Черная мамба: Воскрешение

***

Отходя после вчерашней ночи, Курьерша приняла детоксин, начав терзать потускневший унитаз светящейся рвотой с примесью крысиной шерсти. Спустя час мучений она открыла кран и умыла лицо, приходя в чувство. Разглядывая бледное лицо в полуразбитом зеркале, ее не покидали мысли о случившемся за столь короткое время. Почти 6 месяцев прошло с момента, как пуля во лбу пробудила в ней монстра. А она оказалась здесь, в Вегасе, только сейчас. Столько времени ушло на попытки забыться, заглушить душевную боль, утопая в меланхоличном самобичевании, пока весь мир ждал на периферии. Наконец, мир напомнил о себе. И от этого болела жопа. Дико. Она тяжело вздохнула, сжала кулаки и, собравшись с силами, вышла из туалета. Прихрамывая, она направилась к мягкому дивану в зале, садясь на любезно подготовленную Вульпесом подушку. «Вот гандон, издевается, небось.», — подумала Курьерша, аккуратно сажая пятую точку на диван. — Как самочувствие? — послышался голос Вульпеса. — Отъебись, — рявкнула девушка в ответ, массируя лоб. — Готова поговорить со мной наконец? — Да о чем мне с тобой… Курьерша резко замолкла, едва взглянула перед собой. Вульпес все еще был в фартуке. И при этом стоял спиной к ней, перебирая сосуды с биттером. Нагло уставившись на его подкаченный зад, она забыла, что хотела сказать. Еще непроизвольно облизнулась. Наверняка, это была очередная легионерская тактика для ее совращения. — О том, что нам предстоит решить судьбу Легиона, — Вульпес развернулся к ней. — А? — Курьерша растерянно потупилась. — Есть проблема, с которой ты можешь мне помочь, — он любезно притворился, будто не заметил произошедшего, садясь на диван перед ней. — Какая? Изменить вам ориентацию? Тут даже Кэсс не поможет. — Легион — моя семья. Они меня вырастили, дали мне цель в жизни, за что я буду им благодарен. Но последние пару лет… я перестал узнавать их. В частности Великого Цезаря. Не думал, что скажу такое, но он давно не тот человек, которого я знал. — Очень трогательно. Ты меня изнасиловал, чтобы я не смогла убежать, пока ты плачешься мне в жилетку? — Во-первых, тебе понравилось. — Что?! Больной урод, кому вообще такое понравится?! — Во-вторых, я испек булочки для тебя. — Пф! Ты и твои…булочки. — Как они тебе, кстати? Понравились? — Да, очень аппетитные… — она тряхнула головой, приходя в себя. — Да причем тут твои булочки?! Мои булки зачем было трогать?! — Давай не будем отвлекаться, есть темы поважнее. — Знаешь, а ты прав. Как раз хотела спросить — зачем ты фартук надел? — Чтобы не запачкаться при готовке, очевидно. — А штаны надевать не пробовал? — Пробовал, когда сюда добирался. Я привык к более свободной форме одежды. Штаны сильно в паху жмут. — Смешно… — у Курьерши нервно дернулся глаз. Повисла неловкая тишина. Вульпес решился прервать ее. — Я хочу, чтобы ты помогла мне решить эту проблему. — Хоти дальше. С какой стати мне помогать тебе и твоему клубу маньяков-сексистов? — Пока ты спала, мне доложили, что Бенни был взят в плен моими братьями. Он сейчас находится в форте Легиона. Вместе с платиновой фишкой, которую ты искала. — Вместе с чем? А… фишка, да. Твою мать, я же планировала убить этого ублюдка. — У тебя будет возможность это сделать. Цезарь передает тебе этот знак, что позволит явиться к нему на личную встречу. Также, все твои преступления против Легиона будут прощены. Курьерша молчала какое-то время, уставившись на пах Вульпеса, выглядывающего из-под фартука. — К тебе приходили твои прихвостни, пока ты ходил тут с голой жопой? Их ничего не смутило? — В отличие от тебя, им хватает дисциплины не таращиться туда, куда не следует. — Эй, если решил поиграть в эксгибициониста-ролевика, нечего жаловаться на пристальные взгляды, мистер горничная. — Ты отвлекаешься. — Ты меня отвлекаешь. Вульпес положил ногу на ногу. Курьеша недовольно перевела глаза на его лицо. — Если ты оправилась после вчерашнего, предлагаю выдвигаться в форт. По пути мы обсудим наши дальнейшие действия, касающиеся будущего Легиона и Цезаря, в частности. — Не тебе решать, когда мне что-то делать, лисенок. — У меня есть дела помимо работы твоей сиделкой. — Очень жаль, ведь чтобы ты не задумал, это не осуществимо без меня, раз ты вынужден нянчиться со мной. Отчасти это твоя вина, что я в таком положении, так что поработай сиделкой еще немного. Ну знаешь, ради Легиона, — Курьерша издевательски ухмыльнулась. — У меня еще голова болит. И не только она, кстати. Уверена, один день это может подождать. Максимум два. Девушка встала, поковыляв в спальню, закрывая за собой дверь. Едва Вульпес задумался — что он делает со своей жизнью, как дверь приоткрылась. — Булочки еще остались? — Нет. Но могу еще испечь. — Хорошо. Кофе не забудь. Дверь захлопнулась, оставляя гордого фрументария наедине со своими мыслями. И обязанностями служанки.

