, с которыми норвежец периодически списывался, объявили о своей скорой женитьбе. И естественно, Торд просто не мог пропустить такое. Пришлось паковать чемоданы, прощаться с друзьями, а особенно хорошо с Томом, и вылетать. Для него время разлуки пролетит быстро, чего не скажешь о Томасе. Рутина полностью поглотила в себя. Встаёшь утром, умываешься, завтракаешь, досыпаешь до обеда, поздно обедаешь, ибо спал чересчур долго, брынчишь на гитаре, на ужин хлебнёшь пива и уснёшь в обнимку с любимой гитарой. Словно в день сурка попал, ей Богу. Всё не то без рогатого засранца. – Ты заебал, – чистосердечное признание Томаса во время вечернего созвона, которое заставило Торда по ту сторону экрана хихикнуть. – я скучаю между прочим, идиот ты эдакий. Забей на свою ёбаную свадьбу и возвращайся, – пиво в далеко не малом количестве, выпитое за сегодня, даёт о себе знать тем, что туманит разум Тома, заставляя мыслить как ребёнок. Покряхтев и устроившись на постели поудобнее, он затихает, сопит, и особо не вслушивается в чёткий голос возлюбленного, лишь иногда что-то крякая в ответ. В их общей комнате царит полумрак, на полу лежат смятые жестяные банки. – Обещаю – как только вернусь, ни на шаг от тебя не отойду, лишь бы моя принцесса не успела соскучиться, – смеётся как гиена, ещё и, судя по хлопкам, бьёт себя по ноге. Оригинальная шутка, Ларссон, а главное – очень смешная. – Ты знаешь, я тебя ненавижу. – Брось! Я уверен, что прямо сейчас ты ужасно хочешь меня, – очередная, совершенно не в тему, пошлая шутка от норвежца. Ничего удивительного, он сам по себе был человеком с чересчур высоким либидо и головой, заполненной только мыслями среднестатистического подростка в пубертате. Том уже успел привыкнуть к подобному и обычно просто игнорировал не смешные подколы своего парня про секс и члены. Но сейчас, когда здравый смысл и логика утонули в море пива, Риджуэлл воспринял данную шутку слишком всерьёз, ненамеренно подхватывая волну возбуждённого настроения от возлюбленного. – Да, хочу, ёбаный ты козёл. И если бы ты был тут, я бы трахнул тебя, – язык предательски заплетался, но тем не менее мужчина произнёс это достаточно серьёзно. У Ларссона пошли мурашки от такого чертовски сексуального голоса пьяного Тома. – Ты действительно в говнище. Сомневаюсь, что ты смог бы что-то толковое сделать со мной, будь я рядом, пьяное ты дерьмо. Так что, думаю, мне бы самому пришлось обслуживать тебя. Хотя... Вряд-ли меня вообще сможет возбудить такая ситуация, – если честно, не смотря на то, что прямо сейчас сказал норвежец, этот разговор уже начинал заводить его. Благо старые друзья любезно предоставили ему целую гостевую комнату, где никто, кроме самого Торда, не увидит, что он вытворяет. Правая ладонь, в компании которой он проводил всё то время, когда Томаса не было рядом, юркнула в штаны, поглаживая половой орган пока только сквозь ткань нижнего белья. – Ты ахуел? – возмутился пьянчуга. Послышалась возня, шуршание и скрип дверцы шкафа. Том что-то искал, бормоча под нос ругательства. Ларссон был заинтересован, прекращая плавные движения рукой по члену. Включилась камера. Света от телефона хватало, чтобы развидеть всё. Томас стоял на коленях, на скомканном одеяле. Щурил глаза от чересчур яркого для него свечения и хмурил брови. В правой руке он держал резиновый член фиолетового цвета с ребристой поверхностью и утолщением в середине. Удивлённое "О!" вылетело изо рта норвежца, чем вызвало кривоватую ухмылку у Риджа, который зря времени не терял – парень задрал футболку, оголяя мягкий, пухловатый живот с тёмными волосками возле пупка. Словно дразня, свободная рука погладила его, вот-вот готовясь стянуть штаны, но резко передумала, поднимаясь выше и демонстрируя Торду такие же слегка толстые груди. – Ну как? Достаточно сексуально? – спросил Томас, лаская свою грудь левой рукой, а правой массировал головку резинового члена, как-будто настоящего. Ларссон ничего не отвечал. Лишь возбуждённо дышал в трубку, приспуская штаны и готовясь весело провести время. И Том был удовлетворён такими звуками. Риджуэлл оттягивал свои соски, тихо скуля от приятной боли, потихоньку спускал с себя мешковатые штаны и двигал бёдрами в разные стороны, словно стриптизёр возле пилона. Сжимал себя за член через бельё, наслаждаясь вздохами по ту сторону экрана. Тянул в сторону и отпускал резинку боксёров, от чего те со звонким шлепком ударялись о задницу. Откладывая уже снятые штаны, будто ненамеренно повилял бёдрами, получая в награду уже не