Очередная погоня

Прошла неделя. Мобиус с головой погрузился в работу, но дни казались удивительно пресными. Он ловил себя на том, что периодически поглядывает на пустой стул в своем кабинете, где еще недавно сидел самый необычный подозреваемый в его практике. Новые дела были рутинными — кражи, мелкие разборки, ничего по-настоящему захватывающего. Даже кофе, казалось, стал менее вкусным. В тот день Мобиус как раз просматривал очередной отчет, рассеянно помешивая ложечкой в кружке, когда дверь его кабинета приоткрылась. На пороге появилась Верити, и ее губы изогнулись в полуусмешке: — Эй, Мобиус, там твой змеёныш объявился. Торчит в холле, очаровывает весь женский состав. Заявляет, что пришёл к тебе. Лично. Мобиус едва не поперхнулся кофе. Он быстро отставил тарелку с начатым пирогом, наскоро промокнул губы салфеткой и, одернув чуть помятый галстук, поспешил к выходу, стараясь не выдать своего волнения. Картина, открывшаяся в холле, заставила его невольно улыбнуться. Локи, одетый в свою фирменную черную кожаную куртку и светлые джинсы, небрежно опирался о дверной косяк, излучая какое-то немного опасное, но при этом почти юношеское очарование. По другую сторону помещения столпились молоденькие практикантки, делая вид, что усердно сортируют папки, однако девушки то и дело бросали украдкой в сторону завидно привлекательного байкера заинтересованные взгляды. Локи, явно наслаждаясь произведенным эффектом, одарил их очередной ослепительной улыбкой и подмигнул, вызвав волну смущенного девичьего хихиканья. Но не тут-то было: Верити осадила их, напомнив о работе, и те разочарованно поплелись за ней в коридор. Мобиус мысленно покачал головой — некоторые вещи никогда не меняются. Не успел он сделать и пары шагов, как Локи заметил его. Лицо байкера озарилось искренней радостью, и он стремительно преодолел разделявшее их расстояние. — Что случилось? Что ты здесь делаешь? — Мобиус старался звучать строго, но губы сами собой растягивались в улыбке. — У меня, между прочим, обеденный перерыв. — О, как удачно! — в глазах Локи промелькнули озорные искорки. — Тогда пригласишь в свой кабинет? Когда они прошли в кабинет, Мобиус спросил: — Как ты? — Все нормально, — Локи казался непривычно сдержанным. — Вообще-то… я пришел по делу. — По какому же? — Мобиус действительно был заинтригован. Однако вместо ответа Локи принялся медленно прохаживаться по кабинету, с преувеличенным вниманием разглядывая корешки папок на полках и безделушки на столе. Что-то в его движениях выдавало легкую нервозность, словно он собирался с мыслями. — Я… хотел пригласить тебя кое-куда, — наконец произнес он, все еще избегая прямого взгляда. — Что, опять в какой-нибудь бар с приватными кабинками? — Мобиус не удержался от поддразнивания, вспомнив их прежние встречи. Локи рассмеялся — открыто и легко, и этот смех удивительно преобразил его лицо, стерев последние следы напряжения. Мобиус даже не осознавал, насколько ему его не хватало. — Нет, не в этот раз… Локи обернулся, и его взгляд тут же зацепился за тарелку с недоеденным куском пирога на столе. Губы его изогнулись в той самой фирменной усмешке, от которой у Мобиуса всегда начинало покалывать где-то под ребрами. — О, я смотрю, ты всё ещё питаешься этой безвкусицей? Знаю место, где пекут пироги в тысячу раз лучше, чем в вашей задрипанной столовой. Можешь мне поверить. — Да ну? — Мобиус приподнял бровь. — Отвечаю, не пожалеешь, — подмигнул Локи и, прежде чем Мобиус успел среагировать, одним плавным движением запрыгнул на