Танец с самим дьяволом

Танец с самим дьяволом

            «Тот, кто лжёт, не отдаёт себе отчёта в трудности своей задачи, ибо ему предстоит ещё двадцать раз солгать, чтобы поддержать первую ложь», — Александр Поуп.

Часть 22: Пособие по тому, как надурить гения?

***

После пар.

      Два слова, означающие в своей скромной совокупности дополнительно занятое время в кабинете профессора. Наедине с ним. Только он и ты — считай, полный провал в первый учебный день! Так, по крайней мере, полагали выходящие и шушукающиеся студенты из класса, они бросали виноватые взгляды, некоторые даже ободрительные… Кто знает, что может сделать учитель-тиран с опоздавшим новичком? Отчисление гарантировано.       Только вот некоторые, как парочка сплетников, лукаво заглядывающихся на известного учёного по всему Раю и напрочь не знающего никаких ангельских основ его точную копию, смекнули, перешёптываясь с такими же заядлыми болтунами…       — А что, если они родственники? — сказала блондинка с розовой прядкой волос, оглядываясь на безмятежно сидящего за скамьёй нового студента. Тот прижал задумчиво палец к нижней губе. — Да по-любому! Они же как две капли воды, не удивлюсь, что старший Харрис закрутил романы по всему Раю! Мать же нашего профессора посваталась с его батей по политическому браку! — смеясь, ответил один из сплетников, подталкивая девушек к выходу из аудитории. — Реально? Получается, этот новый студентик — потенциальный наследник рода? — удивлённо взвизгнул парнишка с багряными волосами, бросая недоверчивый взгляд на своих громкоговорящих собеседников. — Это ж получается, что он может заработать целое состояние! — Дурень! — резко влепила подзатыльник та самая блондинка с розовой прядью рядом кричащему на весь универ тетере. Затем тихо прошептала только ему на ухо: — Всё зависит от того, из какой он ветки, старший, например, или младший, тем более может оказаться, что это нежеланный ребёнок… — после прибавила тон голоса, слегка оборачиваясь в сторону профессора. — Но я бы точно хотела на месте старшего Харриса заменить непутёвого наследника без… на более успешного!             На этой фразе толпа, наконец, продвинулась, и все сплетники вышли из аудитории. Возвышающийся за кафедрой доцент лишь платонически всем ушедшим улыбнулся, хотя его зловещий оскал точно нельзя было назвать дружелюбно прощательным.       Рядом стоящая ассистентка мгновенно сдвинулась с места, понимая, в чём суть дела, молниеносно вышла и закрыла за собой дверь. И вот они остались наедине…

***

            В отличие от других студентов, Лололошка не страшился оставаться после пар и тем более разговора-выговора с его профессором Джоном Дейви Харрисом, можно сказать, что этот вариант был бы самым оптимальным и успешными из всех возможных. Только вот не в первый день учёбы!       Не сказать, что он опоздал специально, ведь пересечь больше одной третьей части всего Рая за каких-то жалких четыре часа до начала пар физически невозможно, тем более занести необходимые документы в кабинет зама директора и его самого… И встречные обстоятельства, по типу покупки новой одежды и поиск жилья на короткий срок… Всё буквально было против, чтобы бес попал вовремя на порог университета. Хотя… Ещё существовала возможность вообще не приходить на занятия, но проторчать в больнице из-за «плохого самочувствия» и получить необходимые выписки было ещё хуже, чем сидеть за низкой партой и неловко постукивать пальцами по её поверхности из-за прожигающего насквозь взгляда преподавателя… Ощущение такое, словно ты лично беседуешь с Сатаной! — И что же мне с тобой делать, дорогой просто Дейв? — с намеренной расстановкой спрашивает с загадочной усмешкой сам профессор, как коротко называют его — JDH. Он медленно выходит из-за своей роскошной кафедры, его шаги как всегда изящны и кропотливы, как будто он вымерил ещё давно идеальную походку. — Ты же должен был быть осведомлен, что наши занятия начинаются ровно в четыре вечера. Ни минутой позже или раньше. Так почему ты пришёл за, округляя, пять минут до окончания пары? — на этих словах руки учёного легко хлопнули по парте ученика, заставив того передёрнуться и перевести взгляд на себя. Затем его туловище немного наклонилось вперёд, нависая над кучерявой шатеновой макушкой. — Привели мой класс с другими обучающимися к подрыву дисциплины. Начался шум, гам… А если я оставил последнюю важную мысль на конец урока и в итоге головы моих учеников стали на грамм пустыми… Разве так можно поступать…       Профессор склонил ребячливо голову набок, как бы спрашивая: «Зачем ты забрал мою конфету?», — хотя величественный вид преподавателя точно назвать детским не получилось бы. Слишком вычурно профессионально. А этот факт лишь означал то, что этот самодовольный человек относится к тебе, как к младшекласснику, если, конечно, не хуже.       Впрочем, поданную информацию профессором точно нельзя было назвать выговором, скорее тлетворной насмешкой.       — Просто Дейв? — слабо оскалившись, закончил свой монолог JDH, выделив вновь особой интонацией имя ученика.       На принятие правильного решения, так ощущал нутром Лололошка, было всего отведено столько же секунд, насколько он и опоздал. Не минут. Так было бы слишком скучно, а этот наглый ангелок ненавидит тоску.

