Ночь Самайна

Тридцать первое октября. День, к которому готовятся не меньше полугода: поиск жертвы, втирание в доверие, полная скрытность и напитка силы. Все молодые вампиры готовятся к этому дню, как к самому важному, что должно произойти в жизни.  В двадцатипятилетнем возрасте вампиры вступают в, так называемую, взрослую жизнь. Их задача в Самайн показать, что жизнь не выигрывает у смерти. Они должны обратить жертву в себе подобного, сделав своим помощником, рабом или же учеником, но многие выбирают первые два варианта: слабый и безвольный вампиришка выполняет грязную и тяжелую работу, первым отдается на смерть в случае чего, используется как расходный материал. Люди, глупые людишки, совершенно ничего не знают об этих существах, кроме определенного круга — охотников. Но в наши дни их осталось ничтожно мало, большинство из которых отошли от дел в виду бессмысленности борьбы — вампиры сильнее, и это факт. Охотники обладали обширными знаниями, разным оружием, но даже так шанс убить вампира ничтожно мал. Этих тварей не берет ничего. Нужно быть действительно сильным и искусным охотником, чтобы избавиться хотя бы от одного. Ли Минхо — выходец одного из сильнейших родов вампиров. Таких семей несколько, однако именно династия Ли славится самыми сильными тварями, что способны подчинить кого угодно, обладают высокими хитростью, ловкостью и острым умом. Минхо обучался у лучших преподавателей, имея цель обойти их, с самого детства тренировался, охотился с родителями. Конечно, он проводил время со сверстниками, однако они его боялись, а Минхо было с ними скучно.  Как подобает подобному слою вампиров, он выбирает соответствующую жертву — Хван Хенджина — потомка сильнейшего охотника, который в свое время принес много проблем клану Ли. Хенджин не только человек, в крови которого течет сила целого поколения охотников, но и тот, кто отличается нечеловеческой красотой, умом и силой, чем сражает наповал не только Минхо, а ещё и весь город. Вампир с детства знал, что его жертвой будет именно он, Хван, что к тому моменту только появился на свет. Минхо, как и другие вампиры, пользуется помощью ведьм, которые создают специальные амулеты, позволяющие без страха находиться на солнце, а потому спокойно находится среди людей. Учился с ними в школе, ходил в человеческие секции, а теперь и учится в университете в одной группе с младшим. Ли пришлось ждать несколько лет, чтобы поступить вместе с ним, однако сближаться стал далеко не сразу, чтобы не спугнуть. Минхо не дурак, понимает, что Хенджин очень недоверчив, слегка мнителен. Хван будто не нуждался в новых знакомых: всегда ходил один, сознательно не поддерживал диалог, все работы делал в одиночку. У него были друзья детства, с которыми он продолжал общаться вне вуза. Очевидно, это тот самый близкий круг, которому Хенджин может доверять, в которых может быть уверен. А значит, именно с ними Хван и будет проводить Хэллоуин. Ли не составило труда идти на равне с младшим, словно устраивая гонки, кто будет лучшим в учебе. Старший каждый раз порывался писать доклады с Хенджином, но неизменно получал отказы, поэтому за все это время они стали не больше, чем просто знакомыми. Это удручало, но Ли знал, что в Хэллоуин Хван отпустит себя, ведь считается, что вампиры издревле боятся этого дня, мол, тогда охотники массово нападали на них.  Так и было во времена дедушки Хенджина, ведь это именно он устраивал массовую охоту в Самайновскую ночь. Предки Ли и других кланов, что когда-то имели ту же власть, натерпелись, но не даром клан Ли один из сильнейших, вот и выстоял.  *** В самую важную ночь для каждого двадцатипятилетнего вампира начинается все веселье в городе. Десятки подростков и молодых людей гуляют всю ночь, смеются, выпивают. Везде слышится разная музыка, сплетни, «сладость или гадость», шелест оберток конфет.  