Бар Лгунов. Инстинкт лжи.

Найдя потайной лифт, Рон, держа на плече Софи, и Корби начали спускаться вниз. Лифт выглядел очень состарившимся, учитывая, что он почти две тысячи лет простоял здесь. Это и удивило оленя. Он нажал на странную кнопку, в виде стрелочки вниз, которая горела голубоватым светом. Внезапно, женский роботический голос выдал: — Спуск на секретный этаж. Олень открыл пасть после такого. — Ого! Ты слышал? Вот уж человеческие технологий до чего дошли! — Походу отошли, — прошептал Рон, который до сих пор чувствовал боль в шее, — это как у наших лифтов звонок, только тут голос говорит. Как будто бы мы тупые. Корби косо посмотрел на мышонка. — Не понимаешь ты ничего, — ответил он, — не понимаешь всю радость… вот таких находок! — Сейчас нам нужно поймать Каристу, а не радоваться технологиям человеков! — Да, да… арестуем и делов, то. — улыбнулся Корби. Внезапно, тихий и хриплый голос ответил: — Идиоты… Как же вы не понимаете… Это был Рафаил, который начал просыпаться. Но Рон, не издав ни эмоций, нагло хлопнул лисице по заду, от чего та икнула и сказала: — Думаешь трахнуть меня, крыса поборная? — Боюсь ты предназначен для другого травоядного, — холодно ответил Рон. — Ах да, тот самый кролик… — сказал Рафаил и посмеялся, — Но именно из-за его действий вы и потеряли Софи!.. Рон с силой опрокинул Рафаила к дверям лифта, и тот хотел встать, но Корби тут же ногой ударил по щеке. Но Рафаил удержался. Теперь же его глаза были не синие, а красные, которые смотрели с нотками безумия на парней. — Да, хоть я и выгляжу как очевидный злодей, но давайте на чистоту: Кариста — приоритетная цель. Он хочет планету взорвать! — Слишком уж поганая мотивация для такого «великого» злодея, тебе не кажется, а, трансвистит? — грубо ответил Корби. Такие слова задели Рафаила, да так, что он перестал улыбаться и злобно посмотрел на оленя. — Батя твой трансвистит, а мне с мутациями не повезло! — прорычал Рафаил и обидно скрестил руки. Корби хотел было что-то сказать в ответ, но Рон, поняв, что эта беседа может продолжаться долго, положил руку на его грудь и помотал головой. — Просто терпи. Таких ублюдков не переубедить, — сказал он, убрав руку. — Надо же! Хоть один понял! — вновь заулыбался Рафаил. — Захлопни свою пасть! — сказал Рон, присев и пригрозив кулаком, — Иначе ты ничего не будешь видеть из-под своих синяков! — Ой-ой, боюсь боюсь… — ехидно передразнил Рафаил. Рон ещё раз сильно ударил в другую щеку Рафаила и тот снова отрубился и упал мордой за порог открывшихся дверей. Посмотрев в открытые двери, парни заметили гигантскую комнату-лабораторию, где было много экранов и голограмм. В центре находилась большая голограмма Земли, где в многих местах мира горели яркие голубые точки. Рон вновь взял Рафаила и поискав в столах с навороченными компьютерами, он нашёл стяжки, которые он поспешил надеть на ноги и руки Рафаила. Когда же он закончил, то Рон посмотрел на Корби и увидел того с открытым ртом и шокированным взглядом. — Это… невиданные технологий! — удивлённо произнёс он, — И это наше правительство скрывало от нас! И даже от меня… — Вот ты мне ответь, а кто ты вообще такой, чтобы тебе давать такие… побрякушки? — перебил Рон. — Эти «побрякушки» могут помочь нам в развитий и ещё, так же, сделать шаг вперёд по пониманию человеков! — Как по мне, брехня это, — сказал Рон, начав осматривать компьютеры, — что это? Тоже компьютеры? — Да, и на удивление, они хорошо сохранились, — сказал Корби, — прошло почти две тысячи лет, а на них только тонна пыли и без всякой зелени! Уму