— А я так понимаю, тебя просто Джон зовут?

      Профессор резко замер. Его довольная ухмылка сменилась на лёгкое недоумение, однако сразу же после этого он стал необычайно серьёзным. Не только на словах. — Профессор Джон Дейви Харрис, — твёрдо ответил JDH, гордо задирая свою голову, и, по всей видимости, продумывал ещё сотни прекрасных идей для своего имени, но практически сразу же отбросил их и жёстким взглядом уставился прямо на ученика. — Может быть, ты скажешь мне причину, почему именно инициал «Дейв»?

Этот вопрос точно был с подвохом.

            «Может быть, тебя зовут совершенно по-другому?» — один из вариантов, который мог бы последовать, но по какой-то причине доцент решил оставить изначальную версию.       Объяснение лишь одно: он хотел услышать реальный повод, чтобы скрывать собственное имя. Если ответ будет звучать некорректно или абсурдно, то он со стопроцентной вероятностью сообщит своему непосредственному начальству… А там и выяснение обстоятельств поддельных документов, экстренный арест до судебных разбирательств и в конечном итоге казнь.

Следовательно: врать нужно убедительно.

— Я инкубаторский, — помолчав пару секунд, наконец, ответил Лололошка. Он попытался настроить свой голос, чтобы его волны звучали намного логичными и уверенными в себе. Правда, это получалось с трудом. С паузами на почти каждом слоге. — Не сомневаюсь, что и ты сам знаешь, какое производство новорождённых принадлежит твоим родителям… — поднял совершенно серьёзный взгляд на профессора студент. — Таким, как я, обычно присуждают номер или цифру… Или название предприятия… — намеренно на сей раз выждал некоторое время, томя самую интересную информацию, он. — Думаю, пошло бы намного больше слухов, если я взял бы имя: «Дейв Харрис».       Исключительно иррациональный блеф. Конечно, он был основан на случайно встреченном по пути в университет экранном объявлении.

«Компания Harris Enterprises запустила новый инновационный продукт: магические гаджеты, столовые серебряные приборы…»