его рабочий стол, устраиваясь там как ни в чем не бывало, так, словно находился у себя дома. Мобиус смерил его красноречивым взглядом, но Локи только невинно хлопал глазами, всем своим видом показывая, что не понимает, в чём проблема. — Значит, раз выпустили, теперь думаешь, что всё можно? — Мобиус медленно приблизился к столу. — В чем дело, детектив? — Локи склонил голову набок, изображая полное непонимание ситуации. — Слезь, — твердо произнес Мобиус. — А то что? — поддразнил Локи, явно нарываясь. — Снова арестуешь? Мобиус аккуратно отставил тарелку с пирогом подальше на край и шагнул вперед, оказываясь прямо между широко расставленных колен Локи, руки же положил на стол по обе стороны от сидящего. Благо шторы в кабинете были задернуты — последняя здравая мысль промелькнула в голове детектива. — Слезь, — повторил он, но в этот раз уже чуть мягче и почти шепотом. Локи быстро сглотнул, понимая, что «выход» теперь заблокирован и, как бы он не хотел, слезть все равно не получится. Мобиус с удовольствием отметил, как красивый румянец начал заливать его шею и щеки. Было что-то невероятно очаровательное в том, как этот самоуверенный наглец терял всю свою дерзость от такого простого действа. Мобиус никак не мог удержаться, чтобы повеселиться. Совсем чуть-чуть. В любом случае время его обеда еще не закончилось, ведь так? — Что такое? Язык проглотил? — Мобиус позволил себе легкую улыбку, «случайно» скользнув ладонью по бедру Локи, обтянутому потертыми джинсами. Ответная дрожь была более чем удовлетворительной, а промелькнувшая беспомощность в аккурат с вызовом в зелёных глазах — тоже. Однако внезапно дверь распахнулась, и на пороге возникла Верити с папкой документов в руках. — Какого черта здесь происходит?! — возмущенно воскликнула она, застыв на месте. Мобиус отпрянул от стола так быстро, словно обжегся, а Локи буквально слетел с поверхности, чуть не опрокинув стопку бумаг. — Я… эм… зайду позже, — пробормотала Верити, поспешно ретируясь и захлопывая за собой дверь. Не успел Мобиус перевести дыхание, как Локи уже метнулся к выходу. — Напишу время и адрес! — крикнул он через плечо, исчезая за дверью так же стремительно, как появился. Мобиус тихо рассмеялся, опускаясь в свое рабочее кресло. Сердце всё еще колотилось как безумное, а на губах играла довольная улыбка. Он определенно с нетерпением будет ждать этой встречи. В конце концов, ему нужно было попробовать те пироги, о которых говорил Локи. Как от такого можно было отказаться?

***

Наступил назначенный день. Мобиус нервно одернул серый кашемировый свитер, который обычно надевал только по особым случаям, и толкнул дверь кафе. Колокольчик над входом мелодично звякнул, и его тут же окутал манящий аромат свежей выпечки и кофе. Кафе оказалось совсем не таким, каким он его себе представлял. Никакого намека на те сомнительные заведения, где обычно проводили время «Трикстеры». Светлые стены, украшенные акварельными пейзажами и полками с книгами, уютные диванчики с клетчатыми подушками, на каждом столике — маленькая ваза с полевыми цветами. Большие окна от пола до потолка заливали помещение мягким полуденным светом, а в углу тихо играла какая-то приятная популярная музыкальная композиция. Локи сидел за столиком у окна, и Мобиус едва не споткнулся, настолько непривычным был его вид. Никакой кожаной куртки и зализанных гелем волос — вместо этого темно-зеленый вязаный свитер, который невероятно шел к его глазам, и свободно падающие на плечи волнистые пряди. Он выглядел мягче, словно сбросил