Бар Лгунов. Инстинкт лжи.

Прошёл ещё день и в дом Корби пришла Хелен и спросила у оленя, где её сын. Он проводил её до комнаты Нолана и показал его самого. Так же Корби соврал, что Нолан опять попал в драку и теперь залечивает у него свои побои. На что логично подметила Хелен: — А с какого момента твой дом превратился в лечебницу? — С такого, когда Нолан пришёл ко мне на плечах Рона и Софи, — соврал ещё раз Корби, — вы же знаете своего сына. Рвётся, чтобы спасать других, верно? — сказал он, обращаясь к Нолану. — Ну… тип того, — пожал плечами Нолан. — А он может ходить? Сможет ли он до дома добраться? — спросила Хелен. — Может, но ему точно день осталось отлежать и он снова сможет ходить, — сказал уже правду Корби, — хотя я бы этого засранца на замок в комнату посадил. Софи, сидя в соседней комнате за стеной, еле-еле держалась от смеха и со всей силы закрывала свою морду. Ей стало лучше и она стала настолько бодрой, что не могла уснуть в прошлую ночь. Ведь ей признался в любви парень! И это её очень сильно радовало. Так же она начала чувствовать тепло внутри себя, когда она начинает думать о Нолане. Они оба ещё ничего не говорили о своей любви Рону с Корби, и пожалуй не будут. Но тут же Софи, слыша возмутительные уроки Хелен и сопротивляющегося им Нолана, подумала об одной вещи, о которой точно она не подумала во время признания. Она — ЛИСА, а Нолан — КРОЛИК. Ей только сейчас показалось, что это неправильный роман. А уж учитывая, что Софи хищница, а Нолан травоядное, на которое она должна охотиться, и так же нарциссичное состояние Софи, в котором она не может контролировать свою злость и зависть, она забеспокоилась ещё сильнее. Но тут она внезапно услышала быстрые шаги в её комнату. Она резко подбежала к окну и сделала вид, что с деловым видом рассматривает улицу. Дверь открылась и в неё вышли только Корби и Хелен. — …тогда я убрал охрану, чтобы не мешалась нам, — рассказывал Корби и улыбнувшись, показал ладонью на лису, — А вот и наша красавица. Как ты Софи? Та повернулась и увидела обеспокоенное лицо Хелен и добрую улыбку Корби. — Со мной всё хорошо, мисс Хелен, спасибо вам за то, что проведали нас, — с ответной улыбкой ответила Софи, — как там Нолан? Через стенку я слышала, что вы его отчитывали. — Верно услышала, дорогуша, — произнесла Хелен строгим голосом, — по затылку он получил! Но… мне кажется его это уже не меняет. Это бесполезно, как бы я его не била и не кричала на него. — Весьма вас понимаю, Хелен, — ответила Софи, подойдя ближе к крольчихе, — но ваш сын тот, в котором нуждается общество. Он — герой, которых уже не будет на нашем свете. — Ты права, Софи, но лишь отчасти, — сказала Хелен, — он и вправду думает, что он герой. А когда вернулся с войны, так стал ещё большим героем! — возмутительно воскликнула последние слова Хелен, явно крича это своему сыну за стеной, — Но вот ты… явная его противоположность, Софи. — Очень рада за такое сравнение от вас, я уж думала, вы назовёте меня дурочкой, которая не может остановить идиота, — издав смешок, сказала Софи. — Нет, о тебе такого не скажешь, дорогая моя, — сказала Хелен подойдя к лисе и обняв её, — ты мне уже как дочь стала… за столь короткое время. — Я обещаю, что не опорочу ваши чувства. — твёрдо сказала Софи и в ответ обняла Хелен. Через пару минут Хелен ушла, наказав Нолану немедленно возвращаться домой при первой же возможности. Корби, проводив её, позвал Нолана и Софи к нему вниз. Спустившись по лестнице, они оба зашли в гостиную и Корби сказал: — Я знаю город, где находилась криокамера Софи. Это очень сильно удивило обоих и первой решила спросить лиса. — Неужели ты нашёл его? — Ну, не я, а мой лазутчик, который в полицейском управлений, где сейчас находиться твоя камера, списал все данные на заднем обороте камеры. Вот так умора! Никто и не додумался посмотреть позади вниз на адрес этой камеры! — А что там было изображено? — спросил Нолан, стоя с серьёзной миной. — Адрес и местоположение. И ничего более. Чуть дальше гор Голливуда в Лос-Анджелесе. Считай, вам нужно через всю страну проехать. — Тогда нам надо обсудить это с твоей матерью, Нолан… — Нет! Она не должна знать об этом! — резко и грубо отрезал Нолан. Софи, слегка испугавшись, сразу же взяла его за руку и ласково произнесла: — Но она же твоя мама и она беспокоится о тебе. Давай не будем её расстраивать, ладно? Понурив голову Нолан подумал хорошенечко и слегка покивал головой, соглашаясь с Софи. — Это ещё не вся информация, друзья мои, — включив своего «аристократа» произнёс Корби, — поэтому попрошу вас остаться. — Зачем это? — спросил Нолан. — А ты что, весь Лос-Анджелес собираешься обегать в поисках места камеры? — Ты знаешь в каком городе находится это место, но не знаешь чёткого местоположения? — удивлённо спросил Нолан, — Да разве так детективы работают? — Был адрес города, но не улицы или что-то похожего, — ответил Корби, сев на своё любимое кресло спиной к парочке, — я собираюсь пройтись до центральной библиотеки. Вы со мной? — дополнил он. — Нет, мы бы… хотели прогуляться по парку, если есть тут такой. Мы же не знаем, что нас будет ждать, если соберёмся ехать хоть сейчас, — сказала Софи. — Издеваешься? Ах… хотя ты человек и не помнишь ничего, точно. — саркастически ответил на слова Софи Корби, — Ты же помнишь Центральный парк? — М-м-м-м… — напрягла голову Софи. Ей представилась красивая речка, много пышных ив, позади которых были небоскрёбы. Она вспомнила, впервые что-то из своей жизни! — Да, я помню это место! — с улыбкой ответила Софи, — Но я забыла дорогу до туда. — Не беспокойся, — гордо выпучил грудь Нолан, — я тебя провожу. — Тогда встретимся у библиотеки в три часа дня. То есть, у вас… три часа на гуляния. Понятно? — произнёс Корби, сверяя часы на руках. — Да, хорошо! — сказали хором Нолан и Софи и направились наверх, чтобы переодется в свою обычную одежду.

