Давай поедим мороженого?

После окончания школы они словно обрели новый этап в жизни. Дазай с лёгкостью поступил в университет, умудрившись при этом выбрать тот же, где решил учиться Чуя. Конечно, Накахара сначала возмутился, когда узнал, что Дазай буквально преследует его, но отговорить его, как всегда, не получилось. Жизнь в университете быстро втянула их в привычную суету. Чуя, как всегда, отличался в учёбе, оставляя преподавателей довольными. А вот Дазай был собой: ленивый, но невообразимо талантливый. Он часто списывал у Чуи, обещая каждый раз, что «это в последний раз». Чуя ворчал, но всё равно помогал. Со временем Дазай окончательно переехал к Накахаре. Это случилось как-то само собой: он оставался на ночь всё чаще, пока однажды его вещи просто не перекочевали в шкаф Чуи. Они всё чаще ходили в магазин вместе, спорили, кто будет готовить ужин, и смотрели фильмы, сидя на одном диване. И вот спустя годы, когда оба наконец получили дипломы, Дазай вдруг стал каким-то особенно задумчивым. Чуя уже привык к его странностям, но это выглядело иначе — он был слишком спокойным, почти серьёзным. Однажды вечером, когда они сидели дома, наслаждаясь тишиной, Дазай вдруг стал на одно колено. — Чуя-чан, — начал он с той самой ухмылкой, которую Накахара уже научился терпеть, — ты выйдешь за меня? Чуя остолбенел. Пару секунд он просто смотрел на Дазая, не веря своим ушам. — Ты... это серьёзно? — Абсолютно, — улыбнулся Дазай. — Я даже кольцо купил, если ты сомневаешься. Чуя отвёл взгляд, скрывая лёгкий румянец. Он что-то буркнул себе под нос, но через мгновение тихо выдохнул: — Да, чёрт с тобой. Свадьба была скромной, как и хотели оба. Дазай буквально светился от счастья, а Чуя только и делал, что ворчал, пытаясь скрыть смущение. Но это не спасло его от нового прозвища. — Эй, жена, — с довольным видом тянул Дазай, сидя за кухонным столом. — Что у нас сегодня на ужин? — Заткнись, идиот! — раздражённо бросил Чуя, бросая в него полотенце. Но чем больше Дазай дразнил его этим словом, тем чаще Чуя замечал, как уголки его губ невольно поднимаются вверх. Жизнь в браке оказалась куда спокойнее, чем Чуя мог ожидать, особенно с Дазаем. Дазай частенько делал им мороженое, а инонда даже выходил на работу. Говоря «люди любят моё мороженое». Тот не унимался с «жена» даже спустя несколько месяцев. — Жена, ты снова забыл заплатить за интернет! — с нарочитой строгостью сказал Дазай, стоя на пороге комнаты с телефоном в руках. — Ещё раз назовёшь так, и платить будешь сам! — буркнул Чуя, но его злость уже казалась привычной рутиной. Скандалы и ссоры всё равно были неизбежны. Кто-то оставлял грязные тарелки, кто-то забывал выключить свет, но они всегда мирились. Чуя, хоть и не признавался, уже привык к постоянному присутствию Дазая рядом. Даже пустая квартира казалась неправильной, когда он уходил. Однажды вечером, когда Дазай задержался на работе, Чуя заметил, как тоскливо выглядела кухня без его болтовни. Он едва успел поставить чайник, как раздался звук открывающейся двери. — Я дома! — раздался голос Дазая, и Чуя даже не успел обернуться, как почувствовал руки на своей талии. — Соскучился, да? — шепнул Дазай, уткнувшись носом в его волосы. — Ты опоздал на два часа, идиот, — пробурчал Чуя, но позволил себе немного расслабиться в его объятиях. — А ты всё равно рад, — ухмыльнулся Дазай, усаживаясь за стол. — Что на ужин, жена? Чуя молча схватил первое, что попалось под руку — половник, — и замахнулся. — Ты когда-нибудь перестанешь? — Нет, — беззаботно ответил Дазай, ухмыляясь ещё шире. Но в тихие вечера, когда они смотрели фильмы, обнявшись на диване, или лежали, разговаривая о мелочах, Чуя начинал понимать: несмотря на все его странности, жизнь с Дазаем — это именно то, чего он всегда хотел. *** Чуя лежал на диване, уткнувшись лицом в подушку, стараясь отогнать мысли о событиях прошлой ночи. Но это было бесполезно. Его щеки вспыхивали, как только в памяти всплывали те толчки, горячее дыхание и приглушенные стоны, от которых у него до сих пор слабели ноги. — Чуя, ты вообще слышишь, что я говорю? — раздался голос Дазая, сидящего рядом. Чуя резко поднял голову, его лицо моментально исказилось смесью злости и смущения. — Хватит говорить, Осаму! Просто заткнись на минуту! Дазай, разумеется, лишь ухмыльнулся, подперев голову рукой. — О, так ты всё ещё думаешь о прошлой ночи? Милый, это же нормально. — Я… я не думаю! — огрызнулся Чуя, вскочив с дивана. Он прошёлся по комнате, стараясь не