По тонкому льду

      Собравшись нашей уже ставшей постоянной компанией за столиком, мы грустно потягивали чай. Между парами образовалось окно, и мы с Мирой и Владом решили перекусить. Но, когда добрались до буфета, оказалось, что было слишком поздно — всё уже съели.       Мы заняли столик в уголке и болтали в ожидании следующей пары. Желудок предательски заурчал, и я скривила недовольное лицо. Утром я не успела позавтракать и очень надеялась пообедать в перерыве.       — Какого чёрта я вообще сюда пришла? — бурчала Мира, поигрывая ложкой. — Мой Андрюша заболел, а вместо него тренерит какой-то зануда.       — Акулы Политеха страдают, — понимающе кивнул Влад. Судя по его жесткому выражению лица, он тоже был недоволен новым тренером. — Не могу согласиться с выражением Мирославы, что у него асимметричное лицо. Но то, что он неприятный тип, полностью поддерживаю, — вздохнул он.       — А тебе-то он чем не угодил? — я отхлебнула чай, надеясь, что это хоть как-то утолит голод.       — Тренер хочет, чтобы я играл более агрессивно. Говорит, что я слишком "мягок" на льду, — Влад провёл рукой по своим вьющимся волосам и тяжело вздохнул. — Но это не в моём стиле, понимаешь?       Последние слова он произнёс, глядя прямо на меня, словно хотел удостовериться, что я действительно понимаю.       — Если Андрей Викторович был доволен стилем твоей игры, возможно, не стоит обращать внимание на эти комментарии. Думаю, что в команде тебя ценят за твой индивидуальный подход. Ты же не тафгай, чтобы крушить всех подряд на льду, — почему-то меня эта ситуация задела.       Мне нравился хоккей за красивую игру, а не за искусственно созданные драки. Влад смотрел на меня с лёгкой улыбкой, словно удивляясь моему внезапному всплеску эмоций.       — Не знала, что ты такой хоккейный эксперт, Ярослава, — Мира хлопнула меня по плечу.       — Ага, эксперт, который не разбирается в теме, — усмехнулась я, и в этот момент мой желудок снова громко заурчал.       За нашим столиком раздался дружный хохот.       — Помнишь, что физрук в лагере говорил про тебя? — я повернулась к Владу.       Он ухмыльнулся.       — У него потенциал большой. Он либо заиграет в хоккей, либо сядет в тюрьму.       — Хорошо, что вышел первый вариант, — кивнула я.       Мира удивлённо выгнула бровь.       — Что ты там такого вытворял? Сейчас ты выглядишь очень спокойным.       — Он был дерзкий с самого юношеского возраста. Думаю, сейчас просто скрывает этот аспект своей личности, — констатировала я, вглядываясь в голубизну его глаз.       Он лишь пожал плечами, но я видела, как его губы тронула едва заметная ухмылка. В лагере он казался обычным парнем, но как только что-то замышлял, его огонь было трудно потушить. Сейчас же он спрятал весь этот пламень за титаническим спокойствием. И увидеть его можно было только на льду.       В моём кармане завибрировал телефон. Достав его, я уставилась на экран... странно… Екатерина Сергеевна Азарова. Мой научный руководитель. Я сразу напряглась. У нас были хорошие отношения, но её звонки и письма всегда заставляли меня нервничать.       — Здравствуйте, Екатерина Сергеевна, — я сглотнула, поднося телефон к уху.       — Ярослава. У меня для тебя есть специальное задание, — её голос в трубке звучал спокойно, но от этого мне стало ещё тревожнее.       — Слушаю, — я сжалась, будто пытаясь стать незаметной.       — Ты же знаешь, что для поступления в аспирантуру тебе нужно будет провести открытую лекцию?       Я молча кивнула, хотя, конечно, Азарова этого не видела.       — Сегодня меня срочно вызвали в другой филиал университета, поэтому присутствовать на следующей паре я не смогу. Но я решила не отменять занятие, а дать тебе шанс подготовиться к экзамену. Через полчаса у меня должно было быть практическое занятие с первокурсниками из 963-й группы. Тема элементарная: «Запасы в логистике: оценка параметров систем управления запасами». Все материалы и задачи я отправила тебе на почту. Ознакомишься перед занятием, поможешь им решить пару задачек — и всё. Справишься?       — Ага, — выдавила я на автомате, потому что мой мозг ещё не успел осознать масштаб катастрофы.       — Отлично. Аудитория 402. Удачи, — и она положила трубку.       Я медленно опустила телефон и подняла полные ужаса глаза на друзей.       — Я в полной заднице, — прошептала я, судорожно залезая в почту.       Посмотрела материалы — ничего сложного, обычные задачи, которые я решала сотню раз. Но почему-то в ушах звенело, ладони вспотели, а сердце начало биться так, будто я собиралась не лекцию читать, а прыгать с парашютом. На вопросы за столом я только шикала, требуя тишины, но это не помогало — голова гудела от мыслей.       — Яся, ты расскажешь нам, что происходит? — спросил Влад, склонив голову набок.       Я перевела на него взгляд, полный паники.       — Мне звонил мой научный руководитель… Для поступления в аспирантуру мне нужно провести открытую лекцию… Она считает, что пора тренироваться… Короче, через двадцать минут я должна провести практическое занятие для первокурсников, — мой голос дрожал, а язык заплетался.       Я вцепилась взглядом в Миру, надеясь на спасение.       — Яра, ты же ас в логистике. Я в твоих знаниях не сомневаюсь, — блондинка утешающе похлопала меня по ладони.       — Я… я… там вроде лёгкая тема… просто… — кажется, я окончательно поплыла. — Там будет куча людей… у меня нет времени подготовиться… они будут на меня смотреть… а что, если я от волнения забуду слово? А если я им не понравлюсь? А если…       Влад прервал меня, не дав договорить. Он взял мой стул за ножку и одной рукой пододвинул меня ближе к себе — легко, без усилий, но настолько неожиданно, что я потеряла мысль.       — Яся, успокойся, — его голос был низким, уверенным, с нотками той спокойной силы, которая умела рассеивать мою тревогу.       Теперь мы сидели так близко, что мои колени упирались в его.       — Какая группа?       — 963-я, — выдохнула я, неосознанно опуская взгляд на свою одежду.       Чёрт… не самая подходящая для преподавателя. Короткая клетчатая юбка, белая кофта с широким вырезом, открывающим веснушки на ключицах.       — Отлично. Это моя группа, — спокойно сказал Влад.       Я резко подняла на него глаза.       — Что?!       Он не выглядел удивлённым.       — Я буду на этой паре. Всё будет хорошо.       Он положил руку мне на колено — просто, ненавязчиво, но от этого прикосновения меня окутало тепло. Я почувствовала себя… в безопасности. Но тут же Влад, будто опомнившись, убрал руку. Я резко вдохнула, будто кто-то забрал у меня воздух.       — А что если… — я снова хотела запаниковать.       — Если запаникуешь, просто посмотри на меня и глубоко вдохни, — его голос звучал мягко, но твёрдо. — Так учат ораторов: выбирать одного человека в зале и рассказывать всё ему. Просто представь, что мы вдвоём, и ты объясняешь тему только мне.       Я сглотнула, поймав себя на том, что не могу отвести взгляда от его глаз.       — А ты вообще хоть что-то понимаешь в логистике? — фыркнула Мира, наблюдая за нами с интересом.       — Абсолютно ничего, — с уверенностью ответил Влад, не отрывая от меня взгляда.       Я удивлённо моргнула.       — Так в чём смысл?       — В том, что ты можешь задавать мне любые вопросы, а я буду выкручиваться. Это как игра. Это будет нашей тактикой, — добавил Влад, и его пальцы легонько скользнули по моей руке, прежде чем он снова отодвинулся.       Я поворачиваюсь к Мирославе с самым жалобным взглядом, на который только способна. Она мгновенно всё понимает, даже без слов — считывает мои страхи, как будто это надпись на лбу.       — У меня есть идея! — Мира резко вскакивает, её голубые глаза вспыхивают азартом. — Влад, иди в аудиторию, мы скоро придём. У нас тут… подготовка.       — Вы уверены? — Самсонов прищуривается, переводя взгляд с Мирославы на меня.       — Да-да, иди, мы скоро, — отмахивается блондинка, уже хватая меня за руку.       Я вяло дёргаюсь, будто собираюсь что-то сказать, но не успеваю — Мирослава уже ведёт меня прочь. Но я успеваю почувствовать, как Влад на мгновение касается моей руки, будто он хочет меня остановить. Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Наши взгляды встречаются.       — Всё будет нормально, — спокойно говорит он.       Я не успеваю ответить — Мирослава тянет меня дальше, а Влад остаётся стоять в коридоре. Мирослава тащит меня в женский туалет, захлопывает дверь и, не теряя ни секунды, начинает рыться в своей сумке. Я сажусь на пол, прислоняюсь к холодной стене, обнимаю свой рюкзак, пытаясь хоть как-то стабилизировать дыхание.       — Сейчас мы мобилизуем тебя, — объявляет блондинка, продолжая копаться в недрах своей сумки. — У нас есть пять минут.       Она резко выпрямляется, торжествующе вытаскивая… фляжку.       — Та-да-ам! — с предвкушением играет бровями.       Я моргаю.       — Это что?..       — Текила.       Я перевожу недоверчивый взгляд с неё на флягу, потом обратно.       — Ты носишь с собой полную флягу текилы?       — Конечно, — фыркает она. — А вдруг пригодится?       Я недоверчиво качаю головой, но потом вспоминаю, с кем имею дело. Это же Мира. Чему вообще можно удивляться?       — И ты правда думаешь, что это хорошая идея?       — Отличная. Проверенная. Бахни, и весь страх улетучится. — Она протягивает мне флягу. — Я даже жвачку взяла, никто ничего не узнает. А ты будешь смелая и уверенная.       Я сомневаюсь. Очень сильно. Но потом вспоминаю количество людей в аудитории. Как они будут смотреть на меня. Как у меня наверняка задрожит голос. Как я могу начать запинаться. Как Влад будет там, наблюдая за всем этим. Может, капелька алкоголя действительно поможет? Я хватаю фляжку, открываю её, решительно запрокидываю голову и делаю несколько больших глотков. Это не капелька. Это полфляги. Горло мгновенно обжигает огнём, в животе неприятно урчит, глаза слезятся. Я морщусь, сгибаюсь пополам, кашляю.       — Вот и умничка, — смеётся Мирослава, засовывая мне в рот жвачку и забирая флягу. — Теперь осталось только дождаться эффекта.       Я всё ещё ничего не чувствую, кроме жжения в горле и желания блевануть, но она уже поднимает меня с пола, поправляет юбку и натягивает на плечи рюкзак.       — Для храбрости бахнули, теперь на пару. Я сяду на последнюю парту для моральной поддержки.       Я стою, всё ещё слегка ошеломлённая. Мира прищуривается, оценивающе оглядывает меня с ног до головы, хмыкает.       — Блин, ну у тебя и образ, конечно. Как у учительницы из порнофильмов.       — Чего?! — я округляю глаза.       — Ну… короткая юбка, белая кофточка, ключицы… уверена, что первокурсникам понравится.       — Я не хочу выглядеть как из порнухи!       — Да расслабься, ты выглядишь шикарно.       Я недовольно кривлюсь, но подруга уже хватает меня под руку и тянет к выходу. Текила пока не подействовала. Или я просто ещё не осознаю эффект. Но сердце продолжает бешено колотиться, а во рту свежий вкус мяты.       — Не забудь, — напоминает Мира, когда мы выходим в коридор. — Откроешь материалы на почте, дашь задание, скажешь «Будут вопросы — обращайтесь» и спокойно отсидишь всю пару.       — Так все преподы делают?       — Ну, не все, но те, кто не хочет напрягаться, — хихикает она.       