Шаг за шагом

      Скара всего лишь ходил то по коридору в штабе предвестников, то находился в кабинетах, то выходил на заснеженную улицу, но каждый раз умудрялся ловить на себе взгляд рыжего непоседы. И тонкий слух улавливал его этот странный смешок, от которого глаза Скары закатывались по какой-то странной привычке.       Наконец, оставшись в кабинете один на один, он в миг, за серию коротких шагов, сокращает расстояние, прижимает предплечье к горлу другого парня (хотя собственный рост вынуждает его встать на цыпочки для более грозного вида), и рявкает с вопросом:       — Ну что тебе?       — Кхм... Сейчас, сейчас... — совершенно не сдерживает смешок Тарталья, да вот только его прерывает третий человек, что входит в кабинет вслед за ними. — Капитан...       Тарталья, выдав свою фирменную улыбку, коротко и приветственно кивает ему из своего положения, и Скара, недовольно цокнув, вынужден отпустить идиота.       — Одиннадцатый и Шестой... Как всегда... — Капитан, хмыкнув, кивает в ответ, да закрывает за собой дверь. — Месяца не прошло, как Тарталья стал одним из нас, а у вас всё детские игры никак не кончатся.       — Он!.. — Скара останавливает сам себя и качает головой. Он, что, только что хотел пожаловаться на Тарталью?..       — Я, — не спорит с ним виновник его плохого настроения. — А ты...       — Ну?..       — Думаешь, мне стоит сказать? Сейчас? — кивает он на Капитана, что откидывается в кресле и с присущим и отстранённым ему видом укладывает ногу на ногу.       — Нет. Я думаю, что тебе вообще не должны давать права говорить.       — Ох, как грубо, — посмеивается Тарталья и по-дружески толкает локтем Скару в бок, отчего тот шипит и отходит ближе к Капитану. Но Тарталья следует за ним, куда же без этого? — Ну, если ты не против...       — Что там у вас на этот раз? — всё-таки интересуется Капитан, когда Скара, делая ещё шаг в сторону от Тартальи, едва не падает на пол. Хорошо что Капитан успевает его подхватить и посадить к себе на одно колено так, что ноги Скары оказываются повёрнуты в сторону внутренних бёдер Капитана. — Пушинка.       — Тц... Поставьте меня... Я способен стоять самостоятельно.       Капитан как-то весело... смеётся? Ну, он точно выдаёт какой-то насмешливый звук. Это совершенно точно был он, ведь Тарталья уже уселся своей задницей на край стола напротив них, ничуть не смущённый ситуацией. Разве что он тоже пытается присмотреться к эмоциям за маской Капитана. Да и Скары... Ох, никто из них никогда не показывал себя в подобном свете.       — Так вот, Скара, хочешь узнать? — не унимается Тарталья.       — Нет, уже не хочу!.. — как-то смущается тот, сложив руки на груди в попытках казаться безучастным, и у него бы получилось, если бы эти красные милые щёчки не выдавали его с головой. — И... Не хотел...       Тарталья едва не рассмеялся от такого зрелища, но вовремя отдёрнул себя, а Скара бросил на него очередной убийственный взгляд. Не самое лучшее решение, учитывая то, что Капитан положил руку ему на талию, и в самом деле удерживая его на своём колене... Скара хочет возмутиться, или даже оттолкнуть его руку, но что-то его останавливает. Например, то, что, несмотря на унизительное положение, он чувствует себя... ну, как бы на своём месте?..       — Может, всё-таки, хочешь? — Тарталья наклоняется ближе к Скаре, подпирает голову ладошкой, и весь его вид так и говорит о том, что он так просто не отстанет.       — Тарталья, — пробасил Капитан, будто он пытался придавить их одним своим авторитетом и влиянием, не прилагая к этому особых усилий.       Тарталья, вздрогнув, отпрянул, и медленно кивнул Первому предвестнику, заставляя собственный голос напрячься, дабы не выдать внутреннего смятения и взволнованности.       — Слушаю вас внимательно...       