не постижимо… Ладно, попробую взломать их, раз уж такая возможность… — А ты ничего не забыл? — Кариста. Да-да. Поищи его, а мне нужно разузнать кое-что в базе данных человеков, — сказал он и сев за ближайший компьютер, начал искать кнопку включения. Рон тяжело вздохнул. Если уж Корби начал техникой заниматься, то его уже не остановить. Рафаил ещё не проснулся, и это радовало Рона, поэтому он подошёл ближе в центр круговой сцены, где и находилась голограмма Земли. Она медленно и красиво поворачивалась в правую сторону. Но Рону так и не было понятно, что за точки на карте? Посмотрев на них, он увидел точки в Нью-Йорке, Чикаго и Лос-Анджелесе. Так же и в остальных столицах мира! — Корби? Ты же уже копаешься в данных? — спросил Рон. — Конечно. Я не такой тугодум, как ты, — ответил олень, усмехнувшись. — Тогда что это за точки? Внезапно, перед Роном, за голограммой послышался металлический звонкий звук. Из-за голограммы медленно вышел Кариста с пистолетом, нацелившийся на Рона. Мышонок тут же поднял руки, но медленно. — Это бомбы. Ничего более. — ответил хриплым голосом Кариста, — Они взорвут эту планету к чертям! Поверь, мышонок, их вполне достаточно, чтобы это сделать. — Но для чего вам это? — спросил Рон, сделав шаг ближе к Каристе, — Зачем вам всю планету взрывать? — Месть. Вот что. То самое жгучее чувство, которое… хотя… лучше он вам объяснит. На удивление Рона, Кариста опустил ствол и не смотря на своё израненное состояние, жалостными глазами посмотрел за спину Рона. Тот же, обернувшись, увидел Рафаила, который уже освободился и держал на мушке Корби. Олень же, почувствовав пистолет на своём затылке, смотрел волнительными глазами на Рона. Но посмотрев на Рафаила, он увидел ту стадию безумия, в которую он перешёл. Глаза стали бусинами на белых глазных яблоках, на которых уже появилось множество сосудов, из пасти шло много слюни и пены, оскал стал звериным. Рон понял одну вещь уж точно. Рафаил довёл своё тело до одичавшего состояния. Он теряет разум и может сделать любую херь, которую удумает! Своими словами он это и подтвердил: — Месть — это то, чем я всё это время жил! Месть тем, кто меня отверг, кто меня терзал опытами, и тех — кто отнял у меня ЖИЗНЬ! Он резко придавил ствол на затылок Корби и прокричал: — Вводи пароль! «Ложь»! — Т-так и писать? — спросил Корби. — Да, скот ты тупорылый! Корби подчинился и написал что-то на клавишах. — Отлично! Теперь заходи в эту папку! — продолжал кричать Рафаил, — Нажми на эту иконку. Молодчина, сразу разобрался в управлений, стоит заметить… Папенька, — перешёл на ласковый тон Рафаил и посмотрел на Каристу, — какой пароль? — Инстинкт… лжи, — ответил тот, как бы не хотя. Корби что-то прокликал и запустил. Внезапно голос лабораторий произнёс: — Протокол «Инстинкт Лжи» успешно запущен! Активация боеголовок произойдёт через полчаса. Тут Рон впал в шок. Его глаза широко раскрылись от страха, его хвост сильно сжался. — Спасибо, отец, — ласково произнёс Рафаил и резко сменив цель на Корби и перейдя на крик, проорал — А ты, мясо на костях, поройся кое-где, мне нужно найти одну важную вещь… — Рональд… Мышь повернулась и увидела льва, который потерял тот устрашающий взгляд и напоминал котёнка, нежели грозного хищника. Из его блестящих глаз текли слёзы, которые перемешивались с кровью. Он произнёс: — Я знаю, что ты знаком с Америго. Умоляю тебя, передай ему, что я не мог по другому тогда… И что я раскаиваюсь за содеянное, когда мы были детьми. Изо всех своих чувств, я не хотел его и его семью предавать. И передавай «привет», Нолану