***

— Ого… го, — произнесла Софи, широко открыв рот. Она увидела, что в парке сейчас столько животных пришло, что ей ненароком вспомнился стадион с его охватами в плане кучности народа. Тут, конечно, проблем не составляло пройти не перекрикивая толпу, но вот на входе ушки Софи тут же заболели от гула. Посмотрев на Нолана, который сменил свою куртку и синие джинсы на красивую, стильную одежду «тройку» в коричневом цвете. Но его не смущало, что хоть верх он и выбрал отличный, но вот об обуви он не подумал, и поэтому все так же ходит босиком. Так же Нолан выглядел спокойным и невозмутимым. От такого гула толпы Софи было больно ушам, а Нолану наплевать на это. Внезапно Нолан посмотрел на Софи и мило улыбнулся. Софи, продолжая держать лапы на ушах тоже улыбнулась, но уже нервно и так же нервно подергивался ее правый глаз. Через десять минут они прошли главные ворота парка и гул, на радость Софи, начал уменьшаться. На входе была так же табличка: «Не шуми, не кричи, не топай и не пой! Штраф — 500$!» Поэтому в парке так тихо. Идя мимо озера, Софи увидела несколько пар лебедей, которые плавали попарно, так же, как сейчас шли Софи и Нолан. — Смотри! — показала пальцем на них лиса. — Хочешь посмотреть на них поближе? — улыбаясь спросил Нолан. Софи кивнула и они подошли к забору. Лиса возбужденно начала осматривать каждого лебедя, облокотившись на забор. — Вот мне интересно, почему одни пернатые стали разумными, а другие стали… вот такими. Безделушками для красоты, — задался вопросом вслух Нолан, подперев свой подбородок рукой. — Я это хотела спросить, Нолан, — улыбнулась Софи, посмотрев в серые глаза Нолана. — Эх, вот бы правительство нам все объяснило… — эхнул Нолан и взялся за голову другой рукой. — Слушай, а можешь мне рассказать историю вашего мира? — поинтересовалась Софи, перестав облакачиваться на забор. — Это очень долго и самое страшное для меня — нудное, Боже упаси! — перекрестился Нолан, — Но вот с чего все началось, я рассказать могу. — И с чего же? — с нетерпением произнесла Софи. — Ты уже насмотрелась на лебедей? У них представление только началось… — Да, они и вправду красивые! — ответила Софи, — Красивее меня. Тут она почувствовала, что кто-то взял ее за левую руку. Это взял её Нолан и улыбнувшись, сказал: — Я сомневаюсь, что кто-то из красивее тебя. Тогда пошли, пройдемся по этому парку. В итоге Нолан рассказал с чего началась история Мира Животных…

***

Однажды по земле прошелся некий зеленый туман, который убивал только людей. Те падали навзнич, задыхаясь и кашляя. Все домашние животные, которые будут в будущем основателями будущих племен разумных существ, не понимали тогда, что происходит. Собаки же, как преданные к человеку животные, стали волноваться и вскоре, осознав потерю их хозяев, стали оплакивать их. С кошками была почти похожая ситуация, но кто-то из них наплевал на смерти хозяев и спокойно ушли. После тумана, животные вдруг начали понимать одну странность — они начали меняться. Они начали думать, учится говорить и даже дошли до того, что они разожгли костер при помощи общих действий или массового трения палок об кучу таких же палок. Но через несколько лет после тумана одним днем большинство животных, которые приобрели вид человека. То есть у них откуда-то появились руки и ноги, и вообще они стали выглядеть как люди. Ученые в наше время так и не нашли объяснения этому феномену, который с ними произошел. Но если бы не эта случайность, то никогда бы не было цивилизации животных…

