Шаг за шагом

      Сознание плывёт в своих мыслях. Это ощущается как тягучая нега, как глубокое море, на толще воды которой мерно покачивается его тело. Мягкий плеск, спокойные волны, нежное прикосновение воды, окутывающее всё его существо. Он чувствует расслабленность в своих мышцах, хотя он сомневается, что это может быть правдой, но сознание говорит ему, что он наконец-то может отдохнуть после долгого, долгого и сложного пути.       После того, как он попал в руки к Дотторе, что-то переменилось. Что-то заставило всех относиться к нему, — обычному, потерянному и забитому даже не совсем человеку, — иначе. Лучше. Почти на равных. Сознание посылает ему сигналы и картинки воспоминаний, о той экспериментальной инъекции, что попала в его кровь и пробудила чувства. В первую очередь чувство похоти. Тело захотело нового, того, чего прежде он не испытывал. А затем... Все те люди, что встречались во время его путешествия, вели себя странно, будто бы они хотели показать ему свою любовь, но на самом деле показывали её ЧЕРЕЗ него и направляли на других.       Сознание вновь посылало ему сигналы, будто он не нужен, и все просто-напросто потешались за его счёт и наслаждались его телом...       — Он такой глупый, — слышит он один голос, сильно знакомый ему тембром и язвительной интонацией. Такой, каким он сам был во времена служения в Фатуи. Когда он был... принцем Фатуи? Так говорил тот дракон?..       — Он не глупый, — более ровным голосом пререкается с ним другой, что кажется ему тоже до боли знакомым. Таким он был до Фатуи, но после трагичных событий на Татарасуне.       — Он больше не один, — звучит более наивный и мягкий голос. Таким он был в Татарасуне... — Эй... Открой глаза...       — Зачем? — с надрывом от переполняющих его своеобразных эмоций звучит он сам. Настоящий он. Тот, кто прошёл путями трёх других и оказался в нынешнем положении. — Зачем что-то делать...       — О боже, не реви! — его хлопают по щекам, и Странник, шикнув от боли, всё-таки раскрывает веки и смотрит на... Себя? И себя? И ещё себя?..       Он трёт глаза и выплывает из собственного разума со странными мыслями, но тусклые образы не растворяются. Очертания, наоборот, перестают дёргаться от первых эмоциональных слёз, что он другой смахивает с его лица.       — Я всё... Я... Я сошёл с ума. Или умер и попал в вечный кошмар.       — Почему ты так говоришь? — обижается тот, в ком он узнаёт Кабу. Даже смотреть на его одежду нет необходимости, он просто... Знает, что это он.       — Потому что я запутался. Потому что я просто... Что я здесь делаю?..       — Где? — фыркает Скара, склонившись над лежащим на коленях Кабу Странником. — В этом мире? Ты хочешь знать, в чём твоё чёртово предназначение? Твоя судьба? Куда должен привести тебя твой путь?       — Я... — он растерялся над ответом. Слишком уж философские темы тот затронул, и Странник поспешно решил перевести тему, пока ладонь Кабу мягко поглаживает его по голове: — Тут. В смысле место моего... Нашего прибывания?..       — Натлан, — ровно отвечает Кудзуши, присаживаясь с другой стороны от Странника.       Он с удивлением смотрит на Кудзуши, но ничего не отвечает и даже не смотрит в его сторону, продолжая наблюдать за тем, как Кабу нежно убирает челку с его лица.       — Как ты себя чувствуешь? — интересуется Кудзуши.       — Голова немного кружится и... — он не может ответить сразу и чуть-чуть хмурит брови в сосредоточенности. — Мышцы как будто затекли. Меня больше интересует, как это вообще возможно?.. Вас это что, вообще не волнует? Ладно Кабу, но вы двое?       Он чуть привстаёт и оглядывает их повторно. Видеть самого себя, бывшего самого себя, в трёх разных версиях было тем ещё удивительным событием. Он пытается припомнить то, что происходило вчера? Позавчера?.. Он понятия не имел, сколько прошло времени с... ритуала? Ахав... Этот извращённый по всем пунктам дракон и его хозяин.       