Прикоснись

Илья окрылён победой. Как не быть, если победа это всё к чему он стремится? Все выходные он провёл в хорошем настроении и самочувствии, отец никак не прокомментировал игру, но было понятно, что можно заниматься волейболом дальше. И всё же не смотря на это за выходные пришлось навёрстывать упущенные учебные дни. Субботу и воскресенье он провёл дома, за столом, выполняя домашнее задание на понедельник и все дни игры, со вторника по пятницу. Удивил так же Юра, играющий в четверг серьёзно. Этого наверное и следовало бы ожидать, но кто знает, что там у него в голове. Однако, когда Юра вышел на поле, ход игры поменялся, чем Илья и воспользовался. А между ним и Исаковским взаимоотношения поменялись, пусть напряжение всё ещё чувствуется, всё же они перестали друг друга сторониться, уже более открыто контактируя. Не играй Юра серьёзно в четверг Илья бы и не задумался о возможности нормального общения. Сейчас Илья идёт вместе с Ромой и Костей в школу. Начались первые дни весны, снег только-только начинает таять. На самом деле, всё ещё холодно и Тихонов ждёт не дождётся, когда же уже потеплеет. Он так же ждёт лето, тепло, солнце. От лета веет весельем и беззаботными днями, потому что именно летом, если Илья хорошо заканчивал год, отец ослабляет бдительность и позволяет немного расслабиться. Но только если год закончен хорошо. Поэтому весной Илье надо поднапрячься, дабы завершить этот год с отличием. А там уже одиннадцатый класс, экзамены, поступление. Тихонов уверен, что он и глазом моргнуть не успеет, а год уже закончится. И ему нравятся такие беззаботные дни, без экзаменов, без суеты и пока что без тревоги. Когда учебный день не отличается от любого другого учебного дня, когда контрольные не такие уж и сложные, а пятёрка в дневнике является доказательством того, что Илья со всем справляется. А сегодня ещё и тренировка, настроение хорошее, что не может не радовать. — Зайдём в Магнит? — Спрашивает Рома, когда они как раз подходят к магазину. Снег скрипит под ногами, Илья поправляет свою шапку, а потом смотря на двери Магнита, кивает, мол почему нет. — Сегодня практическая по химии... — Выдыхает Костя, начиная старую шарманку. Он трёт нос, а потом прячет ладони в перчатках в карманы. — Хорошо, что Артур и Фил уже писали, надо к ним зайти перед химией. А каким она уроком? — Вторым. А сейчас у нас разговоры о важном. — Отвечает Тихонов, поднимаясь по ступенькам и проходя в магазин. Зачем придумали эти уроки о важном Илья так и не понял, лучше бы правда о чём нибудь полезном рассказали. Они проходят к мучному отделу, берут уже привычные, недорого стоящие булочки, а Илья краем глаза замечает Юру, остановившегося у отдела с соком. Выглядит он как обычно, разве что немного устало, так будто опять не выспался, поправляет свою шапку, из под которой торчат кончики волос и берёт в руки давно знакомую баночку мангового сока. — О, Юрец. — Костя смотрит туда же, куда и Илья, а Рома, проследив за взглядом одноклассников, приветливо улыбается. — Привет, у тебя нет выбора, пошли с нами в школу! Парень посмотрел в их сторону, оглядел каждого, но взгляд голубых глаз лишь на пару секунд задержался на Илье. Тихонов внимательно смотрит в ответ и размышляет, что же скрывается за уже привычным пофигизмом Юры. Вспоминается игра на прошлой неделе, чужая улыбка, искренняя, ответная радость и тихий шёпот в ночной тишине и темноте. — И вам тоже привет, — Комментирует тот и слегка растягивает губы в ухмылке. Юра из одной руки в другую перекладывает сок, дабы развлечься, видимо, на что Илья невольно засматривается. Чёртовы руки Исаковского. — Что прям совсем выбора мне не оставляете? — Нет, ну если хочешь в гордом одиночестве пройтись до школы, хорошо! Мы понимаем, но с тобой веселее! Аверьянов закидывает руку на чужие плечи, а Юра вздыхает, лишь играя недовольство и с лёгкой улыбкой, скидывает с себя конечность Кости. Кто-то сегодня в хорошем настроении. — Мы уже всё взяли, пошлите на кассу. — Рома первым начинает движение, а за ним идут и остальные. Костя всё это время о чём-то болтает, читает пару анекдотов из их группы. — А ты готов к практической по химии? — Спрашивает у Исаковского Рома, наблюдая как тот едва заметно хмурится. Тихонов подозревает, что Юра не готов и подозрения оказываются верны, ведь тот всё же качает головой. Чем он там занимается дома, если не готовится к урокам Илья не понимает, но возможно занят младшим братом. Всё таки кто знает, что у них там дома происходит. — У Артура с Филом есть ответы, если хочешь можешь с нами сходить за ними перед уроком? Тихонов