      Изысканный блестящий сервиз так и стоит перед глазами с его использованием на обычном демоне, которого авторы анимации изобразили туземцем!       Странно было бы не заметить также сотни вывесок с именем данной компании, словно и других-то нет!       В любом случае, Лололошка искренне надеялся, что его очевидную ложь сочтут за правду и не будут задавать таких вопросов «Как проходило твоё рождение на свет?», «Объясни процесс, как работает инкубаторы» и тому подобное. Главное — верить в самого в себя, а остальное…       «Чёрт! Да он же ни за что и никогда не поверит мне, даже если Рай находится в таких технологиях!» — спокойно сложил руки на столе, в то же время мысленно проклинал себя за неубедительную ложь Лололошка. — Знаю, что в это трудно поверить и тем более доказать, но… — мгновенно затараторил он, пытаясь сохранить ровное дыхание и не облажаться. — Понятно, — ответил Джон. — Но я лишь могу понадеяться на твой светлый ум… — резко замер и мгновенно переспросил студент: — «Понятно»?! — Да, — коротко кивнул профессор.       Это могло означать лишь несколько вариантов, но бес в виде среднего уровня ангела ни за что не поверит ни в одну другую причину, если только бы не знал данную наглую моську!       «Да он же просто издевается надо мной!» — сразу взорвался целый вулкан негодования с жгучим паром оскорблений в голове у Лололошки. Если бы не общественные рамки райцев, о которых он узнал совсем недавно, то мигом поднялся и влепил пощёчину рядом стоящему наглецу. И не один раз. — Так значит, ты ненавидишь моих опекунов? — с подозрительно приятной улыбкой на лице заговорил о столь странных вещах Джон. Он переместил свою левую руку на плечо собеседника и осторожно похлопал ровно три раза и убрал, снимая и пряча белую перчатку в карман пиджака. Точно потом выкинет. — Наслышан, как с вами, инкубаторскими, грубо обходятся… Сам процесс гораздо затяжной и болезненный, а потом ещё приходится терпеть мучительные тренировки с восстановлением тела, если вообще не выкидывают на улицу полностью без ничего, как бракованного.       Понимающий кивок в совокупности с тлетворной нежностью точно не были свойственны данному индивиду. Либо он умело притворяется, чтобы втереться в доверие, либо… Опять смеётся. — Эм… Да, точно! Просто ужас! — неловко засмеялся Лололошка, смущённо потирая кончик носа указательным пальцем на вытянутой руке. В голове очевидно творилась каша. — Тогда, полагаю… Ты удачно подойдёшь для осуществления моего плана… — резко, как ошпаренный горячей водой, развернулся спиной и направился мимо своей кафедры, важно вышагивая, в итоге остановился у окна с открытым жалюзи. Солнечный свет озарил его стройную фигуру. Повернувшись гордой прямой спиной, продолжил: — Раз уроки ты умеешь более чем успешно срывать, то можно забраться на цель повыше. А именно… Правительство.       Лололошка замер, удивлённо всматриваясь в спину учёного. О чём этот сумасшедший вообще думает?! — Не спеши называть меня безумцем с тяжёлым психологическим расстройством, — словно прочитал мысли своего студента профессор. Его речь была размеренная, как будто давно выученная и подготовленная. — Таким образом ты сумеешь благополучно отомстить тем людям, что проводили на тебе опыты, как над инкубаторскими яйцами обычных насекомых, рыб и земноводных, пресмыкающихся, птиц и некоторых видов млекопитающих. Ровно столько же, сколько и ты, я считаю данный способ негуманным по отношению ко всем жителям Рая… — он резко замолк. Его голос эхом звучал в аудитории. Возвышенно и божественно… — Если ты хочешь привнести свою месть за былые или даже нынешние страдания, то лучше плана, чем у такого гения, как я, не найдёшь. Так что…       Его светлое лицо, погружённое в вечерние лучи палящего солнца, необычайным способом воздействовало на дьявольское сердце… Слишком красивое и манящее. Неужели таким образом он соблазняет всех своих приспешников?       Впрочем, отказываться как желания, так и цели не было, ведь он изначально пришёл сюда, преодолел столько малых трудностей, чтобы узнать о намерениях данного высокомерного ангела как раз-таки ради этого. Лололошка уже было открыл рот, чтобы дать положительный ответ, однако его в ту же секунду перебили, словно опять играясь. — Не спеши давать свой ответ, хорошенько не взвесив все плюсы и минусы. Предлагаю сходить прогуляться, всё хорошенько обдумать и узнать, какие задачи тебя могут ждать в подрыве деятельности всего Рая, — завлекающим тоном прозвучал меланхолический голос Джона. Его глаза сузились в явной усмешке, а очаровательная короткая ухмылка повисла на его освещённом солнце лице. Края белого костюма развевались на слабом ветерке, исходящим от приоткрытого окошка, а рука уж слишком прислужливо, что не подобало его образу холодного тирана, протянулась вперёд, обращая всё свое внимание на сидящего неподалеку за партой юношу.       Нервный глоток вырвался из бьющейся интенсивно груди. Мелкая дрожь прошлась по всему телу, а щёки предательски загорелись алым пламенем. Жар, исходящий от них, можно было сравнить с теплом двигателя в машине.       Словосочетание из двух слов, которое поработило без остатка все мысли профессора: «первое свидание». Может быть, именно это объяснило его трепещущие глаза немой радости… И такой вид.

***

      Шорох за дверью аудитории, где находилось только двое: профессор-тиран и новенький, опоздавший на урок, затем быстрые шаги.       Странный тёмный силуэт исчез за концом коридора…

Тайный слушатель?

***

Часть 22: Пособие по тому, как надурить гения?

      «Ложь, откровенная или уклончивая, высказанная или нет, всегда остаётся ложью», — Ч. Диккенс.

Танец с самим дьяволом