***

— Дальше как хочешь понимай, но лучше все-таки обратиться к Корби с такими темами, — окончил свой рассказ Нолан, запрокинув руки за голову. — Да… и вправду странный случай, — сказала Софи, начав водить по подбородку пальцем, — но вот что меня тревожит, так это то, что вы стали похожи на людей, а ни на кого другого. Это крайне подозрительно. — Да, ученые говорят точно так же, но ответов не имеют, — пожал плечами Нолан, — да и не волнует меня это! Сдались мне эти «теории эволюций». Мне нужно жить настоящим, а не прошлым. Нолан снова засунул свои руки в карманы, а Софи улыбнулась и запрыгнула на правую руку Нолану, крепко обняв её, она сказала: — Вот я думаю, что ты не прав. Прошлое надо знать, хочешь или не хочешь. Без знания ошибок наших предков, мы бы долго не протянули. — Хах, — издал легкий смешок Нолан и прижал свою руку ближе к себе, — думаю ты права, лисичка моя. Прошло два часа и парочка обошла весь парк вдоль и поперёк. Но вот свернув с одной дорожки на пустую, они поняли, что вдруг остались на едине. Сев на короткостриженый газон, Софи спросила, посмотрев на еле-еле проникающие лучики света. — Как ты думаешь, Нолушка, кем я была? — Хм… — задумался тот, сев рядом с Софи, — честно тебе отвечу — не знаю. Но мне очень интересно, кем ты в итоге окажешься. — Я вот думаю… что я была ученой. Мне, во время галлюцинаций, после игры в Баре, мне померещился какой-то парень в халате. Я не знаю, кто это был. — Прям как наш олень-детектив? — спросил он, улыбнувшись, — Я думаю, что нас ждет нечто большее, чем просто воспоминания или сокровища. Нечто, что даже продать не получиться. — Ты лишь о деньгах и думаешь… — прошептала Софи, закрыв глаза и улыбнувшись, положила голову на плечо Нолана. Нолан не ответил на это, а лишь погладил Софи по голове другой рукой, от чего у той хвост сразу быстро завилял в разные стороны. — Как бы мне не хотелось заработать, мне важно лишь одно — друзья и родные, которые меня окружают и будут верны мне до конца моих дней, — сказал Нолан. Внезапно, Софи почувствовала какой-то магнит к лицу Нолана. Она подняла мордочку и… чмокнула того в щеку. Лицо Нолана представлять не надо. Покраснело тут же и даже показалось, что он захотел возмутится, но… не стал этого делать. Наоборот он повернулся к Софи лицом и поцеловал ту уже в губы. Это было очень приятно для Софи. Ее сердце дико стучало, хвост начал вилять еще больше, а язык не хотел покидать язык Нолана. Но когда они прекратили, то «чмокнув» начали тяжело дышать. Они оба были красные, как помидоры и им обоим было стыдно, но одновременно с этим приятно. — Т-так и до п-постели не далеко! — возмущённо пробубнил кролик. Софи громко посмеялась и легонько, с любовью, ударив Нолана по руке, сказала: — Не городи ерунды! Нам до постели еще далеко и далеко! — Похоже, я реально чуть не помешал роману начаться? — послышался знакомый голос позади. Парочка резко обернулась и увидела в темноте Корби, облакотившегося на дубе и с руками а карманах. Лицо его хитро улыбалось, это означало то, что он стоял тут давно. — Корби, твою мать, напугал! — сердито прорычал Нолан, осознав тот же самый факт, — Только попробуй кому-нибудь разболтать… Тут же получишь! Он закутал рукав правой руки и показал кулак. — Уверен, что мне это выгодно? — сказал Корби. Софи покраснела ещё больше, но сказала: — Т-так что ты успел узнать, К-Корби? Олень же, откинув ногу и отпрянув от дерева, подошел ближе к парочке и сказал: — Чуть северо-восточнее от самого Лос-Анжелеса есть заброшенный бункер, из которого собираются сделать музей. Так что нам нужно отправляться именно туда. — А он охраняется хоть? — спросил Нолан. — Откуда мне это знать? В этой книге нет ничего про то, что сейчас с бункером происходит, — угрюмо ответил Корби, взяв из подмышки свою книгу и легонько помахав ей из стороны в сторону. — Тогда едем туда. Кстати, а где Рон, Корби? Он нас с Софи не навещал все эти дни. — Не знаю… — задумался Корби, — от него как будто бы и след простыл, честно говоря. — То есть? Неужели он пропал? — спросила Софи. — Может быть. Просто я заходил к нему и стучался. Долго. И он так и не ответил и не пришел. — А когда это было? — спросил Нолан. — Кажись… На второй день. Да! Я тогда хотел поговорить по поводу охраны тогда, и так же задался вопросом, а где же Рон? — Тогда он беде! — воскликнул Нолан и побежал в сторону ближайшего выхода. — Постой! Куда ты так вскочил-то? — крикнул в след Корби. Нолан же, обернувшись, ответил: — Если его долго нет, то он в беде! Немедленно бежим к нему домой! Софи и Корби ничего не оставалось делать, кроме как бежать за Ноланом к дому Рональда.