Только друзья

      С Андреем удалось лишь кратко переговорить перед тем, как отправиться на работу. Пока Вика была в ванной. Разговор из серии: «Все хорошо? — Все отлично! Созвонимся после обеда!». Ведь главное — это услышать друг друга, а все, что хотя сказать — скажут при встрече.       Приехав в офис, Катя сразу же занялась текущими делами, но почему-то не очень хорошо получалось сосредоточиться. Дело было в том, что она все-таки испытывала чувство вины перед Сашей. И умом-то понимала, что не надо, а вот поди ж ты! К одиннадцати решилась: набрала номер его мобильника. — Слушаю вас, Екатерина Валерьевна! — так, слова растягивает… явно держит зло! Ну или издевается, у Воропаева одно без другого не бывает. — Прошу прощения за беспокойство, Александр Юрьевич, — Катя сочла нужным подыграть, поддерживая шутливо-официальный тон. — Не найдется ли у вас времени для того, чтобы сегодня пообедать вместе? — Увы, увы, но нет! Боюсь, у меня сегодня слишком напряженный график! — ну кто бы сомневался, что он так скажет! — И все же, я настаиваю. Как насчет «Ришелье», в половине первого? — Кажется, я довольно ясно выразился — встреча с вами не вписывается в мой график. — И наша дружба теперь тоже исключена из расписания? — Как можно исключить из расписания то, чего нет и никогда не было? — Ну конечно же было и есть! — Вы ошибаетесь. Это всё? — голос стал почти грубым. Оставался последний аргумент. А впрочем… зачем она их все будет выдавать по телефону? — Я буду в «Ришелье» в двенадцать тридцать. Если сумеете взять эмоции под контроль и перестать разыгрывать обиженного засранца, можете присоединиться! — выпалила Катя и сбросила звонок. Выдохнула… — Кать, ну как тут? — в офис впорхнула Юлиана. Она начала утро с визитов к партнерам, добралась только сейчас. — Все отлично. Сметы готовы. Звонков не было. Эльвира… — У Элечки сегодня выходной за свой счет, — махнула рукой Виноградова. — У тебя как дела? — О, просто отлично! Давайте выпьем кофе, рассказ будет длинным…       Спустя полчаса Юлиана устала удивляться. — Ну надо же! Не думала, что Саша так отреагирует! — Мы предполагали, что он так отреагирует, просто не ожидали, что Кира ему скажет. — Вообще-то да, это не ее дело. Но с другой стороны — он бы все равно когда-то узнал? — Да, я тоже так считаю. Сегодня звонила пригласить его на обед — так явно обиделся. По имени-отчеству и на вы, — вздохнула Катя. — Детский сад! — фыркнула Юлиана. — Отказался? — А я просто сказала, что я буду в «Ришелье». Сумеет до этого времени взять себя в руки — значит, приедет. Нет — ну, что ж, его выбор. Я готова к диалогу. Понимаю, что говорить с Андреем он не будет. — Да, их вражда — это что-то вечное, — согласилась Юлиана. — Но вчера они вроде бы поговорили? — Но так ни до чего и не договорились. Хоть драки не было — и то хорошо. Но больше всего в этой ситуации пострадала Вика… — А Вика тут при чем? — удивилась Виноградова. — Так Вика же с Сашей встречались. Мы с Андреем, они тоже. — И Саша после этого еще и обижается?! — Ну, мы про него были в курсе, а он про нас — нет. И Вика про нас знала, а ему не сказала. Так что повод обижаться у него есть… — Кать, даже не думай испытывать чувство вины! — строго сказала Юлиана. — Перебесится! Зная Сашу, это легко предположить! Но Вике я сочувствую… — Она меня вчера подвезла, мы думали с ней вечером посидеть, поговорить. Она ушла от Саши… — О, вот он почему еще бесится… — В том числе. Я хотела Вику как-то поддержать… — И что? Не удалось? — Не удалось. Причем по независящим от нас с ней причинам. Приехали мы во двор дома, где я квартиру снимаю, а там… засада из родителей! Представляете? Они там ждали меня с вопросом, с кем я по ночам шляюсь! — Ого! И что это они вдруг вчера? — А вот это самое интересное! Им, оказывается, позвонил Миша! И доложил, что я у себя дома не бываю, а от офиса меня каждый раз непонятная машина забирает и куда-то увозит! — Какой ужас… — вот тут Виноградову действительно проняло. — Кать, извини, сейчас мне кажется, что знакомить вас было изначально плохой идеей… Он же… чертов сталкер! — Вот именно! Хорошо, что у дома, где мы с Андреем сейчас живем, и дальше ворот во двор посторонних не пускают. И есть охрана. А то бы он и там проследил! — Да уж… — Вот думаю, поговорить с ним самой или Андрею сказать… — Думаю, сначала самой. А если не дойдет — уверена, ты почувствуешь этот момент, то тогда уже сказать Андрею. — Да, так и поступлю. Но благодаря Вике удалось все найти общий язык с родителями. Теперь они этого Мишу и слушать не будут! — Вот и правильно. Тоже мне, блюститель нравственности!       