тихие вздохи и кряхтения, а полноценный стон от Торда, который так же не спешил переходить к делу, массируя яйца и завороженно наблюдая за дразнилками, пожирая взглядом своего парня через экран телефона. Томас чувствовал власть над Тордом и кайфовал от этого, возбуждаясь ещё сильнее, шлёпая себя по пятой точке. Его совершенно не заботило то, что друзья могли услышать все эти непотребства – на пьяную голову тяжело задумываться о возможных неприятностях и о том, насколько он грязно себя ведёт. – Не тяни, – промычал Ларссон, наконец справившись с трусами, откидывая те в сторону, хватая себя за член и крепко сжимая. Естественная смазка потекла по основанию вниз, пачкая потные руки. – Хватит дразнить, Том, пожалуйста. Начинай уже, я не могу терпеть. Ридж присел на задницу, раздвигая ноги перед камерой, демонстрируя уже изрядно намокшие трусы с почти каменным стояком, который обтягивала ткань. Резво он справился с ними, откладывая в сторону. Снова шуршание и в руках гитариста оказался тюбик со смазкой. – Нравится видок? – облизывая губы, спросил Томас, выдавливая на пальцы правой руки сладко пахнущий лубрикант, начиная массировать анальное отверстие. – Боже, блять, Том, да! Ты самый сексуальный мужчина, конечно нравится, – Ларссон стонал, прикрывая глаза и кусая губы. Рука активно двигалась на пенисе, со шлепком касаясь лобка. – Ёбаный ты Риджуэлл, блять!.. Сука, – бедняга не в состоянии даже составить нормальные предложения, так что вскоре он просто перешёл на маты, по большей части норвежские, наблюдая за таким откровенным видом. Раздвинув ноги максимально широко, дабы Торду было прекрасно видно абсолютно всё, что будет скоро происходить, Томас вернулся к дилдо, крепко хватая у основания. Он ласкал головкой свой задний проход, свободной рукой массируя головку покрасневшего члена. – Том, пожалуйста! – громче, чем следовало бы, произнёс норвежец, скуля и, судя по громким склизким и чавкающим звукам, и сам занялся своим очком. – Ты такой нетерпеливый. – Томас, ещё немного потянув время, наконец перешёл к делу. Крепко сжав фаллос посередине, гитарист начал вводить тот в себя, прикусив нижнюю губу. Член, пускай и резиновый, давал приятное чувство заполненности, от чего половой орган Риджуэлла дрогнул в нетерпении. Дилдо оказался полностью в парне, давя на простату. Торд только и мог, что довольно стонать и думать, как же ему хочется сейчас быть рядом со своим сексуальным мишкой, всхлипывая от массирования головки члена. – Ты же не собираешься кончать так быстро? Это было бы нечестно. – произнёс Томас, прерывисто вздыхая. – Не посмею кончить, пока этого не сделает моя принцесса. – даже в такой ситуации умудряется шутить, мудень. Но на это Том предпочёл закрыть глаза и наконец начать двигать игрушкой внутри себя. Склизкие звуки, шлепки, кряхтения и стоны заполнили душную комнату, Томас не стеснялся выкрикивать имя возлюбленного, когда головка фаллоса проходилась по комочку нервов внутри, заставляя бабочек в животе щекотать его стенки. Парень резво двигал рукой, загоняя член внутрь до отказа, резко вытаскивал, оставляя внутри только пару сантиметров, повторяя цикл до тех пор, пока правая рука окончательно не устала и не начала гореть изнутри. Тогда уже Риджуэлл, оставляя член внутри, переключился на свой собственный половой орган. Влажными руками он ласкал яички, игрался с головкой, сжимая у основания, не переставая издавать ласкающие уши Торда, что сидел по ту сторону экрана и получал не меньше удовольствия, звуки. От такой агрессивной стимуляции британец через пару минут зажмурился и, подкинув таз чуть выше, кончил в ладонь с довольным вздохом. Судя по звукам из телефона, тоже самое только что проделал и Торд, уже вытирая руки от семени. – Это было восхитительно. – спустя минуту молчания произнёс сиплым голосом коммунист. – А ты говорил, что я ничего не смогу... Ха, ну ты и хуесос, Ларссон. – Томас вытащил из себя секс-игрушку и небрежно бросил на пол, взъерошивая сырые волосы. – Признаю, был не прав. Но не жалею об этом. Жалко только, что я не записал это. Моя коллекция хентая пополнилась бы и порнухой с тобой. – Завали ебало, извращенец. – и, под их общий смех, Риджуэлл отключился от звонка. Постель была скомкана до неприличия и запачкана в сперме со смазкой, но гитаристу было уже как-то всё-равно – этот "разговор" слишком уморил его. Парень опустил голову на подушку и закрыл глаза. И всё-таки, он не знал, почему он любит этого придурка. Но он счастлив с ним. Большего Тому и не надо.