какую-то маску, за которой прятался все это время, и вместе с тем старше, как будто бы солиднее, серьезнее. — Ты пришел, — Локи улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли обычной насмешки — только подлинная радость. — Как видишь, — Мобиус сел напротив, все еще не в силах отвести взгляд от этого нового, незнакомого Локи. — Тебе обязательно нужно попробовать их лаймовый пирог. Он просто… — Локи показательно закатил глаза от удовольствия, — божественный. Ну, для тебя. Я такое не очень люблю, но ты, уверен, будешь в восторге. Мобиус засмеялся. Локи был неподражаем. Как ни удивительно, беседа завязалась быстро и на удивление очень легко. — Слушай, а как ты вообще стал лидером «Трикстеров»? — спросил он, когда они сделали заказ. — Прости, конечно, но Мамба как-то больше похож на главаря банды… Локи не обиделся. Наоборот, тихо рассмеялся, но в этом смехе Мобиус уловил какую-то затаенную горечь. Он откинулся на спинку стула, глядя куда-то сквозь окно. — Знаешь, это все мой отец, — начал он тихо, и его голос звучал непривычно серьезно. — Один большой урок, который он преподал мне, сам того не желая. Всю жизнь он твердил, что я недостаточно хорош, недостаточно силен, недостаточно похож на моего старшего брата. И в какой-то момент я просто решил…решил доказать ему, что могу быть лучшим. Пусть даже в том, что он считал неправильным… Тень грусти промелькнула по его лицу, и Мобиус вдруг поймал себя на желании протянуть руку и сочувственно коснуться его ладони, лежащей на столе. Но момент был упущен — Локи тряхнул головой, словно отгоняя неприятные воспоминания, и снова улыбнулся, хотя улыбка вышла немного натянутой. В этот момент к их столику подошла официантка — приветливая женщина лет шестидесяти в клетчатом фартучке и с добрыми морщинками вокруг глаз. Она поставила перед ними две чашки свежесваренного кофе и десерты — воздушный лаймовый пирог для Мобиуса и шоколадное мороженое с карамельной крошкой для Локи. — Благодарим, мадам, — вежливо отозвался Локи, легко улыбнувшись, на что Мобиусу оставалось только мысленно изумляться в который раз — в приятном смысле, конечно же. Когда Мобиус отправил в рот первый кусочек пирога, буквально замер от удовольствия. Нежнейший крем таял на языке, оставляя освежающий привкус лайма — идеальный баланс сладкого и кислого. — Я же говорил, — Локи улыбнулся, наблюдая за его реакцией, и следом принялся за свое мороженое. Некоторое время они сидели молча, наслаждаясь десертами и кофе. Тихо играющая музыка, шелест страниц книги за соседним столиком, приглушенные голоса других посетителей — все это создавало удивительно умиротворяющую атмосферу. — А что насчет тебя? — неожиданно спросил Локи. — Ты, кажется, раньше был офицером полиции. Почему решил стать детективом? Мобиус отложил вилку и глубоко вздохнул. — Был один случай… Совсем молодой парень, лет девятнадцати. Его обвинили в вооруженном ограблении, хотя любому здравомыслящему человеку было очевидно, что его подставили. Но детективы, которые вели дело, не особо старались докопаться до истины. А я… я был просто патрульным офицером, от меня ничего не зависело. Парня посадили. А я после этого подал документы на переквалификацию. Решил, что как детектив смогу действительно помогать людям, а не просто следовать протоколу. Впрочем, я от этого даже выиграл. Служебный транспорт оставили при мне, так что, можно сказать, я остался играть на обоих фронтах. Локи понимающе кивнул, помешивая ложечкой немного подтаявшее мороженое. Потом, словно решившись