2/6

***

      — Даниил Рубинович, позвольте снять с Вас обязанности на сегодня и отпустить Вас с женой отдохнуть на свидании.       Вячеславич усмехнулся — ваша с ним привычка излишне любезничать за девять лет путешествий во времени и за пару месяцев настоящих событий никуда не делась.       — Уважаемый Алексей Александрович, мы с удовольствием отдохнём и дадим Вам возможность заняться делом, — он оправил пиджак. — Но если честно, спасибо. Мы не хотели вас с Викой снова напрягать, думали Крепыгиных попросить, — Леопольд взял фамилию жены. — Да они заняты.       — Ладно тебе. Мы мир успели спасти, что нам посидеть с ребёнком? Тем более, таким замечательным, как Веня. Кстати, вопрос к вам двоим как к родителям. Я понимаю, что последнее слово за ней, но вы, если что, доверяете её Виктору?       Василиса улыбнулась.       — Лучшей покровительницы не придумаешь. Спасибо, ребят.       — Венька!       На оклик Виктора выбежала маленькая девочка с двумя розовыми косичками. Не считая родного цвета волос — обычный, полностью человеческий ребёнок.       — При-ривет! Наконец вы при-риземлились, я жутко скучала!       Пока вокалисты «Велюра» планировали сходить в ресторан на свидание, Виктор должна была заключить договор с Венерой Вячеславич, которая ждала этого дня с самого момента повышения твоей жены. Всё происходило в непринуждённой обстановке за тремя кружками какао и сладостями, которые она материализовала из воздуха. Теперь у Вики было что-то вроде индульгенции на околоземные и внеземные физико-химические метаморфозы. Ей вообще можно всё, подумал ты.       Виктор прокашлялась и обратилась к девочке, которая впилась в неё взглядом; из привидения Вика наконец дошла до позиции ангела-хранителя, и сейчас она решила показать девочке свои крылья.       — Уж прости, нужны формальности. Итак: уважаемая Вячеславич Венера Данииловна, мне на Небе предложили стать Вашим Ангелом-хранителем, но я должна узнать Ваше мнение. Разрешаете ли Вы мне приглядывать за Вами и в случае небезопасных ситуаций спасать Вас?       Девочка хихикнула от официальных обращений и, пытаясь сделать такое же серьёзное лицо, ответила:       — Разре-решаю!       — Мне нужна Ваша подпись, Венера Данииловна.       Веня поставила в сгустке звёздной пыли отпечаток ладони, и Виктор тут же сбросила маску формальности. Крылья она уменьшила и сложила поудобнее.       — Поздравляю, Венька! И спасибо тебе за сотрудничество.       Дочка твоих друзей улыбнулась — мысли читать не надо, явно что-то задумала.       — А теперь-рь мне нужно сотрудничество с вами двумя!       — И что же ты хочешь?       — Ты знаешь, что на свадьбе ты была похожа на самое красивое при-ривидение?       Виктор улыбнулась — платье было данью вашей первой встрече до повышения, но о таких мрачных историях девочке ещё рано было знать. Для неё вы были просто Богом и ангелом в костюмах то других хтоней, то людей. Ты встрял в диалог:       — Она не только самое красивое привидение, но и самое лучшее.       Венера улыбнулась до ушей, подтвердила твои слова, после чего показала на свадебную фотографию родителей.       — Во-от, вами двумя я полюбовалась нормально. А пре-редставляешь, тёть Вик, мои мама с папой, когда поженились, меня не позвали!       К такому вас жизнь не готовила. У девочки был козырь в рукаве — если сказать ей, что её ещё не было, она начнёт парировать, что у главных велюровцев есть машина времени.       — А ты с ними об этом говорила? Может, они с удовольствием возьмут тебя в прошлое?       Та потупила взгляд, потом жестом «дяди Розы» поправила очки и откинула назад косички.       — Не подумала. Но я, вообще-то, хотела сделать поинтере-реснее: вы меня загри-римируете под кого-нибудь другого и пронесёте меня так, чтобы они не догадались!       — С превращений и надо было начинать, — сдержала смешок Виктор. — Это тебе к дяде Червю.       — Дядя Червь согласен, Вень. Кем ты хочешь быть?       — Кем ты меня сделаешь, мне всё равно.       — Ты знаешь, кем я её сделаю.       — А он пока так и не рассказал про настоящий свой облик?       — Не-а.       Ты провёл рукой перед лицом Венеры, и вот на тебя уже глядел Бельфегор — заплетённая розовая шевелюра стала распущенной иссиня-чёрной, а светлый глаз, доставшийся ей от Васи, сравнялся цветом с тёмным глазом Вячеславича и вообще всех, кто находился около Межболотного измерения. Забавно, как гетерохромия девочки вызывала у тебя воспоминания о прежнем «Багровом Фантомасе» и, не при ребёнке будут сказано, их могиле. Вячеславич боялся закончить как предыдущий Шершень, поэтому на Небесах ты уладил всё таким образом, чтобы именно Яша в качестве ролевой модели видел Даниила, а не наоборот.       Кажется, Виктор прочитала твои мысли и тоже вспомнила весь нелёгкий путь сквозь тернии домой. Она усадила девочку на колени и взяла тебя за руку, чтобы удостовериться, что всё это — реально. Её страхи ты давно убрал, как только занял позицию Бога, она не переживала ни о чём, но вот в то, что тревожиться реально было больше не из-за чего, сложно было поверить и тебе. Чувство выполненного долга в виде твоей крестницы сидело на коленях Виктора и любовалось своим отражением в её ладони.       — Знаешь, Червь, — усмехнулась тебе Вика и провела свободной рукой по новым волосам Веньки. — Ты неугомонный.       Да, ты действительно неугомонный. Ты любишь людей и стараешься им помочь. Ты исполнил мечту своей подруги, не ожидая ничего взамен. Сейчас продолжение её мечты непринуждённо болтает с тобой и твоей женой, видит в вас обоих наставников и друзей одновременно. У обеих твоих групп дела идут в гору, а в первом ряду каждого концерта в Катамарановске стоит Яша Шершанский — живой, здоровый, целый, невредимый, да и к тому же успешный в своих кругах фолк-исполнитель. Вместе с ним часто приходит и Жанна: как ты и обещал Осипу, ни насильно, ни обманом ты никого не заставлял «сохранять семью ради ребёнка» и не принуждал заново бывшего академика влюбиться. Мама Шершняги приходит на концерты хорошего товарища, а не вынужденного знакомого. Людей, которые о тебе даже не знают и не подозревают, ты спас от стольких вещей, что страшно даже вспоминать.       Да, Червь, ты неугомонный. Но ты можешь уверенно сказать: всего этого добился я сам.