Минхо, может, и хотел бы повеселиться со всеми, однако его первостепенная задача — найти Хвана. Было предчувствие, что тот появится, по-другому и быть не может. А если же нет, Ли заявится к нему в дом и укусит. Он не может облажаться, поэтому сделает все возможное. Однако удача на его стороне, ведь спустя полтора часа слышит его громкий смех, который не слышал ни разу за все время обучения. Было понятно, Хенджин пьян и беззаботен, он отпустил себя, действительно веря, что вампиры не высовываются, особенно в Хэллоуин. Иронично, что Хван одет в костюм охотника, на лице гримом нарисованы шрамы, которые ни на йоту не портят его красоту, скорее придают шарма. Черная заостренная шляпа создает ощущение дерзости и серьезности, а от его плаща веет некой таинственностью и силой, что спрятана где-то внутри в ожидании своего часа. Минхо определенно это нравится, Хенджин выглядит слишком сексуально, пышет уверенностью в себе. Такого хочется сломать, хочется, чтобы он принадлежал только тебе, делал все для тебя.  Первое время Ли просто наблюдал издалека, анализируя поведение и эмоции. Хенджин был расслаблен, не сдерживал эмоции, совсем не следил за происходящим рядом. Это было странно и непривычно. Тогда Минхо и решил действовать. — А я уж думал, что ты весь вечер и будешь только пялиться и ходить по пятам, — вампир даже не успел поздороваться, а Хван уже его заметил. «Все-таки он держит все под контролем», — проносится в мыслях у старшего. — Ну, ты же неприступный у нас, вдруг пошлешь. — Ты явно не из тех, кто этого боится. Хван не дурак, Ли в этом убеждается уже в который раз. Он и вправду мало чем похож на обычного человека: его красота, сила, ум имеют будто нечеловеческие показатели. Это интересовало. Это привлекало. Это притягивало. Да и грехом было бы отнекиваться от этих мыслей, кажется, в этом мире не сыщешь лучшего парня, чем Хван. — И что же такой правильный мальчик делает в такое время на улице, а не сидит за учебниками дома? — Переводит тему Минхо. Друзья человека отходят вперед, не мешая их разговору. — Веселюсь. Не веришь, что умею? — Задаёт вопрос Хенджин, видя приподнятую бровь Ли. — Нет, не верю. Докажи. — Разбежался. Ладно, бывай, — было только Хенджин попрощался, как Минхо хватает его за руку и рывком тащит в темную подворотню. — Что ты, — не успевает Хван отреагировать, как оказывается прижатым к стене, — а, гадкий вампиреныш, — догадывается. — Странно, что не признал меня ранее, — ухмылка, не предвещающая ничего хорошего, появляется на лице старшего, — что, дедуля ничему не научил? — Да нет, глупый и гадкий вампиреныш, многому научил. Я чувствовал гниль от тебя, но была надежда. — Как приятно разбивать ее в дребезги. Только Минхо тянется к столь желанной шее, как Хенджин ударяет коленом в живот, хватка на руках ослабевает, и очередной удар приходится в скулу.  — Ах ты, сученок, — глаза Ли мгновенно темнеют, в них бурлит злость и желание подчинить, — поиграть в охотника вздумал? Хван порывается бежать, пока тот приходит в себя, однако не стоит недооценивать сильнейшего вампира. Он возьмет, что по праву его. Минхо хватает Хенджина, что начинает убегать, притягивая за руку, и вонзается клыками в желанную плоть. Как и ожидалось, кровь охотника сладка и приятно оседает на кончике языка и губах. Ли царапает свою руку, поднося ко рту Хвана и заставляя ее выпить.  Дело сделано, бой проигран. — Ну что, теперь ты стал таким же, твой дедуля зря старался, — мерзкая усмешка появляется на довольном лице, — ну что, мой котенок, не отсосешь ли своему хозяину? — Пошел к черту, гадкий вампиреныш, — прислоняясь к стене и борясь с отравой, произносит полушепотом Хенджин. В глазах Минхо — чистое непонимание. Теперь злорадствует Хенджин. Ведьмы те ещё сучки, работающие на две стороны…