и его отцу… Я верю в вас… троих. Он добро улыбнулся. Но внезапно… «БАХ! БАХ!.. БАХ!» И лев с улыбкой и закрытыми глазами упал на пол, истекая кровью. Рон от неожиданности, закричал. Он развернулся вновь и увидел неестественно широкую улыбку Рафаил и его пистолета, из которого выходила дымка. — Этот ублюдок сыграл свою роль в этой пьесе… больше мне не нужен! Ведь это всё я придумал! Внезапно, она выстрелила ещё раз. На этот раз в Корби. Тот очень громко прокричал и упал со стула. Рональд закричал: — КОРБИ! — Теперь же твоя очередь! Я не буду сожалеть, что врал вам… всегда! Рон быстро схватил пистолет Каристы и забежал за сцену голограммы. И вовремя, ведь Рафаил выстрелил ещё три раза и промахнулся. Значит у него остался один патрон. Они были все вооружены М1918 и в них обойма в 8 патронов. Этот пистолет Рон знал как облупленного, ведь не одного мафиозника завалил с него. Но сейчас ситуация особенная, осталось двадцать пять минут до взрыва, Кариста с лучшим другом Рона мертвы, а подруга, которую он знал как милую дурочку, теперь превратилась в Одичавшую, которую уже не вернуть… а значит он потерял и её. Поэтому ему оставалось только плакать, ведь он не мог убить Софи, или даже ранить её. Именно по этой причине он изо-всех сил закричал: — Я УГАНДОШУ ТЕБЯ, СУЧАРА БЕСПОЛЫЙ! И когда же они собирались выглянуть и перестрелять друг друга, появился тот, кого не ожидали увидеть тут слишком скоро… — Софи! — прокричал он, — Остановись! Это был Нолан Брэддок. Герой своего времени. Он уже был в воздухе, прицелившись на Рафаила. Тот, посмотрев на верх, не ожидал увидеть летающего кролика. И так получилось, что Нолан упал прямо на Рафаила и они оба покатились кубарем в центр голограммы, где лиса выронила пистолет. Рон этим тут же воспользовался и подбежав, вовремя отпихнул ногой ствол в сторону. Нолан крепко держал Рафаила за шею. Рон сказал: — Я пойду посмотрю, что с Корби! Он побежал к Корби, который, к счастью, дышал. Он простонал: — У вас всё получилось? — Почти. Сейчас выбьем из этого гандона всю информацию и найдём код для обезвреживания боеголовок. Нолан же в это время, пока Рональд латал Корби, обратился к Рафаилу: — Софи… прости меня… за те слова, которые я наплёл тогда… — Ах-ха-ха! — засмеялся Рафаил в своей манере, — Ты… ИДИОТ! Перед тобой сейчас не твоя тупая подружка, а истинный владелец тела! И имя мне — Рафа… Он начал задыхаться, так как Нолан начал сильнее сдавливать шею лисы. — Я знаю. Но передо мной сейчас не психованный на голову убийца-учёный, а моя… будущая невеста. — Что… за бред?.. — прохрипел Рафаил и резко ударил Нолана в живот. Следующим последовал мощный удар в лицо и Нолан отлетел в стенку первых рядов компьютеров, проделав небольшую дыру. — Не было никакой Софии! Не было никакого мальчика-ученого, который сдал на все высшие награды в стране! Это всё было ложью, которую я ей специально рассказал, чтобы запудрить ей воспоминания и сделать так, чтобы она рассказала это вам! — Тогда… кто же ты такой? — Имя то же… — смотря на Нолана тёмным подлобием, ответил Рафаил, — но вот судьба другая… Я маньяк, который положил почти тысячу человек за раз, чтобы отомстить тем, кто издевался надо мной, как над скотом, и ставил бесчеловечные опыты! Поэтому я из парня человека превратился в красивую лисицу и поменял тем самым пол! Потому что меня закололи так, как никого до этого! — Наркоман, получается… — отшутился Нолан, — А если серьёзно, то никакой ты не маньяк, Рафаил. Ты лишь инфантильный дегенерат, который лишь хочет… немного славы. — Мразь! — воскликнул