Только друзья

      Светлана Локтева в последнее время отдалилась от активного общения с женсоветом. И не потому, что вдруг взяла и разочаровалась в подругах, вовсе нет. Просто она дорожила своей тайной. Тайну она бы обязательно раскрыла, возникни у них хоть малейшее подозрение, что она, эта тайна, имеет место быть. Не удержалась бы. А так… простите, девочки, надо бежать! Дела, дети, магазин...       А началось все просто, чуть меньше недели назад. Ей потребовалось найти кое-какие материалы, которые до отправления в архив хранились в приемной президента. И Света отправилась туда. Амуры, к счастью, не было на месте, впрочем, как и Жданова — этот находился на производстве. Света честно нашла нужное, и тут на нее упали две плохо стоявшие папки. Она их сразу узнала — это документы с того самого совета, после которого уволилась Катя и сняли Андрея Павловича. Она поставила их на место, но попадали соседние. Конечно Локтева решила разобраться и поставить их как следует. Ну и открывала попутно, чтобы отделить те, что с совета, от других.       Сначала она не поняла, что это за текст. На финансовый отчет совсем не похоже. Инструкция?.. А потом ее затрясло, когда прочитала. Целых три страницы! Почти печатным почерком, заботливо выведены. Старался Роман Дмитриевич… Ну какая же скотина! Вот бы Шуре это показать! Да только Света понимала: то, что увидит Шура, узнают все.       Как это тут оказалось? О, Локтева умела делать выводы быстро. И с логикой у нее было все в порядке. Сразу вспомнила пакет, с которым Катя как помешанная носилась в конце января. Тот самый день, когда Малиновский и Кира уехали в Прагу. Видимо, инструкция прилагалась к пакету, потому что пакет в ней упоминался.       А потом Катя стала мрачной, заявила всем, что с Колей у них все идет к свадьбе. Он купил машину… А, что б вас всех! Она узнала! Прочитала и сделала копию! И решила отомстить! Вот, подсунула эту гадость в папку Жданову на совете и уволилась! Или еще и Малиновскому как автору "произведения"? А что, если обоим? Света принялась лихорадочно рыться в папках и действительно нашла еще один экземпляр. Трясущимися руками раскрыла скоросшиватель и вытащила гадостный текст из обеих папок. Сложила много-много раз и сунула в декольте. Потом выдохнула. Главное, чтобы больше никто не увидел. Ведь практически на виду стояли эти папки! Бедная Катя…       Пока мысли Светы были сумбурными, она действовала на автопилоте. Поставила материалы с совета на место, взяла нужные ей тома и отправилась на свое место. Передала Зорькину, занялась повседневными делами. Но доставать бумажки с инструкцией не спешила — Татьяна сидела напротив и обязательно заинтересовалась бы, что там у коллеги такое интересное. Так что Света решила уже дома, после работы как следует изучить гадость и уже потом решить, что делать.       А в голове роились мысли-ассоциации. Это что же получается, гад Жданов изменял Кире с Катей? И при этом ему было настолько противно, что он заставлял себя это делать, даже фото Волочковой с собой таскал! Скотина! А теперь Вике голову кружит! И это после того, как она обожглась с Малиновским! Бедная Вика…       В обед Света отказалась с подругами идти в «Ромашку». Ей надо было посидеть, подумать. Что делать с этой информацией? Она же не выдержит, лопнет просто от необходимости с кем-то поделиться! Да, тайну выдавать нельзя, но надо было хоть что-то предпринять! Она знала одно: прощать такое никак нельзя! И если Катя просто уволилась, то что делать ей?!..       