Танец с самим дьяволом

Танец с самим дьяволом

      «Попробовав однажды полёт, вы всегда будете ходить по земле, глядя в небо, ибо там вы были и туда всегда будете стремиться вернуться», — Леонардо да Винчи.

Часть 17: Полетели?

***

      Фестиваль «рассвета» солнца. Время, когда всего на миг перед ангельскими глазами открывается вид на реакцию некоторых веществ прямо на смолистом западе, там раз в год протекают самые яркие и разные краски божьего неба. Поговаривают, что в этот день сбываются самые лучшие желания, если поймать момент «цветения».       — Мамочка! А это что? — невинно задал вопрос маленький ангелочек в милом розовом комбинезоне, в своей руке державший сладкий петушок на палочке, показал отопыренным пальцем на «комету», пролетающую в ясном вечернем небе… — Это прямо как та штука, которую ты изучаешь! — Малыш, прекрати нести чушь… Тем более я столько раз просила тебя звать меня… — обернулась блондинка в облегающем красном парадном платье, уже известная нам как Молли. — Сестрёнкой… — застала от удивления она.       Белое яркое пятно красовалось на тёмно-сером небе. Там, среди тускнеющих бледно-рыжих призрачных облаков, показался знакомый силуэт:       — Птица! — вскричал радостно мальчик, поднимаясь на цыпочках.       Нет, она просто не могла не различить в этом силуэте своего знакомого.       Но даже так прерывать один из самых лучших моментов с семьёй не хотелось… Однако за неё уже давно решили, за участие.       — Благодарю! — с огромной скоростью раздался насмешливый голос. — Сдачи не надо!       На прилавке сестры блондинки, которую она заменяла, проводила рядом вместе с её ребёнком совместно время, осталось несколько круглых золотых монет. Сегодня они точно окупятся… Два ягодных сахарных петушка на палочке пропало, но вместо них появились деньги.       — Даже в мой выходной смеешь заставлять работать! — усмехнулась Молли и помахала уже пропавшему силуэту в небе. — Мам, а это кто был? — немного озадаченно спросил ребёнок. — Твой знакомый? — Да, — с довольной улыбкой на лице ответила Молли. — И один из самых лучших, кого я встречала на этом свете.

***

      Рассчитать время прибытия, расстояние между точкой «А» и «Б», точное до миллиметров и миллисекунд… Пять километров нужно преодолеть за три часа. Не меньше. Только тогда он успеет…       Вспомнить, как ноги ходили, отмеряли шагами расстояние, как разные формулы с новым и новым разом приобретали другие значения, как самые точные находились в самых неизведанных уголках, как решение резко настигало и ты, мчась со всех ног назад, точно чувствуешь эту мимолётную победу…       Званый ужин начался ровно в десять часов вечера, и ровно в полночь начнётся «рассвет». До этого времени, дабы спасти любимого демона, чтобы увидеть ещё раз его лицо, перед тем как оно исчезнет, может быть, раз и навсегда, — сократить время до двух часов.       Крылья болезненно отзываются от колоссальной скорости, что набирают, они не приготовлены к таким нагрузкам. Вот-вот и случится перелом — хрящи сломаются, а само тело полетит вниз. Но нет, должны продержаться, даже если это означает, что по окончании маршрута их владелец потеряет до конца своей жизни возможность летать.       Даже в такой миг, когда осознание абсурдности собственных действий достигает воображаемого лимита, пересекает его края и выливается насквозь… В памяти всплывает всего одна брошюра, небрежно брошенный взгляд на фестиваль на берегу моря, и вновь летит в стопку ненужных бумаг в мусорном ведре… Нет, он должен прекратить всё это, остановиться, пока всё не стало поздно и не достигло пика… Однако тело не слушается, как и собственные мысли.       Лабиринты памяти выбираются наружу, их затаённые уголки, от которых хозяин хотел скрыться, — мембранные воспоминания о мягкой нежной улыбке дорогого неправильного беса, его обжигающее дыхание возле своих губ, взгляд ясных, но глубоких, словно бескрайнее дно океана, глаз…       Усталость накатывает. Изнемождение выливается в уйму новых страданий. Глаза невольно закрываются, однако крылья продолжают путь вперёд — дальше вдаль…

«Даже если мои крылья сломаются пополам, я ни за что не потеряю возможность увидеть тебя вновь, даже будь она не последней».