тот и выпустив когти, набросился на Нолана, — Сейчас я сделаю тебя тысячной жертвой! Но тот, улыбнувшись, резко схватил лису в объятия и… Страстно поцеловал. Рон и Корби, которые с дрожью в ногах наблюдали за этим, открыли рты от удивления. Внезапно, Нолан отпустил Рафаила, которого начало невыносимо трясти и он упал на пол в адских конвульсиях. Он не мог что-либо произнести и лишь пена из-зо рта шла рекой. И внезапно поставив себя «мостиком», лиса испустила бело-синие искры из тела. Что это такое, никто не знал и не догадывался, но тут же донёсся жалобный голосок: — Нолушка… ты ли это? Нолан, сильно обрадовавшись, поспешил приползти к Софи. Он ласково взял её за голову и повернул к себе. Та медленно открыла глаза и посмотрела своими апельсиновыми глазами на кролика. — Ты же… правда не хотя накричал на меня? — Верно, дорогая моя… Прости меня… Она обняла его и сказала: — И ты меня… я поддалась этому монстру и из-за этого у нас сейчас проблемы… — Ах, да. Точно! Боеголовки! Тут из далека раздался слегка недовольный голос Рона: — Уже! Нам повезло, что Корби запомнил в строках пикселей нужный пароль деа.деа… — Деактиваций! И они все отменены! Мы спасены! И кому же будут говорить спасибо, а? Корби, не смотря на то, что он пережил пулю в упор, выжил, так ещё и начал пританцовывать, будто бы он в одиночку спас мир. Тут его взял за шею крюком Рон и хотел было его избить, но… резко начал его обнимать и улыбаться. — Ладно. Не буду тебя бить, на этот раз ты реально спас мир. Нолан посмотрел на Софи и увидел большие и мокрые апельсинки, которые сказали ему. — Ты мой герой, Нолан! Софи поцеловала его и держала настолько долго, насколько могла. Ведь… это было очень приятное чувство любви. Хоть немного и неправильное. Когда же они убрали губы друг от друга, они предпочли встать, но только стоило Софи напрячься, как тут же она простонала от боли. — Что случилось? Ты ранена? — Я… рёбер не чувствую, — ответила Софи, — а ещё и голова болит. — Ничего. Сейчас съездим в больницу и нам помогут. Полежим недельку две и вновь отправимся в Нью-Йорк. — Надеюсь, просто жить… — Нет, дорогая моя. Может быть… выйдешь за меня замуж? Софи покраснела и сильно застеснялась. — Н-нет! Мне ещё рано!.. Хотя предложение отличное, и в крутой обстановке… Нолан опустил свои ушки и немного погрустнел, когда услышал «нет». Софи заметила это и вздохнув, улыбнулась и ответила: — Ну ладно! Я согласна выйти за такого смельчака, как ты, Нолан! Нолан тут же аккуратно обнял Софи, чтобы не давить лишний раз на сломанные рёбра и сказал: — Спасибо! Я обязательно буду хорошем мужем! В то же время, Рон и Корби спустились к ним. Наблюдая за очередным поцелуем, Корби ответил: — Похоже, мы с тобой наблюдаем первый брак между хищниками и травоядными. — Это очень эпохальное событие, поэтому надо быть во все уши готовыми, — сказал Рон, похлопав по плечу, — Ладно, народ! Нам нужно подниматься, давайте помогу, и поднимаемся на верх. Так они и поступили. Рон помог Нолану поднять Софи, которая в свою очередь терпела очень сильную боль в области груди и головы. Хоть она лишь и была балластом, но предложение руки и сердца заставили её сердце биться сильнее и быстрее. Похоже она — лисица, что раньше была человеком, суждено быть влюблённой в кролика. Обычного и никем не примечательным. Они подошли и вызвали лифт. Тут Корби сказал: — Парни, нам ещё предстоит поднять тело Каристы. Так что нужна будет помощь… — Конечно, только Софи посадим в машину и бегом оттащим этого здоровяка! — с улыбкой на лице сказал Нолан.