выкладывает свои товары на кассу, а это небольшая шоколадка, вода, ну и булочки. Он всё ещё слушает диалог, но особенно внимательно наблюдает за вечно молчащим и отстранённым Исаковским. Парень тоже выкладывает свой сок и плитку молочного шоколада, а потом ждёт своей очереди, размышляя над ответом. Почему-то кажется, что именно сейчас надо выразить своё мнение, а там уже будь что будет. — Филл неплох в химии, а эту практическую они писали как раз перед игрой. — Комментирует он, заставляя обратить внимание парней на себя. Юра тоже смотрит, будто пытаясь прочесть Илью, а Тихонов не отводит взгляд, размышляя о дальнейшем развитии событий. — Прошлая тема была сложная, если что можешь обратиться за помощью к Филу. — Да... Я действительно её не совсем понял. Если Фил будет не против, я бы сходил с вами. — Отвечает Юра, смотря уже на Рому. Костя улыбается ему в ответ, а на улице кажется начинает светить солнце, поэтому складывая товары в рюкзак Илья закидывает его на плечи, а потом ждёт парней, всё ещё застрявших у кассы. — Думаю, он не будет против. Костя уже пишет в их группу спрашивая ответы у Филлипа. Тот ставит реакцию, мол, окей заходите и пишет, чтобы его не палили, а то будет немного плохо. В любом случае, Илья ничего списывать не собирается, поэтому проблем быть не должно, главное, чтобы парни были аккуратнее. А то у Химички и двойку можно схлопотать и по бошке получат не только Костя, Рома и Юра, но и Филл с Артуром. Да и если разозлить Анастасию Сергеевну, есть вероятность, что она вообще будет составлять каждому классу разные задания. А кому это надо? Никому. Как бы то не было, а десятый "А" и десятый "Б" друг другу помогают. — Только списывайте так, чтобы не запалили. — Вмешивается Илья, когда они выходят из Магнита и идут в сторону школы. До урока чуть больше пятнадцати минут, торопиться некуда, учительница по Русскому и Литературе, Любовь Владимировна, что так же является их классной руководительницей, скорее всего в школе, да как и большинство учителей. — Слушаемся, — Говорит Костя в ответ и компания наконец-то заходит в школу. Повсюду снуёт мелкота и их родители, отправляющие детей на учёбу. Мелкие бегают, прыгают, бесятся, чем раздражают Илью, но внимание на них он больше не обращает, стоит парням выйти в коридор и начать переодеваться там. Подходя ближе к лестницам, они замечают сидящих на подоконнике Артура и Фила, переговаривающихся между собой. Парни пока что их не видят, болтают о чём-то своём, Игнатенко иногда эмоционально восклицает на какую-то реплику Филлипа и переводя взгляд за его спину, цепляется им за идущих к ним учеников десятого "А" класса. — О, и вы здесь. — Говорит Артур, пожимая руки парням, при этом не обходя стороной и Юру. — А чё у тебя руки такие холодные? — Так с улицы же. — Отвечает ему Исаковский и хмурится, смотря на красные пальцы. Илья вздыхает, думая, что Юра втайне какой-то мазохист, ведь так и пальцы отморозить можно. Хотя ладно, пальцы ничего, страшнее мозг отморозить, что, видимо, Юра всё же успел сделать, ведь он у него нерабочий. — Ты бы хотя бы перчатки носил с собой. — Говорит Филлип, когда встаёт с подоконника и тоже со всеми здоровается. И вздрагивает, когда касается руки Исаковского. — И правда ледяные. — У людей с добрым сердцем холодные руки. — Рома улыбается, переглядываясь с Ильей, предпочитающего не проверять, какое там у Юры сердце. Тот вздыхает, но ничего не говорит, а просто проходит к раздевалке, чтобы повесить куртку. На первом этаже холодно, Илья чувствует как прохладный воздух касается шеи, когда он снимает с себя верхнюю одежду, заставляя его слегка дрожать. Свитер поверх рубашки не спасает, поэтому хочется поскорее подняться на третий, более или менее, тёплый этаж. А когда они это делают, то приходится ждать в коридоре, ведь кабинет оказывается закрытым. — Ром, погнали за ключом. — Обращается он к другу, когда до урока остаётся девять минут, а учительница так и не приходит. Уже почти весь класс в сборе, некоторые, в том числе и Юра, что греет свои ладошки, вертятся у батарей. По идее уже март, а по ощущениям декабрь. Ох уж эти резкие перепады температуры. — Пошли, — Рома идёт сбоку от Ильи, пока молчит, но Тихонов знает, что какой-то разговор Субботин хочет начать. Правда, пока непонятно какой, ведь не всегда Илья может залезть в голову друга и понять, что там вертится. — Вы почти не ругаетесь уже. — Ещё не вечер... — Хмыкает Илья, думая, что Рома в чём-то прав. Сейчас они с Юрой общаются нормально, не слишком часто контактируя, но как минимум принимая существования друг