Капитан, медленно и не торопясь приподнимая руку, в ответ прикладывает палец к своим губам и пару раз мягко ударяет по ним. Жест и намёк понят, Тарталья замолкает, успев сглотнуть вязкую слюну, прежде чем он услышал смешок со стороны Скары.       — Да, наконец-то, спа...       Капитан чуть сжимает его талию и свободной рукой повторяет прошлый жест с пальцем. Скара тоже сглатывает и замолкает. Спорить и идти против Капитана ни у кого нет желания.       — Наконец-то, — соглашается с ним Капитан и откидывается на спинку кресла, попутно утягивая за собой Скару. Тот, словно он действительно был пушинкой, совершенно не сопротивляется и оказывается прижатым щекой к груди Капитана.       Теперь уже черёд Тартальи сдержанно посмеиваться и ловить на себе упрекающий взгляд Капитана.       — Кхм, простите, я... — начинает Тарталья и тут же останавливается.       Капитан повторяет жест в третий раз, слабо надеясь, что когда-нибудь до этих двух непосед дойдёт одна простая истина — наслаждение в тишине. В тишине ты можешь расслышать дыхание каждого...       Как и ожидал Капитан, долго эта тишина не длилась. Неспокойный Тарталья уже через какое-то время начинал ерзать на краю стола, а Скара снова начинал возмущаться.       — Как долго ещё? — в один голос одновременно спросили те, не посмев посмотреть на Капитана.       — А, вы всё ещё хотите продолжать?.. — голос Капитана почти источал язвительность, только вот это никого не останавливало. — Недисциплинированные мартышки...       — Хах?.. — удивляются оба такому низкому сравнению и окидывают друг друга оценивающим взглядами. Мысленно соглашаются с Капитаном насчёт другого, но, конечно же, не насчёт самых себя.       — И от банана наверняка не отказались бы... Да, Шестой?       — А что я-то сразу?.. — смущённо и недовольно фыркает Скара. Ему хватило и в прошлый раз всякого с Дотторе и его... нынешним парнем? Мужем? Скара не лез в их отношения и с тех пор не принимал в них участия.       Почему он о них вспомнил, он понятия не имел, но что-то внутри отзывалось каким-то непотребством на обычное, казалось бы, слово. Капитан же просто дразнит их, а не?.. Нет-нет, Скара даже думать об этом не хочет. А вот Тарталья как-то залип в одну точку, а, конкретно, куда-то в пол между ног Капитана.       — Ещё один... — тихо и с хрипотцой в голосе произносит Скара, позабыв о том, что в тишине его прекрасно слышно.       — Кто? — интересуется Капитан, обхватывая его за мальчишечью тонкую талию.       — Д-да... Никто...       — Говори. Сейчас.       — Никто, никто, говорю же! — срывается Скара, да краснеет ещё сильнее.       Тарталья довольно посмеивается, отрываясь от своих мыслей.       — Тарталья? — вновь проговаривает Капитан, но уже с намёком на совсем другой приказ. — Сядь. На пол. Попытайся быть хотя бы хорошей собакой.       — А что хорошей собаке за это будет?       Капитан ухмыляется с его попыток поторговаться, хотя видит, как Тарталья уже медленно спускает ноги на пол. Сам же Капитан выпрямляется в кресле вместе с сидящим на нём Скарой, да перекидывает обе его ноги направо за свои собственные.       — Уважение от хозяина уже не устраивает? К тому же, собака не обязана получать что-то взамен за свою преданность. Сядь.       — Ты ещё и доволен, как щенок нашедший новую игрушку... — фыркает Скара, посмотрев на Тарталью, что устраивается на колени у самых ног Капитана.       Признаться, таким его Скара тоже ещё не видел... Послушным и... соблазнительным?.. То, как Тарталья без смущения выгибает спину, чтобы придать себе образ послушной собаки, да виляет воображаемым хвостиком, заставляет Скару отвернуться и прижаться к груди Капитана.       — А ты... нет?.. — лукаво интересуется Тарталья у Скары, получая ласку от руки Капитана, что оставила талию мальчишки и легла на рыжую голову. Тот мягко похлопывает по ней, да ерошит вьющиеся волосы, отчего Тарталья приятно щурит глазки. Ну точно послушная и преданная псина...       — Мило, — одобрительно, не без доли насмешки, хмыкает Капитан. — Сиди там пока мы не закончим с Шестым.       — Со мной? С чем?.. — голос в стоне срывает на высоких нотах, когда Капитан неожиданно пересаживает его спиной к себе, да так, что заставляет уложить широко расставленные ноги на подлокотники.       — Давай, отвечай мне честно. Тебе нравится вид такого Тартальи?       — Дурацкий вопрос... — почти сразу же выпаливает Скара, сильнее краснея от тепла тела Капитана за спиной и от собственной мысли «да», что повторяет в голове раз за разом. — Тарталья... Он выглядит... глупо. Ну, точно как какой-то дворовой щенок.       — Но тебе нравится? — Капитан словно понимает его с полуслова, видя, как он чуть дёргается от прикосновения рук, что обхватывают талию, от самого существования Капитана, на котором Скара так уютно расположился. — Ну же, ответь...       Тарталья, что весело фыркает снизу, ситуацию лучше не делает, и Скаре ну очень хочется сказать:       — Нет, блин, не нравится.       — А если его погладить? — не сдаётся Капитан, с каким-то собственным весельем наблюдая за двумя пёсиками. Только лишь с одной отличительной особенностью тот, что поменьше, удостоился чести сидеть на коленях хозяина, а вот второй — не имел на это права. — Знаешь, давай-ка сюда...       Скара не успевает обдумать мысль о том, чтобы прикоснуться к Тарталье, поскольку в следующую секунду Капитан его вновь переворачивают и усаживают лицом к лицу. Колени упираются по обе стороны от тела высокого мужчины, а тот, в свою очередь, немного смещается, оказываясь ближе к краю кресла.       — Если ты сейчас скажешь, что тебе не нравится нынешнее положение, то последует наказание.       — Я... Да чёрт... — тихо ругается Скара, что находится так близко к лицу другого мужчины и слабо ощущает на себе его дыхание из-под маски. Он не знает, будет ли Капитан всерьёз их наказывать за столь глупые вопросы, но проверять почему-то не хочется. — Это как-то неправильно... И неловко.       — Но?..       — ... нравится.       — Вот видишь, — Капитан ведёт рукой к его голове и, так же как и Тарталью до этого, мягко треплет по иссиня-чёрным волосам, отчего Скара немного пригибается, будто эта ладонь весила не одну тонну. — Хорошие мальчики, — не удерживается он от одобрения, да едва не смеётся от реакций, что он получает от них. Кажется, что он сам сейчас чувствует себя каким-то хозяином, у которого две миленькие собачки. Одна из которых слишком уж старается быть послушной, а другая лишь делает вид, что ей не нравится подобное отношение. И, конечно же, Капитан понимает, что это лишь игра в прятки от самих себя.       Скара понятия не имеет, куда деть руки, и держит их возле своей груди, отчего выглядит в глазах Капитана ещё милее и забавнее.       — Ну что за ребёнок, — насмешливо произносит он, хоть и беззлобно. Он попросту веселится за их счёт.       — Я не ребёнок, — недовольно хмурится Скара, оскорблённый очередным знакомым сравнением. Его всегда сравнивают с ребёнком, совершенно не видя в нём взрослого! А ведь ему, как минимум, уж точно больше лет, чем этому недоразумению в ногах Капитана. Да и выглядит он не как ребёнок, просто, не особо-то он и вырос... если бы и мог на это хоть как-то повлиять.       — Ребёнок, — качает головой Капитан, — но ты можешь доказать обратное. Знаешь, как?       Капитан будто видит, как работают мысли Скары, как тот осмысливает и моргает, пытаясь найти какую-то вескую контраргументацию, да чтоб не попасть в ловушку, как уже попался Тарталья, что довольно ухмыляется, наблюдая за ними.       — Ничего не приходит на ум? Давай я тебе помогу. Как насчёт поцеловать Тарталью?       Скара недоверчиво косится на него. Сердце замирает при подобных мыслях, а сам он оборачивается, да смотрит через плечо на всё так же сидящего на одном месте Тарталью. И всё так же лукаво улыбается, как зависшая в одной позе статуя... Режим ждущего своего хозяина пса у него точно был активирован.       — Нет, — Скара возвращает смущённо-недовольный взгляд на Капитана.       — А меня? Выбор, Шестой. Или наказание.       Да у Скары уже никакой выдержки не хватает на то, чтоб не завопить от возмущения, да не попытаться спрыгнуть с Капитана. Но где-то эти крохи по-прежнему остаются, поскольку Скара мысленно перегибается через своё "не хочу", и целует Капитана. В маску. Чем вызывает ещё один не то смешок, не то вздох со стороны хозяина. Стоп, хозяина?..       — Сделай это как следует. Последнее предупреждение.       Тарталья плохо видит их взаимодействие, но догадывается, что Скара попытался обхитрить Первого предвестника, за что даже не получил никакого наказания. Эх, а ему приходится сидеть в ногах... Ну, ничего, он справится, особенно, когда слышит вздох Скары, а затем и причмокивания их губ.       Капитан тоже не говорит. Маска, что теперь находится во вздрогнувшей руке Скары, с глухим стуком оседает на рядом находящийся столик. Он не смотрит на него, пока целует в шершавые губы. Пока целует так, как как-то раз поцеловал его Дотторе на том дурацком эксперименте. Разве что с нюансами, — он делает это неуверенно, робко, но с попытками показать, что он никакой не ребёнок. Чёрт, да он занимался извращениями с теми двумя придурками! Он совершенно точно никакой не ребёнок!       Капитану всё же стоит оторваться от губ чуть раньше, потому что Скара явно начинает задыхаться уже от одного только поцелуя. Он бы подумал, что тот не умеет дышать через нос, если бы не знал, сколько тот уже прожил на землях Тейвата. Скара дышит, как после марафона, и, скорее всего, выглядит так же. Он тяжело вбирает в себя воздух, пытаясь скорее отдышаться, при этом как-то испуганно смотря на того, кого только что с таким энтузиазмом целовал. Порча?.. Кожа Капитана выглядит болезненной, но не как шрам на лице Дотторе... Но он не спрашивает об этом. С каждым в этих чёртовых Фатуи что-то не так, и он сам не исключение.       — Пойдёт, — хмыкает Капитан, роняя его на свою грудь и лаская ладонью — сверху вниз, от лопаток до самого копчика, туда и обратно, из-за чего Скара как-то инстинктивно пытается податься назад к его руке. — Ответишь ещё на один вопрос, и кто знает, что будет после?..       Скара удерживает себя от язвительного восклицания "ну? не тяни", и как-то странно и смиренно ждёт продолжения. Капитан одобрительно чмокает его в щёку. Хорошее поведение всё-таки должно вознаграждаться, только Тарталье об этом не говорите...       — Где границы? — спрашивает он, едва слышно хмыкая, когда Скара сильнее жмётся к его груди, будто старается спрятать свой смущённый вид. Даже качает головой, не понимая, о чём идёт речь...       — Какие границы? — бурчит он, а когда понимает, что этим лишь раззадорил другого предвестника, то сильнее жмётся носом в его грудь.       Нельзя так... С ними... Ещё и с ними... И почему-то хочется. Что Дотторе вкалывал ему в тот период времени?.. Почему организм до сих пор откликается на прикосновения других так, словно он жить без них не может, и только подавляет в себе это желание во вред себе же?       — Хм-м, — задумчиво тянет Капитан, продолжая поглаживать его спину. У Скары даже промелькнула одна нездоровая мысль, что Капитан мог узнать о его... не самом обычном походе к доктору и казначею в прошлом.       Глаза Тартальи тем временем уже слезятся от попыток изловчиться и посмотреть на то, что конкретно происходит между ними двумя, из-за чего он даже начинает беспокойно ёрзать то назад, то вперёд. Ему так хочется увидеть их лица, хоть что-то, но ему видна только спина Скары, да выглядывающий силуэт Капитана. Ох, и взгляд поверх плеча Скары.       Капитан, безусловно, замечает его попытки наблюдать, и потому в приказном тоне комментирует:       — Не смей даже пытаться встать, Тарталья.       — Я понял, понял, Капитан, — усмехается он. Обидно, будто его оставляют в стороне. Ну, ладно... Возможно, и о нём вспомнят. Как только того захочет хозяин, конечно же.       — А теперь скажи мне, Скарамуш. Ты знаешь Тарталью, так? Недолго, и всё-таки. Ты видишь, что он готов сорваться со своего места и получить долгожданную награду. Но мы ему этого не собираемся давать, ведь так?       — Наверное... — Скара уже не оглядывается на Тарталью. Какие бы эмоции на лице рыжего паршивца сейчас не были, они не идут ни в какое сравнение с эмоциями на лице Скары. Краснеет. Он чувствует, как в тишине комнаты становится жарко.       — Стало быть, ему всё равно, он не почувствует и капли стыда, если я прикажу ему сейчас, как послушному псу, скажем... Вылизать тебя?..       Слишком. Слишком смелый вопрос, от которого Скара ненадолго забывает, как надо дышать. Капитан ведь не пойдет на это, да?.. Чёрт, одно дело этот рыжий дуралей, но Капитан ведь не такой, правда?..       — Тарталья. Вылижи его.       Прямой приказ звучит как гром среди ясного неба, вот только ясным оно ну никак не было. Капитан всё это время подготавливал Скару к тому, чтобы он не смог сказать "нет". Потому что... Скара, оцепенев, не говорит "нет", с его губ срывается только краткий вдох, когда Капитан приподнимает его, а Тарталья уже приспускает и штаны и нижнее бельё. Вскоре — Скара остаётся только в верхней одежде, что свисает ниже пояса и пытается спрятать его очевидное возбуждение. Чёрт, в прошлый раз он так не реагировал!.. Ну, не так быстро во всяком случае! В тот раз у него встал только после манипуляций Панталоне...       — Блять, — глухо выругивается он в грудь Первого предвестника, да пытается спрятать нос в складках его одежды.       Тарталья чуть ли не рычит от полученной награды, да укладывает руки на его ягодицы, мнёт и предвкушает ещё больше эмоций от хмурого товарища. Он хорошо видит возбуждённое состояние Скары. Вот только вместо того, чтобы сразу начать исполнять приказ Капитана, он трётся носом о копчик, чувствуя жар и мелкую дрожь исходящие от кожи Скары.       — Тоже хочу его приласкать...       — Без лап, Одиннадцатый... Ты ведь не против? — спрашивает Первый, прекрасно зная ответ на свой вопрос. Он держит Скару за бёдра, не давая тому вырваться или же уйти. Он замечает, как последний на мгновение замирает, а потом неуверенно качает головой, словно ещё надеется, что в последний миг что-то изменится.       Капитану хочется рассмеяться, но он лишь улыбается, приподнимает голову Скары, да мучительно медленно ведёт носом по его скуле, откидывая пряди волос с уха и мягко прикусывает хрящик.       — Умница... — едва слышно бормочет он, а руки Скары уже ведут к плечам Капитана, поднявшись до его затылка и начиная массировать его. Капитану нравится это, не зря он так старательно подготавливал Скару. Теперь он уже не сможет сказать, что не знал, к чему ведёт его вопрос. К тому же, Капитан всегда считал Скару слишком гордым человеком для такого унижения... Но как же сладко выглядит его смущённый вид в этот момент.       А потом — язык. Сначала краткий миг, едва ощутимое прикосновение меж ягодиц, а затем более размашистые и частые, от которых Скара начинает поскуливать. Он прижимается к Капитану, находит опоры поудобнее, да громко выдыхает, когда язык Тартальи во всю начинает елозить по краям дырочки.       Капитан хочет видеть лицо Скары, хочет видеть весь спектр его эмоций, а потому притягивает его губы к своим, видя, как тот жмурится, пытаясь заскользить рукой по его груди. Но Скара отвечает. Трясётся от языка сзади, что пробирается внутрь, от языка спереди, что вылизывает его губы и соприкасается, да играет с языком Скары. Неужели Капитан действительно такой?.. Ладно этот рыжик сзади, у него совершенно точно шило в одном месте играет, но Капитан всегда казался Скаре сдержанным. Может, поэтому он и чувствует такое возбуждение? Он такого не ожидал. Член приятно подрагивает от их действий, трётся о тело Капитана, и Скара начинает покусывать его губы от того, что творит своим языком Тарталья, всё меньше и меньше зацикливая своё внимание на внешности Капитана. Капитан всё ещё был крепок духом?.. Что бы там не происходило с телом...       