на что-то, осторожно спросил: — А семья у тебя есть? Жена, дети? — Была жена, — просто ответил Мобиус. — Мы разошлись пять лет назад. Локи явно хотел спросить что-то еще, но, заметив, как напряглись плечи детектива, промолчал. Мобиус был благодарен ему за эту деликатность — некоторые раны были все еще слишком свежи, чтобы говорить о них вслух. — Знаешь, когда я впервые увидел тебя, я… — начал вдруг Локи, однако не закончил фразу, внезапно прищурившись и глядя на что-то на лице Мобиуса с легкой усмешкой. — Что? — Мобиус машинально потер подбородок. — У тебя… крем от пирога на усах, — Локи явно сдерживал улыбку. — Чуть правее. Мобиус неуклюже попытался вытереть салфеткой указанное место, но, судя по тому, как Локи закатил глаза, промахнулся. — Нет, вот здесь… Нет, все еще не то… — Локи явно начинал терять терпение, наблюдая за его безуспешными попытками. — Да позволь мне… Он неожиданно подался вперед через стол и мягко провел большим пальцем по краю усов Мобиуса, стирая белую точку крема. Это простое прикосновение словно наэлектризовало воздух между ними. Мобиус почувствовал, как его сердце пропустило удар, когда взгляд Локи на мгновение опустился к его губам — опустился да так там и остался. — В баре ты казался смелее, — слова сорвались с языка прежде, чем Мобиус успел их обдумать. Но вместо ожидаемой дразнящей улыбки или смущенного взгляда, лицо Локи внезапно окаменело. Его глаза, только что теплые и игривые, стали острыми как лезвия. — Ботропс, — процедил он сквозь зубы, не отводя взгляда от чего-то за спиной Мобиуса, а вернее кого-то. — Они следят за мной. Локи резко поднялся, но Мобиус успел схватить его за локоть. — Даже не думай идти туда. — Мобиус… — Нет. Их взгляды встретились в молчаливом противостоянии, пока Локи наконец не выдохнул. — Хорошо. Но дай мне просто поговорить с ним. Один на один. Ты будешь видеть нас отсюда. Мобиус неохотно разжал пальцы, и Локи направился к выходу. Через большое окно кафе было отлично видно, как он подошел к высокому мужчине в темной кожаной куртке. Их разговор длился не больше пяти минут, но когда Локи вернулся за столик, его лицо было мрачнее грозовой тучи. — Они хотят встретиться. На старом складе у доков, — он провел рукой по волосам — еще один жест, который Мобиус уже научился распознавать как признак беспокойства. — Это очевидная ловушка, — Мобиус подался вперед, понизив голос, чтобы их не могли слышать другие посетители. — Знаю, — Локи невесело усмехнулся. — Но я не могу не пойти. Я не трус. — Нет, но ты идиот, если думаешь, что я позволю тебе пойти туда одному. — Мобиус… — Даже не начинай этот спор. Либо мы идем вместе, либо не идем вообще. Локи открыл рот, явно собираясь возразить, но потом просто откинулся на спинку стула, признавая поражение. — Ты невыносим, знаешь об этом? — Мне говорили, — Мобиус позволил себе легкую улыбку, хотя внутри все сжималось от мысли о предстоящей встрече. Он достаточно долго работал в полиции, чтобы знать — ничего хорошего такие встречи обычно не предвещают. Но сейчас, глядя на Локи, который рассеянно, уже безо всякого интереса водил ложкой по остаткам растаявшего мороженого, он понимал, что не смог бы поступить иначе. Что-то в этом невозможном человеке заставляло его забыть о всякой осторожности, о годах службы, о здравом смысле. И, честно говоря, это пугало его едва ли не больше, чем перспектива встречи с «друзьями» Локи. Но дороги назад уже не было. Он не мог оставить Локи одного. Точно не когда на горизонте маячила реальная опасность.

