Провокативный метод

      — Это серьезно Стрелецкий? — почти шепотом спросил у Аделины Руслан, когда они стояли около оцепления. Кругом были полицейские и сотрудники антитеррора. С одним из них сейчас разговаривал Артем.       — Сама в шоке, — усмехнулась Сторожилова, сложа руки на груди, — потрепала его жизнь, конечно.       Аделина осмотрелась по сторонам. За оцеплением уже стояли журналисты и родные тех, кто находился в здании. Сколько раз она видела подобные картины? Уже голова шла кругом от такой работы. Лучше бы у нее сейчас была частная практика, как и хотела девушка, но оспорить решение Александра Андреевича было практически невозможно, а проходить кучу сеансов психотерапии у нее не было ни времени, ни желания.       — Слушай, как думаешь, может попросить его поговорить со своим отцом? Может он там мое решение о частной практике пересмотрит? — интересуется Аделина, наблюдая за тем, как Артема инструктируют перед тем, как установить связь с захватчиком.       — Да хрен знает, — отмахнулся мужчина и взял с капота машины стаканчик с недопитым кофе, — какие планы на вечер? — спрашивает он.       — Никаких, — отмахнулась Аделина, — буду смотреть сериалы и лопать мороженное.       — Скучно, — он знал, что предлагать ей провести вместе время — бесполезно, Аделина все равно откажется. Она старалась не заводить слишком близких отношений на работе и со всеми держал дистанцию. Руслан всегда считал ее другом, но она его никогда так не называла.       Она наблюдала за тем, как подполковник Димитров и Артем ведут переговоры. В здании много людей, у которых есть проблемы со здоровьем. Любые резкие действия могли только усугубить положение, так что приходилось действовать осторожно, но и в тоже время без промедлений.       — Почему он так хотел встречи именно со Стрелецким? — интересуется Сторожилова, посмотрев на Руслана.       — Вроде как, он его бывший пациент, — пожал плечами Ковалев, — ничего толком не сказал. Просто попросил привезти Стрелецкого.       Руслан работал в отделе немного дольше, чем Сторожилова, но он не был сторонником тех методов, которые использовала она. Ковалев учился в Питере, но потом по распределению попал в Москву, что его вполне устраивало. Он спокойный и сдержанный, но способный принимать решения в экстренных ситуациях, тщательно все взвесив. Аделина же была настоящим ураганом, который готов снести все на своем пути.       — Выходит, — Руслан толкает ее в бок и они оба смотрят на то, как средних лет мужчина покидает здание и они с Артемом о чем-то говорят, пока на захватчика надевают наручники. В здания заходят врачи и полицейские, чтобы оказать заложникам необходимую помощь.       Такие случаи редко заканчивались чем-то фатальным. Захватчик, чаще всего, один, обижен на жизнь, предан, брошен или просто запутался в жизни. Захват заложников для него — крик о помощи. Нет, Аделина таких никогда не оправдывала, ведь они все равно были преступниками. Просто хотела, чтобы все закончилось мирно и без жертв, как в этот раз.       — Ну что, мы закончили, — Артем подходит к Аделине и Руслану. Выглядит он более дружелюбным, чем в ночлежке.       — Причина? Почему он это сделал? — интересуется Ковалев, посмотрев на Стрелецкого.       — Потерял надежду на то, что может что-то изменить в своей жизни, — пояснил Артем, — мы договорились, что встретимся с ним в СИЗО, ну и в колонии, при необходимости.       Аделина коротко кивает. Главное, что все целы. Да, впереди у нее куча отчетов и бумаг, которые она должна подать своему руководству, но их куда меньше, чем было бы, убей этот человек хоть одного из заложников.       — Ладно, спасибо за помощь, — Аделина протягивает Артему руку и тот ее осторожно пожимает, — вас подвести? — интересуется она, указав на свою машину.       Артем несколько минут молча смотрел на нее. В дороге они практически не общались, да и приехав на место захвата тоже, а его интерес, который Аделина пробудила в ночлежке, никуда не делся. Хотелось пообщаться с ней снова. Расспросить о том, почему она выбрала такой метод работы. Почему не практикует, как частник? У него была возможность узнать ее имя — его назвал один из сотрудников антитеррора, и Артем был уверен в том, что никогда не слышал об Аделине Сторожиловой в ассоциации психологов и психотерапевтов.       — Да, если можно, — наконец, соглашается он и пожав руку Руслану, идет к авто Аделины.       — Вы нам правда очень помогли, — сказала она, пристегнув ремень безопасности, — куда вас отвезти? В ту ночлежку?       — Ага, — Артем осматривал салон внедорожника Ауди. Машина не самая дешевая, значит в ФСБ ей платят неплохо, — около трех лет назад я уже помог этому мужчине. Тогда он был бизнесменом с кучей долгов и даже думал о самоубийстве, но я смог его вытащить.       — Отчаяние толкает людей на настоящее безумие, — отметила Аделина, — почему вы все бросили? — этот вопрос начал волновать ее с того момента, как она поняла, что Артем находится в ночлежке не по тому, что у него там пациент, а потому что он сам выбрал такой образ жизни.       Артем снова молчит и смотрит в окно, за которым проносятся многочисленные дома. Он не был уверен в том, что готов говорить о том, как оказался на дне. В тот день, когда его отец запланировал семейный ужин и в итоге сам же его сорвал, Артему сильно захотелось напиться, а потом пошло и поехало. Алкоголь быстро стал привычным. Помогал забыть о произошедшем.       — Так получилось, — коротко ответил Артем. Он почти перестал злиться на нее за тот перфоманс в туалете, так как понимал, что сам бы поступил так же на ее месте. Слова отца так сильно задели его, что он начал убеждать себя в том, что Кирюша в самом деле не его сын, но это не отменяло того, что Артем скучал по мальчику.       У Аделины больше не было к нему какого-либо интереса. Она сделала то, что от нее требовалось и теперь хотела просто отвезти Артема в ночлежку и вернуться домой. Он сам выбрал такой образ жизни, так что нет смысла вмешиваться без его согласия. Да и у нее была куча другой работы. Более полезной.       Впервые за все время Артем не хотел возвращаться в то место. Он вообще не знал чего хочет. Слова Аделины в самом деле его отрезвили, даже появились мысли о том, что именно такой специалист ему нужен, такой же, как он сам. Она могла хорошо встряхнуть его и заставить снова бороться.       — Вы не ведете частную практику? — спрашивает Артем, когда они покидают район и берут курс на Мытищи.       — Нет.       Она не была уверена в том, что хочет обсуждать с Артемом причину, по которой у нее нет возможности вести частную практику. Все же сейчас не самая благоприятная атмосфера для такого разговора.       — Почему? — похоже, что он сам приведет к этому разговору. Аделина кривит губы.       — Так вышло. Не нашла контакт со своим супервизором, — она решила избежать подробностей. Особенно тех, в которых фигурировал отец Артема. Аделина не знала, в каких они отношениях и как ее попутчик отреагирует на это, — на самом деле, мне очень комфортно в ФСБ, — тут же добавила она, — а что? Зачем вам это?       — Может я хотел записаться к вам на прием, — усмехается Артем, посмотрев на черную собаку, которая стояла на приборной панеле и мотала головой при движении.       — Тогда вам придется поискать другого специалиста, — разочаровала его девушка, припарковавшись около ночлежки, — всего доброго, Артем Александрович.