Капитан довольно хмыкает в его губы. Как приятно знать, что даже у Шестого есть свои тайные развлечения, в которых он принимает участие, если правильно расположить его к себе.       Язык Тартальи пробирается глубже, растягивает внутренние влажные стеночки, покусывает ягодицы когда выходит, и снова скользит внутрь. Капитан наконец отрывается от губ Скары и кладёт руки на свой пояс... Звон пряжки выводит Скару из транса. Они хотят пойти дальше. Тарталья продолжает его растягивать, да сжимать яички, когда Скара чуть подаётся назад, а Капитан, тем временем, уже достал свой не малых размеров член. Скара его не видит, но видит полоску открытой кожи на лобке... и она была... тёмная?.. Необычная?.. Порченная?       Тарталья, тоже не ожидая того, что там Капитан несколько отличается от привычного всем вида, как-то завороженно смотрит, пока он не прерывает его поток мыслей:       — Тарталья, достаточно, — взмахом руки Капитан приказывает ему остановиться, и Тарталья, напоследок прижавшись к распухшей и мокрой дырочке губами, отодвигается.       — Ладно, хозяин, — весело отвечает он, да облизывается.       Перед его глазами спина Скары, его ягодицы, а вскоре, трущийся меж этих самых ягодиц — чёрный с фиолетовыми венами член Капитана, что, по ещё одному жесту рукой последнего, Тарталья вбирает в рот и недолгое время обсасывает.       Скара, затаив дыхание, смотрит на Капитана, пока не жмурится от его горячей головки к своей дырочке.       — Тебе ведь не надо говорить "расслабься"? — чуть насмешливо интересуется Капитан, заводя руку за Скару и обхватывая собственный член, чтобы направить его и начать медленно проникать внутрь.       Он не отвечает.       Капитан видит, как Скара вздрагивает на его члене, а его дыхание сбивается, когда он сильнее вжимает пальцы в его затылок.       — Умница, — повторяет он шепотом, давит на бёдра Скары сильнее, проникая в него глубже, пока, наконец, не входит в горячее нутро полностью.       Краткий поцелуй в висок, как очередная награда за хорошее поведение, и первый, пробный толчок. Скара прикусывает его шею, в попытках сдержать собственные болезненные от растяжки стеночек стоны, да слышит тяжёлый и шумной вздох сзади.       Тарталья возбуждённо следит за тем, как Капитан насаживает на себя Скару, как трахает его на краю кресла, как вскидывает бёдра навстречу ответным движениям Скары. Но Тарталье, по-прежнему сидящему на полу, нельзя вставать, да?.. Во всяком случае, не на ноги, а вот собственный стояк уже давно просит внимания. А можно ли?.. Капитан его за такое не накажет, ведь так? Он просто... расстёгивает свои штаны и достаёт налитый кровью член... Обхватить его рукой и начать дрочить, — то, чего его тело так жаждало всё это время, хотя бы одного прикосновения к себе.       Капитан, из-за плеча Скары, что так любовно прижимает к себе, пересекается взглядом с Тартальей. Кратко усмехается, шепча на ухо Шестому:       — Хочешь обернуться, Скарамуш?.. Вдруг такой Тарталья тебе всё-таки понравится?..       Скара уже задыхается от ощущений, что дарит ему член Капитана, потому он лишь забвенно кивает, разжимая дрожащие пальцы на вороте мужчины. Но Капитан, остановившись в движениях, прихватывает его за талию и переворачивает так, чтобы плотно прижаться грудью к его спине. Скара, выставленный на обозрение Тарталье в таком постыдном виде, вновь осознаёт ситуацию, в которой чёрт бы его знал, как он вообще оказался. Капитан прихватывает его под колени и чуть приподнимает, делая его вид ещё развратнее, и снова вколачивается в него на всю длину.       