***

Очнувшись от тяжелого сна, Курьерша поднялась с мокрой кровати. Все ее тело было липким от пота. Да и волосы были сальные. Поморщившись, она попыталась вспомнить, когда вообще последний раз у нее была возможность помыться. Результат неутешительный — около недели назад. Благо перманентное алкогольное опьянение позволяло ей игнорировать свою неряшливость. Но теперь, протрезвев, было решено бороться с приобретенным чуханством. Сняв влажную майку и трусы, девушка направилась в ванную. Войдя в душевую кабину, она открыла воду, в кой-то веки омывая себя. К несчастью, едва взяв мыло, оно сразу выскочило из ее кривых рук. Выругавшись, она попыталась найти его, пытаясь рассмотреть пол затуманенным взглядом. — Это ищешь? — рука протянула мыло девушке. — А, да, спасибо. Ей потребовалось какое-то время, чтобы осознать произошедшее. Протерев глаза, она увидела стоящего в двери Вульпеса. — What in the goddamn…? То есть, какого хера ты делаешь?! — У меня возникли подозрения, что ты не в состоянии помыться самостоятельно, так что я пришел помочь. — Не знаю кем ты себя возомнил, но я тебя не повышала до звания личного банщика! — Ты сама сказала поработать твоей сиделкой, разве нет? — Не до такой степени! Я не инвалид и могу о себе позаботиться… В очередной раз, мыло предательски вылетело из ее сильных независимых рук, шлепаясь на плитку, после чего, она умудрилась тут же поскользнуться на нем. От позорного падения, с новым ударом по, и без того, больной голове спас Вульпес, подхватив ее рукой за талию. С покрасневшим лицом она взглянула на Вульпеса. За его холодной невозмутимой гримасой почти ощущалась язвительная насмешка. Молча встав на ноги, она стыдливо уставилась в пол. Однако, стоило ему наклонится за мылом, как ее глаза сразу переключились на его зад, который она рассматривала при любой возможности. Ей было интересно: знает ли Вульпес, что очи Курьерши так нагло харрасят его легионерские булочки? А если знает, то ему это нравится? Он и правда эксгибиционист? Или же ему банально все равно? Тогда зачем так вульгарно наклонятся, когда он мог сделать это с другой стороны и не давать ей возможности на себя глазеть? Нет-нет-нет, это провокация! Это опытный манипулятор, что нащупал ее слабые точки, безжалостно давя на те! Но у него ничего не выйдет! — Спину потереть? — Да, — не думая ни секунды ответила она. В то же время, где-то глубоко в подсознании прозвучало: «мда, ебать его в рот блять». — Тогда, если позволишь. Вульпес снял заветный фартук, открывая вид на свой гладковыбритый пах. Курьерша, конечно же, сразу уставилась на него. Теперь она могла в полной мере разглядеть его пенис, пытаясь прикинуть размер. Не то, чтобы она их много видела: у нее в памяти была только абсурдная «Черная мамба» и «9мм» Бенни. В сравнении с Бенни, он был заметно… больше. Его орудие было не в боевом состоянии, так что трудно было сказать наверняка, но боль пониже спины напомнила — с этим мачете шутки плохи. Вульпес покашлял, возвращая девушку на землю. — Мне нужно, чтобы ты повернулась. — А…? — Курьерша пришла в себя, покачав головой. — Да, точно… Она только поймала себя на мысли, что повернулась задом к нему. По телу пробежала дрожь. Но вот его руки нежно коснулись ее спины. Теперь побежали мурашки. По началу ей было некомфортно, но спустя пару мгновений она смогла расслабиться, тихо вздыхая. Руки фрументария скользили по плечам, затем по предплечьям, после опускаясь до талии, плавно переходя на живот. «Только попробуй коснуться груди, я тебя…» — подумала она, но именно так Вульпес и поступил, поднимаясь выше, заставив девушку подавить возбужденный стон. Массируя грудь, несильно сжимая ту, его пальцы аккуратно дотронулись набухших сосков. Курьерша прикусила губу, отчаянно отгоняя похотливые мысли. Она была уверена, что сразу же ему врежет, едва он начнет ее лапать, однако тело не слушалось. Оно хотело еще. Вульпес прижал Курьершу к