друга, позволяя быть другому в одном с ним пространстве. Раньше очень чётко ощущалось соперничество, напряжение, закрытость и вражда между ними, а сейчас просто нейтралитет. Без какого либо оттенка. — Кто знает, что он выкинет на тренировке. — Если выкинет конечно. — Рома улыбается, прикрывая глаза на долю секунды, как делает всегда, когда что-то обдумывает. —А он кажется расслабился с нами, уже не закрывается как раньше. В этом есть доля правды. Юра всё ещё закрытый засранец, всякий раз отталкивающий людей, стоит им попытаться приблизиться, но команде он открывается. Всё ещё рисует границы, отказывает, пусть уже не так часто, как раньше, но показывает больше эмоций и чувств, чем было изначально. Исаковский всё чаще поддерживает разные диалоги, комментирует какие-то реплики, иногда даже сам начинает диалог. И вот такая, обычная, понятная и простая его сторона даже симпатизирует Илье. А в остальном, он как был засранцем, так и остался. — Мне всё же кажется, что ты молодец. — Вдруг говорит Рома, заставляя Тихонова удивлённо приподнять брови и посмотреть на него. С чего такие резкие, непонятно откуда взятые выводы? — Не понял. — Илья всё ещё смотрит Роме в глаза, замечая там радость. Отчего, всё равно непонятно. — С чего это? — Да ты ж пытаешься измениться. Раньше сам при любом удобном случае дёргал так ценящего своё личное пространство Исаковского, а сейчас соблюдаешь их. — Если так подумать, то Субботин прав. Но ведь Илья не лезет к Юре, просто потому что пока не за что лезть. Тот просто существует, живёт, а главное не нарушает его личный покой, так зачем Илье тогда лезть туда, где ему не место? — И я знаю, что это потому что Юра стал вести себя по другому, просто раньше мы не понимали, как вам помочь поладить. — Да и не надо. — Вздыхает Тихонов, думая, что и сам бы всё уладил в случае чего, — Я бы и сам справился. Юра не такой закрытый, каким пытается казаться. Как мама говорила, к каждому нужно находить свой подход. А до этого Илья и не пытался найти подход к Юре. Сейчас тоже не будет сильно стараться, как минимум на данный момент. — Здесь согласен. — Отвечает Рома, когда они подходят к вахтёрше и просят ключ от тридцать первого кабинета. Та говорит, что его нет и оповещает о том, что Любовь Владимировна ещё не пришла. Это удивляет, ведь обычно учительница в это время уже сидит за столом в своём кабинете и проверяет сочинения девятиклассников. — Мда, а тебе ничего не писали? — Парни направляются обратно к лестнице, Рома едва заметно ежится из-за холода. Илья качает головой, проверяя ватсап, в котором у него переписки с учителями. — Странно. — Может опаздывает. В любом случае, всё равно бы бездельничали на уроке. — Илья пожимает плечами и они поднимаются по лестнице на третий этаж. Проходя по коридору в левое крыло, Тихонов замечает свой класс, Юру, Костю, Артура и Фила, болтающих о чём-то. Даже Исаковский участвует в диалоге, сложив руки на коленях, изредка поправляя митенки на руках и кофту на плечах, несоответствующую дрес коду школы. — А ключ? — Спрашивает у них Аверьянов, когда Илья с Ромой подходят к парням. Илья качает головой, мол, без ключа, а до звонка остаётся всего чуть больше пяти минут. — Может вообще не придёт. — Рома запрыгивает на подоконник, на котором уже сидят Исаковский и Горский. Илья смотрит на Юру, одетого будто на прогулку и раздражается. Странно, что ему учителя ничего не говорят по поводу внешнего вида. — Ну чего? — Вдруг слышится голос Юры когда он замечает на себе взгляд Ильи. Вдруг возвращается привычное напряжение, Тихонов думает, что всё же тишина и нейтралитет между ними ему понравились больше. — Ты одет не по дрес-коду. — Даже джинсы напялил. Всё бы ничего, но если директор заметит, прилетит и Юре, и Илье. Тихонову потому что он староста класса, в котором учится Исаковский. — Ну так другие же тоже. — Юра кивает в сторону Разумовского, разговаривающего о чём-то с Лёшей. Тот одет немного по приличнее, но яркая кофта, перевязанная на бёдрах, всё ещё не соответствует дрес коду. — В любом случае, учителя пока ничего не говорят. — А вот Директор вполне скажет, если увидит. — Выдыхает Тихонов, радуясь, что остальные одеты как надо. В их школе нельзя носить яркие кофты, толстовки, джинсы. — Сегодня его нет в школе, но постарайся не попасть на его глаза в другой раз. — Ого, ты мне только что разрешил ходить в чём я хочу? — Ухмыляется Юра, заглядывая Илье в глаза. Тихонов качает головой, думая, что рано или поздно Юра доиграется и получит подзатыльник. — Мне вообще-то тоже прилетит. Я же "хороший староста должен следить за