Темп кружит голову Скары. Он не то чтобы на вопрос Капитана был способен отвечать, он способен лишь тонуть в собственных ощущениях, в том, как туго сжимается всё внутри, готовое вот-вот выплеснуться. Он заводит руки за шею Капитана, сжимает пальцами тёмные длинные пряди, и простанывает от трения головки по простате, что раз за разом срывает с его приоткрытых губ ещё один ничем не сдерживаемый вскрик.       Ладонь Тартальи, что лежит на собственном возбуждённом члене, двигается быстрее. Он ртом хватает воздух, заворожённо наблюдает за сценой перед собой так, будто он попал в живое интерактивное порно. Как же хочется сойти с места, прикоснуться к ним и тоже ощутить на себе всё то, что сейчас ощущает Скара. Но приказ есть приказ. Тарталья верный пёс, Тарталья будет ждать, пока Капитан не уделит ему внимания, по одной простой причине — ему нравится такое служение и ожидание, они воспаляют в нём искры возбуждения.       Скара трясётся, в глазах темнеет от духоты, от нехватки воздуха в лёгких, от того, как Капитан, не давая ему передышек, вбивается в него всё с той же присущей ему силой: рвано, быстро, хаотично, и так часто, что пальцы ног поджимаются, собственный член дёргается вверх и вниз, а руки тянут голову Капитана ближе, чтобы прижаться своей головой и выстонать от очередного прикосновения там, внутри. Хватает и этого, хотя Скара думал, что без ласки члена, как это делали Панталоне и Дотторе — никак. Но он, чтоб этого Капитана, этого рыжего недоразумения, эту ситуацию, и тех двух ублюдков, кончил прямо так.       Капитан не кончает следом, но определённо наслаждается тем, как тело Скары сжимается в последние разы и обмякает.       — Ответишь?.. — охрипло интересуется Капитан, шепча ему на ухо. — Посмотри на Тарталью, посмотри на эту верную дворнягу, преданную мне шавку.       Скара еле размыкает веки, направляет затуманенный взгляд вниз, туда, где ссутулившийся Тарталья подрагивал и смотрел на него таким же взглядом в ответ. Его рыжие волосы стали поблёскивать от попавших на него белых капель, его губы были покусаны от сдерживания собственных стонов, а его рука, что лежала на члене и тёрла влажную головку, наконец, покинула своё место и легла на колено.       — Грязное зрелище, не так ли? — с усмешкой интересуется Капитан, на что Тарталья весело фыркает и привычно улыбается. Да, видимо, он такой, и не против признать это. — Скарамуш? Твой вердикт?       — Он... Завораживает... Но это не значит, что он мне нравится! — всё-таки вставляет своё недовольство Скара, которого аккуратно снимают с члена Капитана.       Ноги еле держат, и он вынужден облокотиться на плечи Тартальи, что встаёт следом и бережно придерживает его за талию. Вот только Скаре такие подачки не нужны, и ощутив, наконец, какую-никакую свободу, он отталкивает его, подбирает свои вещи, стараясь не смотреть на член Капитана, на котором он с таким наслаждением прыгал, одевается и выходит.       Никто ему не мешает, ведь у Капитана всё ещё стоит, а Тарталья всё-таки нарушил приказ...       — Ну что, теперь будешь смотреть, как я себя удовлетворяю и дрочить на мои действия? — усмехается Первый. — Сядь. На стол.       Тарталья и садится, думая о том, что и сейчас ему придётся оставаться в стороне, но Капитан, медленно поднимаясь со своего места, подходит и останавливается напротив Тартальи, между его ног. Он укладывает парня на спину, нависает сверху, и прикусывает его нижнюю губу, отчего Тарталья довольно урчит и обхватывает его в ответ.       — Нет у тебя терпения, Тарталья... Но тебя ещё можно выдрессировать...       — Если ты так говоришь, хозяин, можешь попытаться меня дисциплинировать... — Тарталья так и не сказал Скаре о том, что видел записи Дотторе... Ну любопытно ему было! Особенно когда блокнот доктора так успешно оказался на столе, в кабинете этого самого Дотторе, и где совершенно никого не было. Прятать надо было лучше! Или нет... Во всяком случае, это привело к неожиданным и приятным связям.