Я сглатываю, чувствую, как ноги становятся чуть ватными. И вот он — момент истины. Впереди дверь аудитории. А я понятия не имею, к чему это всё приведёт. Мы с Мирославой буквально вваливаемся в аудиторию. Все уже расселись по местам, в воздухе повисло напряжение. Мирослава отпускает мой локоть, и мне становится страшно. Я словно в замедленной съёмке, двигаюсь к преподавательскому столу. До начала пары остаётся две минуты. Студенты шепчутся, исподтишка бросая на меня взгляды. Они оценивают меня. Мне кажется, что юбка стала ещё короче, а вырез на кофте — глубже. В конце аудитории Мирослава садится за последнюю парту и показывает мне большой палец вверх. Я сажусь, открываю ноутбук, захожу в почту. Стук сердца заглушает все остальные звуки. Звонок. В аудитории мгновенно воцаряется тишина. Я встаю. Руки дрожат. Держи себя в руках. Нервно одёргиваю юбку, прокашливаюсь.       — Здравствуйте. Меня зовут Ярослава Олеговна… - Голос звучит неестественно высоким, будто чужой. Я стискиваю кулаки так, что ногти впиваются мне в ладони. — Сегодня я проведу для вас практическое занятие… так как Екатерина Сергеевна отлучилась… я… я…       Провал. Я забываю, что должна была сказать дальше. Аудитория это чувствует. По комнате прокатывается волна шёпота, кое-где даже приглушённые смешки. Я лихорадочно пробегаю глазами по лицам студентов, но только сильнее теряюсь. Я встречаюсь глазами с Владом и поток мыслей останавливается. Он демонстративно вдыхает, не отрывая от меня глаз. Я рефлекторно повторяю за ним. Вдох и расслабляю руки, больше не сжимая их в кулаки.       — Тема сегодняшнего практического занятия: «Запасы в логистике: оценка параметров систем управления запасами». Теоретическую часть вам рассказывали на лекции, сейчас перейдём к практике.       Мой голос звучит ровно. Я держу зрительный контакт с Владом, и это придаёт мне уверенность.       — Откройте учебник на странице 234.       Я слежу за тем, как студенты начинают шелестеть страницами. Всё идёт по плану.       — Первое задание: рассчитать основные параметры системы управления товарными запасами с фиксированным размером заказа, используя исходные данные в таблице.       Я сажусь обратно за стол. О, нет… В глазах немного двоится. Кажется, текила наконец-то начала действовать.       — У меня вопрос! — раздался голос с заднего ряда.       Я подняла глаза. Блондин с ехидной ухмылкой лениво поднял руку.       — Не могли бы вы мне индивидуально объяснить? — он вальяжно откинулся на спинку стула, раскинув руки.       Я прищурилась. Я взяла карандаш и небрежно положила его за ухо. Страха уже не было — только лёгкое головокружение и странное желание хихикать. Так на меня действовала текила. Я направилась между рядами, стараясь не пошатываться. Кто-то присвистнул мне вслед. Но мне было всё равно. Я чувствовала себя уверенной. Я перекинула рыжие волосы назад, приблизилась к парню и, облокотившись на его парту, слегка наклонилась вперёд.       — Какой у тебя вопрос? — протянула я, накручивая прядь волос на палец.       Парень открыл учебник, но не спешил в него смотреть. Его взгляд был явно направлен не на текст.       — Эм… я… хотел спросить… — пробормотал он.       Я проследила за его взглядом. Декольте. Ох, ну вот опять. Я уже собиралась выпрямиться, как вдруг услышала глухой треск. Резко повернув голову, я встретилась с тёмно-синим, почти чёрным взглядом. Влад. Челюсти сжаты. Руки напряжены. А в руках… Сломанный карандаш. Такое выражение на его лице я видела только во время игры — когда он был в абсолютной концентрации, готовый пойти в атаку. Я медленно выпрямилась, но не отступила, а слегка облокотилась бёдрами на парту.       — Какой вопрос? — прокашлялась я. Блондин оторвался от изучения моих ног и наконец-то заговорил:       — Как классифицируются запасы?       Я вздохнула, надув губы.       — Запасы в логистике классифицируются по разным признакам. Например, по месту нахождения.       Голова слегка кружилась, а цвета вокруг стали ярче — словно кто-то наложил фильтр с завышенной контрастностью.       — Выделяют производственные и товарные запасы, — продолжила я, чувствуя, как мой голос становится немного более тягучим, чем обычно.       Я пересела на край парты, теперь обращаясь сразу ко всей аудитории.       — Производственные формируются в промышленных предприятиях и предназначены для производственного потребления… а товарные — у предприятий-изготовителей на складах готовой продукции, а также в каналах распределения…       Я прикусила кончик карандаша и пошла к своему столу. Взгляд голубых глаз всё ещё был на мне. Как луч фонарика в тёмной комнате.       — У кого-то ещё есть вопросы? — я провела рукой по волосам, убирая их с лица.       В аудитории взметнулся лес рук. Что странно — все они принадлежали парням. Я прикусила губу, размышляя. Честно говоря, мне уже начинало хотеться либо спать, либо танцевать. Точно не работать.       — Эм-м... — протянула я, прищурившись. — Тогда разберём эту задачу на доске. К доске пойдёт… — я принялась искать глазами кудрявую шевелюру.       — Влад Самсонов.       Очевидно, что вызову именно его. Больше я здесь никого не знаю. Парень распрямил плечи и тяжело поднялся. Что-то в его взгляде было странным. Обычно Влад в любой ситуации оставался спокойным, но сейчас… Суровый, холодный, напряжённый.       Я скрестила руки на груди, стараясь выглядеть уверенной и взрослой.       — Записывай условия задачи, — выдала я.       — Окей. — Влад лениво раскрыл учебник и начал переписывать «дано» на доску.       Я на автомате провела взглядом по аудитории. Мирослава, сидя на последней парте, смотрела на меня с открытым ртом. Я вопросительно выгнула бровь. Она резко покачала головой, словно стряхивая оцепенение. Я вернулась к доске. Влад перечитал уравнение, нахмурился и почесал затылок. Точно. Я же забыла, что он вообще не понимает этот предмет. Ну, Самсонов, терпи. Спасаю. Я подошла ближе и легко забрала у него из рук мел.       — Давай сюда.       Он не спорил. Я скрестила ноги, отклонилась назад, потирая подбородок, всматриваясь в задачу. Картинка перед глазами была ярче, чем обычно. Удивительно, но, кажется, благодаря текиле мои мысли были яснее. Я поднялась на носочки и потянулась вверх, потому что Влад написал уравнение слишком высоко. Раздались вздохи. Свист. Я поморщилась. Что ещё не так? А потом… Разочарованные возгласы. Я опустилась на пятки, развернулась и врезалась в Самсонова. Он стоял слишком близко.       — Что-то не так? — пробормотала я, поправляя волосы.       Его взгляд был тёмным.       — У тебя очень короткая юбка, — глухо выдал он, не сводя глаз с моего лица.       Этот голос... Грубый, срывающийся на хрип. Такой, каким мужчины говорят в моменты, когда рассудок сдаёт позиции перед чувством. Я моргнула. И поняла. Он меня прикрывал. Мою короткую юбку. Закрывал собой. Моё лицо непроизвольно расплылось в лукавой улыбке. А вот он был не в духе.       — Где же твоё спокойствие, Самсонов? — прошептала я, с нажимом произнося его фамилию. Я повернулась обратно к доске и продолжила решать уравнение. Теперь спокойно. Потому что знала — мой тыл надёжно защищён.       — Рядом с тобой оно куда-то теряется, — прошипел он мне в спину.       Я почувствовала, как он шумно вдохнул. Когда задача была решена, я обернулась, дугой огибая Самсонова, и направилась к столу. Но ощущение его взгляда не пропало. Я чувствовала его на своей спине. Горячий. Напряжённый. Пронзительный.       — В системе с фиксированным интервалом времени между заказами, заказы делаются строго в определённые моменты времени, которые отстоят друг от друга на одинаковую величину… — я продолжила объяснять, стараясь не потерять ход мыслей под этим взглядом. — Расчёт представлен на доске. Я отпустила студентов. Когда аудитория опустела, в ней остались только я, Мирослава и Влад. Адреналин снова плеснул в кровь. Я это сделала. Я провела пару. Мирослава подбежала ко мне с задней парты.       — Честно, я в шоке. Каждый раз, когда ты её пьёшь, происходит что-то странное, — Мира странно посмотрела на меня, поднимая брови. Она достала фляжку из сумки и протянула мне. — Надо это отметить.       