Высказавшись Юлиане, Катя вернулась к рабочим делам. В двенадцать села в такси и отправилась в «Ришелье». Двадцать пять минут первого уже сидела за столиком, изучая меню. Она очень хотела, чтобы Саша пришел! Им надо было поговорить…       Что выбрать? Курицу или морепродукты? Катя размышляла не только о еде, уставившись на фото понравившихся блюд. Наконец, решилась… — Пасту с морепродуктами, пожалуйста. И персиковый сок…       Сок ей принесли, но она не успела отпить и глотка, как Воропаев сел напротив нее за стол. И посмотрел на нее своим фирменным тяжелым взглядом. — Ну, зачем звала? — «вежливо» сказал он. Катя улыбнулась. — Закажешь что-нибудь? — Уже. Так что? — Прости, что не сказала тебе про нас с Андреем раньше. Ты не должен был вот так это узнать. — А как я должен был про это узнать? — буркнул Александр. — Может, вот так, за обедом? — Да, пожалуй, так было бы лучше. Только моя реакция вряд ли была бы другой! — Почему? — Мы договаривались вместе отомстить Андрею! — Я мстить не договаривалась. Я согласилась сделать вид, что мы с тобой встречаемся. Но мстить Андрею я не собиралась, даже в те моменты, когда его ненавидела, а уж потом тем более. — Тогда скажи, зачем ты тогда вообще согласилась?! — На эмоциях. Андрей как раз накануне меня выбесил. Звонил с претензиями. Помнишь, когда Миша моим родителям сказал, что мы с ним встречаемся? А на попятный было уже поздно. — Это я помню. Но почему поздно на попятный-то? — он усмехнулся. Действительно хотел знать. — Я испугалась, — честно ответила она. — Меня? — Не тебя самого, а того, что ты можешь причинить боль Андрею как-то иначе, нежели с моей помощью. И на тот момент я была практически уверена, что у Андрея чувств ко мне нет и все его ревнивые слова — результат уязвленного самолюбия, не более. И что именно этот вид мести не затронет его слишком сильно. Потому и согласилась поддержать твою игру. — Испугалась, что найду другой способ обидеть Андрюшу, значит… — Да. Дура была, конечно. Андрей мне потом объяснил, что я не должна его защищать. Что это он должен меня защищать. — Как вы сошлись? Как ты смогла его простить? — задал он еще один очень интересующий его вопрос. — Это было очень романтично, на самом деле, — Катя мечтательно улыбнулась. — Ты меня тогда заразил, после того поцелуя на выставке. В среду я к тому же ушла от родителей. В четверг весь день как на автопилоте, в пятницу вообще с трудом до дома с работы добралась. Вырубилась. Проснулась — горло горит, глотать трудно. В глазах — словно песка насыпали. И жутко холодно. А на столе — градусник, которого у меня точно помню что не было, лекарства, которые я не покупала, и рецепт на лекарства, выписанные врачом, которого я не вызывала…       Она рассказала ему практически все. Даже о том, что Андрей сварил бульон из курицы. И вот что удивительно, во время этого рассказа Александру ни разу не захотелось поморщиться или скривиться. Куда-то улетучилась прежняя ненависть а Жданову, зато появилась благодарность Кате за то, что хоть и поздно, но все же поделилась своей историей. — Ладно, прощаю! — улыбаясь сказал Воропаев, когда Катя закончила рассказ. — Получается, вы благодаря мне и помирились-то? — Да, получается так, — он тоже улыбнулась. — Ты заболел, заразил меня и дал Андрею возможность проявить свои лучшие качества. — Да он вообще тут брат милосердия получился! — усмехнулся Александр. — Меня в клинику тоже он провожал. — Да, он рассказывал. — Ты тоже меня тогда прости. За реакцию и грубость вчера и сегодня по телефону. — Прощаю. Но я и не обижалась, я понимаю, что ты чувствовал. Просто поверь, я тебе не враг. — Я тебе тоже. И Жданову твоему я не враг! Самое удивительное… — И Андрей тоже тебе не враг. Может, вы уже зароете топор войны? — Ишь чего захотела! — улыбнулся Александр. — Ну уж нет! Наши войнушки держат нас обоих в тонусе. Но тебя это не касается, женщинам на линии фронта точно делать нечего. — Боюсь, Саша, женщины сами решают, когда им пора на фронт. — Да, вот этого я действительно боюсь! — он рассмеялся, она подхватила. — Саша, я вот хотела спросить, — Катя знала, что вступает на зыбкую почву, но остановиться уже не могла. — А ты с Викой мириться собираешься? — Ну вот, — с показным разочарованием вздохнул он, — а я уж думал, обойдется без этой темы! — Саша, я все еще остаюсь твоим другом, — напомнила Катя. — И я не собираюсь на тебя давить. Но если ты все же