встречаться с его насмешливым взглядом. Но на утро всё стало ещё хуже. Чуя пытался как можно меньше говорить с Дазаем, но тот, конечно же, не мог упустить возможность его подразнить. — Доброе утро, Чуя, — протянул он, лениво потягиваясь. — Ты так забавно выглядишь, когда сердишься. — Хватит говорить глупости, Осаму, — пробурчал Чуя, отворачиваясь. — Если тебе что-то не понравилось, то ты можешь сказать. Хотя, судя по твоим стонам, ты был вполне доволен. Чуя едва не уронил кружку, которую держал в руках. Его лицо мгновенно залило краской. Он обернулся, сжимая кулаки. — Я сейчас убью тебя, клянусь! Дазай поднял руки, притворяясь невинным. — Ну, если это всё, что тебе нужно, чтобы снова со мно... Чуя швырнул в него подушку и выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью. Но даже за дверью он слышал смех Дазая, от которого у него одновременно вскипала кровь и сердце начинало биться быстрее. *** Несколько дней спустя Дазай неожиданно предложил выехать за город. Чуя сперва был против — слишком много работы, слишком мало времени, но настойчивость Осаму победила. Они отправились в небольшую деревню, где был уютный домик с видом на реку. Чуя, всё ещё скептически настроенный, ворчал, пока они добирались. — Ты мог бы хотя бы сказать заранее, — пробормотал он, с укором глядя на Осаму. — И лишить тебя сюрприза? Ни за что, — весело ответил Дазай, уводя машину в сторону от главной дороги. Дом оказался идеальным. Небольшой, с деревянной верандой и качелями под раскидистым деревом. Внутри стоял запах свежих цветов, а на столе их уже ждал горячий чай. — Не скажешь, что я плох в планировании, да? — Дазай с гордостью оглядел Чую, который пытался скрыть довольную улыбку. — Ты всегда умудряешься делать что-то неожиданное, — признался тот, снимая пальто. День пролетел быстро. Они гуляли вдоль реки, обсуждали мелочи, а иногда просто молчали. Чуя чувствовал, что впервые за долгое время может просто расслабиться. Вечером Дазай предложил устроить ужин на улице. — Ты уверен, что справишься? — с сомнением спросил Чуя, наблюдая, как Осаму пытается разжечь угли. — Конечно! Что может пойти не так? — бодро ответил Дазай, сразу же обжигая пальцы и подскакивая. Чуя не смог сдержать смех, наблюдая за его попытками. Когда наконец всё было готово, они уселись на качелях с бокалами вина. Ночь была звёздной, вокруг раздавался только шелест ветра. — Ты счастлив, Чуя? — тихо спросил Дазай, отводя взгляд в сторону. — А ты как думаешь? — Чуя положил голову ему на плечо. Дазай улыбнулся, легко обнимая его. — Я думаю, что да. В ту ночь они оба заснули на качелях, под светом луны, чувствуя, что у них есть всё, что нужно. На следующий день они вернулись домой. Чуя, всё ещё немного смущённый спонтанной поездкой, пытался заняться своими делами, но мысли о прошедшем вечере не покидали его. Дазай же, как обычно, нашёл способ избежать работы, сидя на полу с книгой в руках. Но его взгляд время от времени скользил в сторону Чуи. — Почему ты так на меня смотришь? — резко спросил Чуя, обернувшись. — Просто думаю, как мне так повезло, — спокойно ответил Дазай, поднимая глаза на него. — Что? — Чуя моргнул, удивлённый нехарактерной серьёзностью его тона. Дазай отложил книгу и поднялся, подходя ближе. Его голос был мягким, почти шепотом: — Я никогда не думал, что найду кого-то, кто сможет терпеть меня, любить меня... Особенно такого, как я. — Осаму... — Чуя почувствовал, как его сердце сжалось. Дазай протянул руку, слегка касаясь его подбородка. — Ты — всё, что у меня есть, Чуя. И знаешь, я счастлив. Счастлив, что могу видеть твой злой взгляд каждое утро, слышать твои колкости и, в конечном итоге, знать, что ты всё равно останешься рядом. Чуя покраснел, отворачиваясь, но не отстраняясь. Он знал, что слова Осаму — это редкий момент откровения. — Я тоже счастлив, — тихо признался он, опустив голову. — Даже если ты доводишь меня до белого каления. Дазай рассмеялся, притягивая его к себе в объятия. — Ну, тогда я точно на правильном пути. Чуя не мог удержаться от улыбки, спрятав лицо у него на груди. — Идиот. Дазай слегка покачал его, шепча: — Пусть так. Но я — твой идиот. Это был их мир. Мир, где смех, ссоры, смущение и любовь смешивались в нечто уникальное. И хотя они могли быть противоположностями, вместе они чувствовали себя целым. И, глядя на закат из окна их квартиры, Чуя понял одну простую истину:

«Иногда счастье — это не идеальная жизнь, а правильный человек рядом, который делает её идеальной».

конец