***

Поднявшись и выйдя из ветхого здания, который теперь казался слишком узким по сравнению с комплексом снизу, они увидели ораву полицейских и две подозрительные черные машины. Из одной такой вышел Америго в синем смокинге и сначала обрадовавшись, он спросил, что они делали в этом доме, но когда он увидел состояние Софи, сказал Нолану садится вместе с Софи во вторую машину, которая была позади. Америго даже сам открыл дверь и Нолан, воспользовавшись доверием, аккуратно посадил Софи, которая начала немного терять сознание. — Ты дотерпишь до больницы? — спросил Нолан. — Думаю, что да, — ответила Софи, добро улыбнувшись. Нолан тут же запрыгнул к ней в Кадиллак и Америго закрыл дверь. После же он подошёл к Рону и Корби, которые что-то рассказывали шерифу и отвлёк их. — Парни, есть дело, — сказал он. Шериф, поняв что разговор ждёт не с ним, поспешил собирать людей на обыск дома. А Америго посмотрел на Рона. — Ты садишься в мою машину. Сейчас же. Мы должны ехать. — И-извините, господин Бьянко, куда вы так спешите? — спросил Корби, немного нервничая. — Нам нужно кое-что обсудить, судя по тому, что вы рассказали шерифу, — сказал Америго и взяв за плечо Рона направился вместе с ним к машине. Они сели в машину, и перед тем как закрыть дверь, Америго сказал Корби: — В любом случае, вы справились с задачей, детектив Уильям. Благодарю вас от всей души и сердца. Гонорар придёт с чеком по почте через несколько дней с оглашённой суммой. — Хорошо. Рон, встретимся в Нью-Йорке, — сказал Корби и улыбнувшись и добро посмотрев в глаза мышонку, помахал рукой. Рон кивнул и помахал ему в ответ. Машины тронулись и поехали вниз по грунтовой дороге в город. Америго сидел напротив Рона, который сидел смотря вперед машины. Волк, на удивление, стал смотреть серьёзным тоном на Рона, как будто бы ждал чего-то. — Вы чего хотите от меня, дон Бьянко? — спросил напрямую Рон. — Да. — коротко ответил тот, — Я знаю, что вы находились там с доном Каристой и так как он не вышел вместе с вами в наручниках, то я предположу, что он… умер? — Верно. Он застрелился, понимая свою ошибку, — соврал Рон, — так же он много чего наговорил перед тем, как застрелиться. — Что именно? — спросил Америго, сделав заинтересованный вид. — Он сказал, что раскаивается за свой поступок в вашем детстве и что он не хотел вас предавать, просто момента не было. Он об этом сильно сожалел от всего сердца. — Наконец-то он признался… — сказал Америго, — но вот только не сходится тут что-то. — Что именно? — То что он такие слова говорил, перед тем как покончить с собой? — ответил Америго, — Тебе не кажется, что тут что-то не так? — Да, и вправду. Это звучит слишком странно, но я ручаюсь за свои слова. Всё так и было. Рон повернул голову и увидел, как они проезжают мимо обсерваторий, которая была в левой стороне. В этот момент машина Нолана и Софи ехала впереди. Внезапно, она повернула налево. Рон, не понимающе, спросил: — Это что ещё такое? Куда их везут? — А ты не знаешь? Ты же ведь кое-что обещал в замен на помощь у дона Пуччиа? — спросил Америго, смотря сердитым тоном на Рона, — Из-за твоей просьбы, у меня с ним возникли серьёзные перипетии по твоему поводу. — Верно! Но мне кажется, я ставил в ставку себя, а не кого-то другого! — сказал Рон, заметно нервничая. — Тогда я лишь скажу, что когда мы обсуждали делёж этого дела, то ты вошёл