классом", — Цитирует он слова учительницы русского и литературы показывая кавычки пальцами. — Ебал я эту систему. Нет, ну правда, он не хотел становиться старостой в начале года, но его никто не слушал, ведь все опирались на его репутацию отличника и хорошее поведение. Илье как будто нужны эти проблемы, поручения от учительницы, ответственность за некоторых несмыслящих одноклассников, не знающих об обычных правилах поведение. Спасибо что хоть двери не выбивают, как было в прошлом году. — А что, ты староста не по своему желанию? — Спрашивает Юра, на его лице проскользает едва заметное удивление. — Получать пиздюлей за ребят, которым поебать на нормы поведения не то, что мне нравится. В прошлом году Разумовский и Грибников вообще дверь снесли, а кто получил по голове за них? — Спрашивает Илья вскинув руки, вспоминая как сначала был у директора, а потом отчитывался перед отцом за этот визит. — Конечно же я! — Зато ты у нас хороший староста. — Костя закидывает на его плечи руку, притягивая к себе в объятия. — Имеешь влияние в классе даже у Филла с Артуром. У них с старостой не повезло. — О, это точно. — Комментирует Игнатенко, а потом поворачивается к Юре, начиная просвещать в дела "А" класса. — Мало того, что подлиза, так ещё и стукач. Илья у вас хорошенький, была б возможность забрал бы к себе. Тут Костя второй рукой прикрывает Тихонова, нахмурившись и очевидно в шутку, говорит: — Это наша принцесса, ищи себе другую!! — Раздражение на этих идиотов выплёскивается наружу, Илья хмурится и убирает с своих плеч руку Кости. — Какая принцесса, Аверьянов? Тебе напомнить, кто тебя отмазывал перед учителями в прошлой четверти? — Выгнув бровь спрашивает Тихонов, понимая, что теряет свой статус, как минимум в компании, если не в классе. Исаковский ухмыляется, пытаясь скрыть смешок в кулаке, делая вид, что кашляет. Илья смотрит на него, хмурится ещё больше. — Ну всё, ну вот, больше не буду жертвовать своей репутацией среди учителей ради вас. — Илья Александрович, простите и помилуйте грешного меня, больше никаких принцесс, только "многоуважаемый староста"! — Костя очевидно смеётся с него и как раз в этот момент звенит звонок. Илья закатывает глаза, стараясь не показывать своей улыбки и отмахивается от друга, мол, да всё, отстань, а сам почти не смеётся с такого привычного дурашества. На самом деле у него и правда есть статус в классе. Учителей он уважает, за одноклассников отвечает, он уже плюс минус научился управляться с постом старосты без желания на всех наорать, некоторым ребятам даже помог выбраться из троек, подсказав, как заработать уважение особо строгих учителей. А те взамен не подставляют его, касательно одежды и поведения. Тихонов иногда помогает с ответами на контрольные, да и темы объясняет, но при условии, что его не спалят ведь получат оба ученика. Можно сказать именно он создал такую атмосферу в классе являясь авторитетом, но при этом ещё и другом. Правда некоторые учителя всё же сравнивают его с откровенной подлизой Настей десятого "А" класса. Она тоже отличница, вместе с Ильей отправляется на олимпиады, устраивает мероприятия, втягивая в них и Тихонова. Только из того, что ему рассказывали о ней Горский и Игнатенко, впечатление о ней сложилось двоякое. Девушка имеет строгих родителей, особенно мать, поэтому за хорошие оценки Матвеева готова крутится и так, и эдак. Она палит одноклассников за списыванием, жалуется на них директору, если они приходят одетые не по правилам, иногда подставляет их с ответами. Илья бы не хотел иметь такую репутацию среди своего класса, но и жертвовать хорошими отношениями с учителями тоже не готов. Учителя ведь всё докладывают отцу, а если тот поймёт, какие вещи иногда делает сын, будет плохо. Поэтому Тихонов находится на некоторой золотой середине. Учительница так и не приходит, а Илья просит свой класс быть потише ведь в соседних кабинетах ведут уроки. Гимн России приглушённо слышится из закрытых дверей в других кабинетах. Илья садится на лавочку, заглядывая в телефон, довольствуясь тихому шёпоту гуляющему по коридору. — Так ты правда типо влиятельный... — Рядом оказывается Юра, смотрящий на одноклассников удивлённым взглядом. Илья кивает, но ничего не отвечает, переводя взгляд на Исаковского. — В прошлой школе бы уже орать начали, да окно выбили. А потом у директора сидели. — Придурки какие-то. — Отвечает Тихонов, радуясь, что в их классе пусть и есть шумные ребята вроде Кости и Макса, но у большинства мозги на месте. Директор в их школе на самом деле страшный. Илья был однажды и больше не хочет. — Бывают и нормальные