А ведь Катя не просто уволилась! Кира же у нее пакет тогда отняла! А к пакету, если верно предположение Светы, как раз и прилагалась инструкция! А значит... значит, Кира тоже ее прочитала и обо всем узнала? И после того случая Кира рассталась с Андреем - их размолвку все видели! Но они же потом сошлись, разве нет? Кира сама об этом объявила! А потом опять расстались, после очередного совета, где Андрея снова избрали президентом! Ничего не понятно! Проголосовала за него - и расстались? Но остались в дружеских отношениях! Значит ли это, что расставание было инициативой самой Киры? Нет, это какая-то странная логика! Но главное Света поняла: и Жданов, и Малиновский - козлы высшей пробы. И манипуляторы. Вот от таких, как они и Захар всегда страдают женщины!       А говорить про такое никому нельзя. Нельзя даже показывать, что она что-то такое знает. Но разве можно оставить этих козлов безнаказанными?! Ее просто распирало от желания что-то сделать. Но было страшно: ну что она вообще может? Где она и где Жданов с Малиновским?! У нее даже голова разболелась от таких мыслей!       Уже позже, после обеда, когда вернулись и Зорькин с Пушкаревым, и Урядов, Света понемногу успокоилась. Решила отложить решение до вечера. Чтобы еще раз ознакомиться с шедевром эпистолярного жанра, уже дома, без всякой спешки. Локтева занялась своими непосредственными обязанностями секретаря финансового директора и главного бухгалтера.       Спустя час после возобновления работы в приемную ворвался… Воропаев. Именно ворвался. Как ураган, оставляющий за собой только ошметки спокойствия. Ворвался и уставился на нее с фирменной издевательской усмешкой… — Здравствуйте, Александр Юрьевич! — удалось выдавить ей. — Добрый день. Могу я узнать, ваше начальство на месте? — спросил Воропаев. Относительно спокойно, но спокойствие этого человека никогда не предвещало ничего хорошего. — Николай Антонович вышел, а Валерий Сергеевич на месте, — оттарабанила Света, надеясь, что он не прицепится и не начнет язвить и критиковать работу компании и президента, а то обычно он не стеснялся, когда при Ярославе еще… — Отлично! Он-то мне и нужен! — широкая улыбка на лице главного акционера тоже не предвещала ничего хорошего. Но Света быстро вспомнила, что он же с Катей теперь встречается! А что, если она с ним из-за предательства Жданова?! — Я сейчас сообщу! — слова вылетали на автомате, крамольные мысли отодвинуты на задний план. — Будьте добры, — она судорожно надавила на кнопку селектора. — Алё! — Валерий Сергеевич вежливостью особо не отличался, его речь в офисе практически не претерпела изменений по сравнению с тем, как он говорил у себя дома. — Валерий Сергеевич, к вам пришел Александр Юрьевич Воропаев. — Да? Ну так… это самое… пусть заходит! — Премного благодарен! — Воропаев издевательски ей поклонился и направился в кабинет.       Говорили они недолго. Но не настолько тихо, чтобы Света не расслышала главное. И теперь у нее на душе камнем висела еще и эта информация. Голова начинала болеть все сильнее…       Воропаев в тот раз вышел из кабинета и уставился прямо на нее. Как будто видел насквозь! Как будто знал, что она скрывает что-то! Слегка прищурился и с фирменной мерзкой усмешкой произнес: — Светлана Федоровна, у вас все в порядке? — Да, спасибо… — проблеяла она, опуская глаза. — А в компании? — А… вам лучше спросить у Николая Антоновича… — Это непременно, — он важно кивнул. — Но вдруг он что-то важное упустит? Так вы уж не сочтите за труд, наберите меня.       И прежде чем она успела возразить, положил перед ней на стол свою визитку. А она машинально ее взяла и, когда он быстро покинул приемную, сунула к сложенной инструкции, в декольте. Самое надежное место.       