захочешь на эту тему поговорить — обращайся. — А у тебя есть что сказать о Вике? — вопреки собственному намерению свернуть разговор, спросил Воропаев. — Да в общем-то пока нет. Она вчера меня до моей квартиры довезла и у меня ночевала. — А Жданова вы куда дели? — А он нам с ним другую квартиру снял, в новом жилом комплексе, там и ночевал. Но и ту я пока за собой оставила, вот туда мы и поехали. Но разговора не получилось, потому что оказывается меня там караулили родители…       Рассказывать эту историю по второму разу было гораздо легче. Воропаев ухмылялся и качал головой. — Надеюсь, больше они вестись не будут. Каков твой повар-то, а? Уверен, это месть за то, что ты его отвергла! — прокомментировал он. — Ну и дурак, значит! — гордо сказала Катя. — Вот это уж точно! Поговорить с ним? — Нет. Уверена, всё не так плохо. Сначала я поговорю, если не дойдет — тогда Андрею скажу. — Ну да, он же должен тебя защищать, да? — они оба усмехнулись. — Да, я тоже так думаю. — Кстати об этом. Думаю, нам стоит сделать официальное объявление о том, что мы больше не вместе и остались друзьями. — Да, пресса такое любит. — С Юлианой посоветуйся, как лучше обставить. — Здорово, что ты сам это предложил! — Катя не могла скрыть радость. — Да нет уже смысла дальше накручивать, и так накрутили! — он пожал плечами.       Им принесли заказ, и они приступили к еде. Разговор, как и раньше, был непринужденный и приятный. Оба были рады, что дружбу удалось сохранить.       Он подвез ее до офиса, по дороге он все же спросил про Вику… — Она тоже очень переживает, Саш. Из нее как будто все эмоции выбили, когда она узнала, что ты приходил. — Только из-за того, что я приходил? — Ты даже не поздоровался с ней, наверное, поэтому! — Если бы я с ней поздоровался… — он выдохнул сквозь сомкнутые зубы, — я бы… еще больше всё испортил. В общем, было бы гораздо хуже. Я и в разговоре с Андреем-то еле сдержался. — А я вот что хотела спросить, — вдруг вспомнила Катя, — ты вообще планировал нам с Андреем как-то отомстить? Ну, перед презентацией?       К ее удивлению, он замолчал. Молчал почти минуту, видимо, собираясь с мыслями. На самом деле, просто решал, говорить или нет. Но все же выбрал правду. — Знаешь, да. Я был на эмоциях. Мог натворить что угодно. И если бы не тот звонок Вики днем, когда она сказала, что ушла от меня, я бы поступил, как планировал… — И что же ты планировал? — Кате и правда было интересно. Но и немного страшно, потому что от рассерженного Воропаева можно было ожидать чего угодно. — Я планировал страстно поцеловать тебя. Не так, как в тот раз на выставке. Был уверен, что ты не оттолкнешь и не закатишь скандал, потому что рядом пресса, да плюсом мы официально встречаемся.       Теперь настал черед молчать Кате. Нет, он лишь на секунду представила, что было бы, если бы Саша так и поступил… Нет! Она верила, что он это не планировал всерьез! — Да, я на самом деле планировал это, — он словно читал ее мысли. — Я не привык оставлять последнее слово за кем-то другим, особенно если этот кто-то — Жданов. Но потом, после того, как я осознал, что Вика оставила меня навсегда исключительно из-за того, что я не смог пережить пинок по своему бесценному эго… В общем, я понял, что не хочу обижать еще одну девушку. И не хочу терять такого друга как ты. А после такого я бы и тебя потерял. — Да, после такого — точно, — выдохнула Катя. — Ну ты же в курсе, что я не благородный рыцарь, как твой Андрюша? — он усмехнулся. — У каждого своё амплуа, Саш, — она покачала головой. — Что тут сказать? Хорошо, что ты так не поступил. И я рада, что мы действительно сохранили нашу дружбу. — Вот и хорошо. Предлагаю оставить традицию совместных обедов. И спасибо, что вытащила меня сегодня. — А ты молодец, что пришел. И спасибо, что простил. — Да на самом-то деле не за что мне тебя прощать, Кать. У меня перемкнуло, вот и все. Просто рад, что не испортил ничего… еще сильнее. — Да. А с Викой ты еще помиришься! Вот увидишь! — Нет. Не хочу ее больше мучить. И себя тоже. И давай, тема с Викой пока закрыта, ладно? — Ладно, — быстро сказала она. В переводе с Сашиного языка его слова означали: «Мне пока слишком больно об этом говорить. Я не готов». — А о чем вы с Андреем вчера говорили? — Извини, Катя, но эта тема тоже закрыта. Разве что Андрей с тобой сам захочет поделиться. У парней должны быть темы, в которые девушек посвящать не стоит.       Ага, как же. Так она ему и поверила! Катя не сомневалась, что сегодня же все выспросит у Жданова…