классы. Вон десятый "А" вообще драку как-то в столовой устроили. — Реально? — Спрашивает Юра, не удивляясь, но усмехаясь. Илья вновь кивает, откладывая телефон в карман, наблюдая за тихо переговаривающимися Ромой и Костей. Другая часть класса тоже разговаривает немного эмоциональным и громким шёпотом, но в остальном ведёт себя прилично. — За все два месяца, что я в вашем классе ещё ни разу драк не было. — А у нас они редко. — Отвечает Тихонов подперев щёку ладошкой, переводя взгляд на Исаковского. — Класс разделился на группы, думаю ты заметил, но не смотря на это, между ними нейтралитет. Почти положительный. — И что прям никогда никто не ругался? — Подозрительно глянув на Илью отвечает Юра. Ругались конечно. Вспомнить осень и слишком громкий, почти на всю школу скандал между двумя другими группами их класса. — Вот осенью недавно ругались. Я не разбирался, что там между ними, но в драку вмешаться пришлось. — Он вспоминает, как получил в нос от особенно сильного и крупного одноклассника Димы. А потом, пока не пришли учителя, Илья быстро всех отчитал, лишил ответов на предстоящий тест, ушёл к медсестре, солгав ей о том, что неудачно принял мяч на физре. — Мне даже прилетело в нос. — Мда... — Отозвался Исаковский и опёрся о стенку. Он вновь сплёл пальцы, сложив ладошки вместе, прикрыл глаза и зевнул, закрывая рот рукой. — Странно, что за их ошибки получаешь ты.. — Так всегда было и будет. — Пожимает плечами Илья. — И что, тебя это волнует что ли? — Да не. Я когда в своём классе был, у нас староста толком ничего не делал, типо учился плохо, расписание иногда забывал скидывать. Да и класс придурков был, драки каждый урок. — Илья удивляется такому, вновь переводя взгляд на затихшего Юру. — Драться у нас любили. — Ну, теперь ты в нашем классе. — Выдыхает Илья и задумывается. — Так что сам драки не начинай и всё норм будет. — А больно хотелось. — Юра поворачивает голову в его сторону вновь ухмыляясь. Голубые глаза блестят весельем, Илья чтобы не растянуть губы в ответной усмешке пришлось отвести взгляд. — На самом деле ваш класс довольно спокойный. Я думал будет... Шумно. — Почему ты говоришь так, будто не считаешь себя частью класса? — Спрашивает Илья, а потом вдруг понимает. Картинка складывает, почему Юра долгое время был так отстранён. — Ты же тоже типо, часть класса. — Ну вроде как... — Хмурится Юра, а Илья уже жалеет, что задал этот вопрос. Видимо на больное наступил, раз Исаковский отворачивается в сторону. А что теперь говорить, в этом резко напряжённом молчании Тихонов не знает. — На самом деле не совсем понимаю, куда себя приписать. — В плане? — Не понимает его Илья и почти вздрагивает, когда Юра вновь переводит на него взгляд. В голубых глазах плещутся эмоции вроде сомнения, усталости и недовольства. — Я пришёл посередине года, в уже сформированный класс с разными группами, где каждый, так или иначе, имеет своё место. Куда не глянь, а там уже свои шутки, приколы и порядок, в который я не понимаю как вливаться. — Да и в команду ему было тяжело влиться. Это было видно невооружённым глазом, но стоило Юре показать себя как хорошего игрока, всё встало на свои места. — Может быть, если бы ты попытался подружиться с кем-нибудь, тебе было бы легче. — Всё же высказывает своё мнение Тихонов, а Юра смотрит на него как на идиота. — Ну что, как будто в классе есть только мы? — Нет, ты прав, не только вы. — Кивает Юра, а потом на время замолкает, видимо, обдумывая, что сказать. — Они интересные, но я не чувствовал, что могу там быть. Выходит, что Юра всё же выбрал их, посчитав, что в компании Ильи у него может быть своё место? А может ли быть? На самом деле, да, может быть, ведь парни выделили ему это самое место. Они предлагали Исаковскому прогулки, начинали разговор первыми, но каждый раз, когда пытались Исаковского узнать, понять и сделать частью компании, натыкались на стену. Если так подумать, эта стена образовалась из-за непринимающего Юру Ильи. А Исаковский, получается, всё это время не считал здесь никого своими друзьями? Считал себя лишним в их классе? Почему-то осознание этого отозвалось горечью на языке и Илья поднял взгляд на скучающего, апатичного и до ужаса теперь понятного Исаковского. — Выходит, считаешь, в нашей компании тебе есть место? — Вопрос рискованный, потому что Юра может закрыться и уйти, так и не попробовав открыться им. Но рядом с Ильей, тот не то, чтобы закрытый, скорее готовый к любому исходу. — Другие бы меня приняли. Один ты отвергаешь. — Хриплым голосом, почти шёпотом отвечает ему Юра, не смотря в глаза, но начиная в