Позвонить она решилась далеко не сразу. Сутки выжидала, по дома вечером перечитала инструкцию, убеждая себя, что все это может быть выдумкой Малиновского. Но нет. Не сходилось. Игрушки она у Кати на столе точно видела. И Катино мрачное настроение и даже злость ощущала. Только представить, как Катя смогла сдержаться, зная, для чего и кто их покупал…       Но Воропаеву об этом сообщать нельзя. А что она вообще могла ему рассказать? Она же слышала, что Зорькин сам ему отзванивался, причем постоянно стучал. Как дятел, который думает, что этот стук не слышен тем, кто сидит с другой стороны дуба. Так чего же не хватает Александру Юрьевичу, если уж сам финансовый директор подрабатывает у него информатором? Ну правда, что она-то может сказать? Но раз предложил — значит, ему точно известно, что именно. А раз так, то значит сам и спросит, что ему интересно!        Но разве это не предательство? Может быть. Но только кого она предает в этом случае? Двух бабников и козлов, от которых уже пострадали Кира, Катя и Вика? Да, еще Маша, но тут она сама виновата… Голос совести на фоне обнаруженной сегодня информации звучал слабо и неубедительно. А вот бонусы от возможного сотрудничества с Воропаевым могли быть привлекательными. Но главным для Светланы стало все-таки желание хоть как-то выразить свое желание отомстить двум гадам за весь обиженный ими женский пол. И почему бы не использовать для этого Александра Юрьевича, который никогда не скрывал своих намерений насолить Жданову и Малиновскому?!       В итоге своих сумбурных рассуждений Света разложила все по полочкам и приняла решение. Позвонила Воропаеву в конце рабочего дня, улучив момент, когда и ее начальники, и Георгий покинули это крыло, а Татьяны и подавно не было на месте. — Добрый вечер, Александр Юрьевич. Это Светлана Локтева…       Кажется, он даже удивился! — Очень добрый вечер, Светлана Федоровна. Я так понимаю, вы решили принять мое предложение о сотрудничестве? — Я… да, но… — В таком случае, предлагаю вам пообщаться лично, без посторонних глаз и ушей. - Он не оставил ей времени для сомнений в разговоре. - Запишите адрес…       И она записала. А потом поехала, попав к нему в приемную в Министерстве. — Итак, Светлана Федоровна, я так понимаю, что вы ощущаете сейчас себя предательницей по отношению в нынешнему руководству компании… — Вовсе нет! — выпалила она слишком поспешно. К тому времени она уже практически перестала сомневаться в своем решении. — Во-первых, мое отношение к нынешнему руководству далеко от радужного, а во-вторых, мне просто интересно, чем именно я могу быть вам полезна. Насколько я понимаю, Николай Антонович докладывает вам о делах компании настолько… развернуто, что я вряд ли могу что-то добавить. — Значит, мне не придется облегчать вашу совесть и рассказывать, что подобное стукачество, - он ухмыльнулся и кивнул, не удивившись ее осведомленности, — это негласный договор между мной и Ждановым. Уверен, что про наше сотрудничество с Николаем Антоновичем он в курсе, а вот вас он вряд ли заподозрит, вы будете вне подозрений. — Это хорошо, — кивнула она. — Так что вы хотели узнать? — Мне интересна вся эта возня вокруг отделов Малиновского и моей сестры. Правда о том, кто там работает, а кто бездельничает. И почему. Что вообще происходит в компании. Какие сплетни ваш женский коллектив в последнее время обсуждает, я имею в виду темы, относящиеся к самой компании, ее руководству и конечно Екатерине Валерьевне. Мы с ней, как вы уже знаете, находимся в отношениях…       «Ага, в дружеских, — скептически отметила про себя Света, прекрасно помнившая подслушанный разговор Воропаева с Пушкаревым. — И я даже знаю, почему так! Все из-за Жданова, черт бы его побрал! Наверняка Катя все еще не может забыть его! А ведь на самом деле могла такая хорошая пара получиться из них с Александром Юрьевичем!» — Да, благодаря прессе это известно всем, и не только в «Зималетто», — она позволила себе чуть улыбнуться. Он кивнул. — Именно поэтому я так забочусь о репутации своей девушки. Мне интересно, что о ней говорят за ее спиной. И вообще что происходит за кулисами компании, за которую она так переживает…       Аргументация была с точки зрения Локтевой просто железная, так что