Странник хмурится сильнее, но вскоре качает головой и пытается оценить ситуацию более здраво. Разум подкидывает ему идеи, что, возможно, стоит поблагодарить дракона за ритуал, вот только... Серьёзно?! Он должен быть благодарен за... Вот этих вот?! Нет, ну, внутренне он конечно же примирился с собой из прошлого, но что делать с ними в настоящем?..       — Кхм... Спасибо, что пришли, все свободны.       — О, не начинай! — возмущается Скара, схватив его за грудки. — Ты хочешь нас бросить?!       А, ну да. Его альтер эго же ещё, во всяком случае некоторые из них, очень обидчивы... Странник вздыхает и накрывает его сжатые кулаки своими ладонями.       — Нет, я даю вам свободу. Делайте, что хотите, только измените внешность, чтобы вас не путали со мной настоящим.       — Я, что, по-твоему, иллюзия? — продолжает с ним препираться Скара, дёргая за ткань одежды и вынуждая его тело покачиваться вперёд и назад. Кабу хотел было вмешаться, но Кудзуши, горько вполголоса проговаривая, его опережает:       — Да, он хочет нас оставить. Предать и оставить одних. Как оставили они... Все оставили. Почему они нас оставили?..       — О боже, да каким же нытиком я был! — взвыл Странник, борясь со Скарой и его конечностями, когда последний повалил его на пол, рядом с паникующим Кабу.       — Эй, хватит! Вы чего?! Не надо!.. — кажется, что ещё чуть-чуть и на его прекрасных глазах выступят слёзы, но и тут Кудзуши опережает и поспешно прижимает его к себе дабы успокоить. И это, вроде бы, срабатывает. Странник не видит из-за собственного лица, что в образе Скары нависает над ним.       — Да хватит! Скара! Да что ты хочешь-то от меня?       — Любви, конечно же! Но ты не способен нам её дать, потому что хочешь избавиться! Разве ты сам не этого хотел?       У него неприятно клокочет сердце от подобного заявления.       — Я не хочу вас бросать! Я просто хочу дать вам возможность жить. Независимо от меня...       — ...Трус, — злобно цедит Скара, не отрывая от него взгляда. — Ты разве ещё не понял? Мы, я, ты и они, — взмахом руки он окидывает всех, — не нужны этому миру, но ты боишься признать это глубоко внутри себя, да? Почему? Неужели ещё не дошло, что мы твои единственные возможные... И друзья и любовники?..       Всё тело Странника вздрагивает от его слов. Он даже не возражает, поначалу, ведь в чём-то его альтер эго прав, но признать это сразу он также не мог. Он отворачивается и смотрит в стену комнаты в попытках отвлечься от их взглядов.       — Не смей так говорить!.. Вы не мои любовники. Вы... Чёрт, да вы ещё дети! Ну, один из вас точно.       — Он прав, — вяло отзывается Кудзуши в обнимку с любопытным Кабу.       — Да мы все на одно лицо, одного роста, члена, что там тебя ещё интересует?! — взрывается Скара, вновь начиная сотрясать и воздух в помещении, и самого Странника.       — Меня интересует ваше возрастное восприятие! А ещё, если уж дошла очередь до члена, какого хрена он у тебя уже стоит?! — наконец не выдерживает он и резко поворачивается, чтобы оттолкнуть его руки прочь, и лишь после этого понимает, что только что произнёс.       Комната, словно остановившись во времени вместе со своими обитателями, замирает на несколько мучительно долгих секунд. Воздух становится чересчур тяжёлым от напряжения... Всех наполнила какая-то неловкость, и только Кабу, взявший на себя смелость нарушить молчание, почти шёпотом интересуется:       — Не слишком он крупный?..       — Свой хотя бы раз достань из штанов не только ради того, чтобы поссать! — возмущается Скара, и стыдливо, присев рядом с ними на пол на пятую точку, прикрывает своё возбуждение.       — Зачем мне его доставать? — не понимает Кабу, заставляя и два других своих альтер эго немного смутиться.       — У тебя ещё не было?.. — Странник от удивления чуть не давится воздухом, смотря на младшего себя и вспоминая собственный, и его... опыт прошлого?.. Почему всё так запутанно?! Он совсем забыл, что до Дотторе и его инъекции его... их тело не испытывало возбуждения.       — Нет?.. Зачем? — его альтер эго выглядит искренне озадаченным, а остальные двое тихо посмеиваются, прикрывая рты ладонями.       — Не пытайтесь смущать его такими разговорами, а то Кабу, когда поймёт о чём вы, вообще в обморок грохнется, — вмешивается Кудзуши и даже чуть-чуть отводит от лица Кабу волосы, успокаивающе прикасаясь губами к его влажному лбу, убаюкивая их самую младшую версию.       — Кхм... О боже, я буквально схожу с ума. Нет, я уже сошёл, — Странник, наконец-то воспользовавшись затишьем, пытается подняться с пола, но Скара поваливает его обратно.       — Нет уж, тебе придётся остаться здесь. Я не закончил с тобой, — предупреждает его альтер эго, усаживаясь на его бёдра. Странник чуть не задыхается: он слишком близко, слишком возбуждён и, чёрт возьми, очень сильно давит на самое чувствительное место его тела.       — О... Боже, — он поспешно прикрывает глаза и отводит голову набок. — Да что тебе от меня надо?..       — Раз уже сошёл с ума, то почему бы не пойти мне навстречу? Нам навстречу?.. Эй! — он окликает Кудзуши и Кабу, — скажите что-нибудь! Или вам по нраву перспектива полного небытия?!       Странник вздрогнул. Небытие? О чём он?       — Я... Не пытаюсь вас убить, я просто хочу чтобы вы жили отдельно от меня, — тише произносит он.       Скара с Кудзуши переглядываются. Многозначительно так... Кудзуши изгибает бровь, наперекор Скаре проговаривая:       — Скара пытается тебя...       — ...тебя пытаюсь я!.. З... Заполучить... — смущаясь, заканчивает Скара, и голос его на последних словах становится тише, пока не замолкает совсем и комната не погружается в тишину.       Странник, лёжа под ним, ведёт рукой выше и перехватив его ладонь переплетает с ним пальцы, желая немного утешить.       — Почему ты так настаиваешь?       — Я уже говорил! — он крепче обхватывает его пальцы, свободную руку перекладывая и вжимая в плечо Странника. — Потому что мы — ничто. Ты вновь хочешь скитаться по миру, трахаться с теми, кто тебя не ценит? Не ценит так, как можем ценить мы?       — Тц, а почему с вами должно быть иначе? Это уже полный бред какой-то!..       — Мы знаем тебя, — он слегка склоняется вперёд, прихватывая его пальцы сильнее, почти до боли от желания высказаться, от желания доказать и показать свои чувства. — Мы знаем каждое прожитое мгновение в одиночестве, в отрешённости, в ненужности...       Странник дышит все чаще и чаще. От его слов поднимается и нервно опускается грудная клетка.       — Почти каждое...       — Тц, ну поправляй меня ещё! Какая разница, что было с тобой всё то время, что мы ещё не увидели? Какая, чёрт тебя возьми, разница, если всё, чего мы хотели, попав в этот... Кудзуши! — отвлёкшись на другого, Скара вскоре качает головой и вновь обращает свой хмурый и недовольный взгляд на Странника. — А, нахер, пусть Кабу учится... попав в этот ёбанный мир, мы хотели... Быть нужными?.. Хоть кому-то... — голос его надламывается, а секундой позже он отпускает руку Странника.       — Быть любимыми... — вполголоса, на грани хриплого шёпота, подхватывает Кудзуши, прижимая к себе испуганного за Странника Кабу.       Все их слова режут его душу, проникают так глубоко, до самых потаённых мест его сердца, что он сам едва понимает, откуда берётся ноющая боль на месте сердца. Он чувствует их любовь, чертовски сильную, нежную, нерастраченную любовь, которую они так хотят отдать ему.       — Перестаньте. Перестаньте, прошу... Я не заслуживаю всего этого...       — Странник?.. — Кабу, высвободившись из объятий Кудзуши, приседает рядом с последней из их версий и крепко обнимает. — Не плачь, пожалуйста...       Он плачет?.. Он разлипает влажные от слёз глаза, подушечками пальцев касаясь и смахивая лишнюю влагу.       — Я... Я не плачу, — голос выходит севшим от непонятно откуда взявшихся слёз, в груди противно ноет, но уже смутно печёт от его собственной лжи.       — Боги... Ты такой плакса, — смеётся Скара, не удержавшись от насмешливого тона, но уже через секунду он вмиг смолкает после болезненного тычка от Кудзуши.       — Оставь его. Он так давно не мог позволить себе выплеснуть свои эмоции... — Кудзуши приседает рядом и прижимает ладошку к плечу Странника в знак поддержки.       — И всё равно! — фыркает Скара, притягивая к себе Странника и заставляя его оказаться в полусидячем положении. Он тоже неприятно тыкает его в бок, отчего Странник шипит и немного извивается в их объятиях. — Смотри, что ты наделал! Кабу теперь весь вечер ныть будет!       — Ну, хоть на какую-то эмоцию я был способен когда-то... — хмыкает Странник, прижимая к себе младшую версию и успокаиваясь сам.       — Слёзы отстой! Будь выше этого!       — Ну и поддержка от тебя, — усмехается Странник, тыкая его в ответ.       — Заткнись, — Скара в ответ только надменно фыркает и, перехватив его руку за запястье, крепко сжимает. — Заткнись и...       Его голос снова срывается, а слова куда-то испаряются, когда он вдруг притягивает к себе Странника, утыкаясь носом в изгиб его шеи, чувствуя, как колотится пульс в жилке под кожей.       — Вынуждаешь меня говорить всё это... Нет бы просто быть с нами и всё. Тебе серьёзно хочется потешаться и слушать слова о чувствах, эмоциях... Любви?.. Ты можешь просто оставить в стороне вот это вот всё и поверить нам? Мы, что, слишком плохи для тебя? А кто хорош? Дотторе, его дружок Панталоне? Капитано, Тарталья... Те двое, Сяо и Альбедо... Кто там ещё был после? Не знаю и знать не хочу. Я...       — Скара, не плачь, — посмеивается Странник, чувствуя влагу на своей шее.       Кудзуши прыскает от смеха в сторонку, похлопывая Скару по голове, что дёргается и с привычной злостью смотрит на них в ответ.       — Ненавижу тебя до того, что хочу заставить кричать.       — И как мне это воспринимать после твоего монолога?.. — Странник пытается смахнуть его влажные дорожки, но Скара, конечно же, не даётся. Он перехватывает его руку и, высунув язык, ведёт им по всей ладони снизу доверху, вызывая покалывание и волну возбуждения в расширенных зрачках напротив.       — Догадайся. Ты всё ещё хочешь оставить нас? Небытие, Странник! Помни о нём! Мы попадём в небытие, если ты от нас откажешься!       — Пф, — фыркает Кудзуши, не забывая поглаживать мало что понимающего Кабу по голове. В конце концов ему наиболее близко знаком тот период времени, ведь другого он не застал. Он застал только инъекцию Дотторе. — Скара лжец, ничего такого не произойдёт, если мы пойдём каждый своим путём. Но ты ведь уже решил всё, да?..       Кабу внимательно смотрит на Странника, потирая свои глаза и шмыгая носом. Все замирают в ожидании его последних слов... Ему ничего не остаётся, кроме как вздохнуть и сказать:       — Хорошо, — выдыхает Странник, чувствуя, как сбивается собственное рваное дыхание.       — Что? — Скара в ответ поднимает голову, вскидывая бёдра чуть выше и сильнее прижимаясь к нему. — Что, чёрт возьми? Ты только что согласился?.. ПРИДУРОК, НЕ МОГ ПОРАНЬШЕ СКАЗАТЬ?!       Странник неопределённо пожимает плечами, слабо и, кажется, счастливо посмеиваясь над тем, как Скара пытается его поколотить, Кудзуши старается этого не допустить, а Кабу прижимается с боку. Это будет... Странная жизнь... Но, возможно, это именно то, чего ему не хватало?..