***

Мобиус сидел позади Локи на его Харлее, крепко держась за его талию, пока они неслись по крутой трассе. Локи переоделся, снова надев свою неизменную кожаную куртку, Мобиус же вернулся к своему рабочему костюму. Они остановились в паре кварталов от заброшенного склада. Локи заглушил мотор и повернулся к Мобиусу: — Жди здесь и наблюдай. Я разберусь с этим сам. — Я вызову подкрепление, — Мобиус достал телефон, но Локи тут же положил свою руку поверх его. — Не стоит. Это всё-таки мои люди, они не причинят вреда. — Ты так в этом уверен? Один из «твоих» уже убил человека, не думаю, что ты хочешь быть следующим. Локи засомневался, но от своего всё-таки не отступился: — Просто подожди здесь, ладно? У меня есть твой номер, я дам знать, если что-то пойдет не так. Обещаю. Мобиус покачал головой, но в конце концов согласился подождать. Как только Локи скрылся за углом, детектив всё же набрал номер участка, коротко обрисовав ситуацию и попросив держать наготове группу захвата. Что-то подсказывало ему, что она еще как пригодится. И это предчувствие совсем не радовало. Минуты тянулись мучительно медленно. Наконец, не выдержав, Мобиус двинулся к складу, стараясь ступать как можно тише. Через приоткрытое грязное окошко он увидел сцену, от которой внутри него все похолодело: в полумраке заброшенного склада группа людей окружила Локи. В тусклом свете он узнал Ботропса — близкого приятеля Мамбы, чье грубое лицо искажала презрительная усмешка. Ботропс медленно приблизился к Локи, его тяжелые армейские ботинки гулко отдавались в пустом пространстве склада. — Неужто думал просто так свинтить от нас? — процедил он, подойдя к Локи почти вплотную. Его глаза опасно поблескивали. Локи же стоял неподвижно, расправив плечи, и, несмотря на явную угрозу, в его позе чувствовалась привычная грация. Небрежным, почти театральным жестом он откинул прядь волос со лба — движение, которое он всегда использовал, когда хотел продемонстрировать свое превосходство. В блёклом свете его бледное лицо казалось фарфоровой маской. — Парни, я же уже сказал вам, что завязал с «Трикстерами», делайте что хотите, выберите нового лидера, смените форму. Полная свобода действий, новое начало и всё такое, — его голос звучал спокойно, почти скучающе, но за этой показной небрежностью Мобиус уловил едва заметное напряжение — оно проявлялось в том, как чуть подрагивали его пальцы, как он почти незаметно переносил вес с ноги на ногу, готовый в любой момент сорваться с места. Ботропс на это предложение издал смех, больше похожий на карканье вороны — резкий, отрывистый звук, от которого по спине бежали мурашки. Его глаза, налитые холодной злобой, впились в лицо Локи. — Нет, так дела не делаются. — Процедил он сквозь зубы, делая еще один шаг вперед. Теперь они стояли так близко, что могли чувствовать дыхание друг друга. — Решил, что можешь сдать «своего» копам и благополучно смыться? Каждое его слово сочилось смиряемым ядом, словно капли кислоты, разъедающие воздух между ними. — Тебя тоже могли посадить. Ты не безвиннен, Локи. Забыл сколько ночных гонок перепахал, пока мы тебя покрывали? Но нет, ты все еще на свободе. А всё почему? Богатый папочка всё-таки вспомнил про своего нерадивого сына? — Последняя фраза прозвучала с особенной издевкой. — О, нет! На самом деле всё потому, что за нашими спинами ты снюхался с каким-то стариком-легавым! Ты обманул и предал нас! Ты слаб и жалок, Локи, каким и был всегда. Мобиус видел, как лицо Локи дрогнуло и обагрилось растерянностью, которую тот не успел скрыть: слова попали в самую цель. Мобиус потянулся к телефону, понимая, что ситуация явно выходит из-под контроля и Локи надо спасать немедленно, но не успел — мощный удар по затылку почти оглушил его, а чьи-то руки железной хваткой стиснули плечи, затаскивая глубже в помещение. Кажется, по