Светлана собралась с мыслями и начала излагать по пунктам. Включая подозрения и рассуждения женсовета, а также факты, на которых они были основаны. И о конфликте Шуры с Викой рассказала, и о коллективном опоздании женсовета по поводу назначения Вики. Обо всем, что происходило в компании и что ускользало в мелочах и выводах от Николая Зорькина. И от Урядова тоже. Ведь о том, что Георгий с Александром приятельствуют и часто общаются, знали вообще все. — И что же, Виктория действительно работает? - с некоторой небрежностью спросил Воропаев. - Я вот слышал версию, что за нее все делает кто-то другой, например, тот же Зорькин? У него-то самого не спросишь, не скажет ведь! — Виктория Клочкова действительно работает, причем и за себя, и за Романа Дмитриевича, — возразила Света. — Я видела сметы, которые она пересылала Зорькину, там все в полном порядке. — Да, значит, слухи не врут, она взялась за ум. Это Андрей поспособствовал? — Вполне вероятно. Мы сначала думали, с подачи Амуры, что они с Андреем Павловичем, когда закрываются в его кабинете, занимаются… не работой, но потом убедились, что именно просматривают документы. И на рабочие темы беседуют. В общем-то никто их никогда не видел обнимающимися или даже держащимися за руки. Кроме одного единственного раза, когда они демонстративно всем показали, что теперь вместе. — Даже так? А они точно встречаются? — Возможно, как и вы с Катей, Александр Юрьевич, — Света позволила себе хитрую улыбку. Воропаев сурово сдвинул брови, но потом закатил глаза. — Ладно, Светлана Федоровна! Что, слышали наш разговор с Пушкаревым? - она кивнула и развела руками. Мол, ну вот так как-то... - Да уж, стенки в компании тонкие, я понимаю. Скажите, а о том, что роман Вики и Жданова фикция, кто-то знает, кроме вас? — Никто. Я догадалась после вашего визита к Валерию Сергеевичу. Потому что поняла причину… — Светлана, договаривайте уже! — В общем, я знаю, что Жданов сделал Кате, когда она у нас работала. Но подробности не скажу, извините. Это глубоко личное... - Я в курсе, - он мрачно посмотрел на нее. - Об этом тоже кроме меня никто не знает и не узнает. Девочкам такое никогда не скажу. - В таком случае, вы очень ценный внештатный сотрудник, - он усмехнулся. - Александр Юрьевич, я правильно понимаю, вы ведь… помогаете ей его забыть? Или защищаете ее от него? Он причинил ей столько боли...       Она пошла ва-банк, все же не желая показывать ему инструкцию. И правильно сделала! — Отчасти. Ну и немного поддеть Андрюшу тоже входит в мои планы, — к ее удивлению, улыбнулся Воропаев. — Я не желаю зла Катерине и по мере сил стараюсь заботиться о ней. А вы, Светлана Федоровна, выходит, Жданова сильно не любите? — Я нормально к нему отношусь, - сухо сказала она. - Но женская солидарность важнее! — Тем более что я собираюсь вам за это заплатить, — кивнул Воропаев с довольным видом. — Светлана Федоровна, чтобы вы не думали, что совершаете какое-то преступление: мы с Андреем — не враги. Мы договорились, так сказать, о мирной передаче власти. Компания рассчитается с кредитами, выйдет из кризиса — и он сложит с себя полномочия президента, им стану я. Никак не раньше, поэтому я и стараюсь держать руку на пульсе. И вы мне в этом очень помогаете.       Вот это стало поистине сюрпризом. Но и правда - голос совести замолчал совсем. Она и правда никак никому не навредит тем, что будет держать Воропаева в курсе дел.       В тот вечер она оставила ему реквизиты своего счета, и в середине следующего дня Света, съездив в банк, обнаружила неплохую сумму в наличии. Да, Воропаев был щедр. И никакой не монстр оказался, а вполне нормальный человек. Не грубил, разговаривал вежливо и даже уважительно. Ну да, должен уметь, иначе бы Катя с ним водиться не стала.       