в нашу с ним сделку… »…Но ОНИ в сделку не входили…» Внезапно Рон понял, о чём говорит Америго. Его глаза тут же расширились, дыхание участилось, сердце забилось. Он понял… что он, из-за своих необдуманных действий… нет, он не хотел в это верить! Он посмотрел в окно и увидел, как машина с Ноланом и Софи уезжает всё дальше и дальше. Его же машина остановилась на светофоре. Рон молился всем богам, начал держать руки в едином кулаке. Но вдали раздались пара глухих выстрелов и чей-то глухой, но режущий воздух женский крик. Этого хватило, чтобы Рон начал сильно плакать и схватившись за голову, опустил её. — Н-нет! Я не верю, чтобы вы вот так… — сказал он, подсев ближе к окну, — вот так от них… — Прости, друг мой Рон, я сам не хотел этого, но другого выбора не было, — сказал он, закурив сигарету. Рон яростными глазами посмотрел на Америго, который затягивал сигарету и удивился ещё сильнее. Америго, впервые заплакал у него на глазах. Его слёзы текли вокруг морды и минуя рот, капали ему на костюм. Он впервые показал слабость духа. — Я тебя понимаю. Такая же ситуация, которая была и у меня. Но поверь, не я хотел им смерти, а вот Пуччиа… — Да плевать уже!.. — воскликнул Рон, всхлипывая носом, — Моих лучших друзей больше нет в живых! А теперь вы мне говорите, что вы не хотели им смерти?! В своих машинах, своими же людьми отвезли и убили их! — Ладно, думай как знаешь, — тоже хлюпнув носом, сказал Америго, — но я тебе правду говорю. Мы обязательно разберёмся с этими ублюдками из Пуччиа, вот уж поверь. Рон начал успокаиваться. Подняв голову он посмотрел в мокрые глаза Америго своими, покрасневшими от слёз глазами и сказал: — Я вам поверю… но только из-за того, что вы обещали покончить с доном Пуччиа, — серьёзным тоном ответил Рон, — поэтому не предавайте меня, прошу вас и мы сработаемся. — Договорились. Теперь же, не хочешь… вступить в нашу семью? — С такими грехами предательства, как у меня? Не смешите… нет, конечно. — улыбнувшись ответил Рон. — Да, хоть ты и предавал Пуччиа, но на то были причины, — сказал Америго, — а вот со мной ты будешь жить в безопасности, если конечно… — Не предам и не сдам вас копам… плавали в Чикаго, знаем, — ответил Рон, усмехнувшись, — Дело Анжелино помните? — Это дело добродушного серого волка прогремело в мафиозных кругах сильнее, чем ты думаешь. — Тогда вы и я понимаем, что ставится на кон, — сказал улыбнувшись Рон и протянув руку, — у меня нет теперь ни друзей, ни кровной семьи… Хотелось бы теперь иметь семью, способную тебя защитить… Америго внезапно пересел на сиденье к Рону и обнял его. — Тогда ты официально в семье, Рональд Литл, — ответил он, сделав воздушные поцелуи около щёк мышонка и помолился на итальянском языке шёпотом. Рональд понял, что теперь ему остаётся подаваться во все тяжкие, так как у него почти не осталось друзей, которые могли бы его успокоить, и так же не было родителей или дальних знакомых. Поэтому он так легко и принял предложение Америго, которое хоть и таило в своих нотках опасность для жизни Рона, но ему самому было уже плевать на неё… Разве что до тех пор, пока он не найдёт девушку всей своей жизни и не заимеет свою любовь и семью, которую имели Нолан и Софи… Кролик и лисица. Травоядного и хищника. К тому же, лисица была человеком, хоть и не простым, но точно знающим толк в состраданиях и доброте. Так же, как и Нолан.