Я взяла фляжку и опрокинула остаток в себя. Мира сразу начала нервно хихикать, а я почувствовала, как приятное расслабление разливается по телу. Адреналин ушёл, а вместо него пришло чувство лёгкого опьянения. Я взглянула на Влада, который стоял неподалёку, и вдруг для меня весь мир как будто замедлился.       — Помнишь, я говорила, что ты как из порнофильма? Так вот, я реально как будто интро перед порнухой посмотрела. Спасибо текиле.       — Ты напоила её текилой? — спросил Влад, его голос прозвучал строго. Я осела на стул.       — Сработало, она бы со страху тут померла. А так вот, как живчик, всё отвела, да произошел некий конфуз…— Мира замялась, заметив, что я уже даже не вникаю в разговор. Я прикрыла глаза.       — Конфуз? Мягко сказано… — Влад выдохнул. — Ты бы слышала, что они начали говорить… Яся?       Я почувствовала, как что-то зашевелилось рядом со мной, мне было уже довольно тяжело фокусироваться, и я решила сделать вид что я сплю.       — Кажись, уснула... Ну она же ничего не ела сегодня… — Мира явно подошла ближе.       — Я в порядке… — приоткрыв глаза, я увидела обеспокоенное лицо подруги и… крайне недовольного Самсонова. Он стоял рядом, его выражение было серьёзным, в глазах была какая-то обеспокоенность.       — Она ещё весит килограмм 50, а ты ей целую флягу влила. Она бы даже на полный желудок от такого опьянела, — Влад ворчал, но я заметила, как его руки собирали мои вещи в рюкзак.       — Да не злись, я хотела как лучше! — Мира явно не понимала всей серьёзности ситуации.       — Мира, нужно было её убедить в том, что она справится сама, а не накачивать текилой, — рявкнул на неё Влад. Я устала от этой перепалки, которая не требовала моего участия, и решила уйти. Встала, но запнулась, и Влад моментально поддержал меня. Его рука мягко держала меня за локоть. Он аккуратно помог мне сесть.       — Чёрт, в таком виде тебе нельзя гулять по университету, — его голос звучал так заботливо, и я заметила, как немного теряюсь в мыслях, когда он смотрит на меня.       — Мир, сходи в гардероб за куртками, оденемся здесь и уйдём. — Прозвучал уже более спокойный голос Влада. Похоже, он снова приходил в себя..       — В общагу её тоже не пустят в таком состоянии... — Мира отстранилась от меня и встала в полный рост.       — Я тут рядом живу. Собираемся, — сказал Влад, и в его голосе звучала уверенность.       Подружка кивнула и убежала, прикрыв за собой дверь. Влад присел на край стола рядом со мной и, казалось, немного замедлил дыхание, расслабив плечи. Он потер лицо ладонью и повернулся ко мне.       — Ты же знаешь, что смогла бы и без допинга? — его голос звучал тихо, но с какой-то мягкой заботой.       — Возможно... но если бы в аудитории не было тебя, тогда бы точно поплыла… — я произнесла это почти шёпотом, не успев осознать, что сказала, и почувствовала, как что-то напряжённое в его выражении лица меняется. Он замолчал на мгновение, будто обдумывая мои слова.       В этот момент, когда тишина между нами была почти ощутимой, вдруг подруга ворвалась в комнату, запыхавшаяся, с куртками на перевес.       Мирослава бросает куртку Владу, мою она кладёт на стол. Я аккуратно встаю, но в голове всё крутится, и ощущение, что я на дискотеке. Как будто музыка вдруг начала играть в ушах. Натягиваю рукава и устало вздыхаю. Мира подходит и застёгивает мне куртку под самый подбородок, а потом натягивает шапку. Я уже устала и планирую сесть, но, не рассчитаю расстояние, уже отошла от стула, и в полу-приседах меня ловит под мышки Влад. Я хихикаю, пока он пытается поставить меня в вертикальное положение, и его сильные руки оказываются неожиданно нежными.       Он берёт меня за талию и подтягивает к себе под бок. Я чувствую его тепло.       — Вот так, я держу тебя. Мира, можем выдвигаться.       