Света еще два раза за эту неделю передавала сведения Воропаеву, он благодарил и переводил ей деньги. Не такие большие, как в первый раз, но все равно приятно. И она тоже тщательно выполняла свои обязанности информатора, не халтурила, отделяла важное от ненужного, прекрасно понимая, что Александра Юрьевича интересует весь расклад, а не мелкие дрязги. Другое дело, что саму Свету очень напрягали конфликты, которые возникали из-за подначек Малиновского, на которые активно велись Маша и Шура.       В понедельник с утра все вроде бы нормализовалось. Роман Дмитриевич перестал жаловаться на жизнь и даже участвовал в подписании договора с Полянским. Все вздохнули с облегчением, даже Шура была относительно спокойна. Только все больше молчала за обедом, в то время как Маша не унималась, активно делясь своими планами по изгнанию Клочковой. — Вот попомните мои слова, девочки, вылетит она отсюда как пробка! Точно вам говорю! Нечего ей тут делать! — А ты-то откуда знаешь? — спросила Ольга Вячеславовна. — Да уж знаю! — самодовольно отозвала Тропинкина. В этот момент Света поняла, что совсем не знала свою подругу. Откуда эта злость? Вика ей и слова не сказала после той отвратительной сцены у ресепшна. А уж могла бы Жданова упросить уволить Машку! Но Вика словно забыла о существовании Марии Тропинкиной. Света хорошо понимала Клочкову. Легче игнорировать проблему, чем заострять внимание. Может, именно это и не нравилось Маше?       Но видимо, та и правда что-то знала, потому что по возвращении с обеда они все застали еще одну неприятную сцену. Малиновский совершенно точно специально подставил Жданова, громко напомнив о существовании некоей Лизы, очевидно, любовницы Андрея. Вот только Света знала о фиктивных отношениях Жданова и Вики, так что наверное встречаться он мог с кем угодно, и Вика должна была как минимум продемонстрировать равнодушие. Но она явно ревновала! Как Малиновского в свое время! Или притворялась? Но зачем? Чтобы из роли не выбиться? Нет, это было очень сложно понять!       Хуже всего было видеть, как торжествовала Маша. Уже даже Ольга Вячеславовна не выдержала, сделав ей замечание. Совершенно никто не поддержал Тропинкину в ее злорадстве. И Шура тоже. А Света, дождавшись вечера, конечно же позвонила Воропаеву. Который, судя по довольному голосу, был очень даже рад, услышав всю историю. Нет, там точно была какая-то еще тайна, о которой Света не знала!       Она положила трубку и задумалась, вспоминая его наводящие вопросы в этот, да и все предшествующие разговоры. Ни один раз не обошлось без вопросов о Вике. Задавал он эти вопросы с этакой нарочитой небрежностью, как будто вскользь, мимоходом, но если сложить все паззлы, получалось… Получалось, что он явно неравнодушен именно к Вике! От этого вывода Света вообще обалдела! А ведь точно! Он же и раньше к ней подваливал, и Вика на него даже работала в свое время, иначе кто бы испортил компьютер Кате еще при Ветрове перед советом?! И получалось, что Воропаев с Катей фиктивно, а Жданов с Викой фиктивно. Но Воропаев знает, что Катя как минимум была влюблена в Жданова, а знает ли Жданов о том, что Александр неравнодушен к Вике? Вопросов опять было больше, чем ответов. Вопросы роились в голове и множились, множились... пока в конце концов Света не приняла очередное важное решение. Уже дома, перед сном она порвала на мелкие кусочки оба экземпляра долбаной инструкции и выбросила в мусор. Эта дрянь — в прошлом. Больше она не будет давить ей на совесть! А парочки пусть сами разбираются, не ее это дело!       Во вторник она получила очень приятную сумму на счет. На эти деньги Локтевой удалось оплатить детям кружки и секции до конца года, а так же сделать неплохой запас продуктов. Так что теперь можно было не ждать алиментов от Захара, которому сейчас буквально нечем было платить. К черту Захара! Она теперь сама будет обеспечивать своих детей!