каком-то волнении вновь поправлять митенки на руках. И сейчас, когда перед Ильей настоящий, понятный и простой подросток, а не раздражающий, вечно апатичный и выпендривающийся Исаковский, Тихонов может представить Юру частью их компании. На самом деле, вот такой, открытый, иногда хмурящийся, иногда хихикающий, но в остальном молчаливый, очень даже вписывается в компанию Тихонова. — Не без причины, ты же это понимаешь? — Спрашивает он, перед тем как принять решение, повлияющее на его привычную рутину и компанию. Илья смотрит в Ромину сторону, сразу же встречаясь с ним взглядом, а когда читает в нём твёрдость, готовность к переменам и главное некую, почти невидимую радость, уже не сомневается. — Ну, конечно понимаю, но это не значит, что я прогнусь под тебя. Я тоже не без причины выводил тебя из себя. — Илья замечает на улице выглядывающее солнце, а от того настроение становится только лучше. Юра проследив за его взглядом, тоже смотрит в окно и хмыкает. — Поскорее бы снег растаял. — Да, поддерживаю. — Тихонов кивает, начиная размышлять ничего не значащей тишине. А готов ли сам Юра быть в их компании? А готовы ли парни помогать ему влиться? Илья дорожит своими друзьями, если с приходом Исаковского начнутся ссоры, тот сразу же полетит вон с пинком под зад. — Хочешь добавлю тебя в нашу телегу? — Только если другие тоже будут не против. — А Илья уже знает их реакцию. Юра нравится каждому из них, поэтому они будут не против. Костя, наверняка, будет радоваться больше всех. На самом деле Тихонов не против, каким бы раздражающим порой Исаковский не был, а всё таки его можно представить своим. Юра не напрашивался к ним всё это время, понимая, что Илья будет против. За ним так же замечена большая толерантность к личным границам других людей, он понимает слово нет, не лезет не в своё дело, но при этом и к себе не подпускает, если людям не доверяет. — Не будут. Введи свой юз. — Илья протягивает свой телефон с открытым телеграммом, замечая удивление на лице Юры. Исаковский принимает чужой телефон, закусывая нижнюю губу, видимо пытаясь вспомнить свой телеграмм, а потом по памяти его пишет. Отдаёт Илье сразу же, когда находит свой аккаунт. Тихонов оценивает его аватарку замечая на ней кота, мяукающего прямо в камеру. А никнейм тоже почему-то забавляет. " 'Илья Тихонов' добавил 'Юрц' " Артур: "Да неужели, это свершилось, сам Юрка соизволил к нам спуститься" Костя: "ОФИГЕТЬ" И тут же к ним подбегает Аверьянов, сверкая и искрясь радостью. Сзади него, мягко улыбаясь идёт к ним Рома, встречаясь довольным взглядом с Ильей. Тихонов закатывает глаза. Будто какое-то чудо случилось. — Вы наконец-то подружились? — Налетает на них Костя, садясь в пространство между ними, смотрит сначала на Илью, потом на Юру, а следом на Рому, оставшегося на стоять. — Мы ждали этого два месяца! Два! Можно ли их с Юрой назвать друзьями? Всех в компании Илья так или иначе считает своими друзьями. С ними он прошёл самые тёмные периоды своей жизни. Он даже право общаться с ними отвоевал у отца, ведь тот настаивал на дружбе с сыновьями и дочерьми знакомых из своего круга. Илья бы возможно и был не против, но эти все сыночки и дочки богатых родителей слишком напыщенные индюки. С ними неприятно, даже поговорить не о чём, а уж какими высокомерными они были. Илье роднее эти придурки с громким смехом, матами через каждое словами, тупыми шутками и мягкой, молчаливой поддержкой. Было тяжело, но Илья справился. Мама тогда сказала, что раз Тихонов так борется за общение именно с ними, значит они того стоят и эти парни — его настоящие друзья. А ведь Юру скорее всего тоже придётся отстаивать перед отцом... А если он узнает, что Исаковский бывший наркоман... Это будет плохо. Вопрос в другом, будет ли стоять его усилия и борьба с отцом? Не отвернётся ли Юра, если предстоит возможность? Будет ли готов принять их устои и при этом найти свою гармонию внутри нового круга? Илья не знает, но это уже можно узнать потом. А сейчас Юра растягивает губы не то в ухмылке, не то в улыбки и печатает ответ в группу. Илья телефона не открывает, встаёт с лавочки, а потом подходит к Роме. Тот гордо и едва заботливо улыбается. — Посмотрим, что из этого выйдет. — Говорит Илья ему, когда они чуток отходят в сторону, оставив радостного Аверьянова на плечи Исаковского. — Всё будет хорошо, Илюш. Ты правильно поступил. — Рома смотрит в сторону Исаковского. По нему можно между строк, в действиях, в уголках глаз, в движении рук прочитать одно — радость. Так сильно напоминающую детскую, искреннюю, но отчего-то почти боязливую и робкую. И