***

      Всплеск по всей земле. Внезапное неудачное падение. «Комета», словно падающая, как яркая вечерняя звезда прямо среди бескрайних тёмно-бардовых облаков, снижала скорость. Между силуэтом «птицы» вдруг появился человек. Его тело кануло вниз, как капля дождя.       — Джон! — раздался громкий оглушительный крик.       Плавный внезапный спуск. Крик эхом раздался по всей округе, по всему аккуратному газону хозяина поместья. Ангел удачно приземлился. Ровным, бесцеремонным шагом, но одновременно достаточно быстрым для того, кто выключился буквально в полёте, его ноги оказались на пороге собственного дома.       Скрип двери. И обычное насмешливое лицо первым вошло в комнату. Нелепая усмешка царила на его лице.       Его нежданные гости отложили чай и обратили на него внимание.       — Ох, Джон! Кто там приземляется? — хмыкнул Лололошка, попытавшись встать с кресла возле панорамного окна с видом на золотой пляж, однако его придержали за руку. Собеседник взглядом приказал сесть обратно. — А… Привет? — Если тебя волнует, как мы так быстро добрались, — твои телепорты, — странным образом поменял голос Саймон Солус, который недавно так мило беседовал с бесёнком.       Хозяин поместья облокотился о стену, как бы специально, эффектно и по-актёрски, словно его тело не ломило от немоготы и пронзительной боли.       — Я не спрашивал, — укорительно покачал головой Джон. Он обратил внимание на восседающего на его кресле демона, скажем, взгляд постоянно был направлен в сторону нового гостя в своём поместье. — Можешь оставить нас наедине? — Что?! — резко поднялся с кресла Саймон. Чашка его облепихового чая упала вниз. Треск драгоценного фарфора не вызвал ни долю эмоций ни у кого, кроме как у удивлённого и без того демона. — Так значит… Ты изначально знал, что Эбардо предлагал мне сделку? — Да. И я знал, что ты никогда не согласишься, чтобы он ни предложил, — беспечно ответил Джон.       Мужчина в розовом пиджаке подавил мимолётную злобу и обратился к новому знакомому, приспуская с головы колпак.       — Было приятно познакомиться с тобой, Лололошка, — подмигнул Саймон. Он медленно поднялся и только на выходе из комнаты вновь обратился к демону. — Запомни: ни за что не доверяй Джону.       Безразличным холодным взглядом проводил своего названного гостя хозяин поместья. Он проследил, чтобы недавний слушатель покинул дом и выдохнул с явным облегчением. На его лице вновь воссияла яркая усмешка.       — И когда он раскусил, что я — это не ты? — хмыкнул обиженно Лололошка. Он столько старался не выдать себя, даже выдумывал всякие странные истории, а все труды насмарку! Однако его собеседника это вовсе не волновало. — Блинство! — С самой первой встречи, — пролепетал Джон. Его тело элегантно продвинулось вперёд. Он медленно нагнулся вперёд, нависая над чужой головой, обращая к себе взгляд. Руки были сложены за спиной. Белый пиджак с несколькими складками по всему туловищу и растрёпанные волосы выбивались из всего образа. — Ты помнишь, что я сказал в последний раз? — его рука плавно легла на чужое плечо. Дрожь прошлась по демоническому телу, и ангел это вдоволь ощутил. — Итак, начнём же наше обследование!

***

Часть 17: Полетели?

      «Человек должен подняться над Землёй — на верх атмосферы и выше — ибо только так он полностью поймёт мир, в котором живёт», — Сократ.

Танец с самим дьяволом