себе. Она ощутила, как его пах прижался к ягодицам. На мгновение девушка испугалась, попыталась вырваться, но лишь очередной раз поскользнулась. Благо сильные руки Вульпеса удерживали ее торс. — Будь осторожнее. Прошу. Все также холодно прошептал он ей на ухо. Она недовольно фыркнула. Вдруг, она почувствовала руку на бедре. Дыхание участилось. Еще немного и он дотронется ее паха. А потом кто знает, что будет. Но Курьерша явно этого хотела. Еще немного. Всего одно движение. — Думаю ты уже достаточно искупалась. Вульпес резко отпустил ее, чуть отходя в сторону. Курьерше понадобилось какое-то время, чтобы прийти в себя. — Что?.. Эй, стой. Вульпес, кажется, собрался уходить из ванной, но обернулся на ее отклик. — И что это ты делаешь, а? — возмутилась разгоряченная девушка. — Что-то не так? — Он чуть приподнял бровь. — Да, что-то не так! Ты… ты воняешь. Он почти удивился от услышанного, затем приподнял руку, принюхиваясь. — У тебя белая горячка, — спокойно заключил он. — Не увиливай. Может в вашем легионе и не принято мыться, но сейчас ты под моим командованием, так что… — Во-первых, не тебе говорить про чистоплотность. Во-вторых, ты переоцениваешь свое влияние. — Я сказала иди сюда и.! — «закончи начатое» едва не вырвалось из нее, после чего она выдохнула. — Тебе хватило наглости «помыть» меня. Теперь моя очередь. — Прошу прощения? — Ты все правильно понял. Иди сюда. Замерев на миг, Вульпес все же сделал как она велела, встав перед ней почти вплотную. Курьерша поглазела на его фигуру, затем натерла руки мылом. Неуверенно протянув их, она уткнулась в торс фрументария. Пальцы ощупывали загрубевшую кожу. Крепкие мышцы с мелкие шрамами. Она скользила руками по широкой груди, неумело пытаясь повторить действия Вульпеса. Ей упорно хотелось заставить его каменное лицо исказиться хотя бы раз. Он же был непреклонен. Тогда она начала опускаться ниже, до живота с очертаниями пресса, ближе подбираясь к паху. Вульпес лишь смотрел на нее без каких-либо эмоций. А вот Курьерша недовольно скривилась и решила идти ва-банк. Собравшись с силами, она дотронулась до его паха. Теперь в ее руках находилось его достоинство. Тяжело дыша, она намылила его пенис возвратно-поступательными движениями. Никакой реакции. Тогда она переключилась на его яички, нежно массируя те. После она чередовала «помывку» пениса и яичек, войдя во вкус. Уверенности резко прибавилось. Она уже не стеснялась ладонью сдавливать член, натягивая кожу, оголяя головку, натурально мастурбируя его. Яички же она несильно сжимала, слегка оттягивая вниз, глупо посмеиваясь. Но опять же — Вульпеса это ничуть не впечатлило. — Наигралась? Курьерша кисло посмотрела на кайфоломщика. Разочарованно вздохнув, она с неохотой отпустила его скипетр с державами. — Да. Можешь идти. Ополоснувшись под душем, Вульпес развернулся, собираясь уходить. Курьерша размахнулась и от всей души шлепнула ладонью по его накаченной жопе. На удивление, он дернулся, резко остановившись. Похоже, фрументарий не ожидал, что девушка осмелится так вульгарно распускать руки. Медленно повернув голову, он взглянул на нее — будто собирался убить. Она же с туповатой ухмылкой, смотрела ему в глаза без тени страха. Более того, она могла поклясться, что на его лице проступил румянец. — Ты фартук забыл. Она кинула тот, ему на плечо. Вульпес еще потупил взгляд, затем вышел из ванной. — Мне очень понравились твои булочки. Сделай еще. Кофе на забудь, Мистер Горничная. Злорадно смеясь кричала Курьерша ему в след. Смеялась она недолго, ведь вскоре, очередной раз, поскользнулась на кусле мыла. И в этот раз Вульпеса рядом не было. Она грохнулась, потянув за собой штору, повалив карниз. «А-А-А блять… бля-я-я-ять…» — доносилось со стороны ванной. Вульпес же надел фартук обратно, не торопясь помогать девушке. Он потер красный след от ее ладони на заднице. Затем загадочно улыбнулся, приступая к своим обязанностям «горничной».