Я уткнулась носом в куртку Влада и просто чувствую, как он тащит меня по университету на улицу. Он накинул на мою голову капюшон, окончательно скрыв моё лицо от внешнего мира. Я как могу перебираю ногами, и живот начинает урчать, а ужасная усталость настигает меня. С каждым шагом хочется просто закрыть глаза и забыться.       — Почти дошли. Мира, зайди в аптеку, возьми ей что-то от похмелья. А мы пока зайдём, адрес ты знаешь, — говорит Влад, и я слышу его спокойный, немного раздражённый голос. Я зеваю и продолжаю вдыхать аромат куртки Влада, который пахнет порошком и дезодорантом с пихтой. Просто крышесносный запах. Я чувствую, что Самсонов специально идёт медленнее, чтобы я хоть как-то успевала перебирать ногами.       Спустя некоторое время мы остановились. Я открываю глаза, и вокруг тишина, только его дыхание над моим ухом. Мы во дворе дома. Время замедлилось, и я погружаюсь в этот момент, забывая обо всем остальном. Он так близко, что я почти ощущаю его сердце. Мы заходим в подъезд, и я замечаю, что это 5-этажка.       — Не, я пешком не пойду, — говорю я, пытаясь присесть на ступеньку, но Влад одним рывком поднимает меня, и я как пружина возмущённо выпрямляюсь.       — Тогда иди на ручки, — говорит он, и прежде чем я успеваю что-то сказать, оказываюсь на его руках. Мои серые глаза встречаются с его голубыми, и на несколько секунд я забываю, как нужно дышать. Мы стоим так, и я чувствую, как его руки крепко держат меня, а взгляд — теплый и спокойный. Он не спешит, и я не хочу, чтобы этот момент заканчивался.       — На каком этаже ты живёшь? — шепчу я, словно мы на паре и нельзя громко разговаривать.       — На пятом, — его голос тихий. Мы не двигаемся, стоим, словно время остановилось.       — Это слишком высоко, ты меня не дотащишь, — говорю я, чуть хмурясь.       — Я что, зря тренируюсь? — Влад начинает подниматься по ступенькам. Мы проделываем несколько пролетов, и я начинаю ощущать, что ему становится немного тяжело, но он ни разу не подал виду. С каждым шагом его дыхание становится чуть тяжелее, но он не сдаётся. В конце пути он ставит меня на ноги у двери, находит ключи и открывает её.       Я без церемонии вваливаюсь в квартиру, плюхаюсь на пуфик в прихожей и сразу закрываю глаза.       — Можно я тут и останусь? — спрашиваю я, устала до предела.       — Нет, — отвечает Влад с лёгкой улыбкой на губах.       — Знаешь, раньше ты был занозой в моей заднице. Мне вечно доставалось за твои проделки в лагере. Например, когда ты подговорил девочек из художественной школы нарисовать карикатуры на всех вожатых? — я улыбнулась, вспоминая те смешные моменты.       Губы Влада растягиваются в мальчишеской улыбке, и он облокачивается на стену рядом со мной.       — А сегодня получается, что я заноза в твоей чертовски упругой заднице, — Кажется ,слова, прежде чем выскочить из меня ,перестали спрашивать разрешения у мозга. Я поворачиваюсь и хлопаю его ладонью по заднице.       — О да, сегодня ты точно удивила меня своим поведением. Считаю счёт один-один, — говорит он, садится на корточки и начинает развязывать шнуровку на моих ботинках. Потом снимает с меня шапку и пуховик, пока я сижу на пуфике. Я взрослая женщина, которая в состоянии позаботиться о себе, но от того, как он помогает мне снять ботинки, снимает с меня верхнею одежду… Я растекаюсь в маленькую лужицу.       — Идёшь? — он указывает на дверь, ведущую в другую комнату, но я качаю головой, складываю руки на груди. Мне на пуфике хорошо, а когда стою, голова жутко кружится.       — Хорошо, — говорит Влад и снова поднимает меня своими сильными руками. Я думаю, что после пятиэтажной тренировки они должны болеть, но, похоже, он снова готов помочь мне, не задумываясь о собственных усталости.       — Всю жизнь теперь будешь меня на руках таскать?       — Если разрешишь, — отвечает он.       — Погоди, ты со мной флиртуешь? — спрашиваю я, замирая от неожиданности.       — Уже несколько месяцев. Спасибо, что заметила, — Он заносит меня в комнату и укладывает на диван, укрывает пледом и заставляет выпить что-то для желудка. А затем я засыпаю, не замечая, как это случилось.       Мне снится хвойный лес с голубыми озёрами.       Чувствую невыносимую боль в голове. Открываю глаза. Темно, и я не могу понять, сколько прошло времени. В горле — как будто песок, жажда невероятная. Замечаю на прикроватной тумбочке стакан с водой и без раздумий осушаю его целиком. Вода немного помогает, но всё равно голова пульсирует. Я осматриваюсь, понимаю, что я здесь не была. Вижу я в одежде, вроде всё в порядке. С другой комнаты доносятся голоса — Влад и Мира. Встаю, но в висках сразу начинается стук, как будто сердце решило перебраться в голову. Я двигаюсь, не совсем понимая, куда и как, но стремлюсь к свету.       Шаги звучат гулко, а передо мной открывается кухня. Вижу их — парень с девушкой сидят за столом, пьют чай и что-то разглядывают на ноутбуке. Они хохочут. Подхожу ближе, и как только я пересекаю порог кухни, оба переводят на меня взгляд. Столкнувшись с его голубыми глазами, на меня накатывает волна воспоминаний. Я вспоминаю, как я хлопала его по заднице и называла её упругой. О чём я думала? Я вообще мало о чем подумала. Очевидно, мой мозг выключился, когда я решила, что бахнуть текилы перед первой парой будет хорошей идеей.       Я чувствую, как щеки начинают пылать, и резко присаживаюсь на стул, переводя взгляд на подругу. Мой живот громко демонстрирует всем своё недовольство. Мира вскакивает и бежит к холодильнику.       — Да, согласна, что напоить тебя текилой была не очень хорошая идея, — говорит она куда-то в холодильник. — Но всё закончилось, и я приготовила тебе салат. Она достает большую чашку с овощным салатом и ставит её передо мной, а потом продолжает копошиться на кухне, принося приборы и какой-то антипохмельный напиток. Я жую в тишине, не зная, что сказать. Поднимаю взгляд и снова вижу, как Самсонов на меня смотрит. В голове всплывает воспоминание, как он несёт меня на руках по пяти этажам. Отвожу взгляд. Попытки посмотреть на него дольше двух секунд безуспешны. На вопрос, как я себя чувствую, отвечаю, что нормально. Ложь.       — А мы тут смотрели фотки с лагеря, где вы были вместе, — Мира разворачивает ноутбук ко мне. Я вижу фото, где мы с Владом танцуем вальс. Это был какой то номер по типу «Вожатый и ребенок». Мы одинакового роста, он ещё тогда был щуплым и немного неуклюжим. Я выгляжу моложе, дерзкая и уверенная, хотя в том танце нужно было быть немного нежнее. Мира листает фото. Я стою у домика и улыбаюсь, мне подарили мою любимую шоколадку "Тоблерон" в игре "тайный друг", а ещё букет полевых ромашек.       — Это я помню, — расплываюсь в улыбке. — Мы играли в тайного друга. Мой был Ярослав. Он как-то узнал, что это моя любимая шоколадка. Поэтому я такая счастливая. Кстати, потом, в течение всей смены, я постоянно находила эти шоколадки в своём рюкзаке... Это было так мило, что ребята, узнав о моей любви к ним, подбрасывали их мне.       Мира продолжает листать фотографии, и вот я уже сижу у костра, рядом Виталя, второй вожатый, играет на гитаре. Влад скорчил недовольную рожу, как всегда.       — Это так странно — видеть вас такими. Тут как будто между вашим возрастом пропасть, — говорит Мира с улыбкой. — Но ты, Яра, как истинная милфа, хорошо сохранилась.       Я поднимаю взгляд и снова вижу его руки на столешнице, а в памяти всплывает ощущение его ладони на моём колене. И вот тут меня накрыло странное чувство. Это была тревога, которая закралась где-то глубоко внутри. Я старше него. Не на год или два, а на четыре. И хотя мне никогда не казалось, что это много, рядом с Владом я вдруг начала чувствовать себя совсем по-другому. Больше никаких прикосновений. Никаких поглаживаний и случайных касаний. Я не должна принимать его помощь, пусть даже эта рука кажется такой большой и теплой.       - Мира, нам пора домой.