смотря на него Илье тоже хочется улыбнуться пусть в груди растёт тревожности из-за неизбежности нового и неизвестного. — А вы кстати так и не сыграли друг против друга. И тут вспоминаются первые дни Исаковского в их классе. Юра тогда любил поиграть в пин понг с кем-нибудь, но удавалось это не часто, потому что в их классе не имеют привычку в него играть. Изредка играли лишь компания Тихонова. Илья был слишком занят учёбой, да приближающейся игрой, чтобы находить время на перемене для пин понга. Он обязательно вытянет Исаковского на дуэль. — Будет ещё время поиграть. — Отвечает Тихонов, замечая как Юра едва заметно вздрогнул, когда прозвенел звонок с урока. Сейчас им нужно топать на завтрак, а потом на химию и убиваться из-за практической по ней. Юра видимо это помнит, поэтому сразу же хмурится, понимая, куда им идти. Десятый "Б" класс переходит из левого крыла в правое, ждёт пока параллель выходит из кабинета. Десятый "А" класс выходит, остаётся только Настя, переговаривающаяся о чём-то с учительницей. Матвеева замечает Илью и попрощавшись с женщиной, направляется прямо к нему. — Говорят скоро будет какое-то мероприятие. Скорее всего нам придётся вновь его готовить. — Матвеева заправляет за ухо волосы, заглядывая Тихонову прямо в глаза. — В среду вместе вместо физры будет репетиция. Десятый "В" тоже участвуют. Только этого не хватало. Илья хмурится, устало вздыхает, а потом спрашивает: — И что они от нас хотят? — Выгибает бровь, видя как глазки Насти забегали туда сюда в какой-то нервозности. — Будем развлекать мелких. Плюс скоро восьмое марта, тоже праздник. Мероприятия на нас повесили. — Девушка вздыхает так же устало, поправляя портфель на плече, а потом оглядываясь на учительницу, продолжает. — Она сегодня какая-то злая, а я знаю, что у вас есть ответы от Артура с Филлом... — И даже не спалила нас? — Переходя на шёпот спрашивает Илья, именно этого и ожидая от Матвеевой. — На тебя не похоже. — Да, бля, заебалась уже. Только аккуратнее с этим. — Устало улыбнувшись на прощание, она покидает кабинет самая последняя из своих одноклассников. Тихонов пожимает плечами, мол, так бы сразу и кладёт портфель на своё место. Ищет глазами парней, а когда находит кивает в сторону выхода, напоминая о завтраке. Юра, Костя и Рома кивают почти одновременно и идентично, начиная двигаться в один шаг. — А чего Настя хотела? — Спрашивает Рома заметив их разговор. — Да нам опять мероприятие ставить. — Раздражённо хмурится Илья в ответ, почти скрещивая руки на груди. Эти мероприятия он не любит больше всего, была бы его воля, вообще бы ничего не делал, но к сожалению так нельзя. — Достали уже. — Я ещё от Нового Года не отошёл.. — Говорит Костя имея в виду новогодний огонёк, проводившийся ими несколько месяцев назад. Мелкие тогда пронесли алкоголь, подрались, едва не потрахались под ёлкой, успев нагрубить некоторым учителям и директору. Старшикам тогда прилетело, но больше всего получили именно восьмиклассники, совершенно не случавшиеся никого. Ох уж эти пубертатные подростки, так и желающие влезть в неприятности. — Весело конечно, а что было-то? — Юра очевидно не в курсе, потому что перевёлся к ним только после новогодних каникул. Костя так и загорается интересом, начиная рассказывать об огоньке. Рома рядом с ним посмеивается, а Исаковский кажется в культурном шоке. — Ну то есть ты представь, они мало того, что орали на всю школу, так ещё и засосались потом под новогодней ёлкой. Я уверен дело бы пошло и дальше, если бы не учителя. — Илья вспоминает этих гениев. Вот что называется от ненависти до любви. Это забавно, поэтому он не сдерживает тихого смешка. — Говоришь так, будто ждал этого. — Хмыкает Юра, пока парни спускаются по ступенькам вниз на первый этаж. Школьники снуют по коридорам, поднимаются и спускаются с этажа на этаж, но парням на это всё равно. Илья чувствует себя неплохо, даже наоборот, настроение отчего-то хорошее. — Ну это же сплетни, сенсация. Эти двое уже мем всей школы! — Костя разводит руками в стороны очень эмоционально восклицая в ответ. — А прикинь какого им? Мало того напились, поругались, а потом засосались под новогодней ёлкой став доисторическим мемом. — Да они же сами с этого угарают. — Встревает Илья, пытаясь вспомнить внешность тех двоих. Парень, среднего роста, да девушка, чуть ниже его. Лица и даже имена он их не помнит, зато узнать их можно по местному приколу. — У них даже футболки парные есть, они как то в них приходили. Звёзды сия школы.. — "Я тебя ненавижу ублюдок" и " Я тебя больше, стерва", слишком типично, но от того смешно. Особенно