пути у него из кармана вытащили пистолет. Следующее же, что Мобиус заметил слегка затуманенным зрением, как мгновенно изменилось лицо Локи, когда тот увидел его — трансформация произошла стремительно, словно кто-то щелкнул невидимым выключателем. Всякая насмешливая маска, которую тот все еще пытался держать, раскололась, осыпалась осколками. Его точеные черты исказились, превратив лицо в гримасу почти ужаса. Зрачки расширились настолько, что почти поглотили радужку, придав глазам отчаянное выражение. Бледность сменилась мертвенной белизной, словно кровь разом отхлынула от лица. — Нет! Отпустите его! — крик Локи отразился от металлических стен, он рванулся вперед, но двое мужчин моментом схватили его, крепко удерживая и не давая вырваться. — Эй, вы хоть знаете, что грозит за нападение на сотрудника полиции? — попытался Мобиус, но, кажется, все лишь проигнорировали его слова. — Может проучим его, парни? — Ботропс растянул губы в садистской ухмылке. — Что скажешь, Локи? Хочешь посмотреть как мы «подправим» твоего любимчика? Когда Ботропс произнес свою угрозу, растягивая слова со злым наслаждением, ужас в глазах Локи никуда не делся, но к нему добавилось нечто еще — всепоглощающая ярость. Его зеленые глаза полыхнули таким неистовым огнем, что, казалось, могли прожечь насквозь. Каждая черточка его лица, каждая мышца словно налились чистой, концентрированной ненавистью. — Если хоть пальцем его тронешь…я за себя не ручаюсь, — эти слова прозвучали не как угроза, а как приговор. Его обычно бархатный тембр превратился почти в рычание. — О, правда? Охотно посмотрим, — Ботропс вновь засмеялся своим противным смехом, кажется, ничуть не напуганный, наоборот, он желал повеселиться. — Ну что, парни, глянем шоу? Мобиус даже не успел среагировать — Ботропс сделал знак и кулак одного из верзил впечатался ему в нос. Острая боль пронзила лицо, во рту тотчас появился неприятный металлический привкус крови. Но то, что произошло дальше, заставило Мобиуса вмиг забыть о боли. Локи преобразился за долю секунды, будто бы что-то окончательно в нем надломилось. Исчезла последняя сдержанность — перед ними был разъяренный дикий зверь. Одним текучим движением он высвободился из рук державших его мужчин. А в следующий миг его кулак с чудовищной, почти молниеносной силой врезался в челюсть того, кто ударил Мобиуса. Треск костей смешался с яростным рыком Локи. Удар был такой силы, что нападавший отскочил назад, рухнув на бетонный пол. На костяшках пальцев Локи алела кровь, а в глазах полыхало такое бешенство, что даже видавшие всякое отъявленные байкеры невольно отступили. Он никогда не видел Локи в таком состоянии — глаза горели яростью, губы искривились почти в оскале. Казалось, Локи готов был в одиночку справиться со всей бандой, противостоять своим, лишь бы… защитить его. Кто-то дернулся, все пришли в движение. Локи и Мобиус готовы были обороняться, драться плечом к плечу, казалось бы, на одних кулаках. Но тут воздух разорвали полицейские сирены. Мобиус почувствовал непередаваемое облегчение — его звонок сработал. В считанные минуты склад наполнился людьми в форме, раздались крики «Всем на пол!» и звук защелкивающихся наручников. Вытирая ладонью выступивший на лице пот, Мобиус наблюдал, как уводят членов банды. Но его взгляд то и дело возвращался к Локи, который стоял, прижимая к груди повреждённую руку, и смотрел на своих бывших товарищей со смесью сожаления и облегчения. Их глаза пересеклись, и Мобиус увидел в глазах Локи такую смесь теплоты и неподдельного, почти отчаянного волнения, что у него болезненно защемило где-то в груди. В этот момент детектив окончательно понял, что Локи на самом деле не плохой парень, а просто тот, кто когда-то попал не в лучшую компанию, а еще, что он действительно успел стать ему важен. Они оба друг другу.

***

Мобиус методично доставал бинты из аптечки, разложенной на капоте полицейской машины. Вечернее солнце окрашивало всё вокруг в тёплые оттенки, делая даже эту неприглядную промышленную зону немного уютнее. Он осторожно взял руку Локи, стараясь не причинить лишней боли — костяшки были разбиты, на запястье наливался внушительный синяк. — Спасибо, — тихо произнес Мобиус, не отрывая взгляда от своей работы. Потом всё же поднял свои глаза, встречаясь с глазами Локи. — Ты уже второй раз спасаешь меня от своих же. Это было очень… храбро. Локи заметно смутился и опустил взгляд вниз, себе под ноги, — его бледные щеки порозовели, что было особенно заметно в золотистом свете заходящего солнца. — Пустяк, — отмахнулся он, а следом будто бы задумался о чем-то и усмехнулся, но как-то невесело, словно какая-то мысль причиняла ему боль. — Они больше не мои, — проговорил он так тихо, что Мобиус едва расслышал. Мобиус хотел было сказать что-то утешающее, но не успел: Локи чуть потянулся ближе, разглядывая его лицо. — Больно? — он кивнул на заклеенный пластырем многострадальный нос Мобиуса. — А голова? Может всё-таки в больницу? — Всё в порядке, — хмыкнул Мобиус и следом слабо усмехнулся. — Трудно сломать то, что уже ломали. Губы Локи мимолетно дернулись, он немного помолчал, а потом заговорил неожиданно серьезно: — Знаешь, на самом деле эта форма носа… она делает тебя особенным. Придаёт харизму. И даже… определённую привлекательность. Мобиус почувствовал, как к щекам приливает жар, руки его замерли, прекратив работу. Он глухо рассмеялся, пытаясь скрыть предательское смущение, какое, кажется, не испытывал уже… чересчур давно. — Да брось. — Нет, честно, — поспешил заверить Локи, и в голосе его звучала такая искренность, что у Мобиуса вновь защемило в груди, а потом добавил, будто бы имея в виду нечто гораздо большее, чем его сломанный в прошлом нос. — Мне…мне нравится. Очень. Правда. В зеленых глазах Локи теплилось что-то совсем необычное, новое — какая-то смесь юношеского волнения, нежности и чего-то еще, что Мобиус всё еще не решался назвать своим именем. Он чуть помолчал, сохраняя долгий прямой контакт глаз с его, после чего тихо произнес: — Спасибо, Локи. И слова эти почему-то прозвучали как признание. Мобиус вернулся к перевязке, но неловкое смущение никуда не делось. К счастью, появление Верити немного разрядило повисшее между ними напряжение. — Мы задержали всю банду, — доложила она. — Пусть посидят пока в участке, потом решим, что с ними делать. Ты с нами, Мобиус? — Нет, я останусь здесь, — ответил он, не поднимая глаз от бинтов. Боковым зрением он заметил, как Верити окинула Локи подозрительным взглядом, но промолчала. Больше ничего не сказав, она кивнула и ушла к своей машине. — Ну вот, готово, — Мобиус закрепил повязку и аккуратно убрал остатки бинта в аптечку. — Странный выдался денёк, правда? Хотя с тобой по-другому и не бывает. — Он усмехнулся, качая головой. Локи расплылся в улыбке, но потом его взгляд остановился на горизонте, где солнце медленно опускалось за городские крыши, окрашивая небо в розовые и золотые тона. — Слушай, — вдруг оживился он, — не хочешь кое-куда со мной съездить? Я знаю одно место. Это недалеко отсюда. Есть шанс ещё закончить день красиво. Мобиус скептически приподнял бровь, хотя внутренне и знал, что сейчас, кажется, может поехать с Локи куда угодно, даже предложи он устроить гонку вокруг целого света. Однако себе изменять он не хотел, поэтому покачал головой: — Знаю я твои места… — Нет-нет, это совсем другое, — поспешил заверить его Локи. — Ты не пожалеешь. Вспомни кафе. Ведь понравилось же? Мобиус заколебался. Локи был прав. Однако в голове проносились картины сегодняшнего, и ему не хотелось, чтобы что-то подобное повторилось. Хватит с них «приключений». Но в глазах Локи стояла какая-то особенная, почти детская искренность, а еще новая надежда, и они-то и заставили его кивнуть: — Ладно. Поехали.