когда после этих горячо выкрикнутых слов их находят под ёлкой склеенными телами. — Рома тоже смеётся, спускается по лестнице и парни наконец-то доходят до столовой. — В прочем, все через несколько недель об этом забыли. В этом Рома прав. Больше не обсуждая новогоднюю шумиху, парни прошли к столу, за которым обычно сидят. Раньше каждому классу доставалось определённые столы, но когда старшеклассники стали пересаживаться не обращая на это внимание, администрация школы разрешила им сидеть где кто хочет. Поэтому у привычного стола уже сидят Игнатенко и Горский, не притрагиваюсь к чему-то похожему на кашу. Илья садится на своё место, а по бокам от него Костя и Юра. Филл и Артур сидят напротив, здороваясь с параллелью, будто и не виделись на прошлой перемене. — Юрец, ты официально принят в нашу компанию! — Комментирует недавнее Артур довольно смотря то на Юру, то на Ильи. Тихонов просто закатывает глаза, берёт ложку и думает, стоит ли есть это что-то. Выглядит так себе конечно, но спасибо за сосиски в тесте, лежащие прямо в центре стола на отдельной тарелке. Он берёт одну и начинает кушать, слушая разговор воцарившееся за столом. — Давно надо было, но вы оба слишком упёртые бараны. — Фил тоже берёт сосиску в тесте, так и не притронувшись к каше. Кажется, её ест только Костя, да Рома пару ложек. Почему завтраки такие невкусные, а обеды вполне сносные? Школа экономит на завтраках? — А я то что? Я вообще ничего, это всё Илья. — Обвиняет его Юра, а Тихонов смотрит на того приподняв одну бровь. Исаковский поднимает бровь в ответ, а Илья не выдержав закатывает глаза и пихает соседа локтём в бок. — Эй! — Выпендриваться хорош. — Отвечает Тихонов, смотря на булочку в руках. Атмосфера изменилась, с Юрой многое ощущается по другому, но нельзя сказать, что это "по другому" некомфортно. Исаковский итак в последние недели много времени с ними проводит, это привычно, но понимать, что теперь он не просто одноклассник, а возможный друг, наравне с другими, уже непривычно. — И что ты смотришь? Её кушать надо. — Вдруг вырывает его из мыслей Юра. Илья поднимает на него взгляд, хмурится, закатывает глаза вновь, а потом доедает сосиску в тесте, запивая её немного остывшим чаем. Горский усмехается, а Рома смеётся в свой кулак. — А сам чего не ешь? — Спрашивает Илья, когда замечает, что один Юра не взял сосиску в тесте. — Её есть надо. — Да я не хочу. Не люблю сосиски в тесте. — Юра даже к каше не притронулся, если честно, Илья даже не помнит, ел ли э Исаковский что-нибудь вообще. А ведь на обед не ходит. А сегодня у них ещё тренировка. — У них такой вкус... Бе. — Мне кажется нормально. — Встревает Костя, смотрит на Юру, а следом на оставшуюся сосиску в тесте. — А... — Ладно, ладно, возьми. — Тот машет на него рукой, а Костя сразу же тянется к тарелке опустошая её. — А ты чего? Ты же на обед не ходишь, голодный весь день будешь? — Спрашивает у него Артур, а Фил рядом с ним тоже смотрит на пожимающего плечами Исаковского. Илье это не нравится, Юра странный, отдаёт свою еду, при этом сам не ест почти, забывает выпить таблетки, а потом умудряется их терять. Он похож на человека, совсем не заботящегося о себе. — Если что куплю чего-нибудь сейчас. — Юра смотрит на тарелку, брови едва заметно сводятся к переносице, а потом он поднимает взгляд на парней. — Я пойду отнесу кашу, а то мне уже нехорошо от одного взгляда на неё. — Да, каши действительно готовить у нас не умеют, я пройдусь с тобой? — Спрашивает у него Субботин, на что получает кивок и они вдвоём уходят. Илья смотрит им в след, а потом замечает довольно ухмыляющегося Игнатенко. — Ну я же говорил, подружитесь! — Умхылку заменяет искренняя радость, растянувшаяся на лице яркой улыбкой. — Я уж думал, вы никогда не поладите. Тихонов не понимает, почему такой ажиотаж, но если уж друзья рады, то почему нет. Он пожимает плечами, предпочитая ничего не отвечать, допивает чай и относит стакан с тарелкой на мойку. Рома и Юра ждут их в коридоре, болтают видимо, поэтому они все вчетвером идут к ним. Жизнь — штука непредсказуемая, а Тихонов всегда боролся за любые награды, достижения и успехи, но в этот раз, даже ничего не делая, он кажется продолжает выигрывать какую-то лотерею. И почему у него такие ассоциации идут, он не знает, но впервые за долгое время готов смотреть переменам и своим чувствам в глаза. А глаза у этих перемен небесные, ярко голубые, что смотрят уже не так безразлично, как пару месяцев назад. Они смотрят с искорками веселья, радости и удовлетворения. В этот раз Фортуна ему улыбнулась и преподнесла небольшой подарок.